Глава 18

Эта мысль заставила меня слегка улыбнуться. Всё происходящее казалось далеким от того, о чём я могла мечтать, но рядом с Каэлом я ощущала себя в безопасности.

После этого мы уже не ложились спать. За завтраком мы болтали, обсуждая планы на день.

— Платья для моих девочек уже в спальне, — сказал Каэл, едва скрывая свою гордость.

— Правда? — я чуть не выронила чашку.

— Конечно. Хочешь посмотреть?

Я быстро кивнула и поднялась наверх. В спальне я нашла два платья, аккуратно развешанных на кресле. Моё платье было изысканным, с лёгкими кружевами, а у малышки — маленькое, с милым бантом.

— Это невероятно, — прошептала я, не веря своим глазам.

Каэл подошёл сзади, обнял меня и тихо сказал:

— Ты будешь самой красивой невестой.

Я улыбнулась, повернулась к нему и поцеловала в благодарность.

— Я очень хочу увидеть тебя в нём у алтаря, Ная, — сказал он, его голос был полон нежности. — Мне повезло жениться на тебе дважды.

Мы проводили время в уютной, семейной обстановке. Я занималась магией, пока Каэл проверял результаты своих экспериментов с брешью. Кормилица суетилась в предсвадебных приготовлениях, не давая себе ни минуты покоя, а я наслаждалась ролью беззаботной невесты. Всё шло гладко, пока вечером брешь снова не начала странно вибрировать.

Я пошла искать мужа и нашла его в кабинете. Он стоял у стола, нахмурив брови.

— Что случилось? — спросила я, чувствуя, как внутри зарождается тревога.

— Там братья, — сказал он, не поднимая взгляда. — Они хотят поговорить.

— Ты хочешь пойти туда? — уточнила я.

— Да. Пойдёшь со мной? — его голос был мягким, но взгляд серьёзным.

Я кивнула и побежала предупредить кормилицу о том, что мы с мужем решили уединиться. Она с радостью забрала малышку, уверяя, что всё будет в порядке.

Мы прошли через брешь на ту сторону, где нас уже ждали Дарион и Эрион. Их лица были напряжёнными, и я сразу поняла, что дело серьёзное.

— Брешь начала трещать, — произнёс Дарион. — Нам срочно нужно применить правило сто три.

— Какое ещё правило сто три? — нахмурилась я.

Каэл сжал мою руку, его взгляд стал ещё более мрачным.

— Это метод лечения бреши. Если он не сработает, её придётся закрыть.

— Но если вы её закроете, она появится в другом месте? — уточнила я.

— Да, но это лучше, чем если она лопнет, — объяснил Дарион. Его голос звучал серьёзно, как никогда.

— А как ты попадёшь домой? — спросила я, повернувшись к Каэлу.

Он притянул меня ближе и обнял, будто пытаясь успокоить.

— Думаешь, я не найду способ вернуться к тебе? — его слова звучали уверенно, а на губах играла довольная улыбка.

Я нахмурилась.

— У нас завтра свадьба, — напомнила я.

— Чёрт, — пробормотал он. — Лечение займёт не меньше двух вировских дней. Я не могу этого не сделать. Для правила сто три нужны двое: я и Дарион.

— А почему братья не могут этого сделать? — я повернулась к Эриону.

— Как ты помнишь, или не помнишь, но я не учился с ними, — ответил Эрион спокойно. — У меня нет подготовки для этого ритуала.

— Каэл, ты представляешь, что будет, если мы отменим свадьбу? — я чувствовала, как начинает нарастать паника.

Мужчина нахмурился, понимая, о чём я говорю.

— Может, выйдешь за меня вместо него? — вдруг предложил Эрион.

— Не смешно, — огрызнулась я.

Но он, похоже, говорил серьёзно.

— Вам нужно, чтобы Каэл был на свадьбе, но он уже женат на тебе. Если ты выйдешь за меня, я смогу находиться в твоём мире без ограничений.

— Ты думаешь, пастырь слепой? Он же отличит тебя от Каэла, — возмутилась я.

— Нет, — спокойно ответил Эрион. — Я изменю внешность. И это действительно хороший план.

Я перевела шокированный взгляд на Каэла, ожидая, что он будет возражать.

— Он умеет. И это действительно может сработать, — к моему ужасу подтвердил он.

— Вы сдурели? — я не верила своим ушам.

— Ная, я хочу быть на нашей свадьбе больше всего на свете, — мягко сказал Каэл. — Но если я уйду, брешь просто лопнет. А так мы сохраним и брак, и стабильность.

— И он тоже без поцелуев попадёт на свадьбу? — я саркастично подняла бровь.

Каэл и Эрион переглянулись, но промолчали.

— Великолепно. Просто замечательно, — бросила я, чувствуя, как нарастает раздражение.

— Если бы я мог пойти вместо Эриона, я бы пошёл. Во всяком случае, целовать меня тебе понравилось, — вдруг вставил Дарион с самодовольной ухмылкой.

Я задыхалась от возмущения и неловкости.

— О, Каэл, ты не удивлен. Неужели она действительно тебе рассказала? — продолжал Дарион, явно наслаждаясь ситуацией.

— Представляешь? — ответил Каэл, совершенно недовольно.

— И почему у меня до сих пор не сломан нос? — с усмешкой спросил Дарион.

— Потому что тебе повезло, — буркнул Каэл.

Дарион посмотрел на меня, затем на Каэла.

— Ная, ты хочешь быть со мной? — спросил он, улыбаясь. Но я видела по его взгляду, что он и так понял, как обстоят дела.

— Нет, не хочу, — резко ответила я.

— Если бы не хотела, Каэл бы мне уже однозначно вмазал. Но он только недовольно пыхтит, — заметил Дарион.

Я устало потерла лицо.

— В какой дурдом я вообще попала? Один муж, второй будет вместо мужа на свадьбе, а третий... третий хвастается тем, как со мной целуется, — я посмотрела на всех троих, и внутри меня закипело раздражение.

— Делайте что хотите. Я ухожу.

Не дожидаясь ответа, я направилась к бреши, но, подойдя к ней, внезапно поняла, что понятия не имею, как пройти через неё.

Дарион подошёл ко мне, тихо усмехнувшись, и лёгким движением руки дотронулся до бреши.

— Вот так, — сказал он, глядя мне прямо в глаза.

— Ная, если я смогу, я вернусь на свадьбу, — услышала я голос мужа, но не обернулась.

Я только хмыкнула, шагнула на другую сторону и ушла, не желая продолжать этот бессмысленный разговор.

«Какой-то кавардак», — думала я, шагая обратно в свой мир, чувствуя, как злость смешивается с изумлением от всех этих сумасшедших планов.

Я шагнула в свою часть дома, почувствовав облегчение, как будто этот барьер отрезал меня от хаоса на той стороне. Комната была тёплой и тихой, а кормилица с малышкой сидели в гостиной.

— Всё в порядке, Ная? — спросила она, заметив моё напряжение.

— Да, просто… небольшие разногласия с мужем, — выдавила я.

Она понимающе кивнула, но я видела её лёгкое любопытство.

— Как малышка? — спросила я, подходя ближе и гладя дочку по мягким волосам.

— Ела хорошо, спала немного, но сейчас снова в хорошем настроении. Она скучала, я уверена, — улыбнулась кормилица.

— И я скучала, — ответила я, прижимая малышку к себе. Её тепло и запах помогли мне успокоиться.

Кормилица оставила нас одних, сославшись на кухонные дела, а я осталась в комнате, размышляя о случившемся.

Эту ночь я провела одна, и, если честно, мне это совсем не понравилось. Утром, всё ещё чувствуя остатки недовольства, я спустилась на кухню. Там меня встретила неожиданно умилительная картина: мой муж играл с нашей дочкой, пока кормилица что-то готовила на завтрак.

Малышка весело гулила, её маленькие ручки тянулись к лицу мужчины, который смотрел на неё с нежностью, словно она была центром его вселенной.

Я невольно замерла на пороге, наблюдая за этой сценой. Казалось, что злость, с которой я проснулась, испарилась.

Когда он заметил меня, его лицо озарила тёплая улыбка. Он аккуратно положил малышку в её кроватку и подошёл ко мне.

— Доброе утро, дорогая, — сказал он мягким, но уверенным голосом, обнимая меня за талию и нежно притягивая к себе.

Я посмотрела на него, и в этот момент всё стало на свои места. Я поднялась на цыпочки, обвила его шею руками и наклонилась ближе, запечатывая его губы коротким поцелуем.

— Надеюсь, тебе этого часа на два хватит, Эрион, — прошептала я ему на ухо.

Он замер, его глаза широко распахнулись.

— Как ты поняла? — так же тихо спросил он, слегка ошарашенный.

— Ты просто не он, — ответила я, улыбнувшись.

Эрион хмыкнул, качая головой.

— Ты первая, кто смогла отличить, — признался он.

Мою следующую фразу перебила кормилица, повернувшаяся к нам с довольным лицом.

— Ну что, готовы к свадьбе?

Я сделала вид, что ничего не случилось, и поспешно кивнула.

— Да, конечно, — ответила я с наигранным энтузиазмом.

— Отлично! — радостно воскликнула кормилица. — Я придумала много весёлых конкурсов!

Эрион выпустил меня из объятий, сделав шаг назад и избегая смотреть мне в глаза. На его лице появилась лёгкая тень вины, но он ничего не сказал.

А я постаралась проигнорировать потеплевшую метку на своём теле, которая, казалось, отзывалась на его присутствие.

* * *

Я стояла перед зеркалом, любуясь отражением. Свадебное платье оказалось идеальным. Оно было нежным, элегантным, подчёркивало каждую линию тела, но не выглядело вычурно. Белоснежная ткань словно светилась в лучах утреннего солнца.

— У Каэла безупречный вкус, — пробормотала я, невольно улыбаясь. А затем, глядя на себя в зеркало, добавила, — и охрененно ужасная работа.

Раздражение снова поднялось внутри.

В этот момент дверь тихо скрипнула, и в комнату зашёл "муж".

— Какая же ты красивая, — произнёс он с искренним восхищением, которое невозможно было подделать.

Я повернулась к нему.

— Эрион, — начала я, стараясь держаться спокойно, — можешь стать собой? Хоть ненадолго. Мне не нравится эта игра в двойников.

Он замер, немного удивлённый моим запросом, но кивнул.

— Хорошо.

Картинка слегка подрагивает, и передо мной уже не Каэл, а Эрион. Его тёмные волосы обрамляют лицо с насмешливой улыбкой, а в глазах всё тот же блеск, который заставлял меня нервничать.

— В вашем мире наш брак не будет считаться? — спросила я, разглядывая его.

— К сожалению, нет. Как и твой брак с Каэлем тут, — признался он спокойно.

— К сожалению? — переспросила я, не веря своим ушам.

— Конечно. Или ты думаешь, я не хочу, чтобы ты стала моей женой?

— Но мы даже не знакомы! — воскликнула я, недоуменно разводя руками. — Что вы все так повернулись на мне?

Он слегка улыбнулся, его взгляд стал мягче.

— Ты, наверное, не поймёшь, но айоли другие. Мы сразу видим свою идеальную пару.

— И я твоя идеальная пара? — спросила я с иронией, приподняв бровь.

— Да, — сказал он тихо, но уверенно. — Хоть ты и не хочешь быть моей.

Эрион сделал шаг ближе, и я почувствовала, как потеплела метка. Её жар распространился по всему телу, пробираясь под кожу и заставляя сердце биться чуть быстрее.

Эрион смотрел на меня, а в его глазах был вопрос, который он озвучил с едва заметной неуверенностью:

— Что тебя на самом деле смущает? Я или то, что нас трое?

— То, что вас трое, — ответила я, честно встречая его взгляд. — И что один из вас уже мой муж. В моём мире нет многомужеств, я не привыкла к такому.

Он подошёл ближе, и я почувствовала его тепло. Его руки осторожно легли мне на талию, обнимая так, чтобы не спугнуть.

— В мире айоли это тоже необычно, — сказал он тихо. — Очень редкое явление. Но такие семьи не меньше счастливы, чем другие.

— Не надо меня уговаривать, — фыркнула я, отворачивая взгляд. — Я всё равно через час стану твоей женой.

— Мне жаль, что мы не успели познакомиться получше, — произнёс он, а в его голосе прозвучала искренность. — Но, может, ты всё же дашь мне шанс.

Он взял мою руку в свою и осторожно поднёс её к губам. Но вместо того, чтобы коснуться тыльной стороны ладони, как принято, он поцеловал внутреннюю сторону запястья. Жар метки обжёг меня почти мгновенно, разливаясь по всему телу, оставляя лёгкую дрожь.

Его вторая рука всё ещё удерживала меня за талию, а между нами нарастало какое-то странное напряжение. Мы выглядели как влюблённая пара, только без настоящей влюблённости, но с непонятным жаром между нами.

— Могу я поцеловать тебя? — спросил он вдруг, голос стал ниже, мягче.

— Ммм? — мою поцелованную руку он кладет себе на грудь. Уютно.

— Хочу поцеловать тебя не для того, чтобы остаться здесь, а просто потому что ты прекрасна.

Я невольно улыбнулась, но улыбка тут же угасла. Я опустила взгляд, борясь с этим странным ощущением.

— Ладно, — кивнула я, понимая, что уже проиграла в этом вопросе.

Метка подсказывала мне, что его поцелуй разольет приятное тепло по телу. Я злилась на ситуацию, но не могла проигнорировать это тепло внутри.

Эрион наклонился ко мне, его губы мягко коснулись моих. Это было осторожно, почти невесомо. Он давал мне время привыкнуть, почувствовать. А потом, когда я уже почти расслабилась, он чуть углубил поцелуй. Его губы двигались нежно, но уверенно, оставляя за собой шлейф тепла и какой-то странной близости.

Я невольно задержала дыхание, а он, почувствовав, что достаточно, отстранился, всё ещё держа меня за талию.

— Спасибо, — произнёс он тихо, с лёгкой улыбкой.