Глава 15

Проснулась я ужасно недовольной. Начнем с того, что Торн снова остался ночевать у нас. Парень искал любой повод, чтобы задержаться до комендантского часа, последние двадцать минут вообще просидел в туалете, притворяясь, что ему ужасно плохо. И вот, ровно в восемь часов, оборотень вышел и, с несчастным лицом, попросился спать у меня. Гад!

Ладно бы сразу признался, что окошко мое под присмотром держать собирается, так ведь нет… Хотела сказать, что его соседи волноваться станут, где он вторую ночь подряд пропадает, потом вспомнила, с кем друг живет и промолчала. Ребята сами постоянно ночами не пойми где ночуют, там два оперативника будущих, которые конкурируют между собой.

Васик еще поспокойнее, он — человек, а вот Бурвис из орков, у того одни драки и девушки в голове…

В общем, оставили Торна у нас. Лени его тут же потащила к себе, показывать, как она крысу препарировала. Так ему и надо! Доделав домашнее задание, я отправилась спать к эльфийке, и снова долго маялась, пока заснула: тесно все-таки вдвоем на одной кровати, непривычно. Но это еще не все!

Ночью нас с Лени разбудил хриплый вой, доносившийся с улицы, мы вскочили, тихо убрали маг-защиту и выглянули наружу. Под моим окном стоял Глебушка с еще одной веткой мимозы и старательно вытягивал какую-то душещипательную песенку. Я и не знала, что он поет… Хотя, лучше бы он этого и не делал никогда. Торн на «прекрасную» серенаду никак не реагировал, зато Юхо распахнул окошко на всю и громко сообщил горе-романтику, где его талант пригодится, как туда добраться и кто его мама. Глеб злобно выругался, выбросил веточку с цветами и ушел.

Потом снова долго не могла заснуть, испытывая вину перед бывшим молодым человеком и вспоминая Тарлауга с такой непривычной улыбкой на губах. Наконец, когда сон сморил меня, зазвенел побудник подруги. Лени тут же подскочила на ноги и, потормошив меня за плечо, сообщила:

— Доброе утро, соня, пора вставать!

Когда я вышла из душа, Торн и Юхо сплетничали о главном событии этой ночи, и даже пытались спеть туже песню, что пел Глеб, при этом они громко хохотали и совершенно не обращали внимание на мое хмурое выражение лица. Ладно, друзья — товарищи, веселитесь, я вам еще покажу.

Это был ужасный день! Первое занятие вела профессор Жернь, так что радоваться было совершенно нечему. Мало того, что бабулька окрестила меня булочкой, так еще оценки начала выставлять в своей тетради. Каждому. Что ж, тройка — тоже результат, а вот единицы, которыми старушка наградила больше половины наших — это пострашнее.

— Ну что же вы, котики мои? — вещало это исчадие межмирья, — совсем не подготовлены к моему уроку. Беда прямо с вами, придется задать вам в два раза больше сегодня. Ну-ну, не пугайтесь, рыбоньки, я вас научу предвидеть ситуации за год вперед! Вы у меня еще лучшими станете, переписывайте задание с доски, лапочки, и свободны. Уже натерпится снова с вами увидеться.

Следом шло актерское мастерство, вот уж где мы повеселились на славу. Сегодня все изображали мастера Буперита, уж не знаю, чем гном так насолил Эстиани Галаниодель, но спасибо ему за это.

Плохая новость ждала нас лишь в конце урока, оказывается эльфийка тоже начала выставлять оценки… И снова тройка, при этом я шла в лидерах, остальным было хуже.

Третьим уроком должна была идти маскировочная деятельность, и я до последнего надеялась, что Тарлауг не уехал и сейчас мы снова увидимся. Однако вместо магистра пришел Дэфур Финрей и сообщил, что мы отправляемся на открытый урок к оперативникам. Уже сейчас нам посоветовали как можно тщательнее присматриваться к ним и подбирать кого-то себе в команду.

Впервые нашу группу привели в здание рядом с плацем, оно называлось «Зона огневой подготовки». Раньше, проходя мимо него, я смеялась, читая сокращенное название — ЗОП, но это было до того, как нас завели внутрь.

Сразу от входа раскидывался вдаль большой прямоугольный зал, стены которого были черными от копоти. Запах здесь был ужасный, магистр Буперит, окажись он рядом, чувствовал бы себя, как дома.

— Это зал поединков, здесь ребята учатся сражаться с помощью энергий, применяют свое сознание для воздействия на окружающих. У первокурсников часто случаются ошибки, и, как результат, мы видим обгоревшие стены и чувствуем соответствующий запах. — Дэфур указал нам на соседнюю дверь: — Следить за занятием вы будете оттуда, там безопасно.

В этот момент двери в здание открылись, и на пороге стали появляться будущие оперативники. Не знаю, что за занятие у них было до этого, но форму они запачкали знатно. Пока ребята входили и с интересом разглядывали гостей, я, с не меньшим любопытством, смотрела на них.

И вдруг меня осенило! На факультете оперативно — боевой магии у первых курсов было две девушки и двадцать четыре парня. Нас же было семнадцать, и к концу года обещали отчислить чуть ли ни половину. Тут же я вспомнила, что некромантов тоже больше двадцати… Получается нестыковка какая-то, о чем я и сообщила Торну. Как же команды создавать? Друг помолчал, а потом тихо шепнул мне на ухо:

— Вот когда дойдет дело до распределения, поймешь, какой на нас груз ответственности лежит. Те, кого не выберут, уедут домой, ждать следующего года, чтобы попытать счастье заново.

— Но ведь это несправедливо.

— Преображенцев с каждым годом все меньше, Бриана, мы в приоритете, так что смотри внимательно, выбирай себе команду как можно тщательнее.

— Так ведь Юхо и Лени…

— Бриана, — парень раздраженно качнул головой, — как ты не понимаешь, от тебя будет зависеть не только то, кто останется учиться, но и то, кто станет прикрывать твою спину в будущем, понимаешь? Это должны быть надежные защитники. Юхо — отличный парень, и я не отговариваю тебя от выбора в его пользу, просто присмотрись и к остальным ребятам, не зацикливайся на одном варианте.

Больше поговорить нам не дали, Финрей провел обе наши группы в ту самую маленькую комнатку без окон и постучал по одной из ее стен. Раздался звук ломающегося камня.

— Итак, внимание! — «медведь» вышел вперед и заставил нас посмотреть на него. — Сейчас стена растает, но на ее месте останется магический кокон, он обеспечит вашу защиту. Помещение не покидать! Вы должны наблюдать за ходом поединков. Я вернусь за вами в конце урока. Всем все ясно?

Мы нескладно закивали в ответ.

— Дохляк, отвечаешь за этих немых головой! — не дожидаясь ответа орка, Финрей выбежал назад, в зал и стал выстраивать оперативников парами.

— А почему здоровяк один ведет занятие у них и с нами возится? Что разве некому больше? — тихо спросил Маури.

— Так разъехались все. — Дохляк беспечно пожал плечами: — Магистр Тарлауг вчера вечером куда-то отбыл, а ночью мастер Мун уехал, за ним поутру Фаррин Снейри умотал… Кот из дома, мышки в пляс, хорошо хоть медведь пока с нами остался.

Я удивленно посмотрела на Торна, друг тоже выглядел пораженным. Если Мун уехал ночью, сразу после Драгислава, значит он знал, что проректор что-то раскопал. У меня внутри все похолодело от страха, ведь этот парень действительно опасен. Снова идти к шесми Кириане — не вариант, однажды я уже пыталась с ней поговорить, но Тарлауга предупредить нужно обязательно! Мой взгляд бездумно бродил по лицам одногруппников, пока не наткнулся на подозрительно косившегося в мою сторону орка.

— Дохляк! Ты — тот, кто нужен! Мне необходимо кое-что спросить у тебя, это важно, — я подошла к этому здоровяку и потянула его за собой в дальний угол комнаты. — Скажи, ты ведь относишься к старшим?

— Это смотря, какое у тебя дело… че те надо, Брианка, говори как есть, — парень оглянулся на прозрачную стену, давая понять, что хочет вернуться к просмотру занятия.

— Мне нужно письмо отправить за пределы академии, вопрос жизни и смерти, — я, затаив дыхание, ждала ответа. Пока орк озадаченно почесывал массивный подбородок, в разговор вмешался Дорит Пин, который стоял дальше всех от нас:

— А че к этому своему хахалю не обратишься? К тому, что тебе под окнами ночью песни орет. Он-то точно способ найдет.

— Не хахаль он ей! — заступился за меня Торн. — Чего ерунду городишь? Ну, подумаешь, спел мужик спьяну у окошка, так что теперь его в женихи сразу записывать?

— А ты-то чего распетушился весь? — Докит Бурир грубо хохотнул, — сам, что ли, на нашу булочку глазки положил?

— Да какая из Брианки теперь булочка? — фыркнула Ани Петрыч. — Не худышка, конечно, при формах все еще, но уж точно не хлебное изделие! Это ее Жердь специально так назвала, помнит, кто ей кличку придумал.

— Тихо! — Дохляк обвел преображенцев грозным взглядом и, дождавшись, пока все угомонятся, продолжил. — Только подслушивать и подглядывать умеете. Как письмо послать лучше скажите, раз такие умные.

На несколько секунд все замолчали, призадумались…

— Через Матвеича, он приходит по утрам порталом, корреспонденцию начальству приносит, — Томиаль эль Диалил сильно смутился под нашими удивленными взглядами. — Я матери отписываться должен часто, она у меня очень чувствительная, волнуется за меня.

— Че раньше-то молчал, упырь? — Дорит досадливо сплюнул на пол. — У меня, может, тоже все в семье волнуются… Ладно, проехали, только в обморок не падай! Сколько нужно отстегнуть этому парню за письмишко-то?

— Серебрушку берет за простое. Но я маме магические отсылаю, чтоб наверняка, так что десять серебряных монет, и за ответ столько же.

— И не лопнет у него? Ишь, Матвеич, нашелся на… — присвистнул Дохляк. — После строевой останешься, ушастый, дашь всем желающим подробную инструкцию, че там да как. А сейчас все к стене, смотрим за поединками оперативников, выбираем себе самого-самого.

Ослушаться никто не посмел.

А в зале было на что посмотреть. Всех ребят разбили на пары и заставили применять друг на друге так называемую «волну силы», то есть каждый из них собирал в себе всю мощь и пытался вытолкнуть ее наружу, та формировалась в вибрирующий кокон и медленно надвигалась на соперника. Это зрелище было организованно специально для нас, чтобы максимально показать способности оперативников.

Бедные ребята явно не были готовы к подобному, едва ли они обрадовались, ведь тренировок еще толком и не было. У некоторых волна так и не вышла, и они с ужасом ждали неизбежного поражения. Я нашла взглядом Юхо и, сжав кулаки, смотрела, как наш гном старательно выкачивает из себя силы, чтобы сразить огромного орка, доставшегося ему в противники.

— Бурвис, — с ужасом прошептала я, разглядев соперника друга. Это был сосед Торна, ходили слухи, что он сильнейший на всем первом курсе.

В следующее мгновение Финрей взмахнул рукой и громко что-то прокричал, после чего Юхо отбросило в сторону, а его волна была поглощена силой орка и пролетела дальше, врезавшись в черную стену. Полетели мелкие камешки и пыль, но никого это не волновало — ситуация уже повторялась в другом конце зала.

Снова Финрей кричит, и какая-то эльфийка падает на пол, неудачно вывернув руку и кривясь от боли. Волна врезается в нашу защиту и тут же тает. Томиаль, стоящий рядом со мной, хватается за сердце и медленно сползает в обморок, а Дорит и Дохляк громко поддерживают победителей… Я же еле-еле стою на месте, так хочется броситься к Юхо на помощь, но открывать дверь запрещено…

Он поднялся и, прихрамывая, пошел к выходу, где собирались все «проигравшие».

Мне было больно смотреть на такого друга: гном стоял непривычно серьезный и растерянный, впрочем, как и многие рядом с ним. А наши ребята в это время скандировали имена победителей и ругались из-за того, к кому в команду пойдет Бурвис.

Вскоре оперативники разделились на две равные кучки: победители довольно скалились и махали нам руками, а проигравшие тихо стояли у входа. Дверь открылась, и в комнатку вошел очень злой Дэфур Финрей, осмотрев нас всех исподлобья, он тихо процедил:

— Свободны, можете пообщаться с ребятами, через час строевая, не опаздывать!

Я хотела выскочить первой, но меня одним махом оттеснили в сторону наши джентльмены, едва не размазав по стене. Там же уже стояли Томиаль, Ани и Эвар. Мы с ними понимающе переглянулись и спокойно вышли последними. Эх, нет у меня физической силы, нужно хоть актерские таланты развивать…

Оказавшись в зале, я наперегонки с Томиалем бросилась к проигравшим. Парень спешил к девушке — эльфийке, как две капли воды похожей на него, только у нее черты лица оказались немного женственнее и волосы длиннее. Сестра! Вот почему наш эльф в обморок завалился, а я-то думала его взрывы напугали… Добежав до Юхо, я счастливо улыбнулась и со всей силы обняла нашего недовольного и очень хмурого гнома.

— Ну чего ты? Задушишь! Давай уже, Брианка, прекращай жалеть меня, не нужно мне этого! — бурчал парень, яростно пытаясь отцепить мои руки от своей шеи.

— Жалеть?! — я шокировано уставилась на друга. — Ты в своем уме? Чего тебя жалеть-то?!! Я поздравляю тебя, Юхо, и горжусь тобой как никогда! Тебя Финрей против такой махины выставил, там же даже вместо мозгов мускулы сплошные, а ты его почти дожал! Тем более у вас занятий до этого почти не было… Какой же ты у нас умница! Сегодня праздновать будем! Будешь нашим королем квартиры на этот вечер.

Ребята рядом с нами неуверенно засмеялись и стали тихо переговариваться между собой.

— Ой, Брианка, ну что ты мелешь, я проиграл… — гном поджал губы и отвернулся от меня, глядя на черную стену сбоку. — Проигравшие не заслуживают хорошего отношения и тем более не могут стать королями.

— Это кто тебе такую чушь сказал? — Томиаль повернулся к нам и, прижимая к себе рыдающую сестру, вкрадчиво проговорил: — Его Величество Кай Мастивир третий был великим полководцем, но осознанно пошел на проигрыш в последней битве, потому что не захотел жертвовать своим народом. Он отказался воевать, понимая заранее, что драконы, польстившиеся на его земли, сильнее и погубят все население. Сняв с себя корону на площади перед всем народом, король сообщил о своем решении и, сопровождаемый благодарными взглядами уставшей толпы, вышел за ворота защищенного города. Вы должны помнить, что случилось дальше. «Благородные» драконы схватили его и на всякий случай тут же казнили, чтобы не передумал. И народ восстал! А драконы единственный раз за всю нашу историю отступили, так и не получив то, зачем пришли. Думаешь, он был слабым человеком, гном? Иногда сила — это не все, что требуется для победы.

Я стояла, сжимая руку Юхо, и старалась сдержать слезы от жалости к несчастному Каю…

— Браво, господин Томиаль, вы прекрасно знаете историю, осталось только большинство остальных предметов подтянуть! — рядом с нами откуда ни возьмись появился Финрей. — Заканчивайте лить свои сопли и отправляйтесь на ужин. Да, кстати, чуть не забыл! Объявление для всех! Окончательный отбор случится только после третьего открытого урока, а среди победивших много тех, кто обычно получает неуды. Сегодня им просто повезло. Всё, ужинать!

Юхо с самым несчастным видом сообщил мне, что после проигрыша ему кусок в горло не полезет, а потом заставил два раза сбегать ему за добавкой. Оказалось, что горе очень приятно заедать.

Пока друг задумчиво жевал пищу и проглатывал ее вместе с бушующей внутри обидой, я рассказывала Лени об отъезде сразу троих преподавателей за пределы академии. Эльфийка прониклась и предложила не откладывать с написанием письма Тарлаугу, ведь Мун наверняка отправился убрать его с пути…

— Ну хватит ерунду говорить, — Торн бросил вилку в тарелку, и та жалобно тренькнула, заставив нас замолчать от удивления. — Драгислав слишком силен и опытен, чтобы его можно было застать врасплох какому-то преображенцу — недоучке!

— Что ты сказал? — Юхо впервые за весь ужин оторвал взгляд от своей тарелки и быстро заговорил, чтобы мы не сбили его с новой мысли. — Ты абсолютно прав, Торн! Наш убийца, несомненно, бывший преображенец и, возможно, недоучка! Как же мы раньше об этом не подумали? И самое интересное, что Мун подумал об этом гораздо раньше! Лисса — секретарь учебной части и наверняка отлично помнит всех поступающих и отчисленных, каждый из нас прошел через нее! И что же теперь? Девушку обвинили в поджоге и увезли на время следствия. Пойдем дальше… Была еще одна дама, через которую проходят все абитуриенты и адепты, с которой часто общаются в процессе учебы и, что наиболее важно, она обладала феноменальной памятью на лица и голоса… Наша гномка, погибшая кладовщица. Сейчас ее заменяет Нали Эстери, человечка.

— Ну, знаешь, так можно половину академии перебить, — эльфийка махнула на гнома рукой, — ту же буфетчецу или магистра Буперита… Все они здесь давно, все его видели.

— Постойте! — на этот раз азартом загорелись мои глаза. — С Лиссой как раз все понятно. Мун убрал ее из академии, потому что девушка наверняка заметила что-то такое, чего не мог заметить посторонний! Они долго встречались, планировали пожениться, а значит, она знала его лучше, чем кто-либо другой… Пришлось принимать меры. А вот насчет гномки у меня есть другое объяснение! Юхо — ты просто умница, ведь, действительно, у гномки была потрясающая память, об этом здесь знают все! А значит, наш бард пришел к ней в тот день за чем-нибудь, и она его…

— Узнала! — Лени хлопнула в ладошки и, повернувшись к Торну, продолжила: — Даже если он был под личиной и исказил свой голос, она ведь и не такое видела в академии… Бедная женщина, вероятно, сказала о своих подозрениях вслух и поплатилась за это жизнью.

— Но ведь ее успел допросить наш проректор, — я слегка подалась вперед и, понизив голос до еле уловимого шепота, договорила: — В тот день они нашли ее едва живой, и она что-то сообщила ему. Помните?

— Скорее всего, показала. — Торн неестественно выпрямился и сжал кулаки. — Она не могла говорить, но Драгислав умеет считывать мысли, ощущения, образы, а иногда и все это вместе, полным комплектом. Только для этого нужен контакт с объектом глаза в глаза, и оба должны пребывать в сознании.

— Тогда почему убийцу до сих пор не задержали? Что же он увидел? Или они так и не смогли добиться от гномки ничего толкового? Тогда почему не поднять ее после смерти? — эльфийка искренне удивилась и посмотрела на нас своими наивными синими глазами. — У нас же целый факультет некромантов…

— Тело забрали родственники, — Торн снова взял свою вилку и стал бездумно накалывать на нее холодные куски мяса. — Приехали целым табором и давай угрожать. Сказали, что не позволят тревожить ее душу после смерти, да еще потребовали убийцу выдать как можно скорее, иначе, мол, снова приедут и сами здесь порядок наведут.

— Это правильно! — Юхо одобрительно закивал головой. — У нас не принято тревожить покойников! Кроме того, сдается мне, парень, что ты знаешь гораздо больше того, что говоришь! Может, уже расскажешь нам, что твой дядюшка раскопал? Или так и будешь отмалчиваться и по капельке из себя информацию выжимать?

Мы все трое с подозрением уставились на Торна, а тот закатил глаза к потолку и собрался уходить.

— Уйдешь сейчас, тогда не приходи больше! — вдруг сказала эльфийка, да таким тоном, что я и сама к стульчику поплотнее прижалась.

— Что это еще за условие? — парень насупился и с нескрываемым раздражением уставился на Лени. — С каких пор ты решаешь, могу ли я уйти?

Я даже рот приоткрыла от удивления, никогда не видела этих двоих в таком нервном состоянии, от них же вот-вот искры полетят! Юхо откинулся на спинку стула и с интересом разглядывал наших словесных дуэлянтов, на губах гнома гуляла довольная улыбка сытого кота.

— Мы здесь решаем, как действовать дальше, Торн, это не шутки! Собираем информацию по крупицам, думаем, переживаем… А ты просто решил отмолчаться в очередной раз? Либо говори, что знаешь, либо уходи и больше не лезь со своими советами! Я смотрю, ты уже вживаешься в роль преображенца, с нами — один парень, в группе — другой, перед дядюшкой — третий! А мы ведь должны доверять друг другу!

— О, так я, выходит, не заслуживаю вашего доверия, уважаемая Ленианель эль как-там-тебя?! Может быть, мне присесть и поделиться тогда своими соображениями насчет того, как ты флиртуешь с Маури Таном? Готовишь себе запасной вариант, если Бриана передумает, а? И далеко ты готова зайти в своем стремлении остаться здесь?

Я тихонечко отодвинула стул и вышла из-за стола. Дальше слушать перепалку этих двоих, явно не безразличных друг другу нелюдей, мне не хотелось, разберутся как-нибудь сами.

Уже на улице меня догнал довольный Юхо и радостно сообщил, что наши еще ругаются.

— Что тебя так забавляет? Не понимаю.

— Как что? Они с первых дней друг на друга так смотрят — даже ты должна была понять, что это неспроста! Может, сейчас прояснят отношения, Лени съедет к нему, а я у нее в комнате тир устрою и тренироваться стану… Травки там развешу разные, а то вы в прихожей головами их все время задеваете!

Я засмеялась и, приобняв Юхо за плечи, тихо проговорила:

— Они, даже если сойдутся, ночевать все равно у нас будут, здесь надеяться не на что, мне жаль.

***

На строевой подготовке присутствовал весь первый курс, и снова нас гонял Финрей. Дохлые гоблины, ну почему этот медведь не уехал вместе со Снейри?! Лени сегодня занималась с особым энтузиазмом, глаза ее горели праведным гневом, эльфийка готова была крушить всех и вся на своем пути. Но Торн был еще злее и деятельней. За первый час на плацу парень успел разругаться почти со всей группой по очереди, а потом Маури наступил ему на ногу, пробегая мимо… Драка была знатная, даже Финрей не сразу приказал растащить их, залюбовался.

В результате занятия продлили на полчаса, дабы вся наша нерастраченная энергия вышла с потом. Ненавижу импульсивных оборотней, особенно волков и медведей. Я-то среди них приятное исключение…

Томиаль, как и сказал Дохляк, дождался всех желающих после занятия и сообщил, что письма принимаются у здания некромантов ровно в семь утра, деньги вперед. Я тяжко вздохнула — чтобы быть там в семь утра, мне нужно было встать в шесть тридцать, а это не придавало хорошего настроения.

Домой я пришла недовольной и тут же отправилась на кухню, чтоб перекусить и немного расслабиться. Не тут-то было! В помещении сидели две враждебно настроенные персоны, которые, завидев меня, тут же вскочили и потребовали решить, на чьей я стороне.

— А где Юхо? — вцепившись в имя гнома, как модницы в новинку сезона, я бросилась к его комнате и, постучав по двери, ввалилась внутрь, не дожидаясь ответа.

Наш оперативник был внутри. Он рисовал что-то на большой бумажке, развешенной на стене. Сразу за мной появились Лени и Торн, переругиваясь между собой и поминутно требуя извинений в свою пользу. Гном тем временем аккуратно свернул свой непонятный плакат и, подбоченясь, грозно уставился на нас:

— И какого Лешего вас принесло? Это моя комната! Я вас не звал сюда!

— Прости, Юхо, это всё я, просто боюсь оставаться с ними наедине, — я кинула косой взгляд в сторону враждующей парочки.

Эльфийка фыркнула, а Торн молча пялился на бумагу в руках оперативника. Меня эта вещь тоже заинтересовала, показалось, что там были знакомые имена и план нашей академии.

— А что за карту ты рисовал здесь, пока мы не пришли?

— Не карту! И вы не пришли, а нагло ворвались в чужую собственность! — гном задумчиво осмотрел всех нас и, вздохнув, словно смирившись, выдал: — Ладно. Я так веду расследование. Прописываю здесь всех возможных подозреваемых и события, случившиеся по вине убийцы…

— Эй, там же мое имя было! — Торн порывисто сделал несколько шагов вперед, Юхо тут же убрал свои каракули за спину, демонстрируя нежелание показывать, что там и как.

— Конечно, — гном посмотрел на друга снизу вверх таким взглядом, словно и не было в его подозрениях ничего оскорбительного.

— Но я же… Я всегда с вами, с первых дней! — оборотень беспомощно оглянулся на нас. Лени с подозрением его осмотрела и одобрительно кивнула гному, а я просто пожала плечами, не понимая пока, к чему весь сыр-бор, и ожидая, что же он скажет дальше.

— Вот именно! Ты сюда с первых дней вместе с Муном затесался и с тех самых пор не вылезаешь от нас! — добил гном.

— Да вы рехнулись! Ну, спасибо! Ничего, что я и горел здесь, вместе с вами?! — у Торна даже черты лица заострились от гнева.

— Ничего, — Юхо пожал одним плечом и услужливо напомнил: — Всё равно я вас спас в результате.

Тут настал звездный час нашей эльфийки: походкой, достойной королевы, она подошла поближе к «обвиняемому» и скорбно произнесла:

— Теперь ясно, почему ты скрываешь от нас все то, что знаешь. Убийца не стал бы раскрывать все свои планы перед жертвами!

Лицо Торна перекосило, губы поехали на бок, ноздри затрепетали… Я уже испугалась, что он перекинется, и тут Юхо снова вмешался, сразив нас всех наповал:

— Да там вы все есть, чего ерепенитесь?

Сказать, что мы обалдели — значит, не сказать ничего. Немая сцена начала затягиваться, когда гном все-таки сжалился над нами и пояснил:

— Первое правило оперативника — не доверяй никому. Я вас всех меньше двух месяцев знаю: мало ли, учитывать нужно всё… Помните, как говорил магистр? Холодное сердце и трезвая голова. Тем и живу.

— А ну-ка, покажи нам свой список, дорогуша! — эльфийка внезапно ринулась на гнома. Тот стал отступать и, быстро упершись в стену, умоляюще поглядывал на нас.

Мы с Торном лишь злорадно хмыкнули, не желая вступаться за этого типа.

— Он меня мало знает!!! — продолжала Лени. — Он мне не доверяет!!! Так я помогу тебе, зануда, найти убийцу!!! Рук замарать не побоюсь! Знаешь, у кого самое холодное сердце? У покойников!!! Сделаю из тебя лучшего!!!

Нам с Торном все же пришлось оттаскивать Лени от Юхо, та все время пыталась дотянуться до шеи соседа и так жутко скалилась, что я заподозрила в ней сородича. Эх, дружно живем, ничего не скажешь, нам только медалей «друзья года» на грудь не хватает.

— Ну хватит! — волчица внутри меня медленно разогнула передние лапы и, заурчав, слегка приоткрыла глаза.

От того что вторая сущность начала просыпаться, по телу пробежала волна удовольствия, словно все это время я жила со связанными руками, а сейчас кто-то сильно ослабил веревки…

— Я устала от вечных ссор и недомолвок! Мы действительно мало знакомы, но это не помешало мне полностью довериться вам. Если я стою в списке подозреваемых у Юхо, в списке тех, кому нельзя доверять у Торна, и даже Лени ищет себе варианты, лишь бы не быть в одной команде со мной, тогда я здесь лишняя! Не нужно больше пустых разговоров и мнимой поддержки!

Выговорившись и обойдя стоящих передо мной Торна и Лени, я с непроницаемым лицом пошла на выход.

— Эй, ну постой, — Юхо отлип от стены и, поспешив за мной, схватил за руку, не дав выйти из комнаты, — чего психуешь из-за пустяков? По Тарлаугу своему скучаешь, что ль? И зверь спит, от этого тоже не легче…

Неожиданно для самой себя, я всхлипнула. Тут-то ко мне подоспела Лени, подставив свое плечо под очередной поток моих слезоизлияний. Эльфийка гладила мои волосы и спокойно так говорила:

— Представляю, каково тебе, прости ты нас, дураков. Не знаю уж, что там у парней за тайны, а я… Брианочка, мне ведь на уроке сегодня единицу поставили, а потом шесми Кириана всем доступно объяснила, что останутся только те, кого преображенцы разберут. Вспомнила я тебя и Юхо, вы ведь лучшие на своих факультетах, ну зачем я вам? Вот и решила…

Я подняла заплаканные глаза на подругу:

— И что же ты решила?

Эльфийка покраснела слегка от моего неодобрительного взгляда, но все-таки ответила:

— Знакомства заводить. Я ведь умею ребятам нравиться, вот и…

Торн гневно хлопнул в ладоши и проголосил:

— Что и требовалось доказать!

Лени грустно повесила свою светлую головку, ее всегда лучащиеся счастьем глаза померкли, а губки стали предательски подрагивать.

— Будет тебе переживать! — Юхо неожиданно взял эльфийку за руку и повел к своему чертежу: — Смотри, если очень хочтся. И вообще, я сегодня на открытом уроке проиграл, так что вместе пойдем этого твоего Маури ублажать, надеюсь, он любит гномов… Идите все сюда, покажу вам свой план расследования, чего уж теперь, раз ввалились без стука.

Это была схема с расписанными по порядку очередности событиями, их временем и датами. Ниже был написан список из десяти имен: я, Лени, Торн, Тарлауг, Финрей, Снейри, Мун, Эвар Либиц, профессор Жернь и Кортни Фарт.

— Хорошо, — первым заговорил Торн. — Могу понять, почему здесь все мы и старшие, понимаю, откуда Мун, но остальные трое? Эвар, Жернь и Кортни Фарт? Ты серьезно?!

— Эвар — потрясающе владеет маг-гримом, о нем никто ничего не знает и он странный, — гном немного помолчал, а потом добавил: — Ну а Жернь и Кортни Фарт меня просто бесят, я подумал, что, может быть, это мое внутреннее чутье намекает на что-то и записал их сюда.

— Может быть, это и правда не Мун, а Кортни? — в глазах эльфийки загорелся огонь. — Тогда многое встало бы на свои места… Например то, что она лучшая на нашем факультете!

— Да? — Юхо разочарованно вздохнул и вычеркнул Фарт из своего списка. — Преображенец вряд ли стал бы так хорошо разбираться в некромантии, да и дракон его туда не определил бы…

В наступившем молчании было очень четко слышно, как недовольно сопит Торн. Я обернулась к нему и, слегка сколнив голову к плечу, спросила:

— Так что за страшную тайну ты скрываешь от нас? Спрашиваю в последний раз и больше навязываться не стану…

Оборотень взглянул на меня исподлобья, присел на корточки и, обхватив голову руками, проговорил:

— Драгислав мне шею свернет… — немного помолчав, парень тяжко вздохнул, полностью сел на пол и выдал: — Он в твою деревню отправился, Бриана. Там некромант из его команды работал, теперь они должны встретиться, пройтись по местам боевой славы барда и выяснить какие-то обстоятельства у бабушки погибшей девушки. Ну и у твоего отца, как главы стражи. Подробно мне никто не рассказывал… И еще, я ему не только про Глеба тогда рассказал, но и про Муна. Объяснил, что у того поведение очень странное…

— А он что? — Лени ободряюще сжала мои похолодевшие пальцы в своей ладошке.

— Он рассмеялся только, сказал, что мы дальше своего носа не видим. Сказал мне, что переживать не стоит, бард не за нами охотится, а за игрушкой одной, которая спрятана в деревне, так что мы в безопасности.

— Ага, только одного твой дядюшка не учел… — Гном посмотрел на меня и, присев рядышком с Торном, добавил: — Вернее одну…

Опустив голову, я погрузилась в нелегкие думы. Значит, Тарлауг уехал в мою деревню. Там его ждет некромант, работавший на месте преступления. Там он встретится с бабушкой Феньки. Там мои родители, которые знать не знают, где на самом деле их единственная дочь. И, что самое главное, там нет никакой игрушки, она здесь! Ой, куда же я влезла и ребят втянула?.. Пора прекращать прятаться и искать себе оправдания!

— Я приняла решение!

Друзья оторвались от своих дум и с любопытством посмотрели на меня.

— Завтра утром напишу магистру письмо, сообщу ему, что артефакт у меня, и, как только он вернется сюда, расскажу все как на духу. Юхо, готовь медальку на выдачу, отдам ее сама, чтобы ваших имен не было в моей истории.

— Бриана… — начала было Лени с укоризной качая светлой головой.

— Нет, подождите, я договорю. Бард украл медальон и таскал его при себе, не решаясь примерить! Шутка ли, ведь есть вероятность лишиться всех сил, а не приобрести их. И никто этого парня найти не мог. Тогда он немного расслабился, встретил влюбленную дурочку, Феньку, и подсунул побрякушку ей. Та была на седьмом небе от счастья, только способностей в моей подруге отродясь не было, как, видим, не проявились они и в дальнейшем. К тому же, здесь стоит подумать вот о чем: сразу после их совместных прогулок к нам из города сыскари понаехали, хотя обычно их даже на убийства по несколько дней ждут. Поэтому-то бард ко мне медальончик принес, а сам в бега пустился. Что это означает?

— Заклинание слежения! — хлопнул в ладоши Торн.

— Фонит твоя безделушка, если ее надеть, — закивал Юхо.

— Может, случайно сыскари проезжали, — пожала плечиками Лени.

Я засмеялась, глядя на нашу простодушную блондинку, и продолжила:

— Так артефакт был замечен в моем селе. Бард сбежал, а я осталась при медальоне. Какое-то время еще можно было почувствовать эту штуку, но вскоре отец запер меня в родительской спальне, а там защита стоит о-го-го. Уезжали мы тоже не просто так: меня нарядили, как гадалку из бродячего цирка. Помните, сколько защиток было? Одних браслетов пар пять, не меньше.

Гном засмеялся, явно припоминая первую встречу:

— Было дело, платье в пыли, волосы дыбом, и все эти серьги-кольца-браслеты защитные… До сих пор в дрожь бросает. Настоящая ведьма приехала.

Лени тоже захихикала и ткнула меня локтем в бок:

— Не расстраивайся, подруга, наверное, тогда ты Тарлаугу и приглянулась! Он ведь в тот день и на руках тебя подержал, и на крыше администрации повалял, и даже грудь оценил при обходе…

Я улыбнулась, вспоминая ту внезапную проверку и оторвавшуюся от формы пуговку.

— Ладно, теперь нам стало ясно, почему все считают, что артефакт остался в селе, ведь бард сбежал, а игрушка еще какое-то время «фонила», как выразился Юхо. Теперь пришло время отдать медальон старшим и снять с себя груз ответственности. Я расскажу, что приехала с ним сюда, что скрыла его местонахождение из-за страха перед Муном… Только вас вмешивать не стану, ни к чему здесь столько лишних имен. Юхо, где медальон?

— Эээ… — гном осмотрел нас и озадаченно почесал переносицу, — тут такое дело… Я эту фиговину во время пожара в карман брюк сунул, а потом жутко нервничал, ведь мало ли, как она там действует… А мне еще сыновей делать нужно в будущем. В общем, меня Тарлауг допросил и велел наказать своеобразно: на дежурство к оркам отправил. Около КПП мой сопровождающий встретил знакомого и заговорился, а я уже извелся весь от этой штуки, так близко находящейся к моей штуке…

Юхо заелозил на месте, и, украдкой оглядев всех нас, впервые стал краснеть. Я еле сдержала рвущийся на волю хохот, пряча его за вынужденным покашливанием, а гном продолжал:

— Вам вот смешно, а я не выдержал! Там в стене выемка была небольшая, прямо у входа в проходной пункт. Так вот… артефакт очень хорошо вошел в ту дырочку и брякнулся куда-то вниз. Не представляю, как его теперь достать незаметно. Разве что ночью…

— Ночью комендантский час! — Торн вскочил на ноги и забегал по комнате, бурно жестикулируя и немного порыкивая между словами: — Бр-росить ар-ртефакт, за который велась война между всеми р-расами, в неизвестную дырку! Сказать нам, что медальон в надежном месте и спокойно оставить его там! Юхо!!! Ты в своем уме вообще? Может быть, его давно вынули. Мало ли кто за тобой следил…

— Нужно проверить и, по возможности, достать его оттуда! — я взглянула на побудник гнома. — Через полчаса начнет темнеть, тогда и пойду.

— Как это? Запрещено ведь. — Лени встревожено посмотрела за окошко. — Там же эти гуляют, военные… Красивые здоровенные… Так, я тоже пойду! Отвлеку их, возьму огонь на себя, а ты пока с медальоном разберешься.

— Интересно, и как она стенку разберет? Без магии там не обойтись. Нужно медальон заклинанием подозвать… — Торн уже стоял у выхода. — Я тоже иду, сделаю все в лучшем виде.

— Я дел наворотил, значит, тоже пойду! — гном тяжело поднялся и сурово сдвинул брови к переносице. — Заклинание нужное у меня есть, вытащу эту дрянь из дырки, а Торн полог невидимый накинет, пока придется у стены возиться. Договорились?

На том и порешили. Ровно через час, успев трижды переругаться между собой, мы вылезали через мое окно на запретную территорию.