Глава 16

— Стёпа, ты молчишь, — заметил Захарыч. — И чем дольше ты молчишь, тем больше мы нервничаем.

Степан оглядел нас, затем становился взглядом на своём друге.

— Я сделал всё что мог, Егор, — выдавил он. — Шадрин настроен против вас крайне негативно. И даже не объяснил, с чем связано такое решение.

— Ну ты Америку открыл, ёптыть, — крякнул Захарыч. — Будто это не было понятно изначально. Что он говорит? Давай уже по существу.

— Он сказал, что вас выселят из здания на этой неделе. Внезапно решил здесь открывать травматологию, — тихо произнёс Степан.

— Ну вот тебе и объяснение, — скривился Захарыч, нервно постукивая пальцами по столу.

— Нет-нет, это совсем ничего не объясняет, Егор, — вздохнул замначальника «Целебника». — Травматология вполне себе нормально существует в четырёх комнатах, притом на прошлой неделе был уволен один из травматологов. Теперь остался всего один. Всё из-за небольшого количества пациентов с травмами, которые посещают нашу клинику.

— Всё с вашим Шадриным понятно. Просто нашёл причину, — кивнул я, шумно выдохнув.

Захарыч откинулся на спинку кресла, взглянул в потолок, затем перевёл взгляд на своего друга.

— Ну хорошо. Мы уйдём. Но так дела не делаются. Что значит на этой неделе? — просипел он. — Нам нужно время, чтобы найти подходящий вариант, а ещё переезд, который займёт несколько дней. Сколько нам нужно, Алексей, чтобы спокойно переехать на новое место?

— Два месяца отсрочки вполне нас устроят, — ответил я, беря с запасом, на форс-мажор.

— А вы думаете, я не спрашивал насчёт этого у Шадрина? — печально улыбнулся Степан. — Я не знаю, какая муха его укусила, но он упёрся рогом и ни в какую не хочет уступать.

— Может, ему чуть больше платить за аренду эти два месяца? — предложил Захарыч. — Мы уже в состоянии это делать. Мы платим пять тысяч в месяц за аренду целого здания вместе с оборудованием. Добавим ещё тысячу. Будет шесть.

Степан вздохнул, посмотрел куда-то в окно, что-то обдумывая, а может вспоминая настрой своего босса и прикидывая шансы.

— Не уверен, что это сыграет какую-то роль, — отозвался он. — Нам ведь неизвестна первопричина его решения. Но я передам ваше предложение.

— Ага, так и передай, — пробурчал Захарыч. — А ещё передай, что он долбоящер.

— Егор… — покачал головой Стёпа. — Ну я понимаю, что новость плохая, и вы расстроены…

— Да пошутил я, — ухмыльнулся Захарыч. — Это чтобы ты понимал наше отношение к твоему начальнику.

Стёпа вышел из кабинета, а старик перевёл на меня напряжённый взгляд.

— Думаю, ты согласишься со мной, что результат понятен, — просипел он. — Шадрин пошлёт Стёпу в пешее эротическое, так что надо срочно искать варианты. До конца недели. Это ещё пять дней вместе с сегодняшним. У тебя, случаем, никаких знакомых нет, кто мог бы подсуетиться для нас? Может за кем-то должок?

Как раз в этот момент пришло сообщение от графа Лихачёва, что груз подъехал к поместью.

А ведь вот оно и решение. Пётр Илларионович занимался не только перевозками. Он ко всему прочему нанимал посредников, строил коммерческие площади, а потом либо сдавал их в аренду, либо продавал по завышенной цене. К тому же он активно сотрудничал с людьми, которые вращались в похожем бизнесе.

Хотя я пока не знаю, найдётся ли у графа достойный вариант, или придётся обращаться к кому-нибудь другому. Следовало с ним связаться, и чем быстрее, тем лучше.

— Алексей, я ведь вопрос задал, — категорично взглянул на меня пожилой лекарь.

— Мне нужно кое с кем созвониться, — поднялся я с кресла и вышел в коридор.

Тут же я набрал графа, и он принял звонок через несколько секунд.

— Алексей Михайлович, рад слышать, — донесся из динамика довольный голос Лихачёва. — Если вы переживаете по качеству материала, спешу вас заверить, что фирмы, с которыми мои знакомые сотрудничают, работают по лицензии, и у них чуть ли не на каждый шуруп имеет сертификат соответствия.

— Я полностью доверяю вам, Пётр Илларионович, — улыбнулся я. — У меня только что случился форс-мажор. Нас выдворяет арендодатель. Нам бы срочно найти хороший вариант для переезда.

— Вот как. Вы меня удивили. Кто же там такой нечестно играющий? — пробормотал граф.

— Пока непонятно, — ответил я. — Просто поставил перед фактом. До конца недели следует освободить здание.

— Так… давайте-ка я вам перезвоню, чуть позже, — произнёс Лихачёв. — Насколько я понял, вам нужно отдельное здание.

— Всё верно, Пётр Илларионович, — сообщил я, понимая, что очень важно сразу обозначить такой момент. — Исключительно отдельное, и лучше в оживлённом месте, если это возможно.

— Всенепременно учту ваши пожелания, Алексей Михайлович, — услышал я из динамика.

После разговора с Лихачёвым я не стал возвращаться в кабинет Захарыча. Заметил, как все потянулись в обеденную, и последовал туда же.

— Алексей, — услышал я сбоку, затем заметил озадаченную физиономию Ромы Хмурого. — Узнай у Захарыча, когда нам придёт аванс, а то мы уже отработали две недели. Лично я не умею воздухом питаться, ну ты понял.

— Ага, даже на проезд нет денег, — пожаловался подошедший к нам Миша.

— Я поговорю, — кивнул я и бросил взгляд на экран смартфона. Пришло сообщение от Пули, задержавшегося в своей сторожке.

«Лёха, к вам комиссия. Предупреди всех», — прочёл я.

Ну да, разумеется. Две недели прошли, и мы были готовы к приходу комиссии. Вот только пожаловала она, как специально, в обеденное время.

Добрался я до зала отдыха и показался на входе в обеденную комнату, в которой уже собрались почти все из нашего рабочего коллектива. Не хватало лишь Дарьи, которая вечно задерживалась в своей мастерской.

— Хочу вам сообщить пренеприятнейшее известие. Рохлин пожаловал, — обратился я к собравшимся.

— Да чтоб его черти в лаве искупали! — зарычал Захарыч. — Нет бы прийти с утра, как положено нормальным проверяющим.

— Надеюсь, что они не на весь обед, — вздохнула Настюха.

— Не надейся, — кисло улыбнулась Виктория. — У таких ушлых отсутствует понятие тактичности напрочь.

Я уже отошёл от них и отправился в свой кабинет, но не дошёл. В коридоре уже находились Рохлин в полосатом костюмчике и трое в синей форме с погонами.

— Так. Замечание сходу, — покосился он в сторону регистратуры, доставая блокнотик. — Отсутствие сотрудника на рабочем месте.

— Так обеденное время сейчас, — произнёс я. — Доброго всем дня.

— Да? — Рохлин тяжело вздохнул, делая каменное лицо, затем всмотрелся в меня. — Добрый день. А вы, кажется, барон Логинов, у которого в прошлый раз мы так и не увидели сертификат и остальные документы.

— Яков Петрович, вы конкретно говорите, — произнёс я, выдерживая его притальный холодный взгляд. — Смотря что вы понимаете под остальными документами.

— Ладно, — Рохлин даже смог выдавить улыбку, правда та получилась кривой и неестественной. — Тогда пока перейдём на сертификат. Вы успели его получить?

— Приветствую уважаемую комиссию, — поздоровался с нашими гостями Захарыч, оказываясь рядом, затем наклонился к моему уху, прошипев: — Только не говори, что забыл свои документы дома.

— Всё под контролем, не суетись, — так же тихо ответил я старику, затем взглянул на Рохлина. — Прошу в мой кабинет, там я и покажу все документы.

Чуть позже комиссия расположилась на диване, листая накладные и договора, которые им принёс Захарыч. Не пойму их бесполезного занятия. Они всё это и так в прошлый раз проверили. И я поймал себя на том, что меня уже начинало подмывать сказать им что-нибудь резкое — всякой дотошности должен быть предел. Но нельзя. Нельзя этого делать ни в коем случае, особенно учитывая, что всех этих товарищей кто-то нанял.

Рохлин же в свою очередь расположился у стола, рассматривая полученный мною сертификат. Крутил его и так и эдак, поворачивал на свет, щурился, разглядывая полоски и водяные знаки.

— А вот тут что-то не хватает, — наконец-то отозвался он, довольно улыбнувшись. — Вот, в углу должен быть двуглавый орёл. Его нет. Кажется, Алексей Михайлович, вы приобрели подделку.

— А вы переверните сертификат, — покрутил я пальцев в воздухе. — Держите вверх ногами.

— А-а-а, точно, — как-то разочарованно протянул инспектор. Взгляд его потускнел, он поджал губы. — Я слышал новость, что вы подтвердили четвёртый ранг целителя. Не верил до-последнего, честно говорю. И вот только теперь убедился в этом. Хорошо вы поднялись, Алексей Михайлович. Но главное ведь не только подняться, а ещё и удержаться следует.

— Так я иду дальше, Яков Петрович, — широко улыбнулся я в ответ. — Планы просто грандиозные.

— Вы так говорите, будто точно знаете, что возьмёте высший ранг, — скривился Рохлин, отводя взгляд на несколько листов обновлённого реестра, где была указана и моя фамилия с порядковым номером.

— Спросите у любого целителя или боевого мага о потенциале, и я уверен, они вам ответят, — натянул я улыбку. — Они это чувствуют. Знают, что будут развиваться и дальше. Также как и я чувствую дальнейший рост. Поверьте, я не ограничусь четвёртым рангом.

— Поражаюсь вашей самоуверенности, ну да ладно, — Рохлин поднял на меня напряжённый взгляд. — Корочку покажите, пожалуйста.

Я достал из кармана документ и протянул инспектору. Рохлин уже не так внимательно рассмотрел его, затем как-то обречённо вздохнул и начал делать фото документов, используя камеру своего смартфона.

После проверки документов комиссия прошла ещё раз по нашим помещениям. Рохлин всё же умудрился найти, до чего зацепиться. На день были просрочены спиртовые салфетки. Штрафа за это не полагалось, всего лишь требование устранить в течение двух дней. Конечно, из-за такой мелочи они сюда не вернутся.

Остановившись у регистратуры, Рохлин вяло попрощался, а остальные пожелали хорошей работы, и процессия исчезла в холле.

— Скатертью дорожка, продажные шкуры, — процедил Захарыч, останавливаясь рядом со мной.

— Прямо в точку, — подтвердил я. — Ты видел кислое лицо Рохлина?

— Ещё бы ему не быть кислым, — хохотнул старик. — Это для него трагедия мирового масштаба. Я хотел бы посмотреть, как он будет оправдываться перед своими заказчиками.

— На коленях будет ползать и молить о пощаде? — предположила Виктория, оказавшись рядом.

— Рохлин? Да он сам из баронской семьи. Вряд ли он будет ползать перед кем-то на коленях, — хмыкнул Захарыч. — Скорее мямлить будет, что ничего не вышло, и требовать оплатить услуги.

— Но в ответ получит по шее, — оскалился Пуля, показавшийся в коридоре. — Эти танцы точно заказал князь, слишком борзо они зашли в клинику.

— Да ты эксперт, Олег, — Захарыч иронично взглянул на здоровяка. — Может, ещё расскажешь нам, кто заказал эти танцы с бубнами?

— Вот ты любитель подкалывать, конечно, — покачал головой здоровяк. — Лучше скажи, есть-то мы будем сегодня или нет?

— Конечно будем, — отозвалась Настя. — Ещё есть десять минут. Я уже всё приготовила.

Мы пообедали сытным свекольным борщом, а затем перешли к чаю.

— Ну что, Алексей, ты вроде там договаривался с кем-то, — бросил мне невзначай Захарыч. — Я насчёт переезда в другое место.

— Егор Захарович, что вы нагнетаете вечно? — тихо произнесла Настя. — Может, у Степана получится…

— Да ни хрена у него не получится, Анастасия, — мрачно взглянул на неё старик. — Я Степана знаю со школы. Он очень коммуникабельный. И если уж не получилось у него повлиять на Шадрина, значит всё, пиши пропало. Вот я и беспокоюсь о переезде.

— Я могу договориться, через Якова, — прогудел Пуля. — Он барыжит возле ЦУМа, но как-то занимался недвижкой.

— Своих барыг, Олег, оставь себе, — нахмурился Захарыч. — Дело серьёзное. Чтоб потом выяснилось, что помещение принадлежит другому хозяину? Таких приключений моё старое сердце точно не выдержит.

Как раз в этот момент зазвонил телефон. И я тут же вышел из обеденной в зал отдыха, принимая звонок от графа Лихачёва.

— Алексей Михайлович, у меня нет достойных вариантов, — услышал я графа. — Но я могу вас свести с очень порядочным человеком. Барон Харитонов, мой давний друг, как раз занимается сдачей в аренду и продажей коммерческих площадей. Вы сможете уделить ему время?

— С радостью, Пётр Илларионович, — согласился я. — Когда он может подъехать?

— Желательно вам встретиться прямо сейчас. Он недалеко от вашей клиники, — сообщил Лихачёв. — Я понимаю, что у вас рабочее время, но потом он уезжает из города на неделю.

— Понял вас, присылайте контакт, я свяжусь с ним, — охотно произнёс я, доставая из кармана записную книжку.

Чуть позже мы созвонились с бароном, и тот подъехал в клинику. Светловолосый, чуть старше меня, с тонкой бородкой и такими же бакенбардами, и с приветливой улыбкой на овальном лице.

Когда мы поздоровались, в коридор уже начали поступать пациенты. Я увидел Рому, который уже направлялся в свою приёмную.

— Роман, на тебе пациенты. Захарыч если что поможет, я его предупрежу, — бросил я приятелю, и тот кивнул в ответ.

По пути я отправил старику сообщение, сообщая, что у меня важная сделка. Тот пожелал удачи.

Мы с Харитоновым устроились в креслах напротив друг друга и сразу перешли к делу.

— Думаю, что Пётр Илларионович всё объяснил вам, — начал я, и барон кивнул в ответ. — Я же лишь дополню и расскажу, что мы ищем конкретно. Отдельное здание, и желательно под ключ, без черновой отделки и прочего, чтобы сразу же заехать, разместиться и принимать клиентов.

— Я уже в курсе вашей ситуации, Алексей Михайлович, — Харитонов улыбнулся ещё шире, положив руки на стол и скрестив пальцы в замо́к. — Мне знакома клиника «Возрождение». Но ваше месторасположение сейчас не очень выигрышное.

— У нас на тот момент не было выбора, — развёл я руками. — Но я надеюсь, что у вас будет более достойное предложение.

— Да, есть хороший вариант. Мопровский проспект, очень оживлённая улица, что вам пойдёт только в плюс, — произнёс Харитонов. — Здание двухэтажное, с просторными помещениями. Да что я говорю, сейчас покажу фотографии.

Барон достал смартфон из внутреннего кармана, ткнул пару раз в экран и повернул его ко мне.

Я внимательно рассмотрел более пятидесяти фото и был впечатлён. Это гораздо лучший вариант, чем здание «Целебника». А главное — качественная чистовая отделка, более просторный коридор с небольшими арочными переходами, и комнат в два раза больше, чем мы имеем сейчас. Для расширения штата клиники — самое то. Что не менее важно, здание находилось в общей охранной зоне, то есть было защищено от аномалий и астральных существ. Вот только датчиков не было, но это не проблема. Подрядить Сашу Фартового, он за день всё поставит и настроит.

— Отличный вариант, — на лице моём сама собой появилась улыбка. — Мы готовы заехать в конце недели.

— Прекрасно. Теперь насчёт арендной платы, — вздохнул Харитонов. Видно подумал, что цена меня может сильно расстроить. — Хороший район, отличное отдельное здание… К тому же Пётр Илларионович просил уступить вам немного в цене, а мы с ним в дружеских отношениях, знаете ли. Итого, меня вполне устроит сумма четыре с половиной тысячи за месяц аренды целого здания.

Я вгляделся в барона. Он не шутил, говорил серьёзно. И он напрягся, думая, что я могу отказаться или начну сбивать цену. Пожалуй, я не буду его напрягать дальше. Условия просто шикарные, грех не воспользоваться таким шансом. Но… всегда есть это самое «но». Он что-то не договаривал.

— Я согласен, — улыбнулся я, и барон тут же просиял. — Но ведь всё же есть подвох, верно? Не может быть всё так идеально.

Впервые улыбка исчезла с лица Харитонова. Он кивнул.

— Артефакт, который отвечает за вентиляцию, барахлит. Я уже двух мастеров сменил, так и не могут найти причину, — потускнел барон. — Вентиляция есть, но работает с задержками. Наверное, надо было сказать с самого начала это.

— Это не страшно, у нас есть свой артефактор, который посмотрит на вашу поломку, — произнёс я, заметив, как улыбка вновь возвращается на лицо Харитонова.

— Это будет замечательно… Если оплату за первый месяц сможете внести авансом, сразу после заезда, будет просто идеально, — добавил он, когда мы пожали друг другу руки.

— Договорились, — согласился я.

У барона Харитонова нашёлся бланк договора. Правда он был в электронном виде, и пришлось подряжать Дарью, чтобы она сбегала через дорогу и распечатала два экземпляра.

Харитонов понимал, что мы встречаемся в рабочее время, поэтому не докучал долгими беседами. Мы договорились, и даже в условиях был прописан этот пункт — договор вступит в силу, а перевод за месяц аренды будет осуществлён нами сразу же после того, как мы окончательно переедем в новое здание и настроим оборудование.

Через пару минут я отпустил барона, но посмаковать очередную победу мне никто не дал. Пациенты скапливались в коридоре, и надо было срочно разгружать коллег.

* * *

В ста метрах от клиники «Возрождения», пять часов спустя

— Леонид, да хватит мусолить свою маску. Напяливай и погнали, — посмотрел на одного из своих подельников Старый. — И тебя это касается, Микола.

Командир бригады, которую Анаболик подрядил на это задание, был тёртым калачом. Всегда выходил сухим из воды, и товарищей своих выручал. Именно поэтому выбор авторитета пал на него, а он уже подобрал тех, с кем и в огонь, и в воду не страшно, и в разведку пойти, если что, можно.

— Старый, скажи только водиле, чтобы забрал нас сразу же, — прохрипел Микола, закрывая лицо маской с прорезями, затем достал из ящика коктейль с фитилём. Ядрёный коктейль, усиленный магическими присадками. Так полыхнёт, обычным огнетушителем не загасишь.

— Он уже в курсах, — хмыкнул Старый. — Ты чё нервничаешь?

— Будто червь какой точит, — признался Микола. — Словно зря мы это делаем.

— Ну поди и скажи это Анаболику, — гоготнул Леонид.

— Я не смертник, — криво усмехнулся Микола.

— Всё будет хорошо, — хлопнул по его плечу Старый. — Проверяем ещё раз бутылки, фитили. Готовим зажигалки — и вперёд.

Затем бригадир откинул перегородку минивэна, отделяющую пассажирский салон от водителя, приказал выезжать с обочины и двигаться в сторону нужной точки.

Не доезжая десяти метров, минивэн высадил двух людей в масках, которые подбежали к зарешёченным окнам первого этажа клиники. Старый услышал звон стекла и заметил четыре факела.

— Да кидайте вы, мать вашу… — пробормотал он себе под нос, внимательно наблюдая за происходящим.

* * *

Отработав день, мы уже собрались уходить. Переоделись и вышли в коридор. Только сейчас я торжественно объявил, что мы переезжаем на новое место. Пришлось задержаться и показать фото, которые мне перекинул барон Харитонов.

Радости коллектива не было предела. Особенно шумел Пуля, который заметил у входа большой охранный блокпост. Не то что его каморка, в которой он сейчас ютится.

— Кстати, Даша, есть и для тебя работёнка, — напоследок обратился я к нашей техничке. — Там что-то с артефактом, который следит за вентиляцией. Надо будет посмотреть.

— Хм, я с таким ещё не сталкивалась. А что за модель? — спросила Дарья, когда мы покидали коридор.

— Что-нибудь полегче спроси, — хмыкнул я. — Узнаю у нашего арендодателя.

Позади нас вдруг раздался звон стекла. Следом вновь что-то разбилось. Полыхнуло и затрещала мебель, и тут же потянуло запахом горящего пластика.

— Какая с-сука?.. — выдохнул Захарыч, заметно бледнея и встретившись со мной взглядом.

Потом разберёмся. Главное сейчас — потушить огонь и спасти оборудование.