Глава 7

Валторис перевернул шампуры, чтобы мясо прожарилось равномерно, и поднял взгляд, почувствовав её приближение. Её запах — смесь леса, тревоги и чего-то тёплого, почти домашнего — коснулся его острых чувств. Девушка была близко.

— Глупый, отчаянно глупый оленёнок, — прошептал он себе под нос. — Сама идёшь к хищнику прямо в лапы. Повезло тебе, что я не хочу отнять твою жизнь.

Через несколько мгновений она появилась на границе света, где костёр разгонял тени леса. Она остановилась, робко замирая, словно оценивая обстановку. Валторис внимательно смотрел на неё, изучая в мельчайших подробностях: белоснежные волосы слегка растрёпаны, щеки порозовели от холода, а в глазах — растерянность и нерешительность.

"Храбрая, — подумал он. — Или просто не понимает, с кем имеет дело."

Девушка выдержала его прямой взгляд, хотя в её глазах мелькнуло смущение.

— Простите… — начала она, её голос дрогнул.

“Как мило”, — подумал он, развеселившись. — “Начинает с извинений.”

— Что именно? — спросил он вслух, немного наклоняя голову, чтобы рассмотреть её получше.

— Что? — не поняла она.

— Что мне надо тебе простить? — уточнил он, с трудом удерживая ухмылку.

— Ничего... Я... Ого. — Она потерялась в своих мыслях, запинаясь на каждом слове.

Валторис развернул шампуры так, чтобы мясо начало шипеть и источать аромат, от которого у неё, похоже, свело живот. Звук голодного урчания донёсся до его острых ушей, и он заметил, как её взгляд приковался к еде.

— Хочешь есть? — мягко спросил он, словно это был обычный разговор между двумя старыми знакомыми.

— Хочу, — прошептала она, не отводя глаз от мяса.

Он улыбнулся, обнажая клыки. Её реакция была мгновенной: она вздрогнула, словно только что осознала, кем он был.

— Боишься? — поинтересовался он, внимательно наблюдая за каждым её движением.

— Д-да, — ответила она, но её взгляд снова устремился к шампурам, будто страх боролся с голодом.

— А чего не бежишь? — его голос был чуть громче шёпота, но звучал мягко, почти заботливо.

Она ничего не ответила, лишь бросила очередной голодный взгляд на мясо. Он рассмеялся — глубокий, тёплый смех, который наполнил воздух вокруг костра.

— Садись, — предложил он, жестом указывая на место напротив себя. — Я не трону тебя.

Девушка всё ещё колебалась, но, похоже, голод побеждал её осторожность.

"Глупый оленёнок, — подумал он. — Ты уже вышла ко мне. Я могу свернуть твою шейку за две секунды, и ты даже не поймёшь, что произошло. Но ты этого не знаешь. Даже не догадываешься."

Наконец она решилась. Медленно подошла ближе к костру, нервно потирая одну руку о другую. Она замёрзла. Валторис заметил, как её плечи дрожат, и вдруг почувствовал странное беспокойство. Это было нечто новое для него — желание согреть кого-то.

"Что это со мной? — нахмурился он, едва заметно поворачивая голову в сторону. — Неужели она не так проста? Может, она заколдовала меня, а я и не заметил? Может, это я, а не она, глупый оленёнок?"

— Садись ближе к костру, — сказал он неожиданно мягким тоном. — Тебе нужно согреться.

Она подняла на него свои огромные, сияющие синие глаза. И в этот момент Валторис понял, что обречён.

Валторис с интересом наблюдал за девушкой, которая, согревшись у костра, с удовольствием поедала мясо. Она выглядела чуть менее настороженной, хотя иногда бросала на него тревожные взгляды. Это её смешное сочетание упрямства и страха его забавляло.

— Как твоё имя? — спросил он наконец, ломая тишину.

Девушка замерла, словно её плетью ударили. Этот простой вопрос вызвал у неё такую реакцию, что Валторис почувствовал раздражение.

— Лин, — ответила она тихо, а затем добавила, оглядывая его. — А ваше?

— Твоё.

— Что?

— Будем на «ты». Валторис. — Его голос звучал твёрдо, но без нажима.

— Вы… Ты… Вампир?

— Вампир, — без всякого стеснения подтвердил он, легко кивая. — А ты?

— А я нет, — пожала она плечами.

Валторис не смог удержаться и рассмеялся. Её простодушная честность смешала его с едва заметным раздражением.

— Это я и так вижу.

— Человек, — сухо добавила она, словно это что-то объясняло.

"То, что она человек, я вижу, — подумал он, прищурившись. — Но в ней что-то странное. Не хочет говорить? Ну, ничего, я сам узнаю."

— От кого бежишь? — задал он следующий вопрос.

— Я не бегу, — ответила она почти мгновенно, но в её голосе чувствовалась напряжённая неуверенность.

Она лгала. Это было очевидно, и Валторису это не нравилось.

— Некрасиво врать тому, к кому сама напросилась на костёр, — произнёс он тихо, но с нажимом.

Девушка смутилась, именно этого он и добивался.

— Говори мне правду, оленёнок.

— Я не оленёнок, — возразила она, напрягшись.

— Он самый, — усмехнулся Валторис. — Маленькая, напуганная и беззащитная посреди леса рядом с вампиром ночью.

Её плечи дёрнулись, но она тут же взяла себя в руки.

— Я сказал, что не трону. Рассказывай.

Она посмотрела на него, видимо решая, стоит ли говорить, но в конце концов начала рассказывать. Слова полились, будто сорвавшись с невидимой плотины. Её голос дрожал, иногда сбивался, но было видно, как ей нужно выговориться.

Она рассказывала о том, как бежала от общины анимагов. Они решили принести её в жертву, пока её мужа не было в общине — второй или третий день после свадьбы. Говорила, что сама не поняла, как вырубила всех. У неё была потеря памяти, и она толком не знала, кто она. Единственное, что ей было известно, — её муж утверждал, что она раньше была послушницей.

С каждым её словом у Валториса глаза становились всё шире. Эта милая история звучала так абсурдно, что он едва удерживал себя от хмыканий. Но его зацепило не только это.

"Муж, — эхом отдалось у него в голове. — Муж." Сводило зубы от одного этого слова. А то, что этот "муж" оставил её в таком положении, так и вовсе вызывало желание прибить его.

"Оленёнок, — подумал он, наблюдая за её напряжённым лицом. — Как есть оленёнок. Только теперь уже мой." Это было решение. Она может пока не знать об этом, но он её не отпустит.

Теперь ему стало ясно, кто так отчаянно носится по лесу, пытаясь найти её. Анимаг. Тот самый. "Поздновато он спохватился", — с сарказмом подумал Валторис.

Его взгляд опустился на костёр, а пальцы чуть сжались.

"Общину придётся почистить, — решил он, отбросив сомнения. — Нечего обижать моего оленёнка. Анимагов мне жалко никогда не было."

Валторис внимательно смотрел на неё, пока она с тревожным взглядом жевала кусок мяса. Её синеглазый взгляд, полный беспокойства, почти заставлял его улыбаться. Глупый, милый оленёнок, даже не понимающий, в чьи лапы она попала.

— Община тебя больше не тронет, — сказал он спокойно, наблюдая за её реакцией.

Она замерла, приподняв голову.

— Почему ты так уверен? — спросила она, нахмурившись.

— Потому что теперь ты под моей защитой.

— Почему? — в её голосе звучала смесь недоумения и подозрительности.

Валторис усмехнулся, глядя на неё с лёгкой насмешкой.

— Потому что я несу ответственность за тех, кого спас в лесу. Особенно за таких невинных оленят, как ты.

— Ты не похож на того, кто помогает как добрый самаритянин, — заметила она, прищурив глаза.

— Потому что я и не он, — коротко ответил он.

— Тогда почему помогаешь мне?

— Всегда хотел себе оленёнка, — без тени стеснения заявил он, сдерживая улыбку.

— Не смешно, — фыркнула она, отворачиваясь.

— А я и не шутил. — Он спокойно снял с руки массивный браслет и протянул ей. — Надень это.

— Неа.

— "Неа"? — его брови слегка поднялись. Её прямолинейность одновременно раздражала и забавляла.

— Неа, — спокойно повторила она.

— Почему?

— Ну… мало ли, в рабство попаду, — сказала она, пожав плечами, но её взгляд был серьёзным.

Валторис рассмеялся — громко, искренне, с оттенком удивления.

— Такого я ещё не слышал. Тебе и правда так сильно память отшибло?

Она взглянула на него из-под лобья, упрямо сжав губы. Молчание было достаточным ответом.

— Надень это, и ты попадёшь под защиту моего клана.

— Почему?

— Потому что станешь моей, оленёнок.

— Твоей кем?

— Моей невестой, — ответил он, не отводя взгляда.

Ох, как расширились её глаза. Валторис наслаждался этим видом. Шок, удивление, но не страх. И это было хорошо. Очень хорошо.

— Невестой? — её голос сорвался. — Но я не называла тебе своего имени.

— Назовёшь, — спокойно заявил он.

— Неа.

— О, да, девочка. Назовёшь. Но не сейчас. Я не тороплю тебя. Просто надень браслет, и всё.

— Я не понимаю.

— Чего именно?

— Зачем его надевать, если я имя не назову? У меня уже есть муж. И если ты тоже хочешь меня отвести в свой клан или ещё куда, то мне эта идея не нравится. Если анимаги хотели моей крови, то ты вообще вампир.

Она умела думать. Это приятно удивляло. Конечно, не всегда вовремя, но всё же.

— Ты сможешь снять браслет, если тебе будет со мной плохо. Да и за своего "блохастого" ты выскочила, как я понял, почти сразу. Чем я тебе не нравлюсь? — он насмешливо приподнял бровь.

Её лицо залилось румянцем. Это было до смешного мило.

"То есть нравлюсь?" — подумал он, подавив улыбку.

— Что ж, раз этот момент мы прояснили, — проговорил он, протянув браслет, — просто дай мне свою красивую ручку. Я сделаю тебя своей невестой, а остальное обсудим позже.

— Я хочу подумать, — ответила она тихо, но твёрдо.

Валторис глубоко вдохнул и медленно выдохнул. В клане этот браслет вырывали бы из рук, не задавая вопросов. А эта упрямая девчонка решила подумать.

"Может, стоило завоевать её как-то иначе, а не прямо в лоб? — мелькнула мысль. — Что я несу… Оленёнок мой. С остальным она смирится."

— Думай с браслетом. Я хочу быть уверен, что ты под защитой.

— Ты же рядом, — возразила она.

С одной стороны, это было приятно. Она понимала, что с ним безопасно. С другой стороны, её упрямство заставляло Валториса закатывать глаза.

— Ладно, думай до утра, — неохотно сдался он. — На меня не похоже, но этот спор уже начинает казаться нелепым.

— А Солд? — вдруг спросила она.

— Кто?

— Мой муж.

Вампир скривился.

— Я могу расторгнуть ваш брак.

— Что?

— Браки, заключённые меньше недели назад, можно оспорить. Тем более он не заботился о тебе. Ты в лесу.

— Не надо.

— Что "не надо"?

— Расторгать.

— Влюбилась за два дня? — усмехнулся он, заметив, как она снова покраснела.

"Да что с тобой делать, оленёнок. Анимага мне в довесок ещё не хватало. Может, расторгнуть и не сказать ей? Потерялся котяра — и делов-то. Подумаю об этом позже."

— Спать ложись, оленёнок. Тебе нужны силы.

— Для чего?

— Для всего. Хватит спорить. Спи.

— А вампиры спят?

— Вас, людей, ничему не учат?

— Я не помню.

— Оно и видно. Вампиры спят, но не так много, как вы. Ложись.

Он расстелил свой плащ возле костра. Девушка немного помедлила, но всё же легла. Её дыхание вскоре стало ровным, она довольно быстро уснула. Валторис смотрел на её спокойное лицо.

"Глупый маленький оленёнок. Мой оленёнок. Забавная вышла охота."