41

Арьяри недовольно сощурила веки, но кивнула, разрешая продолжать.

– В обмен на Гельри вы освободите для меня одного дроу.

– Кого? – глаза королевы нехорошо сверкнули, боюсь, несчастный не дождался бы момента обмена.

– Скажу после того, как она будет у меня.

Мать недовольно выдохнула, но промолчала.

Мы с ней слишком много провели бесед перед захватом Дилланивера. Она понимала, что я мнение не сменю и обмануть себя не позволю. Уже пыталась и надавить, и подловить.

– У меня последний вопрос, – произнесла.

В этот раз кивнул я, показывая, что слушаю.

– Ты решил опозорить меня, сын?

– Сколько пафоса и патетики. Не просветите, чем, дри Арьяри?

– Ты женишься на эльфийке.

Я мог бы сказать, что это необходимость для заключения мира. В случае с Люсьендой так и сказал бы. Но Эсмаилья…

Если когда-нибудь она согласится стать моей женой, не позволю, чтобы подвергалась насмешкам и презрению со стороны моих родных и приближённых. Союз с ней больше не казался мне позорным, потому что в моей жизни не было ничего лучше и важнее её.

Поэтому я лишь ответил:

– Женюсь. И вам придётся это принять.

– Вот как, – произнесла королева, поднимаясь.

– Клятву, – напомнил я.

– Ты всегда был слишком предусмотрительным, – отозвалась королева, пряча за смехом не то раздражение, не то наоборот – уважение.

Взмахнув рукой, я притянул из ячейки, скрытой в стене за моим креслом, необходимые ингредиенты.

Поднос, специальную маленькую треногу с жаровней, магический уголь под ней, морион – любимый камень дроу, – и смесь особых трав.

– Всегда наготове? – хмыкнула Арьяри.

Я лишь улыбнулся, промолчав. Отпустить её без клятвы – значит, не получить клятву никогда.

Обычно наши ритуалы зрелищны, проходят в специальных залах, при свидетелях, сопровождаются особыми звуками-настройками. Но по большому счёту всё это не нужно. Чем больше сила тех, кто скрепляет договор клятвой, тем меньше различных спецэффектов им необходимы. Главное – верно направить и подкрепить энергию. А уж за этим я следил особенно тщательно.

Быстро покончив с процессом, королева гордо прошествовала к стене, минуя дверь.

А я коснулся метки, призывая Слоу. Обернулся к Аммарен, не сводящей с меня внимательного взгляда:

– Будем готовиться к войне, – сообщил. – Другого выхода нет.

Эсми это не понравится. А мне не нравится молчание белобрысых. Я свой шаг сделал, но они не оценили.

Дознаватель появился в кабинете спустя минуту.

– Уже знаю, – отозвался.

– Поработай со следилками и защитой. Если королева прошла – кто-то другой тоже может пройти.

Не факт, конечно: у королевы гораздо больше возможностей, да и дроу на неё работает намного больше. И всё же мне не нравилось, что она подобралась незамеченной так близко.

– Что хотело её величество? – усмехнулся Слоу.

Ответить я не успел. Дознаватель поднял руку, подавая знак молчать и, похоже, принимая сигнал. После глянул на меня:

– Кальвер пришёл.

Ого. Ну и денёк.

– Не вовремя я надраться решил, – хмыкнул.

– Друзья не дадут, – улыбнулась Аммарен.

В её глазах мелькнуло… ожидание, что ли? Значит, мне не показалось, что гордое сердце нашей красавицы давно уже готово сдаться?

Дроу слишком хорошо с детства контролируют эмоции и внешние проявления. Потому и приходится учиться читать по глазам и едва заметным жестам.

Пока друг входил, я наблюдал за ней. Но Аммарен как всегда превосходно держала себя в руках. Только и позволила лёгкую улыбку.

Я же поднялся, чтобы обнять его, хлопнуть по спине. Даже не думал, насколько мне будет не хватать нашей давней компании. Мы слишком долго вместе и слишком многое вместе прошли.

– Смотрю, все в сборе, – хмыкнул Кальвер. – Как в старые добрые времена.

– Тебя ждём, – отозвался я, доставая магическим захватом ещё пару кубков. Глянул на тот, что валялся на полу, и организовал себе другой, чистый. – С чем пожаловал?

– Не веришь, что соскучился по старым, – он на миг замялся, задержавшись на лице Аммарен, – друзьям?

Я не ответил, молча разливая последние капли «Лозы».

– Как Риа? – произнесла Аммарен, традиционно мягко направляя разговор.

– Это странно – оказаться в родстве с эльфами и быть связанным крепкими узами с Ночным.

– Родстве? – поднял я бровь, откидываясь на спинку.

Постояв несколько секунд, Кальвер обошёл стол и сел рядом с Аммарен.

– Похоже, у Риа всё идёт к свадьбе, – отозвался.

Вот длинноухий! И тут он меня обскакал, сблизился с моим другом!

Зубы скрипнули, я постарался не выдать раздражения. В конце концов, в верности Кальвера я не сомневался, а остальное – не так уж и важно.

– И что же будущий, гм… родственник через тебя передал?

– Эльфы предлагают обменять Гельри и ещё двоих захваченных дроу на Люсьенду с её свитой.

Я ощутил, как улыбка скользит по лицу. Ещё вчера… ещё сегодня утром предложение показалось бы мне интересным! Но не сейчас.

– Они слишком долго думали, – отозвался. – У меня другие планы.

Кальвер мрачно сжал челюсти, как делал всегда, когда не хотел говорить мне что-то неприятное.

– Они угрожали расправой с ней? – уточнил я. Не нужно быть гением, чтобы догадаться.

Друг кивнул, и я презрительно хмыкнул:

– Можешь передать им, что я не обременён братскими чувствами и состояние Гельри меня не волнует. В мои планы на данный момент входит исключительно замена невесты.

– Они спрятали Эсмаилью. Перевезли куда-то… мне не удалось выяснить, куда.

– Я выясню, – стиснул я кулаки.

– Эльфы передали ещё одно сообщение, – отозвался Кальвер.

Стараясь смотреть не слишком мрачно, я поднял на него взгляд.

– После всего случившегося, эль Эсмаилья не сможет работать с артефактом Жизни.

– Очередной обман?

– Не думаю. Предупреждение скорее. Я не шибко понял, это как-то связано с тем, почему артефакт должна была провезти в себе именно девственница. Ей нельзя было…

Друг обычно не отличался стеснительностью и не боялся вворачивать откровенные эпитеты и обороты. Но в этот раз чувствовал, что за Эсми может и схлопотать от меня. Поэтому старался говорить деликатно.

Я кивнул. Она тоже о чём-то таком рассказывала.

– Значит, так и будет, – произнёс, сам удивляясь, насколько легко далось решение. – Найду другой способ освободиться от влияния королевы.

– А если Эсмаилья не согласится? – осторожно поинтересовалась Аммарен. – Всё же родить ребёнка для женщины очень важно… и заложено в инстинктах.

От меня не укрылся быстрый взгляд, брошенный ею на Кальвера.

Моё бесплодие не было запретной темой, но сейчас сделалось особенно острой. Я ведь сам сказал Эсмаилье, что не могу иметь детей. Что мне нужен артефакт.

– Я спрошу её, – отозвался я. – Лично. И пусть скажет мне об этом сама. Безо всяких ушастых посредников.

Мы даже не успели приложиться к кубкам, как разговор снова прервали. Сначала подала сигнал моя ртутная метка на руке, после – раздался условленный стук в дверь. Так приходили мои личные дайтэ, и я сразу же разрешил войти.

– Простите, Ночной господин, что прерываю, – произнёс вошедший дроу, опустившись на колено. – Мы задержали человеческую девушку. Она настаивает, что ей необходимо с вами переговорить.

– В пещерную тьму всех.

– Попросила, чтобы я передал вам это. Срочно.

Он протянул что-то на ладони.

– За каким лысым оргом ты мне тычешь всякую дрянь? – начал было я, но тут присмотрелся. Узнал мелкий квадрат на цепочке.

Моя периамма.

Мэгги?!