Глава девятая

– Эль, ты можешь оставить на себе только рубашку, прочее сними, даже ленту для волос, – сказала Фиона, когда я подошла ближе. – Там, – она кивком показала на нишу, где виднелась дверца, – есть все необходимое.

– А браслет Дара?

– Он в любом случае должен быть на тебе, подтвердит право избранницы на ритуал. Мы пока приготовим круг.

Я отправилась в небольшую комнатку, где скинула одежду и надела приготовленную белоснежную рубашку длиной до колен. Переплела косу, стараясь не поддаваться плохим мыслям. Несколько минут просто постояла в тишине, успокаиваясь, а потом вышла к феям и Хартару, который не отходил от племянника.

Увидел меня, отступил, и Фиона облетела вокруг Дара, рассыпая золотую пыль. Внутри круг уже опоясывал желобок с чистой водой.

– Когда войдешь внутрь, увидишь плетения проклятья. Все, что от тебя требуется, – распутать клубок чар и бросить нити в воду, – пояснила Фиона. – Надорвать плетение можешь в любом месте, но только раз. После не выпускай хотя бы один конец, иначе все придется начинать заново. Когда закончится сила, отклонись назад и протяни руку, Хартар поможет. Круг мы поддержим, не покидай его, пока последняя нить проклятия не исчезнет с Иридара. У тебя есть время до рассвета, Эль. Потом будет поздно.

– Я поняла.

На миг прикрыла глаза, вдохнула и шагнула за светящуюся полосу. Крупицы волшебной пыльцы летали в воздухе. От свечей, расставленных за кругом, стелился свет. Дар чуть завис над полом, опутанный маслянистыми нитями тьмы. Я вздрогнула, замечая, как эта пакость тянет из Иридара силы. И лишь огонь внутри него – пламя дракона или та самая древняя сила артефакта – сдерживает проклятье.

Дар выглядел изломанным и беззащитным в этой темной паутине.

– Я тебя вытащу, дракон. Не смей сдаваться, – сказала тихо, опускаясь на колени.

Руки потянулись к паутине, надорвали нить, которая обожгла жгучей крапивой, но я ее не выпустила. Так держа, нашла, куда она тянется. Отбросила одну часть, а вторую начала медленно сворачивать в клубок. Кожу обжигало тьмой, и пальцы от защитной магии светились. Я не сразу поняла, что проклятье вытягивает силу, лишь столкнувшись с первым узлом. Не распутав его, невозможно было двигаться дальше.

Не думать бы еще о Даре. О предстоящем рассвете. О быстротечности времени. Не смотреть на дракона, чье сердце едва заметно бьется. Я глубоко дышала, стараясь сосредоточиться только на нити проклятья, которая ранила дрожащие пальцы.

Вскоре Дар перевернулся на живот, следуя за моими прикосновениями, и моя работа продолжилась.

Прошло почти два часа или больше, когда я распутала треть темных чар. Найду этого мерзавца, использовавшего такую смертельную гадость, душу из него вытрясу.

Выдохнула, успокаиваясь, не давая эмоциям взять верх. Не стоит об этом думать. Не сейчас.

Спасти Дара.

Только это имеет значение.

Спина давно затекла от неудобной позы, перед глазами шли круги, и я уже с трудом удерживала нить проклятья. Вскоре от магии остались лишь крохи. Отклонилась, вытянула руку, понимая, что требуется сила. Пальцы от прикосновения Хартара обожгло болью, и я не сдержала крик. Дядя Дара предупреждал, что так будет. Прикусила губу, замирая и ровно дыша. Пытка длилась с четверть часа, но потом я снова почувствовала себя бодрой и готовой продолжать.

Там, за кругом, разговаривали феи, но смысл их слов ускользал от меня. Наверняка они хотели поддержать, напомнить, что рядом те, кто волнуется за нас с Даром. Больше ничем, кроме своей веры, феи и драконы помочь не могли.

Здесь, за серебряным кругом, я один на один с проклятием. Беззащитная драконица-недоучка, ничего толком не понимающая в волшебстве, но так много видавшая в своей жизни смертей.

Я не готова отпускать и прощаться с теми, кто дорог. Без них моя жизнь пуста.

Темные нити бились под моими пальцами. По-прежнему обжигали и кусали, словно ядовитые змеи. И ладони дрожали. Я тяжело дышала и вспоминала, как светло и радостно улыбался Дар, смотря на меня. И боль не казалась ужасной, с ней можно было справиться.

Время от времени гасли свечи, и феи их зажигали. Я не видела этого, лишь знала. Смотрела только на Дара, моего дракона, который может не дожить до рассвета. Который не крадется, спешит, и замедлить мгновения я не смогу.

Вскоре снова пришлось воспользоваться помощью Хартара. Пальцы дяди Дара оказались холодными, пока он передавал силу. Ему тоже больно, я знаю. И все же права Великая Ирилун, Хартар действительно сильный и смелый, раз не испугался доверить незнакомой девчонке спасение жизни своего племянника. Наверняка из него получился прекрасный правитель, раз он переступил через гордость, ярость и заключил договор с людьми. Дару точно есть с кого брать пример.

Я вдохнула поглубже, сжимая в руке увесистый клубок темного проклятья. Остался последний рывок. Лишь бы успеть! Рассвет совсем скоро.

Мир замирает, время бежит, и я сжимаю зубы.

Справлюсь. Смогу.

Руки горели огнем, когда нить смоталась в клубок. Я дернула осторожно, понимая, что сердце Дара – такое беззащитное – находится слишком близко. Сжала в ладонях его погибель. На мгновение мелькнула мысль оставить эту мерзость у себя, найти того, кто наслал проклятье на моего дракона, отомстить. Я знаю, у меня получится.

Но что-то темное, страшное тревожит душу, рвет на части. И не я это вовсе, а тьма подобралась близко, соблазняет заглянуть в бездну. Туда ведь и ходить не надо, она всегда рядом, у сердца… И просыпается, когда делаешь выбор.

Клубок проклятья походил на змей, и я медленно и уверенно отпустила его в воду. Та зашипела, поднялась волнами, но схлынула, так и не коснувшись меня. Я потянулась к Дару, нащупала его ладонь, прислонилась щекой к сердцу.

Живое. Бьется.

В мир стали возвращаться запахи и звуки. Голоса фей и Хартара. Я не различала слова, от усталости уплывая в сон. Главное, Дар жив.

* * *

Проснулась будто от толчка. Жмурясь от света, открыла глаза. Кто-то тут же заботливо отогнал магический огонек в сторону.

– Ректор Хартар? – разглядела я в полутьме его уставшее лицо.

– Эльмира, ты как? – встрепенулся он.

– Устала. А Дар…

– Проклятие ты сняла. Целители подпитывали вас силой эти дни…

– Дни?

– Двое суток прошло.

– А Дар не приходил в себя?

– Пока нет, но опасность ему уже не угрожает.

Хартар потер виски, уставился на меня мерцающим взглядом.

– Не знаю, что тебе сказать, как поблагодарить…

– Просто заранее простите за то, что сделают в Академии драконов питомцы Ирилун, – попросила я, улыбаясь.

Ректор, вспомнивший о подарке богини, не сдержался и закашлялся от смеха. Быстро я, однако, привела его в чувство.

– Чуть не забыл об этом. Надеюсь, академия уцелеет.

– Поверим в лучшее. Мне их еще и перевоспитывать. Хоть бы не морских чудовищ прислала, – выдохнула я, начиная подозревать нехорошее.

– Что-то мне подсказывает, с ними справиться проще, чем с теми, кем нас осчастливит Ирилун.

– Меня, вообще-то, – я не удержалась и снова улыбнулась.

– Говорю же, факультет неприятностей. А Фиона еще спорила!

Я рассмеялась и посмотрела на дядю Дара.

– Лепестки, что дала Ирилун, я пока припрятал. Потом заберешь.

– Хорошо.

– За Радой и ежами приглядывали феи.

– Спасибо!

– Эль, к сожалению, я не смогу отправиться с вами на поиски артефактов. Пропуск боги дали только для двоих – тебя и Дара. Это очень опасно. Ты же понимаешь?

– Да. Мы справимся.

– Вот что вы, двое юнцов, сможете, когда окажетесь одни в ловушках, что понаставили древние боги?

– А у нас есть варианты? – не удержалась я, приподнимаясь.

Ректор Хартар не ответил. Выбора нам не оставили, он это понимал, но все равно волновался.

– Эль, что тебя гнетет? Не поделишься? – вдруг спросил дядя Дара.

– Почему Ирилун мне помогла и назвала такую… цену? Странно же!

– Опасаешься козней? Согласен, от высших сил подобного всегда ожидаешь, любят они играть чужими судьбами. Но здесь твои опасения напрасны. Ирилун – светлая богиня, Эль. Она – символ радости и удачи.

– Дар говорил, зеленых драконов изображали даже на флагах, когда шли на войну.

– Верно. В Ирилун верят все. Она – сама жизнь, свет, счастье… И казалось бы, не настолько могущественна, как другие ее сестры, но… Отбери у тебя Дара, ты бы стала счастливее? Даже с крыльями?

– Нет, – тихо ответила я.

– Потому великая Ирилун и помогла, что разглядела в сердце любовь, Эль. Это от Дара и других можешь пытаться ее скрыть, но не от меня, мудрого старого дракона. И когда только успела-то?

– Сама не знаю, – смущенно ответила я.

Хартар покачал головой.

– А о цене ты не думай.

– Поздно уже?

– Верно. И не переживай, не стоит. Разберемся. Мы еще не знаем, кого великая Ирилун пришлет в качестве питомцев. Арилун вон не пожалела ветреницы из своего стада, но Рада рвалась к тебе сама, выбрала хозяйкой. Богиня не могла сопротивляться решению волшебного создания. Что случилось, Эль, то случилось. Не оглядывайся, просто иди вперед и старайся, чтобы твоя совесть была чиста.

– Ирилун сказала, призови я четырех ее старших сестер, сделка была бы иной.

– Да. Условия другие богини поставили бы жестче. Ирилун не особо ладит с родственницами, особенно с огненной Шанлун. У той характер… сама понимаешь, какой. Великая Ирилун потому и настроила вашу связь. Она первая из богинь услышит твою молитву или просьбу, Эль. Конечно, если не обратишься напрямую к той же Шанлун. Но я бы не советовал.

– Вы потому и помчались в храм, стараясь остановить меня?

– Уберечь, Эль. Иридар вырос, возмужал, сделал выбор. И я его принимаю.

– Но не одобряете? – уточнила осторожно.

– Это после того, как ты сняла с моего племянника проклятие, рискуя всем, что имела? Шутишь, да? – неожиданно улыбнулся Хартар.

Я нервно сглотнула и закашлялась. Дядя Дара потянулся к графину, налил воды, протянул мне.

– Приглядывай за моим племянником и дальше, Эль, у тебя хорошо получается.

Я покраснела так, что жар коснулся даже кончиков ушей. Хорошо, в темноте этого было не видно.

– На Дара ведь напали заговорщики? – поинтересовалась я, когда Хартар заметил появившегося в палате целителя и поднялся.

– Да. И мне предстоит выяснить, как они попали в академию, – в голосе ректора Хартара слышались стальные нотки. – Буду проверять преподавательский состав, а потом – студентов. Откуда ударила молния, не обратила внимания?

– Сверху, – ответила я и коротко описала направление.

Ректор вздохнул. За облаками мог прятаться кто угодно, и это не добавляло радости. Увы.

Мы распрощались. Целитель осмотрел меня, заставил поесть и пообещал выписать через день, когда я достаточно окрепну. Лечебный сон, который на меня наслали до этого, восстановил магию. Но все равно тянуло к подушке, и я не стала сопротивляться.

В следующий раз открыла глаза, когда неподалеку раздались чьи-то голоса. Почувствовав себя бодрой, села в кровати. Практически сразу дверь распахнулась, и появился целитель. Волосы ежиком, бело-зеленая форма и внимательный взгляд карих глаз.

– Как самочувствие, спасительница принцев? – улыбнулся он.

– Лучше. Я могу навестить Дара?

– Осмотрю тебя сейчас. Если все хорошо, выпишу и отпущу. И к наследнику престола, конечно, пущу. Все равно же проберешься. Так хоть урона будет меньше.

М-да… Похоже, у меня уже определенная репутация в Академии драконов. Тем не менее я обрадовано кивнула, заранее соглашаясь на все процедуры. То, что нетерпеливо ерзала, роли не играло.

Едва отпустил целитель, быстро собралась. Заботливая Фиона принесла мои вещи, и я при встрече собиралась поблагодарить и ее, и фей за помощь и поддержку. Не успела об этом подумать, как помощница ректора появилась в дверях.

– Как ты? – всполошилась Фиона.

– Жива, – улыбнулась в ответ.

Фея неожиданно подошла и крепко обняла.

– Спасибо за Дара. Не каждый бы решился.

– Это вам спасибо за всё… за веру в меня.

– Эль…

Она разжала объятья.

– Фиона, если я подарю феям волшебных ежиков, вы обрадуетесь?

– Правда? Можно? – выдохнула она.

– Забирайте. Они уже к вам привыкли.

– Что верно, то верно. Сдается, кое-кто готов за ними сутками напролет наблюдать, – рассмеялась Фиона. – До чего же забавные! А тебе и с питомцами Ирилун забот хватит.

– Она уже их прислала?

– Нет. Видимо, ждет, когда окончательно придешь в себя и вернешься в башню.

Мы еще какое-то время поболтали. Потом я попросила Фиону передать благодарность феям и направилась к Дару. Мой дракон, как выяснилось, лежал в соседней палате. На щеках играл румянец, губы налились вишневым цветом. Я сжала его ладонь, погладила пальцы.

Неожиданно в дверях появилась Фиона со стопкой ученических тетрадей и учебников.

– Хартар просил занести. Сказал, тебя все равно в ближайшие сутки отсюда не выгонишь. Может, хоть время с большей пользой проведешь.

Я рассмеялась и утянула стопку тетрадей, заметив сверху записку от Назара и Таира. Они уже знали о случившемся и очень переживали. Их к Дару и ко мне пока не пускали.

Фиона исчезла, и я снова погладила ладонь Дара. А потом открыла первый конспект, решив нагнать упущенное.

К ночи мне пришлось вернуться в башню. Завтра я отправлялась на занятия, и ректор Хартар настоял, чтобы как следует отдохнула. Спорить было бесполезно.

Я долго пробыла с Радой, шепча ей нежности и расчесывая гриву. Пообещала по возможности с ней полетать, а потом спустилась в гостиную. Без Дара башня казалась пустой и неуютной. По привычке, как это делал он, сверилась с расписанием, собрала и его, и свою сумку, затем сходила в душ. Ночью долго ворочалась под одеялом, одолеваемая мыслью сбежать к своему дракону, когда наконец уснула.

Разбудило меня перышко, которое щекотало лицо и шею. Распахнула глаза, встретилась с улыбающимся Даром.

– Ты жив! – выпалила я и крепко его обняла.

– Задушишь! – рассмеялся он. – И да, я жив и сбежал от целителей. Дядя сказал, глупый поступок. Но, Эль, как же хотелось тебя увидеть! Я соскучился. И до сих пор не знаю, как отблагодарить за то, что для меня сделала. Дядя все рассказал. Эль… мечта моя несбывшаяся… звездочка ясная.

Дар шептал, покрывая мое лицо легкими поцелуями, сжимая в объятьях. Затем погладил мою взъерошенную макушку и привычно заставил тонуть в бирюзовой пропасти. Нашел мои губы прежде, чем я сообразила, что происходит, и ошеломил невероятной нежностью.

– Нет, мы не поняли! Тут что, гнездо разврата? – раздался рассерженный голосок.

Мы с Даром вздрогнули, и я нечаянно прикусила его нижнюю губу, от чего глаза у дракона налились чистым аквамарином.

– Нет, Лили, он ее сейчас сожрет, я тебе точно говорю! – послышался второй голос.

Мы заоглядывались и, наконец, увидели возмутителей спокойствия. Два бурундука – коричневых, с продольными черными полосками на спинках, огромными черными глазами – сидели на прикроватной тумбочке и смотрели на нас.

– Выход сами найдете или помочь? – нехорошим тоном поинтересовался Дар.

– Что? Нас, на улицу? Дома лишить?

– Орешков в меду?

– Семечек?

– Тортиков?

– Ягодок?

– Я тебе говорил, Лили, что все драконы – жмоты!

Дар вскочил первым, бросился догонять улепетывающих бурундуков, обещая им все возможные кары.

– Дар!

Давясь от смеха и путаясь в простынях, я бросилась следом, застав всю компанию на кухне.

Комната к тому моменту была наполовину разгромлена. Я даже постеснялась спросить, кто из них бил тарелки: бурундуки или Дар.

– На рагу пущу! – прорычал он, держа пушистую парочку за хвосты.

– Отпусти, чешуйчатый, в живых оставлю! – прокричал один из бурундуков, раскачиваясь и смешно грозя лапкой. – Нас к Эль Ири направила!

Дар обернулся ко мне и спокойно так поинтересовался:

– Кто такая Ири?

Я пожала плечами, потом охнула и покраснела.

– Смотрю, дело приобретает интересный оборот, – заметил Дар, но возмущенных бурундуков не выпустил.

– Понимаешь, я пообещала Ирилун за ними присмотреть и перевоспитать, лишь бы ты остался жив.

Глаза Дара вспыхнули бирюзой так, что ноги подкосились. Я занервничала и виновато шаркнула ножкой.

– На твоем месте я бы сразу на Эль женился, раз она на нас согласилась, – заявил один из бурундуков, отчего на рагу их пустить захотелось уже мне. – Билли, – представился он.

– Лили, – качаясь в руках моего дракона, пискнул второй зверек.

Дар фыркнул, выпустил бурундуков и в один миг оказался рядом со мной. Подхватил, посадил на стол и жадно поцеловал.

– Нет, опять милуются!

– Да тихо ты, Билли. Такое зрелище упустим, – прошипела Лили.

Я фыркнула и расхохоталась.

– Коротко и по порядку, что тогда произошло.

Быстро пересказала Дару события. Он то хмурился, то снова целовал мой нос или губы, а потом вздохнул и уточнил:

– Ты вечно меня спасать будешь, Эль, да?

– Почему бы и нет? Тем более хранитель кристалла так почетно назначил меня на эту должность, что не откажешься, – улыбнулась я.

Чмокнула растерянного дракона в нос, погладила по щеке.

– Эй, Лили, Билли, вас за что сюда сослали? – поинтересовался Дар, придя в себя.

– Да мы сами…

– Фиону позову! – пригрозил Дар, и бурундуки тут же сникли.

Они явно были знакомы с феей правды.

– Да Шанлун и Арилун распереживались, когда у них парочка экспериментальных зелий пропала. А через месяц… еще парочка. И когда они обнаружились у нас… Шана чуть вулканы не пробудила, а Ари ветрами корабли драконов не потопила.

Я удивленно уставилась на бурундуков, а Дар поинтересовался:

– Зачем вам зелья-то нужны?

– А мы с белками поспорили, что стащим, – удрученно заметила Лили.

Мы с Даром переглянулись.

– Понятно. Значит, порядок на кухне навести, вещи внизу разобрать, – велел Дар. – Там Фиона еще прикупила, – пояснил уже мне. – Я с ней встретился, когда шел от дяди после нагоняя. Мой довод – что целители разрешили вставать, раз магия вернулась и я почти в порядке, только пока велели особо не перенапрягаться – его как-то не устроил. Фиона пошла утешать.

Дракон весело подмигнул и нежно коснулся губ.

– И про ежиков рассказала. Молодец, что подарила. Сам бы предложил. Тем более у нас теперь есть замена.

– Обнаглел, дракон! Нас вообще-то к Эль сосла… отправили погостить! И не будем мы ничего делать! И не смей грозить лишением еды, нас феи пожалеют и покормят!

– Привыкайте, мы с Эль заодно, – ехидно заметил Дар. – Хотя я так и думал, что вам нельзя поручить ничего серьезного. Не справитесь!

– Нам? – возмутился Билли.

– Серьезного?

– Да дом будет сверкать и…

– Главное, чтобы был цел! – Дар старательно спрятал улыбку. – Эль, у нас сорок минут до начала занятий.

Я охнула и помчалась наверх. Пока умывалась и одевалась, Дар сбегал к Раде. Там я его и обнаружила, когда привела себя в порядок.

– Десять минут до занятий. На завтрак не успеваем.

– А мы вам бутерброды сделали, – заявил Билли, когда мы спустились.

Дар от неожиданности споткнулся, я налетела на него.

– Спасибо! – прокричала уже на ходу, засовывая сверток в сумку. – Вы – чудесные!

Бежали на занятия мы с немыслимой скоростью. Опять влетели в аудиторию в последний момент. Я поинтересовалась у Дара, какая у нас сейчас дисциплина, и выяснила, что артефакторика. Куда же без нее-то? Особенно если твоя профессия – охранять сокровищницы.

Я бы на месте всех правителей и знати пряталась, едва завидев дракона. Все же это сомнительное удовольствие – доверять ценное в наши лапы. Во всех сказках крылатые, наоборот, похищают сокровища и прячут, спят на горе золота и драгоценных камней.

Профессор Линдан, невысокий плотный мужчина, который занимался созданием артефактов и наложением на них всевозможной защиты, читал лекцию интересно. Любые сокровища нас пообещали научить защищать, создавать, чуять, добывать… Охранные, защитные и боевые заклинания предстояло изучать параллельно, но создание артефактов…

Вскоре выяснилось, что их существует два вида. Простые, состоящие из одной-двух частей и стольких же заклинаний, и сложные, состоящие из большого количества частей и наложенных чар. В зависимости от вида магии артефакты снова делились на категории – светлые, темные, древние. Потом добавилась классификация по металлам и камням, и мне захотелось взвыть. Кажется, остальным драконам тоже, хотя у каждого из нас тяга к сокровищам была в крови.

Профессор Линдан как раз велел записывать очередную классификацию, когда в моей сумке что-то хрустнуло. В следующую минуту она подпрыгнула и оказалась у меня на столе. Начиная подозревать нехорошее, осторожно открыла ее, и… оттуда выскочили мелкие сухарики и разбежались по аудитории.

Мы с Даром замерли, гадая, что за чары наложили на бутерброды бурундуки и как они вообще умудрились обойти запрет ректора. Ну а кто еще мог так набезобразничать? Пока студенты хихикали, ловили сухарики и бодро ими хрустели, из сумки появилась фиолетовая клякса и резко подпрыгнула к потолку. Прилипла там, расширилась, превратилась в тучу, из которой хлынул черничный дождь. Нет, все бы ничего, но эта ягода не отстирывается никакими чудо-средствами, ее даже магические зелья не берут.

Мокрые, фиолетовые, взъерошенные драконы сидели за партами и смотрели на меня.

– Это не я.

– А кто? – рыкнул кто-то из студентов, и Дар моментально поднялся и скрестил руки на груди, намекая, под чьей защитой я нахожусь.

– Ректор Хартар, они мне занятие сорвали! Вот эти двое. Один из них, между прочим, ваш племянник! – сдал нас преподаватель.

Мы беспомощно посмотрели на Хартара.

– Линдан, не занятие, а его конец.

– Требую наказания!

Студенты притихли, а я поняла, что ректора поставили в неловкое положение. С одной стороны, делать поблажки родственникам он не имеет права, с другой – понимает, что врать мы не станем. Да нам с Даром вообще в качестве наказания бурундуки полагаются.

– Ко мне в кабинет, будем разбираться.

Он взмахнул рукой, чтобы убрать следы черники, но это не помогло. Удивился, снова попробовал какое-то заклинание, явно мудреное. Никакого эффекта. Сдался и, как мудрый мужчина, позвал на помощь фей. Те принялись за дело с энтузиазмом, пробуя на студентах заклинания и какие-то порошки, а мы с Даром под шумок сбежали в кабинет ректора.

– Так, полагаю, Ирилун сдержала слово и Академию драконов уже осчастливила. Кем?

– Двумя бурундуками, – фыркнул Дар. – Зажарить или рагу, как думаешь, Эль?

– Боюсь и представить, что они с нашими вещами сделают. Мстители пушистые.

Ректор заинтересованно положил голову на скрещенные руки, а затем открыл портал к нашему дому прямо из своего кабинета.

В башне было подозрительно тихо, поэтому мы не сговариваясь нырнули за дверь и узрели невероятную картину. Бурундуки собирали из разбитых кусков тарелки, щелкали лапками и ставили их на маленький стол. Дар подкрался, схватил обоих за хвосты и гневно уставился на проказников с преступными наклонностями.

– Да вы у меня купаться будете в чернильном сиропе! – пообещал он.

Мы с ректором переглянулись и неприлично расхохотались. Очень уж колоритно смотрелся фиолетовый Дар на фоне двух извивающихся бурундуков.

– А сухарики бегали? – вконец поинтересовался Билли.

– Еще как! – фыркнула я и взяла в руки тарелку, которая выглядела весьма странно.

Собирать по частям бурундуки не умели, поэтому клеили одни куски к другим как придется. Тарелка теперь стала угловатой и годилась разве что для смеха. Ректор тоже покосился на это чудо, потом на двух поганцев и спросил:

– Что делать думаешь?

– Эль, ведь было весело! – раздался голос Билли.

– В фиолетовых пятнах ходить? – не выдержала я. – Да нас драконы поймают и изжарят за такое безобразие. И профессор Линдан будет первым!

– А он тоже окрасился? – заинтересовалась Лили.

– Нет, они даже не раскаиваются! – возмутился Дар.

– Ну… ладно, мы согласны на купание в сиропе, – сдался Билли. – Все равно черничный сок ничего не возьмет, только через несколько дней все пройдет.

Дар ругнулся под нос, заявил, что ни за что не станет превращаться. У него имелись подозрения, что и в драконьей ипостаси он будет таким красивым, хотя Билли клятвенно заверил, что это не так.

Ректор посмотрел на нас с Даром, на бурундуков и расхохотался в голос.

– У вас следующее занятие какое?

– Практическое, – вздохнул Дар. – По бытовым заклинаниям. Дядя, ты предлагаешь взять их с собой?

Билли и Лили запереглядывались, оживились.

– Сначала проверь, что они сотворили с одеждой.

Мордашки бурундуков тут же поникли.

Дар посадил проказников на стол, сбегал наверх, вернулся озадаченным. Как выяснилось, все лежало на местах, целое и невредимое. Билли и Лили затихли, Дар пожал плечами, а потом распахнул сумку, предлагая бурундукам в нее залезть.

– И без шалостей, – велел он, когда зверьки послушались. – Дядя, какое наказание наложишь?

– Да с вас и так хватит.

– Нам с Эль не нужны шепотки за спиной. Наложи тогда на меня.

– Вот еще! – возмутилась в ответ. – Мы – напарники! Все пополам!

Хартар вздохнул. Сдается, он очень хотел выругаться, но сдерживался из последних сил.

– Дам переписать кое-какие документы. Мне нужны копии.

– А соответствующее заклинание не действует?

– Они слишком древние. Справитесь?

– Конечно! – хором ответили мы с Даром.

– Дядя, у тебя нет предположений, кто на меня напал?

– Проверяю, Дар. Я подключил всех драконов, в которых уверен, но, учитывая обстоятельства… это будет сложнее, чем кажется. И предлагаю вам пока сосредоточиться не на этом.

– А на чем?

– На учебе, племянник, на ней, родимой. У вас четыре месяца, чтобы вызубрить как можно больше заклинаний, связанных с воздушной магией. Фиона подберет необходимые учебники. И каждую свободную минуту тренируйтесь на полигонах. Иначе вам не выжить в ловушках древних. Эль ведь рассказала, что вы отправитесь добывать части для артефакта?

– Да. Думаешь, нам следует отправиться туда после Снежного бала?

– В идеале – после сессии. Полагаю, ты не жаждешь провести каникулы у родителей. Да и не безопасно пока во дворце.

Дар кивнул.

– Ты им сказал о нападении?

– Нет.

Интересно, уберечь хотят или не доверяют? Мне, всю жизнь считавшей родителей самыми близкими, до сих пор не смирившейся с их смертью, с тем, что не к кому отправиться на каникулы, обнять и порадоваться тихим вечерам, это казалось непонятным и странным. Но расспрашивать пока не стала.

Дар тем временем уточнил, когда можно забрать у феи книги, а потом посмотрел на время. Опять голодные и опять опаздываем на занятия!

Ректор ничего не сказал, лишь смилостивился и открыл для нас портал прямо к аудитории.