Глава 16

Мы с Кейзом и Лисом пришли на мероприятие с легким волнением, несмотря на то что атмосфера здесь оказалась гораздо более расслабленной, чем я предполагала. Гостей встречали официанты с бокалами шампанского, издалека доносилась лёгкая музыка, а всюду сновали нарядные дроны и их мужчины.

Я бросила взгляд на Кейза и Лиса, которые, как и полагается, следовали за мной с уважительным молчанием.

— Всё хорошо? — тихо спросила я, когда заметила, как Кейз напряжённо оглядывается по сторонам.

— Да, дрона, — ответил он. Но по его тону было понятно, что он уже анализировал обстановку, чтобы в случае чего знать, как действовать.

Лис лишь чуть заметно усмехнулся, поймав мой взгляд.

— Просто наслаждайся, — пробормотал он так, чтобы никто не услышал.

Меня довольно радостно приветствовали многие из присутствующих. Дроны улыбались, с некоторыми я даже обменялась парой фраз. Атмосфера действительно была благодушной. Конечно, я заметила несколько неодобрительных взглядов, но они больше напоминали остаточное напряжение, чем открытое неприятие.

— Виолетта! — радостно окликнула меня Ровена, подойдя и тепло сжав мои руки. — Как же я рада, что ты пришла! Как тебе обстановка?

— Очень… необычно, — честно ответила я, оглядываясь. — Но мне нравится.

— Вот и прекрасно, — улыбнулась она. — Твоя цель на сегодня — отдыхать и общаться. Увидимся позже, милая.

Она подмигнула мне и направилась к группе дрон, которые оживлённо беседовали неподалёку. Я проводила её взглядом и повернулась к своим мужчинам.

— Что думаете? — тихо спросила я.

— Очень живо, дрона, — ответил Кейз, снова оглядывая помещение.

Лис немного наклонился ко мне и шепнул:

— Похоже, ты становишься всё более популярной. И это только начало.

Я улыбнулась, чувствуя, как немного спадает напряжение. Сегодняшний вечер действительно обещал быть интересным.

Я провела несколько часов в приятном общении, переходя от одной группы дрон к другой. Меня радовало, что разговоры с каждым разом становились всё более лёгкими, а улыбки — искреннее.

Но больше всего грело душу другое: дроины вели себя не так, как обычно. Они хоть и держались сдержанно, не стояли безмолвно по углам, а разговаривали между собой, иногда даже улыбались. Было видно, что между ними есть настоящая связь, которая существовала даже в рамках всех этих строгих правил.

Однако я заметила, что вся их лёгкость и непринуждённость моментально испарялась, стоило какой-нибудь дроне подойти слишком близко или обратиться к ним напрямую. Их спины тут же выпрямлялись, улыбки исчезали, а взгляды становились пустыми, словно по щелчку переключался режим. Это резкое изменение в их поведении резало по сердцу.

Ещё я обратила внимание, что никто из дроинов не пил алкоголь. Столы ломились от изысканных напитков, официанты предлагали новые бокалы, но дроины неизменно отказывались. Думаю и предлагали им чисто для формальности.

Не то чтобы я сильно хотела видеть их пьяными, но этот запрет всё равно казался мне очередным напоминанием об их ограничениях. Даже на таком расслабленном мероприятии, где дроны могли себе позволить больше свободы, для дроинов по-прежнему существовали рамки, которые они не могли переступить.

— Ты задумалась, — тихо заметил Кейз, который появился рядом так тихо, что я чуть не подпрыгнула.

— Просто наблюдаю, — ответила я, стараясь скрыть грусть в голосе.

— Это хороший знак, — сказал он, коротко кивнув в сторону группы дроинов, которые тихо смеялись, обсуждая что-то своё. — Они видят как ведем себя мы, твои мужья и хотят такого же для себя. Пробуют двигать границы.

Я посмотрела на него и с благодарностью сжала его руку.

— Ты прав. Это… только начало, но всё равно радует.

Кейз чуть улыбнулся, а Лис, который тоже подошёл, шепнул:

— Ты делаешь невозможное, Вета. И мы гордимся тобой.

Эти слова добавили мне сил и уверенности. Несмотря на всё, мы действительно двигались вперёд, пусть и небольшими шагами.

Мы так и стояли втроем — я, Кейз и Лис, мои поддерживающие и оберегающие мужчины, когда произошло это. Нападение. Словно в каком-то фильме. В зал ворвались мужчины в масках, крича и разнося всё вокруг.

Мои мужья тут же заступили за меня, словно единое целое, отрезая меня от опасности. Их движения были быстрыми, точными, и я ни на секунду не усомнилась, что они сделают всё, чтобы защитить меня. Подобным образом поступали и мужья Ровены, а также близкой её подруги, которая помогала мне влиться поскорее в совет. Остальные дроины оставались странно равнодушными. Они скорее с любопытством наблюдали за происходящим, чем действительно волновались.

Дроны, напротив, растерянно искали защиты, некоторые напуганно кричали, но их дроины оставались стоять, словно вкопанные. Нападавшие явно не ставили своей целью причинить вред дронам, они больше хотели напугать или произвести эффектное появление, но их было слишком много.

Я с замиранием сердца следила за Кейзом и Лисом, которые оказались втянутыми в схватки. Их движения были отточенными, уверенными, но волнение за них буквально захлестывало меня.

И тогда он появился. Один из мужчин в маске приблизился ко мне. Он ничего не сказал, просто подошёл, и я замерла, глядя в его глаза. Эти серые глаза.

Вернер.

Я не видела его с той самой встречи почти полтора месяца назад, но теперь он стоял передо мной, и я узнала его мгновенно. Он понял это и подмигнул.

Ещё один нападавший направился в нашу сторону, но Вернер одним лёгким жестом отослал его прочь. Он не отходил от меня, словно наблюдая, защищая, но я не могла понять, что именно он собирался делать.

И тут появился Лис.

— Отойди от моей жены! — его голос звучал угрожающе. — Ты в порядке, Вета? — он обернулся ко мне, не спуская глаз с Вернера. Я коротко кивнула.

Вернер остался стоять спокойно, не делая ни одного резкого движения.

— Почему ты её защищаешь, а не стоишь в стороне, как те дроины? — наконец спросил он, и в его голосе не было угрозы, только интерес.

Лис не колебался ни секунды.

— Потому что я её люблю. И не советую тебе вредить ей, — его слова прозвучали твёрдо, как клятва.

— Я не собирался ей вредить, — коротко ответил Вернер, его глаза задержались на мне дольше, чем было необходимо.

Он свистнул, и нападавшие отступили так же внезапно, как появились. Ещё мгновение — и они исчезли, оставив за собой разрушенный зал и напряжённую тишину.

От произошедшего все отходили долго. Напряжение в зале буквально пропитывало воздух, дроны пребывали в шоке, хотя никто из них, казалось, не пострадал физически. Но что-то изменилось.

Поведение в зале стало другим. Теперь все вдруг начали замечать то, что до этого упорно игнорировалось: в каких семьях мужья действительно любят и заботятся о своих дронах, а в каких — просто выполняют свои обязанности. Этот контраст был как удар в лицо, и я видела, что многих это разозлило. Кто-то из дрон пытался скрыть гнев, другие, напротив, открыто выражали недовольство.

Когда первый шок спал, послышались упрёки.

— Это просто немыслимо! — громко заявила та самая дрона, чью дочь я оскорбила, не позволив унизить Каира. Её лицо пылало негодованием, а голос был полон презрения. — Такое халатное поведение дроинов! Им будет наказание!

Её слова, казалось, были направлены к общему одобрению, но… дроины в её окружении не выглядели особенно расстроенными. Даже наоборот. В их глазах мелькало что-то вроде удовлетворения. Как будто они считали, что спектакль стоил того, чтобы потом получить выговор.

А вот мои мужья и ещё четверо дроинов из других семей вели себя совершенно иначе. Каждый из них был рядом со своей дроной. Они проверяли, всё ли с нами в порядке, касались нас без спроса — успокаивающе и нежно.

Я наблюдала, как муж Ровены обнимает её за плечи, как она тихо говорит с ним, а он кивает, словно вслушиваясь в каждое её слово. В этих движениях было столько заботы, что мне стало ясно: такие мужчины действительно любят своих женщин.

Мои мужья — Кейз и Лис — были рядом со мной. Кейз тихо положил руку на моё плечо, а Лис крепко держал меня за руку. Я чувствовала их тепло, их присутствие, и это придавало мне уверенности.

Именно так должно быть. Именно так было правильно.

Мероприятие, разумеется, завершилось, и все поспешили разъехаться по домам. Настроение в зале оставалось напряжённым до самого конца, но мне показалось, что многие дроны ушли с новым осознанием. Возможно, кто-то из них впервые задумался о том, что же такое настоящая привязанность, забота и любовь.

Дома мои мужья тут же обсудили происходящее.

— Это была явная провокация, — начал Кейз, расхаживая по гостиной. — Но зачем? Чего они добивались?

— Думаю, показать слабость дрон, — предположил Лис. — Но им это не удалось. По крайней мере, не всем.

Я сидела в кресле, кутаясь в мягкий плед, который заботливо накинул на меня Лис. Мужчины продолжали разговор, но мне казалось, что все их мысли сейчас были только обо мне.

— Вета, — тихо сказал Кейз, подходя ближе, — тебе нужно отдохнуть. Мы обо всем позаботимся.

— Да, кошечка, — поддержал Лис, наклоняясь ближе и заглядывая мне в глаза. — Ты сегодня слишком много пережила.

Я позволила им проводить меня в спальню. Они уложили меня с такой бережностью, словно я была хрупким фарфоровым сосудом. Кейз поцеловал меня в лоб, Лис нежно провёл пальцами по моим волосам, прежде чем выйти из комнаты.

Но отдых не приходил. Я лежала в полутемной спальне, прислушиваясь к тишине, и мои мысли вновь и вновь возвращались к тому, что произошло.

Вернер.

Его серые глаза. Его дерзкий взгляд, которым он меня прожигал. То, как он смотрел на меня тогда, на заброшенной улице, и то, как он посмотрел на меня сегодня в маске. Это был он, я знала это. И он знал, что я узнала его.

Почему он не навредил мне? Почему вообще остался рядом, отвел от меня другого нападавшего… Он был одним из зачинщиков?

Меня злили эти мысли. Они кружились в моей голове, заставляя искать ответы, которые я не могла найти. Почему он снова появился? Почему он так на меня смотрел?

Я стиснула зубы, перевернувшись на бок.

— Проклятый Вернер, — пробормотала я в подушку, чувствуя, как внутри поднимается странное, беспокойное чувство.

На следующий день меня разбудили рано. Срочный сбор совета. Тема была ясна без объяснений. Гнев, недовольство, тревога — всё это было ощутимо уже в коридорах, когда я вошла в здание. Дроны собрались почти в полном составе, и их лица выражали одну эмоцию — ярость.

Совещание началось сразу же. Лидеры совета поднимали вопросы один за другим, но всё сводилось к одному: нападение на мероприятие было вызовом, и ответ должен быть соответствующим.

— Это недопустимо, — резко заявила Лорелия, та самая дрона, чья дочь донимала моего Каира. Её голос был напряжённым, а взгляд метался по залу, словно она искала виновных. — Эти преступники не просто напали на нас. Они показали слабость нашей системы!

— Но кого мы пошлем на поиски? Наша армия не справилась с их сдерживанием, а может вообще перейдет на их сторону?, — подхватила другая дрона, Лоретта. Её тон был холоден, но глаза горели возмущением. — Мы не можем полагаться на тех, кто не способен защитить даже свои дома.

— Армия? — перебила Ровена. Её голос звучал спокойно, но в нём ощущалась сила. — Давайте не будем винить только их. Кто из нас может с уверенностью сказать, что мы сами подготовлены к подобным нападениям?

— Ты предлагаешь оправдывать их? — резко спросила Лорелия. — Они позволили преступникам уйти!

Ровена не отвела взгляда, хотя в зале зашумели голоса.

— Я предлагаю смотреть на ситуацию шире. Проблема не в армии. Проблема в системе, которая основывается на страхе и подчинении. Мы сами создали армию из людей, которые боятся лишнего движения. И теперь удивляемся, что они не сражаются за нас, — сказала я.

Зал на мгновение замолчал. Мои слова, хоть и произнесённые спокойно, задели многих. Я заметила, как Лоретта сжала губы, явно не зная, что ответить.

— И что ты предлагаешь? — спросила наконец Лорелия, её голос стал чуть тише.

— Мы должны не только найти виновных, — ответила я, — но и пересмотреть наши подходы. Мы требуем преданности, но не даём ничего взамен. Почему мужья некоторых из нас готовы были отдать жизнь за свою дрону, а других даже не было рядом?

Эти слова вызвали очередную волну обсуждений. Я сидела, прислушиваясь к каждому слову, и не могла не заметить, как некоторые дроны украдкой бросали на меня взгляды. Возможно, потому что мои мужья действительно защищали меня, и это не осталось незамеченным.

— Хорошо, — сказала Лоретта, поднимая руку, чтобы остановить шум. — Но мы всё же должны принять меры. Если наша армия ненадёжна, возможно, пора провести проверку и реформы.

— И одновременно с этим, — добавила Лорелия, — объявить охоту на тех, кто осмелился напасть. Они должны быть наказаны, чтобы другие знали, что это не останется без ответа.

Совет продолжал обсуждать, но главные идеи уже вырисовывались. Охота на преступников и пересмотр внутренней структуры армии. Всё это звучало логично, но я не могла избавиться от ощущения, что эти решения не решат проблему.

Совет продолжал заседание ещё несколько часов, но к единому решению так и не пришёл. В зале царила напряжённая атмосфера: одни требовали немедленных действий, другие выступали за обдуманный подход. В итоге было принято временное решение — усилить охрану каждого члена совета, хотя многие откровенно скептически отнеслись к этому шагу.

— Охрана… — бросила с насмешкой одна из дрон. — Как будто это что-то изменит, если на нас снова нападут.

— Это временная мера, — парировала Лоретта. — Мы должны быть осторожны, пока не примем окончательное решение.

Ровена, которая всю встречу оставалась относительно спокойной, взяла слово ближе к концу.

— Мы вернёмся к этому вопросу через несколько дней. Нам нужно больше информации о том, кто за этим стоит и какие у них цели. Спешка здесь может навредить.

Совет согласился, пусть и неохотно. Некоторые дроны, включая Лорелию, явно хотели действовать немедленно, но отложить решение было разумным шагом, учитывая разногласия.

Когда я покидала зал, Ровена подошла ко мне. Её лицо выражало усталость, но голос оставался твёрдым.

— Ты молодец, Виолетта. Держалась достойно. Это важно.

— Спасибо, — ответила я, хотя внутри меня бурлили эмоции. Всё это казалось больше игрой власти, чем реальным стремлением к защите. — Как думаешь, они примут правильное решение?

Ровена слегка улыбнулась.

— Совет редко принимает решения быстро. Но именно в таких ситуациях появляются лидеры, которые могут изменить что-то. И, возможно, одна из них сейчас рядом со мной.

Её слова заставили меня задуматься. Но у меня не было времени на размышления — нужно было возвращаться домой, где меня ждали мужчины.