Глава 2 · Чувство вины и с чем его едят

Астар

Этот день изначально превратился в безумие. Я не хотел никого видеть, не хотел присутствовать на проклятом балу, но разве с отцом можно спорить? С ним и разговаривать-то нельзя. Мы и не разговаривали. Уже давно… Так что отец в письменном виде уведомил меня, что если я не явлюсь на бал, то он найдет меня и притащит туда за уши. Я решил, что проще пойти.

Настроение было соответствующее. Мама, как обычно, заглянула с утра.

– Снова ты хмуришься, Асти, – сказала разочарованно, будто тот факт, что мне исполняется восемнадцать, должен каким-то образом изменить мою жизнь и настроение.

– И что? – спросил я, откладывая книгу.

– Сегодня такой день, а ты опять с учебником. Развеялся бы!

Я молчал. Мама покачала головой и ушла. Почти сразу следом за ней в комнату проскользнула Делла.

– С днем рождения, братишка, – присела рядом на диван, не дожидаясь приглашения.

– Здравствуй, Делла, – ответил я. – И тебя с днем рождения.

Сестричка росла быстро и становилась настоящей красавицей, как мама. Жаль, что мы почти не виделись.

– Тебе грустно? – От Деллы ничего не скроешь.

– Нет, я просто… занят, – ответил ей. – Подожди, принесу твой подарок.

– Давай я первая?

И она протянула мне книгу, перевязанную бантом. Достаточно редкую, я искал ее и не нашел. А Делла где-то раздобыла.

– Спасибо, – улыбнулся сестре. – Я сейчас вернусь.

Мой подарок был более банальным: обычная заколка. Правда, я лично наложил на нее защитные чары, но об этом говорить не собирался. И – да, защитной магии мои браслеты давно уже не мешали, только сдерживали молнии, и то не всегда.

Делла увидела зачарованную бабочку-заколку и захлопала в ладоши.

– Она прекрасна! – Сестра крепко обняла меня. – Ты же вечером потанцуешь со мной, Астар?

– Да, – ответил я, а хотелось сказать «нет». Но у сестры праздник, не буду портить ей настроение. Так что Делла умчалась довольная и счастливая, а я все-таки пошел на бал. Венец кронпринца откровенно мешал и вызывал головную боль. Я не хотел этого титула, не просил о нем, но судьбе не прекословят, верно? Так что пришлось стоять за троном отца, как примерному сыну и наследнику престола, и приветствовать гостей.

Я не ожидал, что с Мари приедет Берт. Точнее, они всегда приходили вдвоем либо одна Мари, но не на бал, а просто пытались поговорить со мной, так что меня удивил кузен в качестве кавалера Мари. Стало даже немного обидно, но я тут же осадил себя: мы с подругой давно не общаемся. Она не обязана каким-то образом выделять меня.

Оба выглядели довольными и счастливыми. Мое и без того паршивое настроение медленно ползло вниз. Я потанцевал с Деллой, как и обещал, и сестра сияла, словно новенькая монетка, – знаю, ей меня не хватало. Мне ее тоже, но времени не было. Все свободные часы я посвящал учебе и тренировкам, чтобы стать сильнее. Арда приносила запрещенные книги, в которых были самые сильные заклинания мира, и я старался их освоить, насколько позволяли ограничители. В итоге каждый вечер валился с ног от усталости и головной боли, но не оставлял занятий. Надо стараться! Надо достичь таких высот, о которых мое окружение не смело и мечтать.

И уж точно я не ожидал, что Мари пригласит меня на танец. Но по традиции отказываться неприлично, поэтому я увлек бывшую подругу в круг танцующих. Первые такты она молчала, а когда заговорила…

– Ты очень изменился, Астар, – тихо заметила Мари.

– Можно подумать, ты – нет, – ответил резче, чем хотел. – Смотрю, вы с Бертом стали не разлей вода.

– Да, а что? – Дочь ректора Дагеора испепеляла меня взглядом.

– Ничего, – сказал ей. – Просто констатирую факт.

– Послушай, Астар…

Вот это «послушай» сразу мне поведало, о чем дальше пойдет разговор. Не хочу я! Ничего не хочу. Но Мари продолжила:

– Я вижу, с тобой что-то происходит. И хочу помочь. Только скажи как.

– У меня все в порядке, Мари, – ответил сущую правду.

– Врешь.

– Нет.

– Аст, ты никогда не был таким! – Она все больше горячилась.

– Каким?

– Холодным и злым, – выпалила подруга.

– Следи за языком. – Вот теперь я точно начинал раздражаться.

– А то что? – Мари смотрела мне прямо в глаза.

– Пожалеешь.

Она замерла на миг, но тут же продолжила танец.

– Асти, ты хоть сам себя слышишь? – спросила звонко. – Мало того что ты не хочешь видеть ни меня, ни родных, так еще и угрожаешь! Что с тобой произошло? Я пытаюсь понять! И не могу.

– А может, я просто хочу, чтобы меня все оставили в покое? – Злость все сильнее бурлила в сердце. Где они все были, когда я действительно нуждался в них? Никого, никого не было рядом!

– Мы и так оставили. – Мари понизила голос. – И что? Год прошел, а тебя не узнать. В кого ты превратился, Аст? В бездушную статую!

Я размахнулся раньше, чем понял, что делаю, – и сердце чуть не остановилось. Запоздало замер, коснулся волос Мари, но она и так все поняла. Кусала губы в попытке не расплакаться. Мари и слезы – два понятия, которые нельзя совместить. Но сейчас она глухо всхлипнула и бросилась прочь. Я пошел было за ней, но увидел, как ее перехватил Берт и увел за собой. Что ж, так даже лучше. Мне оставалось вернуться на свое место и играть в почтительного сына и идеального наследника.

– Астар!

Дядя Аль встретил меня раньше, чем я добрался до пустого трона – отец тоже куда-то подевался.

– Ректор Дагеор?

Аль смотрел на меня так, будто я кого-то убил. Ах да, я же все-таки убил кого-то. Гвардейцев из папиной личной гвардии, которых знал с детства. Они пытались меня спасти, а я лишил их жизни.

– На два слова.

Аль почти вцепился в мой локоть и, наплевав на этикет, потащил за собой.

– Ты что творишь? – зашипел он мне в лицо, как только мы скрылись в нише у окна. – Я тебя спрашиваю!

– Не понимаю, о чем вы, – ответил спокойно. Злость улеглась. Наступил холод.

– Аст, ты чуть не ударил мою дочь.

– Она оскорбила меня.

– Чем?

Я молчал. Пересказывать наш разговор? К чему? Ректор Дагеор все равно будет на стороне своей дочери.

– Знаешь что? – Аль взял себя в руки и перестал напоминать вулкан, который вот-вот обрушит поток лавы на мою голову. – Я знаю тебя с первых минут жизни. И ты всегда был для меня как сын. И вот уж чего точно не ожидал, так это того, что ты посмеешь поднять руку на мою дочь. Мне казалось, Дар не прав. Что-то делает не так, вот ты и отгородился от нас. А теперь вижу, дело в тебе самом. Это тебе никто не нужен, Аст. Ты живешь в своем мирке, и, судя по всему, тебя это устраивает.

– Это неправда… – Почему-то стало больно.

– Правда! – припечатал ректор Дагеор. – Знаешь, я привык иметь дело с детьми. Разными, сам знаешь. Теми, кого с детства калечили, называя чудовищами. И я твердил им, что окружающие не правы. И никто не может тебя клеймить. Ты думаешь, тебе тяжело? Оглянись по сторонам. У тебя есть все, чего можно пожелать. Но разве тебе это нужно? Нет, куда проще закрыть душу и винить кого угодно, только не себя. Главный секрет в том, Аст, что чудовищами мы себя делаем сами.

Дядя Аль развернулся и ушел, а я остался. Стало тошно настолько, что пришлось опереться спиной о стену и постоять так несколько минут. И только когда выровнялось дыхание, пошел обратно в зал. Он неправ! Не может быть прав…

В бальном зале я выдержал еще с четверть часа. Видел, как ушла Мари – с Бертом. Затем сослался на головную боль и сбежал. Понимал, что отец все равно явится и выскажется куда резче, чем дядя Аль, но, видимо, не сегодня – праздник был в самом разгаре. Так что я забился в свою спальню и долго сидел в темноте, пока не услышал стук в дверь.

– Асти, ты здесь?

В комнату заглянула бабушка – как всегда, под видом прислуги. Медальон с иллюзией, который она носила, работал исправно.

– Да. Здравствуй, – улыбнулся я.

– Здравствуй, милый. С днем рождения.

Бабушка крепко меня обняла, и стало легче. Она одна поддерживала меня все эти безумно долгие три года, помогала стать сильнее, учила. Я был бесконечно ей благодарен, потому что постепенно одиночество перестало пугать и превратилось в награду.

– Ты бледный. – Арда сразу оценила мое состояние. – Опять поссорился с отцом?

– Не с отцом. С подругой, – ответил я.

– Мелочи. Помиришься, если захочешь. Лучше взгляни, что я тебе принесла. – И извлекла из складок платья длинную коробочку.

– Что это? – Любопытство взяло верх. Арда обычно приносила очень интересные вещицы.

– Подарок, милый, – улыбнулась она и достала тонкую цепочку, на которой висел круглый медальон с голубоватым камнем. – Иди сюда, я застегну.

Я подставил шею, и бабушка надела медальон на меня. Холодный…

– Это очень редкий артефакт. – Она села ко мне поближе. – Помогает накапливать энергию, чтобы потом использовать в нужную минуту. Может справиться с твоими браслетами, так что не снимай, детка, иначе весь заряд рассеется. И конечно, не показывай отцу. Дарентел будет задавать слишком много вопросов.

– Мы почти не видимся, – ответил я. – А вот прислуга заметит.

– А прислуге ты отчитываться и не обязан. Спросят – скажешь, подарок на день рождения. Кронпринц ты или кто? Кстати, как прошел бал?

– Тяжело, – вздохнул я. – Ненавижу толпы людей.

– Прекрасно тебя понимаю. Но крону нужно общаться с большим количеством подданных, дорогой. Ты унаследуешь престол. Надо быть к этому готовым.

– Когда? Лет через пятьдесят? – рассмеялся в ответ. – Отцу не так много лет, бабуль.

– Не загадывай, милый. Дар тоже занял престол в двадцать с небольшим. А мой муж казался совершенно здоровым. Так что готовиться надо уже сейчас. Знаний у тебя достаточно, ты умница. Магией владеешь в совершенстве. А вот с людьми нужно наладить контакт, старайся. Не отказывайся посещать с отцом официальные мероприятия, ты ведь уже достиг совершеннолетия, мой мальчик. Я уверена, ты справишься.

– Спасибо.

Мне было приятно, что хотя бы она в меня верит.

– Прости, сегодня я ненадолго. – Арда поднялась с диванчика. – К тебе в любую минуту может кто-то войти. Но скоро мы увидимся.

– До встречи.

Бабушка поцеловала меня в лоб и ушла, а я позвал прислугу, переоделся и лег. Если явится отец, сделаю вид, что сплю. Торопился не зря – не прошло и четверти часа, как послышались знакомые шаги. Отец вошел в комнату, постоял немного и так же тихо вышел. Я прекрасно понимал, что ему понадобилось: будет отчитывать за Мари.

Мне не стоило так себя вести с ней. Запоздало накатил стыд, и я полночи ворочался с боку на бок, а утром уехал в академию. Меня давно уже никто не останавливал: отец сделал то, чего я от него добивался. Оставил меня в покое. Только двое гвардейцев последовали за мной, чтобы защитить в случае опасности. Можно было обмануть их, оставить где-то по пути, но зачем? Чтобы снова выслушивать нотации? Тем более что я не собирался задерживаться надолго. После полудня у меня были занятия.

Три года академия оставалась для меня запретной территорией. Не потому, что не хотел видеть друзей – хотел. Только понимал, что сорвусь, не выдержу. И это будет непозволительная слабость. А когда Берт с Мари приходили ко мне, я старался как можно скорее от них избавиться. Причина была та же: они слишком хорошо меня знали и могли заметить лишнее. Вот и сейчас, стоило подъехать к воротам, стало страшно.

– Ждите меня у выхода, – приказал гвардейцам, спрыгнув с лошади.

– Но ваше высочество… – воспротивились было они.

– Я сказал: ждать здесь! Это приказ, – припечатал в ответ и поспешил к зданию общежития. Впрочем, внутрь входить не стал.

– Кримпольс!

– Чем могу быть полезен? – появился передо мной главный нуг академии.

– Передай Мариетте эр Дагеор, что я жду ее в беседке, – попросил старого знакомого и направился к пруду.

Было немного боязно, что Мари вообще не захочет со мной разговаривать. Я бы понял, честно. Но хотелось все-таки извиниться лично.

Вопреки моим прогнозам, вскоре Мари появилась на дорожке. Она шла быстро, порывисто, несмотря на длинную юбку формы академии. Впервые видел ее в форме… Подруга поднялась по ступенькам в беседку и замерла передо мной, испепеляя взглядом.

– Здравствуй, – я заговорил первым.

– Здравствуй, – ответила она. – Зачем пожаловал?

– Хотел с тобой увидеться и… извиниться за свое поведение. – Кажется, я и вовсе отвык беседовать с кем-то, кроме преподавателей. – День вчера выдался очень напряженный, я не знаю, что на меня нашло. Прости.

– Прощаю, – кивнула Мари. – Только это не меняет сути, Астар. Ты ведешь себя странно. Не хочешь меня видеть? Это я могу понять. С глаз долой – из сердца вон. Так ведь говорят?

– Мари, ты неправильно меня поняла…

– А как правильно, Асти? Ладно я. А остальные? Что они тебе сделали? С Бертом ты не разговариваешь, с моим отцом тоже. Я уже молчу о Делле. Как это понимать? Если с тобой что-то происходит, скажи. Ты ведь не один. Мы рядом, понимаешь?

Взгляд Мари изменился. Не знаю, что она ожидала от меня услышать. Только голова вдруг резко закружилась…

– Рядом? Ты что-то путаешь, Мариетта, – выпалил я. – Если видеться раз в год – это дружба, то да, конечно. Однако не надо потом спрашивать, что со мной не так.

– Ты сам меня прогнал.

– А ты и не сопротивлялась!

Мари поджала губы.

– Прости… – И что на меня нашло? – Прости, прошу.

– Асти, теперь ты меня послушай, – сказала она тихо. – Для меня ничего не изменилось. Ты по-прежнему мой близкий человек. Но во дворец я больше не приеду. Захочешь видеть – сам знаешь, где меня искать.

И пошла прочь, только юбка взметнулась. Поговорили, называется… Я тоже развернулся и направился к воротам. Глупо было пытаться. Но лучше уж так, чем никак.