Глава 13. Эверт Ланзо

Мы начали подъем одновременно — она справа, я слева. Ее маленькие руки уверенно находили опоры, а легкое тело давало преимущество в скорости. Но у меня была сила и злость — отличное топливо для любого вида соревнований.

— Что, запыхался? — крикнула она, обгоняя меня на полкорпуса.

— Заткнись и лезь, — прорычал я подтягиваясь. — Чем выше заберешься, тем больнее будет падать.

— Какой ты добрый, — она перебралась через выступ с неожиданной ловкостью. — Сразу видно, у тебя куча друзей. Все тебя любят.

— А ты нарываешься, — я почти поравнялся с ней. — Может, стоит просто столкнуть тебя отсюда? Сэкономлю время.

— Попробуй, — она показала мне неприличный жест. — Только учти — утяну тебя с собой!

Я расхохотался, чувствуя, как адреналин мешается с яростью. К демонам всё — эта сучка определенно что-то сделала со мной. Я должен был хотеть ее смерти, а вместо этого… наслаждался погоней?

Можно было бы обернуться сейчас. Расправить крылья и прожарить глупую птицу вместе с дурацким дневником, но я медлил. Обращение в дракона всегда было для меня риском. Будь я один, не стал бы тратить время, но в присутствии девчонки не располагало как-то голову терять. Причём не от девчонки.

— Знаешь что, — прорычал я, подтягиваясь на очередном уступе. — Когда догоню тебя, ты пожалеешь, что всё не закончилось в нашу первую встречу!

— О да, особенно если будешь так же "страшен", как в последнюю из них! Жаль я не взяла с собой те цветастые тряпки. Ты так увлёкся, что толком не разглядел лицо. Первый мужик на моей памяти, которого получилось надуть настолько просто.

— На что намекаешь, дрянь?

— На то, что угрозы так же пусты, как твоя постель!

Птица парила где-то наверху, словно издеваясь над нами. А мы продолжали подниматься, обмениваясь угрозами и оскорблениями, но почему-то это больше походило на извращенную форму флирта, чем на настоящую вражду.

Нет, серьёзно. Я сворачивал шеи и за меньшую наглость, а с этой колючкой было весело. Мы перепирались, выискивая слабости, будто пытаясь вогнать нож в подвижные места доспехов друг у друга.

И где-то между очередным "я тебя прикончу" и опасным прыжком через расщелину я поймал себя на мысли, что хочу не столько убить ее, сколько… поймать. И уже потом решить, что с ней делать.

Проклятье. Кажется, этот ее яд все-таки добрался до моих мозгов.

Скала уходила вверх почти отвесной стеной, и мы карабкались по ней, как две упрямые козы. Я держался чуть позади, готовый подстраховать в случае чего. И это "чего" случилось, когда один из камней под её ногой внезапно раскрошился.

Девчонка сорвалась без крика — только резкий выдох и отчаянная попытка ухватиться за что-нибудь. Моё тело среагировало быстрее мыслей — рванул вперёд, схватил её за руку, второй уцепился за выступ. Девчонку швырнуло на камень, но думаю пара синяков лучше перспективы быть размазанной по камням. От рывка плечо прострелило болью, но я держал крепко.

Её глаза распахнулись от страха, непривычно видеть в них что-то кроме насмешки или вызова. Хоть и приятно, когда на долю мгновения она смотрела на меня с робкой благодарностью, пусть и приправленного непониманием.

— Держись, — прорычал сквозь зубы и подтянул её к себе.

Несколько мучительных секунд — и мы оба оказываемся на относительно широком уступе. Девчонка дрожала, хотя явно пыталась это скрыть. Я посмотрел на её бледное лицо и, сам не понимая почему, сказал:

— Привал.

— Нет времени, — она помотала головой, но я вижу, как подрагивают её руки.

— Десять минут тебя не убьют. Так что прижми свой тощий зад к камню и отдыхай.

Девчонка посмотрела вниз, сглотнула и, внезапно подчинилась, медленно опустившись на уступ, скрестив ноги и положив дрожащие руки на колени. Я сел рядом, усмехнувшись и прижав затылок к скале.

Девчонка была всё ещё напряжена, как натянутая тетива, и я решил отвлечь её разговором. Хотел спросить про имя, но, кажется, для этого мы, очевидно, недостаточно близки.

— И как ты докатилась до такого, а?

Надулась, молчит.

— Непохожа ты на обычную наёмницу, — спросил небрежно. — С такой мордашкой замуж за богача надо было выйти, да в шелках ходить.

Она хмыкнула, но промолчала. Я продолжил ждать. Иногда молчание работало лучше вопросов. К тому же она у меня вроде как в долгу и прекрасно это понимала.

— С шелками у меня не задалось, — наконец ответила она, глядя куда-то вдаль. — Когда тебя объявляют в розыск за убийство, мало кто горит желанием свататься.

— За что?

Она сжала губы, и я уже подумал, что не ответит.

— За то, что воткнула нож в глотку ублюдку, который решил, что раз он женился на моей матери, то получил право лапать её дочь.

Внутри стало холодно от её тона — спокойного, почти равнодушного. Только пальцы, впившиеся в колени, выдавали её настоящие чувства.

— А мать… — она горько усмехнулась, — сдала меня законникам. Сказала, что я сумасшедшая, что выдумала всё про её драгоценного мужа. Что я просто завидовала их счастью.

Ярость поднималась внутри горячей волной. Я встречал немало дерьма в своей жизни, но такое…

— Забавно, правда? — она, наконец, повернулась ко мне, в глазах плескалось что-то тёмное и больное. — Убила одного ублюдка, а теперь работаю на других. Но по крайней мере эти платят деньги и не лезут под юбку.

Я смотрел на неё и видел не воровку или наёмницу, а загнанного в угол зверька, который научился кусаться, чтобы выжить. И почему-то от этого становится горько во рту.

— Пора идти, — она поднялась, стряхивая момент откровенности как пыль с одежды. — Эта пернатая сволочь не будет ждать вечно.

Я кивнул и встал следом. Мы продолжили подъём, но уже спокойнее, без спешки. Проклятье. Кажется, я начинал сочувствовать ей. А это определённо не входило в мои планы.