Глава 10

Я пришел в себя резко, словно вынырнул из темной воды. Голова гудела, во рту пересохло, а запястья неприятно ныли. Первым делом попытался пошевелиться и тут же ощутил, как в кожу впиваются веревки.

Отлично, я связан. И что-то мне подсказывало, это не приятный сюрприз.

Медленно открыл глаза, позволяя им привыкнуть к полумраку.

Подвал. Грязный, с влажными стенами и спертым воздухом. Единственный источник света — масляная лампа, стоящая на деревянном ящике в углу. Её тусклый свет танцевал на каменных стенах, создавая причудливые тени. Запах плесени и гнили забивал ноздри, заставляя морщиться.

Я дернулся, пытаясь освободиться, и тут же ощутил, насколько хрупким и слабым было тело Майи. Мои мышцы без труда справились бы с такими путами, но эти тонкие руки с изящными пальцами, казалось, не могли даже натянуть веревку.

— Проклятье, — пробормотал я и вздрогнул от непривычного голоса — высокого, мелодичного, такого… женского.

Никак не мог привыкнуть слышать его, произнося собственные мысли. Как и не мог привыкнуть к длинным прядям волос, падающим на лицо. Вьющиеся локоны Майи, растрепались и лезли в глаза, добавляя раздражения к и без того скверному положению.

Я осмотрелся внимательнее. Комната была маленькой, без окон, только тяжелая деревянная дверь с железными петлями. Классический подвал для пленников — ничего оригинального. За свою жизнь я повидал немало таких мест, хотя обычно находился по другую сторону двери.

Наклонив голову, я внимательно изучил веревки. Узлы были затянуты профессионально, без лишней жестокости, но крепко. Ясно — меня похитили люди, знающие свое дело. Не бандиты с улицы, а наемники. И судя по тому, что я все еще был жив, им нужна была Майя, а не ее труп.

Я усмехнулся. Ирония ситуации не укрылась от меня: они похитили тело Майи, но получили меня. Что ж, им предстоит неприятный сюрприз.

Прислушиваюсь. Где-то в отдалении послышались шаги, но они быстро стихли. Значит, охрана есть, но далеко. Они не боятся, что хрупкая девушка сбежит из запертого подвала. А может думают, что я ещё не скоро очнусь. Или что мне не сбежать.

Идиоты.

Я вывернул шею, пытаясь рассмотреть, как именно связаны руки. Скованные за спиной, они уже начинали неметь. В своем теле я мог бы напрячь мышцы, порвать веревку или хотя бы ослабить узлы настолько, чтобы выскользнуть. Но тело Майи было создано не для силы, а для грации и скорости.

И тут меня осенило. Ливия, прекрасная куртизанка из Южных Земель, с которой я провел незабываемую неделю три года назад, показала мне один трюк.

— Женщина должна уметь выкрутиться из любой ситуации, — говорила она со смехом, демонстрируя, как можно освободиться от игривых пут шелкового шарфа.

Я никогда не думал, что этот урок пригодится мне на практике.

Сосредоточившись, я начал медленно работать запястьями, вспоминая движения Ливии. Изящество вместо силы, гибкость вместо мощи. Женское тело имело свои преимущества — оно более пластичное, с тонкими костями и суставами, способными выворачиваться под углами, недоступными мне в «себе».

Игнорируя неприятные ощущения, я вывернул левую руку. Плечо отозвалось острым приступом боли, но я не остановился. Если бы Майя узнала, как я обращаюсь с ее телом, она бы, наверное, открутила мне голову. Впрочем, если я не выберусь отсюда, это будет наименьшей из наших проблем.

После мучительных минут борьбы с веревками и собственными ограничениями я, наконец, почувствовал, как узел ослабевает. Еще одно усилие — и моя правая рука оказалась свободной. Левая последовала за ней, и я торжествующе потер затекшие запястья, на которых остались красные отпечатки веревок.

— Ливия, дорогая, я твой должник, — пробормотал я с ухмылкой.

Теперь предстояло освободить ноги и найти выход. Наклонившись, я быстро распутал узлы на щиколотках и осторожно встал. Тело Майи отозвалось слабостью и головокружением — последствия снотворного?

Я подкрался к двери и прислушался. Тишина. Только где-то капала вода, отсчитывая секунды моего заточения. Осторожно проверил дверь — заперта, как и ожидалось. Замок был простым, но крепким. В своем теле я бы просто выбил его плечом, но сейчас такой метод был равносилен самоубийству.

Комната была почти пустой — кроме ящика с лампой, пара мешков в углу и ржавый крюк на стене. Негусто, но мне доводилось работать и с меньшим.

Я опустился на колени возле ящика и аккуратно переставил лампу на пол. Затем, собрав все силы этого хрупкого тела, поднял ящик и с силой ударил им о дверь рядом с замком. Дерево треснуло, но дверь устояла. Еще один удар — и ящик окончательно развалился в моих руках, оставив меня с парой досок.

— Ладно, план Б, — пробормотал я, подбирая самый длинный и прочный обломок.

Просунув его между дверью и косяком рядом с замком, я использовал его как рычаг, напрягаясь всем телом. Пот выступил на лбу, руки дрожали от напряжения. Но металл внутри замка, наконец, поддался с глухим щелчком.

Я прислушался. Кажется, никто не услышал шума. Или охрана была настолько уверена в прочности узлов или крепости того, чем меня вырубили, что не придала значения возне внутри. Их ошибка.

Осторожно приоткрыв дверь, я выглянул в коридор. Он был тускло освещен настенными факелами и уходил влево, теряясь в темноте. Я выскользнул из комнаты, прижимаясь к стене и держа обломок доски наготове. К магии я прибегать не рискну, а зря. Сейчас бы нырнуть в тень и прощайте. Но в ближнем бою даже в этом теле я мог постоять за себя.

Коридор вывел меня в небольшое помещение, где за столом сидели двое мужчин в кожаных доспехах. Они играли в кости и негромко переговаривались, не замечая меня в тени.

— … когда прибудет герцог? — спросил один, бросая кости.

— К рассвету, — ответил второй, сгребая выигрыш. — Сказал, хочет лично допросить девку.

Герцог? Какой еще герцог? В похищении Майи может быть заинтересован только один человек с таким титулом, и он считался мертвым с некоторых пор.

Я прижался к стене, лихорадочно обдумывая ситуацию. Двое крепких мужчин против меня в теле хрупкой девушки. Не самый справедливый расклад, но я никогда не искал легких путей.

Нужно было действовать быстро и бесшумно. Я подобрал с пола небольшой камень и бросил его в дальний угол комнаты. Он ударился о стену с громким стуком, и оба стражника вскочили, выхватывая оружие.

— Что это было? — напряженно спросил один.

— Проверю, — ответил второй, направляясь в сторону звука.

Как только он прошел мимо меня, я выскочил из укрытия и со всей силы ударил его обломком доски по затылку. Он рухнул без звука, а я уже мчался к оставшемуся стражнику, который только начал поворачиваться на звук падения товарища.

Его меч уже наполовину покинул ножны, когда я подпрыгнул и, используя легкость тела Майи, ударил его ногой в грудь. Удар вышел слабее, чем я рассчитывал, но достаточным, чтобы отбросить мужчину к стене. Он выругался, пытаясь восстановить равновесие, но я уже был рядом, нанося удар импровизированным оружием по запястью, державшему меч.

Клинок со звоном упал на каменный пол. Стражник замахнулся кулаком, но я нырнул под удар и вцепился зубами в его руку. Он взвыл от боли, и я воспользовался моментом, чтобы схватить упавший меч и ударить его рукоятью по виску.

Второй стражник присоединился к первому на полу.

— Прошу прощения, ребята, — пробормотал я, вытирая кровь с губ. — Ничего личного.

Я быстро обыскал их, забрав ключи, кинжал и кошелек с монетами. Теперь нужно было найти выход, пока не прибыл таинственный герцог.

Из комнаты вели две двери — одна явно наверх, судя по лестнице, видневшейся за ней, другая вглубь подземелья. Я выбрал первую, осторожно поднимаясь по ступеням и прислушиваясь к каждому звуку.

Лестница привела меня в узкий коридор, освещенный редкими факелами. В конце его виднелась еще одна дверь — массивная, с железными накладками. Свобода была так близко.

Я практически бежал к ней, когда дверь внезапно распахнулась, и в коридор вошел высокий мужчина в богатом камзоле темно-синего цвета. Холодные глаза смотрели с таким высокомерием, что моментально вызывали желание врезать ему в лицо.

Это он. Грёбаный труп, которого должно было похоронить в его же замке, когда мы чудом из него выбрались!

Я замер на месте, не веря своим глазам. Герцог был жив, и, судя по всему, это он приказал похитить Майю.

— А, Майя, — произнес он, улыбаясь тонкими губами. — Решила не дожидаться нашей официальной встречи? Похвальная инициатива.