Глава 10

Наша кавалькада проскакала через широко открытые ворота, рысью миновала розовые и лавандовые поля, над которыми вились снапперы, пчёлы и стрекозы. Стоило первым всадникам вступить под сень леса, раздался новый крик:

— Выпустить дичь!

У меня сжалось сердце. Это не просто поиски случайного животного, которому не повезло, а целенаправленная травля зверя, специально пойманного для развлечения. На обычной охоте, дичь выслеживали часами, у неё был шанс скрыться, а здесь… Натасканная свора собак кинулась вслед за мелькнувшим в зарослях пушистом рыжим хвостом. Лиса! Но зачем? Здесь нет курятников, которые она могла разорить, фейри не нужна её прекрасная яркая шкурка — при Благом Дворе не бывает холодов. Эта несчастная лиса должна умереть, чтобы потешить азарт собравшихся!

Мне окончательно расхотелось здесь находиться. Единственным утешением было то, что мы уже миновали заслон из зубастых стражей. Легкая тошнота напомнила о пропущенном завтраке. Где тут поляна с пикником? Большая часть придворных ускакали вслед за королём, даже мои братья-рыцари увязались за ними в пылу погони.

Может быть, ну его, этот завтрак? Нет, неизвестно, когда я смогу поесть в следующий раз. Невысокая широкобедрая повариха-цверг ещё только расставляла на столе тарелки и приборы. Мне повезло — можно попробовать исподволь узнать, в какой стороне находится её родное царство. Удивительно, за всё время, пока я находилась в Замке Роз, ни разу не приходилось посещать кухню — как оказалось, досадное упущение.

— Доброе утро! — поздоровалась я. — Не найдётся ли у вас чего-нибудь поесть?

Женщина с неудовольствием оторвалась от своего занятия и посмотрела на меня, поджав губы.

— Пикник готовится к окончанию охоты, — её хрипловатый голос был полон завуалированного презрения. — Из замка доставлены ещё не все блюда.

— Мне хватит фруктов и какой-нибудь булочки. Да, ещё чашки кофе, — настаивала я.

Она моргнула, хмурое лицо расколола неуверенная улыбка:

— Вы — королева Ариадна.

— Да, — кивнула я. — Как вы догадались?

— Проще простого, — повариха прямо на глазах вновь обретала утраченную было уверенность. — Вы, ваше величество, единственная неизменно пьёте кофе за завтраком. Я сейчас приготовлю.

Она метнулась к маленькой походной жаровне, стоявшей на сложенных в кучу камнях. Меня всегда удивляло, насколько цверги грациозны, несмотря на кряжистые невысокие фигуры. Глядя на то, как она засыпает из жестяной коробки темный порошок в настоящую медную джезву, заливает водой и аккуратно ставит на огонь, я решилась спросить:

— Что с подвигло вас устроиться на работу именно сюда?

Она вздрогнула, чуть было не опрокинув джезву. Кофе выплеснулся на жаровню, неприятно потянуло горелым. Повариха тихо пробормотала что-то неразборчиво, поправила джезву.

— Простите, ваше величество. Я так давно при Дворе, что позабыла о подобных вопросах. Меня зовут Джид, вы наверно слыхали об изгнанной цверге?

Я покачала головой. Ни о чём подобном не приходилось слышать. Королевская семья цвергов не упоминала о соплеменнице по имени Джид, а у Неблагого Двора и без того хватало своих легенд.

— Да, вы же новенькая, — Джид ловко подхватила закипающую джезву, убрала с огня и тут же налила в пузатую фарфоровую чашку. — Простите, ваше величество, но у вас такие странные пристрастия! Честно говоря, разок попробовала эту бурду — горечь несусветная!

Я улыбнулась и пожала плечами, принимая у неё напиток:

— Мне нравится. Открою секрет — если бросить щепотку корицы и имбиря, получится ещё вкуснее. Но я бы всё-таки хотела услышать ответ на свой вопрос.

— Тут особенно рассказывать нечего. Меня выгнали из подземного королевства, а королева Латона была столь добра, что приняла на дворцовую кухню. За многие годы я хорошо поднаторела в стряпне, чтобы не заставить благодетельницу сожалеть о своём решении. Я так давно при Замке Роз, что знаю вкусы всех его обитателей наизусть.

— А из-за чего тебя… тебе пришлось покинуть родное царство? — от меня не ускользнули её попытки уйти от темы.

Джид поджала губы. На её довольно миловидном лице, с крупными чертами, характерными для этого народа, явно читалось недовольство.

— Можно не говорить об этом? — спросила она напрямую. — Могу сказать только, что молодые цверги, юноши и девушки, как и другие виды фейри, не отличаются благоразумием и терпением.

— Более того, люди тоже в юном возрасте творят глупости, — ободряюще улыбнулась я, пробуя обжигающе-горячий напиток. Он оказался среднего качества — другого при Благом Дворе я ещё не пробовала. Ожидаемого эффекта не последовало — Джид замкнулась. Отвернувшись от меня, она делала вид, что очень занята расстановкой приборов.

— Я дружна с Мэйлой, дочерью короля Двалина, — попытка зайти с другой стороны провалилась. Джид замерла, бросила тяжелый взгляд исподлобья и недружелюбно спросила:

— А как поживает её мать?

Её слова завели в тупик — о жене подземного короля не говорили, и ни в коем случае не спрашивали.

— Я ничего не знаю о ней, — ответила я осторожно. — Двалин уже много лет один.