Глава 15 · Разбитый хрусталь и помощь с неожиданной стороны

— Присоединюсь-ка я к мужу, а то неучтиво с моей стороны уделять все время только тебе, — жестко произнесла я, стараясь, чтобы Венесса уловила нотки недовольства в моем голосе, и пресекая ее попытки продолжить неприятный для меня разговор.

Потом прямиком направилась к Шейнотту. Уверенной походкой быстро пересекла периметр зала и приблизилась к толпе роскошно разодетых демониц, хищно круживших возле моего супруга. Налетели как пчелы на мед, стоило ненадолго оставить его одного. И куда только моя мама смотрит? Давно пора разогнать наглых пигалиц по углам!

Как раз в этот момент стройная белокурая девушка, стоящая к Шейнотту ближе остальных, кокетливо похлопала пышными ресницами и стрельнула в демона хитрющими глазками цвета изумруда, а потом мелодично засмеялась, обнажая белоснежные зубы, и как бы ненароком опустила свою ладошку на его плечо. Нет, ну, ты погляди на этого ловеласа! По его обольстительной улыбке сразу видно, что он наслаждается вниманием придворных дам! Небось уже и подзабыл, что женат!!

Я крепко сжала бокал в руке, как будто это было горло заклятого врага. Решила отыграться на бедном сосуде, чтобы хоть немного выпустить пар. Тоненькая хрустальная ножка не выдержала и хрустнула, чаша фужера выскользнула из моей ладони, и звонкие осколки брызнули во все стороны по мраморному полу.

Стервятницы наконец-то заметили меня, и в их взглядах удивление перемешалось с отчетливым страхом. Уловили, похоже, опасную для них степень моей ярости. Шей тут же кинулся ко мне. Несколько стеклянных осколков тоненько взвизгнули и обреченно крякнули под его ногами, превращаясь в мелкий, колкий песок. Оказавшись рядом, муж аккуратно взял мою руку и осторожно раскрыл кровоточащую ладонь.

Острые кусочки хрусталя торчали из раны. Однако боли совсем не чувствовалось. Ее заглушала кипящая внутри ревность. Да что же я творю-то?.. Совсем что ли из ума выжила?

Исподтишка взглянула на супруга, проверяя его реакцию на мое столь «эффектное» возвращение в общество. Шейнотт на меня не смотрел, он был занят тем, что очень искусно, тонкими нитями своей магии вытаскивал стекляшки из моей руки, и неглубокие ранки затягивались одна за другой, оставляя после себя нежно-розовые шрамы.

Тут мой слух уловил возбужденные перешептывания гостей. Быстрым взглядом окинула их, столпившихся поглазеть на представление, и, стыдливо опустив голову, снова уставилась на свою ладонь, над которой хлопотал демон. Наконец и шепот вокруг стих, и в зале воцарилась тишина, которая вместе с осуждающими взглядами приглашенных буквально придавливала меня к полу.

— Почти закончил, — сдержанно произнес супруг и ловко вытащил последний осколок.

— Спасибо… — тихо поблагодарила я. — Пойду смою кровь.

Мужчина молча кивнул, а когда я уже была на полпути к своей спальне, меня догнал его вопрос, заданный через ментальную связь:

— Что произошло?

— Ничего, Шей, ни-че-го! Скоро вернусь… — таким же способом ответила я ему и ускорила шаг.

В голове заворочался, как медведь в берлоге, его тяжелый вздох. В тот же миг за моей спиной послышались прыткие шаги, сопровождаемые стуком каблучков, а потом до меня донесся взволнованный голосок мамы:

— Евора, постой!

Я остановилась посреди коридора, развернулась и приготовилась к расспросам озадаченной мамули.

— Доченька, что случилось? — родительница недоуменно похлопала пышными ресницами.

В ее золотых глазах, пытливо взирающих на меня, плескалось море непонимания.

— Мам, все в порядке. Случайно выронила фужер, порезалась. Вымою руку и сразу вернусь к гостям.

Демоница артистично сложила губы бантиком, а тонкие руки скрестила на пышной груди.

— Я помогу тебе, — решительно заявила она.

Из моей груди вырвался тяжкий вздох, точь-в-точь такой же, как вздох Шейнотта, минуту назад прозвучавший у меня в голове.

— Не нужно, все хорошо, правда. Не волнуйся, на этот раз не сбегу! — отшутилась я, натянув на лицо подобие улыбки.

На самом деле, сбежать сейчас очень хотелось. Только не в мир людей, а куда-нибудь далеко-далеко. Туда, где смогу спрятаться ото всех, в том числе, надеюсь, и от самой себя. Потому что я совсем уже не понимала эту новую Еву. И такое положение дел меня пугало.

Мамуля прищурила в раздумье глаза. Помолчала немного, а потом, вздернув кончик аккуратного носика, протянула:

— Ла-а-адно. Но на все про все тебе не больше десяти минут, скоро будут подавать ужин!

Родительница легонько ткнула мне в грудь пальцем и, развернувшись, фирменной походкой от бедра зашагала обратно в зал. Я обрадовалась, что так быстро смогла отделаться от навязчивой компании мамы, и продолжила путь к своим покоям.

Однако скоро выяснилось, что все же я не одна. За мной неслышной тенью, оказывается, всю дорогу следовала Анита, которую отправил с поручением сопровождать меня Шейнотт. Служанка, увидев, что обнаружена, скромно потупила глазки и тут же предложила:

— Ваше Высочество, я помогу обработать вам рану.

— У меня хорошая регенерация, так что в этом нет нужды, — отрезала я и прибавила шагу.

Может, эта липучка все же отстанет? Все как сговорились просто — не дают покоя. А мне он так необходим сейчас!

— Я настаиваю, — пропищала, не сдаваясь, девушка.

Поняла, что спорить бесполезно, решила ей не возражать, и до комнаты мы добрались в полном молчании. Так же молча, друг за другом, зашли в спальню.

Я присела на бархатный стул возле кровати, а Анита подошла к трельяжу, выдвинула верхний ящик и принялась что-то усердно искать в нем.

Откинувшись на мягкую спинку, я не сводила глаз со служанки. Наконец та вытащила стеклянный пузырек с какой-то прозрачной жидкостью, закрыла ящик и подошла ко мне.

— Это быстро заживляющий бальзам, — тихо объяснила она и, опустившись на колени, бережно взяла мою руку и раскрыла ладонь. — Его изготавливают из слюны локсандры.

Может быть, в любой другой ситуации, когда я так безумно не хотела б остаться наедине со своими мыслями, мне было бы интересно узнать про технологию изготовления бальзамов, но не сейчас… Я шумно выдохнула и задрала голову к высокому белому потолку. Золотые витиеватые узоры раскинулись по всей его поверхности. Они посверкивали под лучами заходящего солнца, которое заглядывало в открытую балконную дверь. Свежий воздух задувал внутрь и разбавлял настойчивый цветочный аромат, исходивший от Аниты.

Служанка долго колдовала над моей ладонью, смазывая ранки прохладной целебной жидкостью, которая немного неприятно пощипывала кожу.

— Ваше высочество, если вас что-то волнует, вы всегда можете поговорить со мной, — внезапно нарушила молчание Анита. — Вы ведь знаете, что слуг связывают клятвой молчания, так что никто не узнает о предмете нашего разговора.

— Да, знаю, но у меня все в порядке.

— По вашему виду этого не скажешь, — тихо ответила девушка, и в ее голосе послышались слабые нотки досады.

Я внимательно посмотрела на демоницу. Какая храбрая — не боится открыто высказывать свое мнение! Однако есть ли смысл распинаться перед посторонней женщиной, если она к тому же вряд ли сумеет понять меня?

Служанка отпустила мою руку, поднялась с пола и расправила складки, образовавшиеся на подоле многослойной юбки серого платья. После чего убрала обратно в ящик бутылочку, повернулась и в упор посмотрела на меня. В ее голубых глазах читалось сочувствие. Затем она приблизилась и порывисто воскликнула:

— Если вам кажется, что я вас не пойму, то вы ошибаетесь. Я старше вас, опытнее во всем. К тому же беспредельно благодарна вашей семье за возможность работать во дворце. Мне очень хочется помочь вам разобраться в том, что вас тревожит.

С этими словами она пододвинула рядом стоящий стул поближе ко мне и села на него. Расправила плечи, приподняла округлый подбородок и произнесла бархатным голоском:

— Так что вас тревожит?

Что-то подкупило меня в тоне Аниты. Наверное, это правда — она действительно опытнее меня, мудрее. Вдруг у нее получится дать мне дельный совет и помочь разобраться в себе? Эх, была не была!

— В последнее время со мной происходит что-то странное. Я перестала понимать саму себя, — решительно начала я. Потом переплела пальцы внезапно задрожавших рук и положила их себе на колени.

— В каком смысле? — уточнила служанка.

Я сразу даже не нашлась, что ответить. Не хотелось выбалтывать все секреты, но в то же время объяснить свое состояние без того, чтобы не открыть хоть часть правды, видимо, не получится. Глубоко вдохнула, набираясь решимости, и, медленно выдохнув, пояснила:

— Противоречу сама себе. После свадьбы меня стали переполнять незнакомые чувства, я запуталась в своих желаниях и теперь не могу определиться с выбором.

На миловидном лице Аниты появилась понимающая улыбка. Девушка немного помолчала, задумавшись, а потом сказала:

— С проблемой выбора сталкиваются все. Мы пытаемся взвесить все «за» и «против» и просчитать возможные результаты, после чего сравниваем и их. Обычно таким образом отсекаются пути, которые, как нам кажется, не принесут желаемого. И в конце концов выигрывает тот вариант, который, с нашей точки зрения, мог бы воплотить в жизнь то, что мы себе понавыдумывали.

Анита говорила слишком очевидные вещи. Я, не отдавая себе в этом отчета, разочарованно скривила губы. И тут же осознала, что этой гримасой выставила себя… кх-м… с не очень положительной, а точнее, с очень неположительной стороны, потому что моя собеседница обиженно хмыкнула, демонстративно скрестила руки на груди и уставилась на носочки своих замшевых туфелек, выглядывающих из-под длинной юбки. Она ведь хотела помочь, а я…

Меня кольнуло раскаяние.

— Да, ты права, — заговорила я, пытаясь сгладить неловкость, задала поистине волнующий меня вопрос: — Ну а что делать, если я уже взвесила все и просчитала, но на пути к достижению цели появляются препятствия, которые заставляют меня раз за разом переосмысливать уже сделанный выбор?

Лицо девушки смягчилось, она вновь взглянула на меня. Правда, в карих глазах еще плескалась легкая обида.

— Раз колеблетесь, значит, ваша цель — не то, чего вы хотите на самом деле, — сказала, как отрезала.

Ее слова прозвучали словно гром среди ясного неба и проникли, кажется, в каждую клеточку моего тела. О, как она ошибается! Я с юношества стремилась к свободе! А то, что демон-укротитель перешел мне дорогу и порушил все мои планы, и эти странные нынешние чувства к Шейнотту —все это простые неудачи и недоразумения!

— Однако, — вновь заговорила Анита, отвлекая меня от размышлений, — цели и желания ведь могут меняться. Скажите, а вы хоть раз задумывались над тем, какой будет ваша жизнь после того, как вы достигнете своей цели?

Ее вопрос выбил меня из колеи. И правда, я ведь никогда серьезно не обдумывала свое будущее. Постоянно мечтала лишь о побеге и о том, как отыщу жреца, а вот что будет после…

Из коридора между тем донесся странный звон. Так звенит пространственный клинок, рассекающий воздух наточенным острием магического металла. Мое сердце пропустило удар. Служанка в тот же миг подскочила на ноги. Она, как и я, мгновенно поняла, что за дверью, скорее всего, находится злоумышленник. Входы и выходы порталов для пространственного перемещения в императорском дворце расположены в нескольких местах, но уж точно не у самой двери в комнату наследного принца.

Я бесшумно поднялась с кресла и поднесла палец к губам, призывая Аниту к молчанию. На бедняжке лица не было: глаза широко распахнуты, взгляд как у испуганной лани, губы дрожат. В коридоре послышался шорох одежды, прямо у самой двери. Я схватила холодную ладошку оцепеневшей служанки и направилась к балкону, потянув девушку за собой. Одним быстрым движением свободной руки раздвинула шторы, вторым — распахнула двустворчатые двери. Услышала, как кто-то извне поворачивает ручку замка, и тут же приняла ипостась суккуба. Но в тот миг, когда уже расправила крылья и схватила Аниту в охапку, чтобы взлететь вместе с нею, кто-то стремительной тенью подобрался сзади и большая ладонь нападавшего зажала мне рот. Обоняние уловило едкий, сладкий запах, и в следующий миг перед глазами все расплылось, а колени предательски подогнулись. Тонкие пальчики служанки, зажатые в моей руке, — это было последнее, что я еще ясно осязала. Далее мое сознание безнадежно поглотила кромешная тьма…

Очнулась от неприятного ощущения — на щеку мне медленно капала откуда-то сверху вода.

Резко открыла глаза и обнаружила себя лежащей на холодном, каменном полу. Рядом, на покрытой мхом деревянной скамье, стояло блюдце, а на нем — тускло мерцающая свеча. Янтарное пламя трепыхалось как на последнем издыхании, не в силах дать достаточно света влажному, крохотному, сумрачному помещению. Помимо сырости пахло гнилью и чем-то еще — настолько едким и вонючим, что тошнота подступила к горлу и меня чуть не вывернуло наизнанку.

Однако поборола желудочный спазм и медленно поднялась с пола. Мышцы затекли и ныли от долгого лежания на твердой поверхности в неудобной позе. Заправила мокрые, прилипшие к лицу пряди волос за ухо и осмотрелась. Похоже на темницу. Ни одного окна, только железная дверь, покрытая ржавчиной. Такими узилищами уже давненько не пользуются наши власти. Преступников помещают в куда более гуманные условия. Хотя, может быть, я чего-то попросту не знаю…

В темном углу, куда не доставал свет от примитивного светильника, я, напрягая зрение, с трудом различила какой-то неподвижный предмет, напоминающий засохший комок тряпки. Сделав пару мелких шажков босыми ногами по грязному, мокрому полу, наклонилась, чтобы рассмотреть получше. И тут же дернулась всем телом от отвращения, потому что это была…ф-фу… дохлая крыса. Черт побери, где я⁈ Кому понадобилось меня похищать, а потом запирать в таком мерзком месте?

Превозмогая слабость во всем теле и ощущение, что из меня вытянули все жизненные соки до последней капли, добралась до лавки и опустилась на мокрое, холодное, как и все здесь, дерево. Никогда не думала, что однажды мне придется прибегнуть к магии рода. Но в такой ситуации, наверное, чем быстрее это сделаю, тем лучше. Ведь кто знает, сколько мне осталось?..

Опустила тяжелые веки и мысленно представила себе символ имперского рода, который у меня сзади на шее введен под кожу специальной иглой магическими чернилами. Такие тату делают всем членам императорской семьи на случай, если их похитят и лишат возможности использовать магию. Сосредоточилась и произнесла про себя давным-давно заученное заклинание, после чего ощутила легкое покалывание в области татуировки. Слава дьяволу, работает! Остается ждать, когда этот тонкий магический сигнал дойдет до наших элитных войск.

Как же я была в тот момент благодарна моей настойчивой мамуле, которая буквально силком заставила меня согласиться на эту процедуру! А я еще сопротивлялась… Правда, на то была своя причина: кто-то специально распустил слух, что, мол, у кого такое клеймо имеется, тот, значит, состоит в секретном обществе. Вот я и медлила до последнего, не хотела, чтобы потом в меня пальцем тыкали… Если б знала, что когда-нибудь окажусь в безвыходной ситуации, как сейчас, то сделала бы целых две татушки! На случай, если одну обнаружат и попытаются избавиться от нее. В голове нарисовалась картинка: мне ножиком вырезают этот самый символ… Б-р-р! Мотнула головой, вытряхнув оттуда страшные мысли, и подскочила с лавки. Надеюсь, императорская гвардия меня спасет быстрее, чем злоумышленники начнут пытать.

Так, пока помощь идет ко мне, надо попытаться самой выбраться отсюда. Но чтобы это сделать, необходимо понять, где же все-таки я нахожусь и не магическая ли это иллюзия — сия зловонная камера. Не помешает также выяснить, кто меня похитил. Может, в дверь подолбить? А вдруг откроют? Тогда и познакомлюсь со своими врагами… С этими мыслями подошла к двери и со всей силы заколотила по холодному железу кулаками.

Барабанила долго, пока не выбилась из сил, а руки не закровоточили. Опустилась на лавку, вытерла кровь о чистый фрагмент платья. Оно почти все было испачкано после того, как я провалялась в нем невесть сколько времени на грязном полу темницы. Обреченно вздохнула и оперлась спиной о холодную, мокрую стену. Это место настолько противное, что боюсь, долго здесь не протяну.

Как же хочется домой, в свою уютную, теплую кроватку, и чтобы рядом, под бочком, лежал, обнимая меня… И тут моя фантазия резко оборвалась, словно ударилась о невидимую стену. А кто он-то? Кого я мечтала представить рядом с собой? Ну же, Ева, попробуй снова!

Быстро восстановила картинку в голове и увидела белое воздушное облако и мужскую руку, которая крепко обнимала меня. Всего лишь руку, лица так и не рассмотрела… М-да… Похоже, я не только не знаю, чего хочу по жизни, но и не осознаю, которого мужчину на самом деле желает мое сердце!

Из груди снова вырвался тяжкий вздох. Я закрыла глаза и попробовала вздремнуть. Не сразу получилось. Сначала долго старалась не замечать зловония, которое издавала гниющая крысиная тушка в углу, потом, смирившись с неудачей этой попытки, попыталась абстрагироваться от звуков падающих с потолка и смачно шлепающихся на пол капель воды, тихих, но безостановочно мерных, а потому нервирующих до безобразия.

Не знаю, сколько прошло времени, но усталость и изнеможение все-таки взяли надо мной верх, и я погрузилась в некрепкий, тревожный сон. Из него меня — резко и неожиданно, подобно сверкнувшей в грозовом небе молнии — выдернул громкий скрип железных петель. Я мгновенно приняла вертикальное положение и уставилась на медленно открывающуюся дверь.