Глава 4

— Я могу где-то побыть одна? — спросила я, чувствуя, что мне нужно хотя бы на минуту отключиться от всех этих людей и всей этой странной ситуации.

Аэлрион коротко кивнул.

— Да, — сказал он.

Один из них, кажется, Ретом, шагнул вперёд и указал рукой, приглашая следовать за ним. Мы прошли через несколько залов, и он остановился перед массивной дверью, толкнув её, чтобы открыть.

— Это твои покои, — коротко сказал он, сделав шаг в сторону, чтобы я могла войти.

Я кивнула, чувствуя, что всё ещё не готова ни к разговорам, ни к каким-либо объяснениям. Когда я шагнула внутрь, он без лишних слов закрыл дверь, оставив меня одну.

Комната оказалась огромной. Точнее, это было не просто комната, а целый комплекс. Первой я увидела просторную прихожую, из которой можно было пройти в другие помещения. Я осмотрелась, чувствуя лёгкую растерянность, и направилась дальше.

Следующей оказалась спальня. И когда я говорю "спальня", я имею в виду место, где могла бы разместиться небольшая армия. Огромная кровать в центре комнаты поражала своими размерами — на ней, без преувеличения, могло бы поместиться человек десять. Я замерла, вспоминая их слова, что нам придётся спать вместе, и почувствовала, как лицо заливает жар.

— Нет-нет, — пробормотала я себе под нос, стараясь прогнать эту мысль.

Я поспешила дальше, пытаясь отвлечься, и нашла гардеробную, которая выглядела как мечта модельера. Шкафы, заполненные изысканными платьями, плащами и аксессуарами, занимали несколько стен. Всё выглядело роскошно, но это только усиливало моё чувство чуждости.

Ещё дальше была купальня. Здесь находилась ванна, которая скорее напоминала мини-бассейн. В ней явно могли уместиться несколько человек.

— Не все пятеро, конечно, но двое точно, — пробормотала я и тут же одёрнула себя. — Лира, хватит. Мысли не туда.

Я вернулась в спальню, не решаясь сесть на огромную кровать. Она выглядела слишком внушительно и слишком… совместно. Вместо этого я нашла большое уютное кресло в углу, которое будто приглашало сесть в него.

Опустившись в него, я почувствовала, как усталость накатывает волной. Всё это было слишком: новый мир, новые правила, новые люди. Я не успела додумать до конца свои мысли, как сон смёл их, оставив меня в покое, хотя бы ненадолго.

Проснулась я от того, что было ужасно жарко. Во сне я попыталась скинуть одеяло, но оно оказалось слишком тяжёлым и… протестующим?

Вскоре я поняла, что это вовсе не одеяло. Открыв глаза, я заметила, что меня обнимает чья-то тяжёлая и горячая рука. Красные линии на ней вспыхивали в полутьме, и всё стало очевидно: это был Стеф.

Я застыла, стараясь не шевелиться, чтобы не разбудить его, и медленно огляделась. Остальные мужчины тоже были здесь, спали рядом, но, к счастью, никто больше меня не касался.

"Какого чёрта они здесь делают?" — думала я, лихорадочно прикидывая, как выползти из кровати, не разбудив никого. Но стоило мне попытаться, как рука Стефа сильнее прижала меня к себе.

— Ещё рано, — пробормотал он, явно просыпаясь.

— Отпусти, — прошипела я, пытаясь вырваться.

Он открыл глаза и посмотрел на меня так, будто я сказала что-то нелепое.

— Чем быстрее ты привыкнешь, тем лучше, — лениво произнёс он, слегка проводя рукой по моему животу.

Я вздрогнула. Совершенно непрошенные мурашки пробежали по коже, и я почувствовала, как лицо заливает жар.

— О чём ты? — спросила я, стараясь убрать его руку.

— Энергообмен, цыпочка, — он усмехнулся, явно наслаждаясь моей реакцией. — Секс. Я про секс.

— Я не буду заниматься с вами сексом, — выпалила я, чувствуя, как меня начинают захлёстывать злость и стыд.

— Ну тогда мы скоро умрём, — совершенно равнодушно заявил он, словно обсуждал погоду.

— Врёшь, — я попыталась сказать уверенно, но голос предательски дрогнул.

— Не врёт, — раздался голос с другой стороны.

Я замерла, пытаясь понять, кто это сказал, но сонный полумрак и охвативший меня страх мешали разобраться.

Я окончательно проснулась, когда осознала, что нахожусь в крепких объятиях Стефа. Его рука всё так же тяжело лежала на моём животе, и я сделала ещё одну попытку вырваться, но он только сильнее прижал меня к себе.

— Отпусти! — прошипела я, пытаясь вывернуться.

Вместо ответа он склонился ближе и глубоко вдохнул, будто наслаждаясь моим запахом.

— Забавно, — протянул он, его голос звучал тихо и чуть хрипло. — Ты пахнешь иначе. Вкуснее.

— Ты… что? — растерянно выдавила я, чувствуя, как холодный ужас смешивается с какой-то странной растерянностью и волнительными мурашками.

— Нет, серьёзно, — продолжил он, игнорируя мой тон. — Эйлирия пахла иначе. А ты… ммм, как свежий мёд.

— Стеф, отпусти, — на этот раз мой голос дрогнул. Потому что и меня накрыло его ароматом. Пряным, дубовым, таким притягательным. Лира! Очнись!

Он посмотрел на меня снизу вверх, его алые глаза словно пытались прочитать мои мысли.

— Я бы и рад, — сказал он с тенью насмешки. — Но, в отличие от остальных, я вчера был в другом мире. Так что, знаешь… не могу.

— Что значит "не можешь"? — я почувствовала, как моё сердце забилось сильнее.

— Если ты не готова снять трусики и быстро исправить ситуацию, придётся терпеть мои объятия, — сказал он, его тон оставался ровным, почти будничным. — Мне нужно пропитаться тобой. Насытиться твоей энергией. И сегодня это нужно только мне так остро, а завтра будет нужно и остальным.

Я замерла, вглядываясь в его лицо, и… поверила. В его голосе не было ни капли шутки.

Стеф снова провёл рукой по моему телу, нежно, почти невесомо. Это было странно приятно, и от этого внутри всё кипело ещё сильнее.

"Приятно? — подумала я в панике. — Приятно, когда меня трогает незнакомый мужчина?"

Брыкаться я перестала, но напряжение никуда не делось. Постаравшись расслабиться, я тихо сказала:

— Я хотела бы сесть.

Он слегка улыбнулся, но не сказал ни слова. Его движения были настолько плавными, что я едва поняла, как он легко переместился в сидячее положение, усаживая меня у себя между ног, спиной к его груди.

Его руки продолжали удерживать меня, но теперь больше напоминали объятия, чем хватку. Стеф медленно склонился ближе и снова вдохнул воздух возле моей шеи.

— Вот так гораздо лучше, — тихо сказал он, его дыхание коснулось моей кожи, и я почувствовала, как мурашки пробежали по всему телу.

Раздался голос Маркуса, спокойный, но с ноткой настойчивости:

— Насколько я понимаю, пора бы тебя покормить и показать миры.

Я обернулась к нему, всё ещё находясь в сидячем положении у Стефа, чувствуя, как он лениво проводит пальцем по моей руке.

— Что? — я нахмурилась, всё ещё пытаясь понять, что происходит. Это состояние уже начинало бесить. Словно я какая-то потеряшка. Впрочем, именно ею я и была.

— Тебе нужны силы, — продолжил Маркус, скрестив руки на груди. — Мужьям нужна твоя энергия. Но она также нужна и мирам. Если ты не начнёшь заботиться о себе и о них, последствия будут... не самыми приятными.

— Ага, — добавил Стеф, чуть шевельнувшись. — Мы как-то не очень хотим умереть из-за твоего упрямства, цыпочка.

— Не называй меня так, — огрызнулась я, но в голосе не хватило твёрдости.

— Ладно, не цыпочка Лира, — протянул он, усмехнувшись.

— Нет, я серьезно. Прекрати это, — сказала я, поворачиваясь в его руках, что было ошибкой, потому что я оказалась к нему слишком близко, а его руки при этом продолжали меня обнимать. И этот обволакивающий мужской аромат… Ох.

— Почему тебе не нравится? — спросил он, слегка склоняя голову набок, наблюдая за моей реакцией. Снова прижался носом к моей шее, но на этот раз это было так интимно, что внизу волнительно потянуло. Он отстранился и его губы оказались слишком близко. Настолько, что я ощущала его дыхание на своих…

— А как ты хочешь, чтобы я тебя называл? — спросил он, его взгляд потемнел, а руки скользнули по бедрам, вырывая у меня тихий стон. Он улыбнулся, довольный моей реакцией.

— Лира.

— Это скучно. Ты так сладко пахнешь, хочешь я буду называть тебя цветочком? Или кошечкой?

Я закатила глаза.

— Хочу быть просто Лирой, — сказала я, а он посмотрел на мои губы и прищурился как-то очень хищно.

— Хорошо. Один поцелуй и будешь просто Лирой. Ну как? Идет?

Я замерла, осознавая, насколько близко мы оказались друг к другу. Его дыхание касалось моей кожи, и это почему-то сказывалось на мне слишком явно — сердце начало биться быстрее, а внутри что-то переворачивалось.

— Нет, — выпалила я, стараясь отстраниться, но его руки на моих бедрах лишь чуть сильнее сжались, удерживая меня на месте.

Стеф усмехнулся, его алые глаза блестели, словно он наслаждался каждой моей попыткой сопротивления.

— Почему нет? — спросил он, его голос звучал мягко, почти шепотом, но в нем чувствовалась скрытая насмешка.

— Потому что это… это… — я запнулась, не зная, как сформулировать мысли, пока он не отстранился ещё ближе, изучая меня с хищным интересом.

— Это что? — его губы дрогнули, будто он с трудом сдерживал улыбку. — Неправильно? Глупо? Или тебе просто нравится?

Я стиснула зубы, чувствуя, как мои слова застревают где-то в горле.

— Стеф, хватит, — сказала я, стараясь звучать твёрдо, но он лишь наклонился ближе, его взгляд не отпускал меня.

— Один поцелуй, — прошептал он, его губы были настолько близко, что я могла ощутить их тепло. — И всё. Ты будешь просто Лирой.

— Нет, — сказала я, хотя голос предательски дрогнул.

Его улыбка стала шире, но он неожиданно отстранился, оставив между нами небольшой зазор.

— Ладно, — сказал он, слегка проводя рукой по моим бедрам, а затем отпуская меня. — Но это предложение ещё в силе, цветочек.

Я закатила глаза, пытаясь вернуть себе хоть каплю самообладания, и быстро поднялась на ноги, пока он не передумал.

— Просто Лира, — бросила я, оборачиваясь на него.

— Конечно, цветочек, — ответил он, но его голос был наполнен таким весельем, что я знала — он ещё не закончил со своими играми.

Пока мы со Стефом припирались, Илион спокойно вышел из комнаты и вернулся с аккуратно сложенной стопкой одежды.

— Вот, это будет удобнее, — сказал он, положив вещи на край кровати.

— Спасибо, — пробормотала я, чувствуя себя немного неловко, но всё же подошла к вещам.

Стоило мне протянуть руку, чтобы взять одежду, как Стеф мягко, но уверенно перехватил мою руку.

— Подожди, — сказал он, глядя на меня. Его голос был серьёзным, без тени насмешки, что сбило меня с толку. — Ты устала, дай помочь.

— Помочь? — переспросила я, чувствуя, как щеки начинают гореть.

Прежде чем я успела возразить, он медленно снял с меня платье, в котором я спала. Движения были плавными, и в них не было ничего грубого, но я всё равно вскрикнула:

— Эй! Я сама справлюсь!

— Мы знаем, — спокойно ответил Илион, подавая ему свежий наряд. — Но иногда проще принять помощь.

— Что вы себе позволяете?! — вспыхнула я, пытаясь забрать одежду у Стефа, который, кажется, даже не думал меня дразнить.

— Заботимся, — сказал он с лёгкой улыбкой. — Это не так страшно, как ты думаешь.

Я почувствовала, как моё возмущение начинает утихать. Они действительно не выглядели ни насмешливыми, ни враждебными. Их действия были больше похожи на… обыденную заботу.

— Думаете, я сама не могла одеться? — буркнула я, упрямо хмурясь.

— Могла, — согласился Илион, застёгивая ремешок на плече. — Но разве это плохое предложение?

Стеф слегка улыбнулся, когда я наконец опустила взгляд и замолчала, чувствуя себя смущённой.

— Лира, — добавил Илион, его тон стал мягче, а взгляд более серьёзным. — Мы уже говорили: это тело от нас секретов не имеет.

— Мы видели всё, — тихо подтвердил Стеф, но в его голосе не было ни намёка на издёвку.

— Поэтому расслабься, — заключил Илион, аккуратно поправляя ткань на моём плече.

Я замерла, обдумывая их слова. Внутри всё ещё кипело раздражение, но странным образом я больше не чувствовала себя униженной. Может мне действительно стоит расслабиться и просто принять вот это все?

Мужчины вышли, оставляя меня привести себя в порядок. Все, кроме Стефа.

— Почему ты не ушёл вместе с остальными? — спросила я, стараясь удерживать голос ровным, хотя внутреннее напряжение снова росло.

Стеф чуть улыбнулся, его взгляд был мягким, но каким-то пронизывающим.

— Потому что я нуждаюсь в твоей энергии сейчас, — ответил он спокойно. — Уходить мне... неприятно.

— Ты серьёзно собираешься так весь день ходить за мной? — нахмурилась я, скрестив руки на груди.

Его улыбка стала шире, почти хищной.

— Если тебе не нравится, мы можем очень быстро это исправить, — сказал он, делая шаг ближе. — И обещаю, тебе понравится.

— Нет, — резко отрезала я, но в голосе прозвучало больше неуверенности, чем я хотела.

Он чуть наклонил голову, будто оценивал мою реакцию, а затем хмыкнул:

— Завтра голодных мужчин будет куда больше, Лира. Скрыться не выйдет.

Он подошёл ещё ближе, его рука скользнула к моей талии, и я почувствовала, как жар охватывает моё тело. Его алые глаза пристально смотрели в мои, и я не могла отвернуться.

— Почему ты не хочешь меня поцеловать? — спросил он, его голос был низким и почти завораживающим. — Я же слышу, как бьётся твоё сердечко, когда я рядом.

— Поцелуй — это не секс, Лира, — продолжил он, чуть склонившись ближе, так что его дыхание коснулось моей кожи. — Но в нём больше энергии, чем в объятиях. Я попробую твои медовые губки, и оставлю тебя ненадолго одну.

— А что делала Эйлирия? — выдавила я, пытаясь отстраниться хоть мысленно.

Он слегка нахмурился, его пальцы продолжали мягко поглаживать мою спину.

— Спала со всеми нами, — сказал он тихо. — Правда, на своих условиях. Не то чтобы у нас был выбор. Иногда наказывала, не подпуская к себе.

Я вздрогнула, и он коротко кивнул, словно угадав мою реакцию.

— Это жестоко, учитывая, как плохо становится, — продолжил он, его голос звучал с горечью. — Первый день ещё ничего, а дальше... хуже. А потом ещё пара дней, и всё бы кончилось, если бы она не приходила, чтобы милостиво… раздвинуть ножки.

Он замолчал, и его лицо помрачнело. Было видно, что эти воспоминания причиняли ему боль.

— Ладно, — вдруг сказал он, словно отбрасывая эти мысли. — Пойдём, отведу тебя на завтрак, цветочек.

— Я не цветочек, — пробормотала я, но он лишь усмехнулся, выпуская меня из своих рук.

И тут я поняла, как стало… холодно. Его прикосновения были слишком естественными, слишком тёплыми, чтобы вот так просто исчезнуть. Моё тело словно само просило, чтобы эти руки снова обнимали.

Я посмотрела на него, на его уверенную походку, на то, как он обернулся, чтобы проверить, иду ли я за ним. И с ужасом осознала, что хочу узнать, какие у него губы на вкус. Каким он будет. Какой он весь…

"Это неправильно", — напомнила я себе, но отвести взгляд не могла.

На завтрак я уже не думала. Завтрашний день с остальными "голодными" мужьями рисовался мне кошмаром. И вдруг поцелуй Стефа уже не казался таким пугающим. Мало того, я начала его… хотеть.

— Ладно, — сказала я, останавливаясь.

— Что ладно? — повернулся он, прищурив свои алые глаза.

— Поцелуй меня, — выдохнула я.

Стеф замер, а потом его лицо озарила довольная, почти хищная улыбка.

— Это был твой выбор, цветочек, — сказал он, и прежде чем я успела что-то ответить, его руки уже обхватили меня, притягивая ближе.

Он опустился к моим губам медленно, как будто проверяя мою решимость. Когда его губы коснулись моих, я почувствовала мягкое тепло, которое быстро сменилось обжигающей страстью.

Сначала он был осторожен, но стоило мне приоткрыть рот, как он с уверенностью углубил поцелуй. Его язык скользнул внутрь, изучая, исследуя, заставляя меня сдаться. Его руки обняли меня крепче, бродили по моему телу, задерживаясь на бедрах, вызывая внизу сладкое напряжение.

Я пыталась оттолкнуть эту вспышку страсти, но вместо этого сама прижалась к нему ближе, бесстыдно ощущая как мне в живот давит его каменный член. Захотелось открыться, почувствовать его полностью.

— Какая же ты сладкая, — прошептал он, на мгновение отстраняясь, чтобы вдохнуть мой аромат. Его голос был низким, бархатистым, словно окутывал меня тёплым покрывалом.

Я пыталась что-то сказать, но он снова наклонился, его губы мягко накрыли мои, и слова утонули в поцелуе. Этот поцелуй был жадным, но удивительно нежным, словно он хотел запомнить каждый миг, каждый вкус.

Его руки обхватили меня крепче, скользнули вверх по спине, оставляя за собой волны жара. Я почувствовала, как его пальцы аккуратно надавили, притягивая меня ближе, и невольно выдохнула в его губы.

— Ты даже не представляешь, как сильно мне хотелось это сделать, — сказал он, его голос звучал хрипло, но удивительно искренне.

Я не знала, что ответить. Вместо этого мои руки сами поднялись к его груди, и я вдруг осознала, насколько он горячий. Не просто от прикосновений, а как будто внутри него было живое пламя.

Он прижал меня своей приятной тяжестью к остывшим простыням, и его руки скользнули по моему телу, осторожно сжимая мою грудь. Я не могла сдержать тихий стон, который вырвался прежде, чем я успела осознать, что происходит.

Его губы, горячие и настойчивые, заменили руки, всасывая соски по очереди, а его пальцы начали исследовать под тканью, скользнув к самому центру. Забираясь под трусики. Я напряглась, чувствуя, как он касается моих набухших лепестков, легко раздвигает их и моментально утопает в моей влаге.

Я прогнулась, не в силах сопротивляться волнам тепла, которые охватили всё моё тело и вдруг опомнилась.

— Стеф, стой, — сказала я, пытаясь остановить его, хотя мой голос звучал едва слышно. — Поцелуй, а не... вот это всё.

Он замер, нависая надо мной, его дыхание обжигало мою кожу, а взгляд был напряжённым, но внимательным.

— Почему? Ты же хочешь меня, — его голос был низким, почти мурлыкающим, в подтверждение, его средний палец скользнул в меня на мгновение вырывая новый стон

— Это… это как-то неправильно. Мы… мы не знакомы, — выпалила я, чувствуя, как слова вырываются с трудом.

Он улыбнулся, его лицо стало мягче, но всё ещё притягивало меня своим магнетизмом.

— Вот и познакомимся, — сказал он, легко касаясь моих губ в коротком поцелуе.

— Отпусти себя, Лира, — прошептал он, его голос был завораживающим. — Твой аромат сводит с ума. Я чувствую твоё желание, как своё собственное. Позволь мне сделать тебе хорошо. Нам обоим.

Его пальцы снова скользнули, теперь более уверенно, лаская меня изнутри, а большой палец помассировал клитор, и я прогнулась под ним, не в силах сдерживать реакцию. Стон вырвался из моих губ, и я поняла, что не могу сопротивляться тому, что происходило. А еще, что этот мужчина уже во мне. Пусть только пальцами… И мне так хорошо… А ведь может быть еще лучше.

Он снова поцеловал меня, и на этот раз я уже не отталкивала его, просто позволяя всему случиться. Нет, я не просто позволяла. Я ощутила, как мои руки сами потянулись к его рубашке, стягивая её, пока я не ощутила под пальцами его сильные плечи.

Я подставила шею под его поцелуи и без стеснения раздвинула ноги, когда он опустился ниже, направляя свой член в меня, надавливая, на мои лепесточки, толкаясь внутрь, растягивая и наполняя под мои стоны, под его мужской довольный рык.

Он был жаден, но не груб. Каждое его движение казалось тщательно продуманным, направленным на то, чтобы я чувствовала себя желанной, нужной. Его прикосновения стали более уверенными, и я прогнулась, поддаваясь этому ощущению, которое захватило меня целиком.

Его руки обхватили меня, прижимая ближе, и с каждым толчком я ощущала, как напряжение внутри нарастает. Каждое движение, каждое слово, каждый выдох создавали ощущение, что мы — одно целое.

Мои руки скользили по его спине, чувствуя напряжение его мускулов. Его дыхание становилось всё более рваным, а в глазах я видела что-то первобытное, дикое. Мы двигались вместе, как единое целое, забывая обо всём, кроме этого момента.

Когда пик накрыл нас, мир словно исчез. Я почувствовала, как тело сотрясает волна тепла, а его тихий, довольный рык стал последним звуком, который я услышала перед тем, как просто утонуть в ощущениях.

Стеф тяжело дышал, его грудь вздымалась, пока он переворачивал нас, укладывая меня на себя. Его руки снова обняли меня, а губы легко коснулись моего лба.

— Ты пахнешь так, что можно сойти с ума, а когда пробуешь, понимаешь, что уже сошел, — прошептал он, вдыхая мой аромат.

Я закрыла глаза, чувствуя, как его тепло обволакивает меня. Прижалась к нему и тоже растворилась в его аромате. Если мы и сошли с ума, то вместе.

Кажется, я ненадолго уснула. Проснулась от ощущения мягких, тёплых поцелуев, от которых мои губы слегка подрагивали.

— Просыпайся, Лира, тебе надо поесть, — шептал мне Стеф на ухо, не забывая продолжать свои поцелуи, которые растекались по моей коже, словно тепло солнца.

Я нехотя открыла глаза. Оказалось, я всё ещё лежу на нём, полностью обнажённая. Его взгляд был мягким, а улыбка — тёплой, почти нежной. Он снова наклонился и поцеловал меня, прежде чем я успела что-то сказать.

— Мы договаривались на один поцелуй, — нахмурилась я, стараясь придать голосу твёрдость, но вышло скорее забавно.

Он рассмеялся, мягко и тепло, словно мой протест был для него лишь поводом продолжить.

— Нет, договор аннулирован, — сказал он с хитрой улыбкой. — С тех пор как я знаю, насколько ты вкусная, я не смогу удержаться.

Прежде чем я успела возразить, он снова наклонился и, не давая мне шанса на ответ, оказался надо мной. Его взгляд был уверенным, но каким-то… особенным, будто он видел меня не только внешне.

— Тебе ведь понравилось? — спросил он, его голос был низким и мягким, почти мурлыкающим.

— Да, — выдавила я, чувствуя, как лицо заливает румянец.

— Вот и отлично. Будем повторять почаще, — сказал он с довольной улыбкой и снова накрыл мои губы глубоким, сладким поцелуем.

Когда он отстранился, его взгляд был серьёзным, но всё таким же нежным.

— Ты совершенно другая, — тихо произнёс он, словно размышляя вслух. — Вообще не она. Может, у вас одно тело, но тебя я узнаю с закрытыми глазами, Лира.

Я не знала, что сказать. Его слова застали меня врасплох, и это было странно… но приятно.

— А теперь еда, — внезапно сказал он, прервав мои мысли, и, подхватив меня, поднялся.

— Разве я буду есть тут? — спросила я, когда он уверенно понёс меня в ванную.

— Нет, — усмехнулся он, — но тебя надо обмыть.

Он поставил меня в ванну и, прежде чем я успела что-либо возразить, намылил мои плечи, спину, а затем жадно скользнул ладонями по телу, оставляя меня краснеть и пытаться отвести взгляд. Его прикосновения были мягкими, но настойчивыми.

— Стеф… — начала я, но он только улыбнулся, словно прекрасно знал, что я не закончу.

Когда он, наконец, обмыл меня, завернул в большое мягкое полотенце и понёс в гардероб, я уже не пыталась сопротивляться.

— Могу сама выбрать одежду? — с легкой иронией спросила я, когда он открыл шкаф.

— Всё, кроме трусиков, — подмигнул он.

И хотя я старалась не краснеть, в какой-то момент всё-таки ощутила, как по щекам пробежал жар.

Когда мы зашли в обеденный зал, Стеф держал меня за руку. Он выглядел настолько довольным и сияющим, что я могла только надеяться, что другие мужчины не начнут задавать вопросы.

К счастью, они лишь понимающе улыбнулись, но вдаваться в подробности не стали. За это я была благодарна им куда больше, чем могла выразить словами.