Глава 67

Лёжа на боку, я куталась в тёплое одеяло, пытаясь сохранить хоть какое-то тепло, но в комнате становилось только холоднее. Над потолком мерцал огненный файербол, вызванный Яни, но он не спасал. За окном словно лютый зверь завывал ветер, нагоняя тоску и уныние. Он проникал во все щели, выстуживая помещение.

Похоже, осень окончательно сдала позиции, и власть постепенно переходила в руки зимы.

А ведь вчера ещё светило солнце!

Прикрыв глаза, я вслушивалась в окружающие меня звуки. Утро, но по коридорам никто не ходил. Никто из девушек не спешил в душевые. Все затаились под своими одеялами, ожидая колокольный звон.

Тихо заскрипела кровать Яни, и послышались шлепки босых ног.

— Аль, просыпайся. Ты ведь не хочешь пропустить первый снег?!

Голос змея звучал очень тихо.

«Снег» — мысленно повторила я.

Вот и всё, кончились погожие деньки, когда можно было посидеть с книгой под деревом во внутреннем дворике академии.

Не любила я зиму.

Но первый снег — это совсем другое дело!

Я всё же вытащила нос из-под одеяла.

Мой наг в синей ночной юбке по колено стоял у окна. Поёжившись, он протянул руку и снял со стула свой толстый зимний плащ, подбитый белым мехом, и закутался в него.

— Почему так холодно? — тихо спросила я, глядя на его босые ноги.

— Ещё протапливают. Академия ведь не маленькая, ну и мы заселились не на первых ярусах. Но смотри, подруга, какая красота, — он отогнул полу плаща. — Заныривай ко мне, погреемся. Ты должна это видеть. Вот где настоящая, чистая магия.

Улыбнувшись, я быстро выбралась из постели и подскочила к своему нагу. И секунды не прошло, как я уже прижималась к его не особо тёплой груди.

— И правда, снег! — я уставилась в высокое окно.

С неба сыпали одиночные крупинки. Гонимые ветром, они вращались с бешеной скоростью и ударялись о стекло, оборачиваясь капельками воды.

— Погода резко меняется. Я просыпался примерно час назад — всё было тихо. Даже волн неслышно. А сейчас океан бушует.

— Я не люблю зиму, — честно призналась, глядя, как капельки стекают по стеклу тонкими полосами. — Рано темнеет, короткий день. Вьюги и бураны. Я на севере жила. У нас в сентябре уже лёгкие куртки да береты. Всегда хотелось, чтобы лето длилось дольше.

— А я хоть и наг, а люблю холодное время года. У зимы своё очарование. Все оттенки белого. Белый снежный покров на земле, белые дороги, белые деревья и крыши домов. Это время веселья. Горки, санки, снежки — что может быть лучше? Уверен, Аль, ты полюбишь зиму. Хочешь, покажу тебе, какой замечательной она может быть?

Я покосилась на этого змеиного романтика. Кто бы мог подумать, что под этим толстым слоем гламурной чешуи и язвительности такая чистая и нежная душа.

— А ещё новогодние праздники, — в моей голове родилась тревожная мысль, и я поспешила её озвучить. — Яни, как ты думаешь, меня пустят к маме хоть на несколько дней? Я так по ней соскучилась. У неё, наверное, солений полный шкаф в коридоре. Огурчики, помидорки, патиссоны. Острые баклажаны и лечо. Я только сейчас поняла, как мне этого не хватает. Уюта и домашнего тепла.

Наг молчал, но его руки сильнее сжались на моих плечах.

— Яни?

— Я не уверен, Аль, всё сложно.

В его голосе звучала какая-то недосказанность. Это только усилило тревогу.

— Но почему?

— Не знаю, но мне так кажется, — ушёл он от прямого ответа.

— Но как же она одна…

Ветер внезапно стих, словно его и не было. Я замерла, глядя, как снежинки медленно кружат над океаном, оседая на воду и растворяясь в ней. Затянутое серыми тучами небо казалось таким холодным, хмурым, безрадостным. Лишь на горизонте виднелась яркая полоса света, словно дающая надежду на то, что ещё будет тепло и солнечно.

Тишина снова окружила нас. Каждый думал о своём.

— Эти зимние праздники мы встретим вместе, всё будет нормально, Аль, — наконец произнёс змей, пытаясь меня успокоить.

— Но я не могу так. Понимаешь, у нас, конечно, есть родственники, но у них свои семьи, дети. А мама… У неё только я. Как же она будет в пустой квартире? Ёлка, стол, салаты и куранты и меня нет рядом. Так не должно быть.

У меня на глазах проступили слёзы. Так захотелось домой, хотя бы на пару дней. Послушать новости, съесть мамину жареную картошку с огурцами. Посмотреть на неё, обнять.

— Успокойся, — Яни прижал меня к себе ещё сильнее. — Времени предостаточно — что-нибудь придумаем. А пока наслаждайся первым дыханием зимы. Красиво же!

— Красиво, — согласилась я. — Санки — это тоже хорошо, но я больше коньки люблю.

— А я кататься не умею, — тихо засмеялся он.

— Могу научить, — улыбнулась и я

— Ну, наконец-то, уголки твоих губ приподнялись. Совсем ты сникла после ссоры с Валынским. Пора мне это дело брать в свои руки.

— Не напоминай, и что ты можешь? Его сердцу ведь не прикажешь. Хуже всего, что я ему ещё и советы давала, как подступиться к любимой женщине. Прав ты. Я, кажется… Не знаю, просто, он для меня что-то большее, чем… Я не понимаю…

— Да влюбилась ты, признай уже и действуй. А вот насчёт каникул… Замётано, ведьма, я тащу тебя к себе, и мы развлекаемся по полной. Там же через отца попытаемся пробить, как твою маму перекинуть в наш мир.

— А вдруг её тоже больше нет? — шепнула я испугано.

— Есть! Где-то она точно есть. Найдём мага времени, всё рассчитаем. Ты ведь знаешь день и час, когда она точно будет дома?

— Угу, — я кивнула, от его слов на душе спокойнее стало.

За нашими спинами в стене что-то громко заскрежетало… Загремело…

— Трубы прочищают, — прокомментировал эти ужасающие звуки наг, — сейчас тепло давать будут. А вообще, бардак в академии, многое менять нужно.

— Это хорошо, что прочищают, — я поёжилась, — от тебя не так уж много тепла.

— Я же змей — существо хладнокровное, — засмеялся он.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍В дверь постучали.

— Да открыто там, — гаркнул Яни.

Послышался скрип, и на пороге показался Эмес. Окинув нас тяжёлым взглядом, он опасно прищурился.

— Яни, ты мне нужен, — ровно произнёс он.

Отогнув меховушку плаща друга, я вскользь оценила внешний вид мужчины. Да-а… От былого лоска не осталось и следа. Щетина на щеках, глаза красные. Чёрный сюртук местами мятый.

— Зачем он вам? — спохватилась я, почувствовав неладное.

— Разговор есть, — ведун не сводил взгляда со змея. — Ян, я так больше не могу. Ты же не дурак, всё видишь.

Наг кивнул и легонько отстранил меня от себя.

— Сейчас выйду… учитель, — последнее слово он произнёс с какой-то странной усмешкой. — Так, ведьма, марш опять под одеяло. Пока не потеплеет — постель не покидать!

— Так собираться же нужно на учёбу… Скоро подъём.

Я пыталась уловить, в чём подвох. Эти двое вели себя странно. А вдруг Эмес станет просить Яни помочь ему в делах амурных. Моё сердце охватила острая ревность.

— Яни, только не подсказывай ему, если он о другой… — одними губами прошептала я.

— Успокойся, вопрос не про то. У нас свои мужские дела. Есть пара проблем… но я быстро.

— А учёба? — я мельком взглянула на ведуна, подпирающего косяк двери.

— А прогуляем лекцию, чего хвосты морозить.

— Рески, — окликнул змея ведун, теряя терпение.

— Да иду я… Иду.

Подмигнув мне, Яни выскочил в коридор.

Хмуро взглянув, Эмес закрыл за собой дверь, оставляя меня в холодной комнате одну.

* * *

Вернулся Яни спустя примерно час. Взъерошенный, немного озадаченный. Не вылезая из-под одеяла, я следила за каждым его движением.

Любопытство разбирало.

Что же у них там за дела такие мужские?

Что за секреты от меня? Непорядок!

Но мой змей молчал.

Какое-то время он просто смотрел в окно. Словно застыл. В этот момент он не походил на молодого легкомысленного мужчину. Я в очередной раз задалась вопросом, сколько же ему лет.

Зазвонили колокола, призывая всех на завтрак. Но в коридоре по-прежнему было подозрительно тихо.

В стене снова загрохотало и засвистело.

Скинув с себя рубаху, Яни свернул её и небрежно бросил на спинку стула. Задумчиво потирая подбородок, змей завалился на кровать и изящным пасом призвал огненный пульсар.

Он разрастался и ширился. Стало немного теплее.

За окном снова подул ветер. Волны грохотали, обрушиваясь на скалы, на которых стояла наша башня.

Повернувшись набок, я наблюдала за своим непривычно тихим соседом. Поправив юбку, он сложил ноги на изножье и, кажется, что-то искал взглядом на потолке.

— Аль, а поехали завтра в город, выходной же, — наконец, обратив на меня внимание, он создал водяной пузырь и направил его в пульсар, висящий справа между нашими кроватями.

Послышалось шипение, и комнату наполнил горячий пар.

— А нас не накажут? — тихо поинтересовалась я. — Первую лекцию же прогуляли.

Он усмехнулся. В пламя полетел ещё один шар с водой.

— Нет, в связи с холодом все теоретические и практические занятия отменили. Они, оказывается, не были готовы к столь резкой смене погоды. Маги! Что с них взять? Это, выходит, такая новость, что в конце осени приходит зима. Я поражаюсь такому запущению. Валевски, кажется, зря протирает штаны на своём кресле. Но ничего. Ничто не длится вечно. Правда, Аль?

— Наверное, — у меня сложилось впечатление, что сейчас он говорил о чём-то своём. — Яни, а лекции честно отменили? Не хочу получить отработку. Не то чтобы труд не про меня, просто так на учёбу меньше времени остаётся. Хотя на кухню я бы не прочь завалиться. Хочется съесть чего-нибудь особенного.

— Морского окуня на вертеле… — мечтательно произнёс он. — Или кусок жареного мяса. Лапши с бульоном. Кровяную колбасу, запечённую на углях.

У меня потекли слюнки. Живот предательски заурчал.

— Может, всё-таки были лекции и нам грозит отработка на кухне? А там и до мяса рукой подать.

Честно признаться, я была уже готова предложить себя домовым в качестве посудомойки.

— Нет, Валынский сказал: сегодня уроков не будет. Но у меня где-то там ещё остались часы отработки.

Я засмеялась. По-хорошему нужно было вставать и идти на завтрак. Да только страшно даже стопу высовывать.

Холодно аж жуть.

Словно подслушав мои мысли, поток холодного ветра обрушился на окно. Всё завыло, загудело… По моим волосам прошёлся сквозняк, леденя кожу и вызывая мурашки.

Поёжившись, я решила, что лёгкое голодание тоже полезно.

— Янчик, а тепло сегодня всё же будет?

— Будет, в женские башни отопление запускают в первую очередь. Котлы уже разогрели, к обеду всё прогреется.

Он поднялся и накинул на меня свой тёплый плащ. Сам же забрался в шкаф и вытащил странного вида одежду — эдакое платье с запахом, подбитое бурым мехом, длиною до пят. Просунув руку в длинные толстые рукава, наг стал походить на древнего воина из мифов. Чёрный цвет особенно ярко подчёркивал пламя его рыжих волос. Это совсем не походило на то, что Яни носил обычно.

— Надо же, вроде и юбка, а выглядит так сдержанно, мужественно… Тебе идёт!

— Традиционное зимнее платье нагов. В таком наши предки в вашем мире на войну ходили.

— И с кем же вы там воевали?

— С мантикорами и вивернами, а потом они переселились сюда, и мы ушли вслед за ними. Во внешнем мире о нас остались лишь упоминания в легендах некоторых восточных народов.

— Есть такое, — я улыбнулась и подтащила его плащ к носу.

Всё теплее.

— Аля, ну так как? Поехали завтра в город?

— Зачем? Холод такой. Погода просто жуть! Тут в комнате отсиживаться надо, а тебе погулять приспичило.

— Да просто… — он пожал могучими плечами и, подойдя к окну, присел на подоконник. — Развеемся. Уже сколько месяцев в четырёх стенах сидим. Тебе эта прогулка точно пойдёт на пользу. Хватит киснуть и страдать по своей безответной любви.

— Глупости…

— Не обманывай себя, ведьма! Это самое худшее, что мы можем сделать — лгать себе и притворяться, что мы верим в свою ложь. Только честность позволяет нам видеть вещи такими, какие они есть на самом деле. Если любишь его, так признай и реши уж наконец — нужен он тебе такой или нет? Но не кисни, я тебя прошу.

— А что тебе Эмес сказал? — его слова вызвали во мне смутные подозрения.

— Да ничего особенного — взял в ученики. У него, как и у профессора Вакулина, своя группа с углублённым изучением предмета.

— Проклятья? — я просияла.

— Нет, зачем… Артефакты. Он же лучший мастер.

— Ух ты, поздравляю!

Это была действительно отличная новость. Попасть в личные ученики к профессору, да ещё и на первом курсе — мечта любого студента. Это сразу и почёт, и уважение, и признание тебя, как перспективного мага. К тому же кое-кого из личных учеников оставляли в академии сначала как помощников, потом как учителей.

— Я так рада за тебя, Яни. Теперь, получается, ты и в группе Альтовски, и у Эмеса. Вот это результат! Ты просто умница!

— Да, я, собственно, ради этого сюда и приехал. Работать, развиваться как маг, — змей убрал руку от лица. — В общем, хочешь ты или не хочешь, а завтра я тащу тебя в город, а там уже, как сложится.

— Что сложится? — не поняла я.

— Программа мероприятий, Аль. Пойду в столовую, хотя лучше на кухню, и поклянчу для нас завтрак посытнее и погорячее. Чёрным магам нужно очень много есть, если ты не знала. Этот дар отнимает много сил и энергии у своих владельцев. Так что налегай на мясо и овощи, Аль, а то в скором времени начнёшь стремительно худеть и превратишься в щепку.

Поднявшись, он поправил ворот своего боевого платья, натянул ботинки и скрылся за дверями.

* * *

Как и сказал Яни, занятия действительно отменили.

Зато приказали явиться в академический сад. Весь первый курс!

Под пристальным взором усатого ректора Валевски мы весь день до вечера пересаживали подросшие за лето молодые саженцы с открытого грунта в теплицы. Укрывали на зиму кустарники и цветы на аллее. Кутали тонкие деревца.

Никакие плащи не спасали от пронзительного холода. Руки уже немели от усталости.

А с неба всё сыпал хлопьями снег, ложась на землю чистым белоснежным покрывалом.

Оборачиваясь, я постоянно видела ректора за спиной. Это пристальное внимание так нервировало и злило.

А ему, кажется, нравилось дышать мне в затылок.

Мерзкий таракан!