Глава 5

Оставшись одна после ухода от старейшин, я решила отвлечься. Провести остаток дня в размышлениях и переживаниях не хотелось, поэтому я взялась за наведение порядка в доме. Полы были вымыты, вещи разложены по местам, а шкафы освобождены от пыли. Казалось, ещё чуть-чуть, и этот дом действительно станет напоминать место, где можно жить, а не просто существовать. Мой дом. Наш с Солдом дом. От этой мысли внутри теплело. Скоро он вернется и порадуется, что я у него такая молодец.

Когда я закончила с уборкой, в голову пришла идея — приготовить что-то для Солда. Перебрав все варианты, что я могла сделать, пришла к решению печь мясной пирог. Если он вернётся сегодня, пирог будет ещё тёплым. Если завтра — разогреть не проблема. В кладовой нашлось немного мяса, лука и приправ. Решено: буду печь мясной пирог.

Сначала я взялась за начинку. Нарезала мясо, обжарила его с луком, добавила травы. А потом меня осенило: тесто ж ещё подойти должно. Поругала себя за неправильный порядок действий, но быстро махнула рукой. В конце концов, спешить мне было некуда.

Когда я принялась месить тесто, начались новые трудности. Волосы лезли в лицо, а руки уже были в муке. Я рассмеялась, осознав, какая из меня хозяйка. Как бы Солд не пожалел, что выбрал меня. Отряхнула руки, насколько это было возможно, завязала волосы. Посмотрев в зеркало, увидела, что теперь и волосы в муке. Отлично.

— Ну что ж, зато будет вкусно, — пробормотала я себе под нос, возвращаясь к тесту. — Вот закончу, поставлю пирог, а потом в душ. Хорошо бы Солд научил меня магией пользоваться. Он так легко очищал нас после… ну, после. Может, и тут помогло бы.

Пока я фантазировала о возможностях магии, дверь дома вдруг резко распахнулась. На пороге появилась Алия. Она выглядела напуганной, но при этом решительно настроенной. Её глаза быстро обежали комнату, задержавшись на мне. Её брови сошлись на переносице, когда она увидела моё перепачканное лицо и руки. Она явно хотела что-то сказать, но отбросила эту мысль, тряхнув головой.

— Беги, — резко сказала она.

— Что? — я не поняла, о чём она.

— Тебе надо бежать прямо сейчас, Лин. Старейшины… Я случайно подслушала... Просто беги из общины. Я не шучу.

Её голос был полон тревоги, но я не могла понять, что именно она имеет в виду.

— Но зачем мне бежать? — спросила я, растерянно глядя на неё. — Я ничего не понимаю.

— Нет времени объяснять, — Алия бросила взгляд на дверь, словно ожидая, что кто-то может войти в любой момент. — Очень скоро они придут. Лин, я умоляю тебя, беги! Прости, но я не могу тут оставаться.

Она развернулась и исчезла так же быстро, как и появилась, оставив меня в полной растерянности. Её слова эхом звучали в голове, но ничего не складывалось в ясную картину. Старейшины? Придут? Зачем? Почему?

Я стояла, не зная, что делать. Тесто осталось лежать на столе, а я судорожно обдумывала слова Алиии. Бежать? Куда? Почему? Всё это не укладывалось в голове, но тревожное чувство уже начинало захватывать меня.

Я быстро вымыла руки и вытерла их о полотенце, прежде чем подойти к окну. Сердце сжималось от тревоги, и, заглянув наружу, я поняла, что Алия не шутила. К моему дому действительно направлялись старейшины, и не только они. За ними следовала группа жителей общины, молчаливая, но решительно настроенная. Их шаги казались слаженными, почти ритуальными, а выражения лиц — холодными и непреклонными. Это зрелище напомнило мне сцены из книг и фильмов об охоте на ведьм.

Но я ведь не ведьма… Или послушница это что-то и той же серии?

Дыхание стало частым и неровным. В голове мелькали мысли одна за другой. Они решили отомстить мне за отказ назвать своё имя? С них станется. Старейшины с самого начала вели себя так, будто мне сделали одолжение, приняв в общину. Может, теперь решили, что я недостаточно благодарна?

Ох, не нравится мне это всё.

Я снова взглянула на их приближающиеся фигуры. Толпа была ближе, чем мне хотелось бы. Внутри нарастала паника. Алия сказала бежать. Но куда? Здесь не было дорог, ведущих в безопасное место, и я почти ничего не знала об этом мире.

— Ну и второй шанс мне выдали, — прошептала я себе, прижавшись к стене, словно это могло спрятать меня от их взглядов.

Мои пальцы нервно комкали край полотенца. Решение нужно было принять сейчас. Оставаться и встречать их или рискнуть и попробовать сбежать.

Мои мысли метались, словно загнанный зверёк. Бежать? Оставаться? Ступени уже скрипели под чужими шагами, и времени на раздумья не оставалось. Решение пришло неожиданно: я выберу третий вариант. Я спрячусь.

Я бросила взгляд на лестницу. Под ней была крошечная кладовка, которую я не использовала. Пространства там мало, но это и хорошо — никто не станет искать меня там сразу.

— Не полезу же я в окно, — пробормотала себе под нос, отгоняя наивную мысль о попытке выбраться через него. Они точно заметят меня.

Стараясь не шуметь, я проскользнула в кладовку и притворила за собой дверь. Там было тесно, темно и пахло слегка прелой древесиной. Я прижалась к стене, вжимаясь в угол, чтобы занять как можно меньше места, и затаила дыхание.

Шаги за дверью стали громче. Кто-то вошёл в дом. Судя по звукам, их было больше одного. Они не стали сразу шуметь, но я услышала глухие голоса, приглушённые расстоянием и стенами. Они явно переговаривались.

"Значит, они надеются застать меня врасплох," — подумала я, сжимая руки в кулаки.

Тишина нарушилась скрипом ступенек. Кто-то поднялся на второй этаж, а я чуть не вздохнула с облегчением. Это был мой шанс! Внутри всё кричало, что сейчас или никогда. В груди всё сжалось, адреналин заполнил каждую клеточку. Я прижалась к двери кладовки, стараясь прислушаться.

Шум наверху стал громче — по лестнице поднялись ещё двое. Внизу оставалось тихо. Это могло быть ловушкой, но у меня не было времени на раздумья.

Я потянулась к дверной ручке, тихо повернула её и приоткрыла дверь. Свет из коридора резанул глаза, но я заставила себя сосредоточиться. Шаг за шагом я выбралась из укрытия, стараясь двигаться так, чтобы половицы не скрипели.

— Сейчас или никогда, — прошептала я и бросилась к двери.

Всего пара шагов, и я уже на свободе. Добегаю до двери, хватаюсь за ручку, открываю её и…

— Попалась! — хриплый, довольный голос заставил меня замереть.

Передо мной стоял один из анимагов, знакомое лицо, но его имя выскользнуло из памяти. Я точно помнила, что Солд нас знакомил, и этот человек должен был быть мне если не другом, то хотя бы добрым соседом. Но вместо дружелюбия его крепкие руки вцепились в мои плечи, удерживая так, что я не могла пошевелиться.

— Хотела сбежать, послушница? — его голос был холодным, но в нём сквозило странное злорадство.

— Я... — начала я, но он тут же перебил.

— Молчи. Мы и так всё знаем. Старейшины сказали, что ты заявила, что не хочешь стать одной из нас. Что мы тебя недостойны…

— Это не правда! — выпалила я, чувствуя, как в груди закипает возмущение. — Они несут бред. Отпустите! Что вы делаете? Я жена Солда!

— Ты послужишь благой цели, — прорычал он, чуть сильнее сжав мои плечи. — Он поймёт.

— Что значит "поймёт"? — прошипела я, пытаясь высвободиться, но хватка была железной.

— Твоя кровь принесёт ещё больше жизни нашей земле, — сказал он, как будто это было само собой разумеющимся. — Мы не можем позволить, чтобы такая сила пропала даром.

Моё сердце бешено заколотилось. "Кровь?" Они снова говорили о моей крови. Голова пошла кругом от страха и непонимания.

— Это безумие! — закричала я, пытаясь высвободиться. — Солд не позволит! Вы не можете…

— Он не сможет остановить то, что уже началось, — перебил анимаг, в его глазах блеснул холодный огонёк фанатизма. — Ты нужна общине.

Мои ноги ослабли, но я собралась с силами и попыталась снова вырваться. Напрасно. Его руки были словно стальные тиски. Я понимала, что времени на спасение оставалось всё меньше, но что делать — понятия не имела.

Они тащили меня к алтарю, крепко держа за руки. Моё сердце колотилось так сильно, что казалось, оно вот-вот вырвется из груди. Я пыталась сопротивляться, но их хватка была слишком сильной. По дороге я спотыкалась, ноги едва слушались, а в голове пульсировала одна мысль: «Что они собираются со мной сделать?»

— Отпустите меня! — кричала я, пытаясь вырваться. — Вы не имеете права!

— Успокойся, — произнёс один из них холодно. — Это необходимо для блага общины.

— Какого блага? Вы с ума сошли! — я отчаянно дёргалась, но они лишь крепче сжимали мои руки.

Вокруг нас начали собираться люди. Их лица были бесстрастными, а в глазах читалась какая-то странная решимость. Некоторые шептались между собой, но никто не пытался мне помочь.

— Пожалуйста, отпустите! — умоляла я, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза. — Солд не позволит вам этого!

— Твой муж не сможет вмешаться, — бросил другой. — Старейшины приняли решение.

При упоминании Солда моя тревога только усилилась. Где он сейчас? Знает ли он, что происходит?

Мы подошли к алтарю — тому самому месту, где мы с Солдом заключили брак. Но сейчас это место казалось холодным и враждебным. Они подтолкнули меня к центру, окружив полукругом.

— Для чего это? — голос мой дрожал. — Что вы собираетесь делать?

Один из старейшин вышел вперёд. Его глаза были холодными, словно ледяные осколки.

— Ты обладаешь силой, которая может спасти нашу общину, — сказал он. — Твоя кровь способна даровать жизнь нашей земле на многие годы.

— Я уже отдала свою кровь! — возразила я. — Разве этого недостаточно?

— Твоего первоначального дара оказалось мало, но есть способ усилить эффект, — ответил он без тени сомнения.

— Вы не можете заставить меня! — крикнула я, отступая назад, но позади меня тут же возникли два анимага, преграждая путь к отступлению.

— Это необходимо, — произнёс старейшина с такой уверенностью, будто говорил о чем-то само собой разумеющемся.

Паника захлестнула меня полностью. Я бросила взгляд на окружающих, ища хоть какую-то поддержку, но в их глазах не было сочувствия.

— Солд! — закричала я во весь голос, надеясь, что он услышит меня. — Солд, помоги мне!

Эхо моего крика разнеслось по площади, но ответа не последовало. Слёзы струились по щекам, и я чувствовала полное отчаяние.

— Твои крики бесполезны, — холодно заметил старейшина. — Он не успеет вовремя.

— Почему вы делаете это? — прошептала я, голос сорвался на шёпот.

— Для выживания нашей общины, — ответил он безэмоционально. — Твоя жертва не будет напрасной.

В этот момент я поняла, что слова здесь бессильны. Нужно было действовать. Собрав все оставшиеся силы, я резко развернулась и ударила ближайшего ко мне анимага локтем в живот. Он согнулся от неожиданности, и я воспользовалась моментом, чтобы броситься бежать.

Но далеко убежать не удалось. Меня схватили за платье, и я упала на землю. Боль пронзила колено, но я пыталась встать, ползти, хоть как-то вырваться.

— Держите её! — выкрикнул кто-то из толпы.

Руки снова сомкнулись вокруг меня, крепко удерживая. Я боролась изо всех сил, царапалась, пыталась укусить, но их было слишком много.

— Пожалуйста, не надо! — кричала я, захлёбываясь слезами. — Вы совершаете ошибку!

Мои попытки сопротивляться были тщетными. Они принесли меня обратно к тому самому ложу, где совсем недавно я отдала свою невинность, и уложили на него, удерживая за руки и ноги. Я извивалась, пыталась вырваться, но их хватка была железной.

— Что вы делаете?! — кричала я, захлёбываясь от страха. — Вы не имеете права! Я жена Солда!

— Твоя жертва принесёт благо всем нам, — холодно произнёс один из старейшин, тот самый с седой косой. — Это долг, который ты должна выполнить.

— Нет! Отпустите меня! — Я дёрнулась так сильно, что почувствовала, как одна из рук на мгновение ослабла, но другой мужчина тут же усилил хватку.

— Лин, остановись, — вмешался другой голос, женщина из толпы. — Твои крики ничего не изменят. Прими это, как данность. Это твой долг.

— Долг? — выкрикнула я, чувствуя, как слёзы катятся по щекам. — Это не долг, это варварство!

— Заткните её, — бросил старейшина низкого роста. — Нам нужно сосредоточиться.

Тут же один из мужчин коснулся моих губ ладонью, произнёс короткое заклинание, и я почувствовала, как голос пропадает. Я пыталась кричать, но звука больше не было. Оставалось лишь бороться изо всех сил, но силы покидали меня. Паника нарастала.

Старейшина начал читать заклинание. Его голос был глубоким, словно шёл из самого сердца земли. Слова звучали на незнакомом мне языке, древнем и мрачном. В воздухе стало ощутимо напряжение, как перед грозой. Ложа начала медленно светиться тусклым зелёным светом, а моё тело окутал холод, пробирая до самых костей.

— Что вы делаете?! — хотела закричать я, но вместо этого только беззвучно разевала рот, изо всех сил дёргая руками и ногами.

— Успокойся, дитя, — произнёс старейшина, даже не взглянув на меня. — Ты становишься частью великого ритуала, который сделает нашу землю плодородной на столетия.

Свет от ложа становился всё ярче. Я чувствовала, как какая-то неведомая сила словно вытягивает из меня энергию. Моя голова начала кружиться, а тело становилось всё слабее. Казалось, будто воздух вокруг сгущается, становясь тяжёлым и вязким.

— Это неправильно! Это безумие! — кричала я внутри себя, но никто не слышал. Мои слова тонули в глухой тишине заклинания.

Тепло ложа, которое когда-то дарило приятные ощущения, теперь обжигало, как раскалённый металл. Я отчаянно пыталась вырваться, но силы стремительно покидали меня.

Сквозь затуманенное сознание я видела, как толпа наблюдала за происходящим. В их глазах не было ни сострадания, ни сожаления. Только фанатичная вера в то, что это правильно.

В какой-то момент мне показалось, что я больше не смогу дышать. Грудь сдавило, дыхание стало тяжёлым. Силы окончательно покинули меня, и я перестала бороться. Осталось только молиться, чтобы это всё закончилось как можно скорее.

Только один вопрос пульсировал в голове: Почему это случилось со мной? Почему мой второй шанс оказался таким ужасным?

Но в момент, когда я приняла свою судьбу произошло это.