Глава 61

Все три дня, что я лежала в лазарете, мне не давали скучать. У моей постели постоянно кто-то сидел.

Я оставалась в одиночестве разве что поздней ночью.

И то, бывало, открывала глаза, а у моей койки сестра Ариден с мазью в руках крутится. Её неизменный накрахмаленный белый фартук светился в лучах растущей луны. Я отчётливо видела его силуэт и наблюдала за деятельной сестрой.

Да чего скрывать, я восхищалась энергией этой уже не молодой женщины, казалось, она никогда не спит и всегда находится у кровати своих пациентов. Вроде и строгая, но внимательная, доброжелательная, открытая и искренняя.

Она воодушевляла.

Но всё же откуда в ней столько сил?! Вот на кого равняться нужно!

Даже завидно немного было.

Я же купалась в заботе. Но при этом не совсем понимала как себя вести, ведь раньше не была одарена таким вниманием. А тут и подарочки, и вкусненькое, и беседы. Даже неудобно немного: отнимаю у людей время, а отблагодарить ничем не могу.

Но как бы там ни было, в мою палату совершались регулярные набеги, чего кривить душой, желанных посетителей.

С утра ко мне захаживала госпожа Доротея. Она приносила вкуснейшие гостинцы: пирожки, ватрушки, а на третий день мои любимые булочки с маком. Расспрашивая о самочувствии, эта добрейшая женщина держала меня за руку и всячески подбадривала. Мне становилось всё сложнее с ней прощаться, хотелось, чтобы она пробыла у меня хоть чуточку дольше.

После занятий прибегала Агата с метёлками, которые всё же пробились ко мне. Она стащила в мою палату все книги из комнаты. А ещё вываливала на меня ежедневно все даже незначительные новости и сплетни нашей Академии.

Ну а вечерами приходил Эрик.

Сидя на полу у моей кровати, он просто улыбался, слушая, как прошёл мой день. Рассказывал смешные истории, что случались на его практиках, во время учёбы в академии и в детстве. Мы смеялись и шутили, немного заигрывая друг с другом. Я всё больше узнавала о нём и его окружении.

Эрик не давил, но в то же время был настойчив в своих ухаживаниях.

Поняв, что драгоценности моё сердце не трогают, он принёс мне фигурки из аметиста. Я не смогла сдержать искреннее восхищение, крутя в руках фиолетового льва, размером с мой кулак, тигра поменьше, слона, кролика с мизинец и птичку.

Не удержавшись, я потянулась и сама поцеловала его. Это был порыв, и его оценили.

На следующий день я стала обладательницей малахитовой шкатулки, наполненной статуэтками из самоцветов.

Я долго не могла принять этот подарок. Слишком дорого, слишком роскошно.

Всё слишком, но Эрик…

Он так сильно обиделся моим отказом, что мне стало стыдно, и я сграбастала это сокровище, расцеловав дарителя.

Большего ему и не нужно было. Профессор некромантии сиял от удовольствия.

Но и его визиты не длились вечно: приходила сестра Ариден и призывала нас к порядку.

Эрик, ворча, прощался со мной, а перед уходом заглядывал к Брониславу.

На четвёртый день я проснулась раньше обычного.

Не знаю, что меня потревожило. Наверное, тихие голоса, доносившиеся из коридора. Поднявшись, я на цыпочках пробралась к двери и выглянула.

В коридоре находились несколько учителей некромантии. Они явно кого-то ждали. Среди них я заметила Эрика. Радостно улыбнувшись, хотела уже позвать его, но мой взгляд зацепился за каталку, что стояла перед ним.

Девушка.

Она лежала без движения. Её рука плетью свешивалась и пугающе покачивалась.

Неестественно.

Улыбка медленно сошла с моего лица. Я начинала понимать, что так встревожило. Стеклянные глаза, что смотрели на меня в упор не видя.

Мертва! Нет, её лицо не было высушенным, как у Кураты. Но она была точно мертва.

Зажмурившись, я отказывалась вспоминать её имя.

— Где её нашли? — голос Эрика заставил прийти в себя и вздрогнуть.

— В душевой южной башни, — безэмоционально ответил кто-то из присутствующих.

— Кто обнаружил? — снова вопрос.

Моргнув, я, наконец, отвела взгляд от каталки.

— Домовые.

Эрик оскалился. Я же тихо отошла от двери.

Меня било мелкой дрожью. Страшное предчувствие жгло сердце.

Да, я знала эту студентку.

Полукровка, как и я.

Ещё одна "случайно умерщвлённая"

***

Конец октября выдался очень холодным.

Все готовились к зиме и гадали, когда же выпадет первый снег. За моим окном всё так же бушевал океан. Птиц становилось всё больше. Они стайками прилетали гнездоваться у подножья башни и галдели дни напролёт.

Уперевшись руками в подоконник, я наблюдала, как они, проносясь по небу, резко пикируют вниз. Порой такой нырок не приносит ничего, но бывало и так, что выныривает птица с рыбой в клюве и начинается уже охота на неё. Не каждая удачливая пернатая доносила добычу до своего гнезда.

— Злата, ты чего там застыла? На зельеварение опаздываем.

Я поморщилась. Не любила этот предмет, и всё тут. Не давался он мне.

— Не стой столбом, подруга! Хватай котелок и побежали. А то достанется нам вместо бала, отработка на кухне. Вальс там с пучками морковки плясать будем. Месяц остался, нельзя попадаться.

Этот аргумент Агаты на меня подействовал. Мельком взглянув на своё шикарное бирюзовое платье, я подхватила чугунную утварь и отправилась постигать тайны приготовления зелья.

Прошмыгнув перед учителем в лабораторию, мы по привычке заняли последний стол и притихли. Наша тактика с Агатой была проста: она в зельях лучшая, а у меня часто вместо ягодного крема для лица получалось бабушкино варенье. Вот и выручала меня подруга, тщательно контролируя мои действия. Под её чутким руководством я делала маленькие успехи.

Ну, а когда все же не выходило, я успокаивала себя тем, что не ведьма, и всё тут.

— Агата, — тихо окликнула подругу Лесана, наша одногруппница. Она жила с нами по соседству и мутила с моей хитрой ведьмой тёмные дела.

— Чего тебе? — Агата оторвалась от котелка и взглянула на неё недовольно.

— Мне тюбики сегодня из города доставят. Злата согласилась в деле участвовать?

— А чего у вас там? — я заинтересовалась.

— Конечно, она в доле, — отмахнулась Агата. — Я же сразу сказала.

Подруге достался мой ну очень возмущённый взгляд.

— Да всё просто, Злата! Я варю крем: эффект от него потрясающий, кожа аж сияет. Ты наносишь руну "неувядания". А Лесана продаёт через магазины своей семьи.

— Да, у меня сестра недавно лавку открыла, — подтвердила слова ведьмочки одногруппница. — Толковых зельеваров найти сложно, они же все давно при деле. Вот она и попросила меня кого среди наших найти. А Агата лучшая!

— Это же сколько варить нужно, чтобы продавать в лавке? — я с подозрением уставилась на этих двоих.

— Так в нашем распоряжении лаборатория. Забыла? — Агата хитро улыбнулась.

— А если узнают? — не нравилось мне всё это.

— То ты всё уладишь, — отмахнулась эта… ведьма.

— Я?! — мне что-то стало плохо.

— Да, — Агата кивнула.

— И как я должна буду это сделать?

— Через папу, конечно. Напомнишь ему о себе, и делов.

— Агата!!! — прошипела я.

Но эта ведьма, игнорируя меня, уже мягко отстранила Лесану, которая навострила свои уши.

— Агата!!! — ещё громче прорычала я.

— Злата, будь умнее, — взгляд ведьмы сделался серьёзным, — если нас поймают — просто объяснишь ректору, что тебя никто не содержит, и ты должна как-то выживать. А если он против твоей самостоятельности, то ты просто объявишь, чья дочь, и потребуешь полного содержания.

— Я никогда так не поступлю!

— Но он ведь об этом не знает, — её улыбка стала такой хитрой и чуточку страшной.

Немного подумав, я улыбнулась в ответ:

— Можно варить у некромантов в лаборатории. Уверена, Эрик даст добро.

— Мне нравится ход твоих мыслей, подруга, — Агата приподняла бровь. — Знаешь, Злата, к концу учёбы ты станешь настоящей ведьмой!

— А я не против, всё лучше магички-полукровки.