Глава 11. Кое-что проясняется. Или нет

В нос пахнуло подвальной сыростью и плесенью, а темнота через минуту привыкания к ней стала менее густой, с тянущимся отблеском света где-то вдалеке, куда бестелесную Милочку и понесло. Опять так же, как у яблони в саду. И вернулась она в обрядовый зал пяти заговорщиц как раз к тому моменту, когда от девушек в бело-голубых платьицах отделились их прозрачные силуэты и поплыли к куклам, сидящим в центре светового круга из пламени свечей.

По мере приближения силуэты становились всё меньше и меньше, а когда достигли деревянных фигурок, оказались ровно в их размер и мгновенно впитались в тельца.

Милочка подумала, что куклы сейчас оживут, а девушки упадут бездыханными, потому что решила, что души из-за проведенного магического обряда поменяли свой сосуд. Зачем это делалось – непонятно. Но по логике так. Однако нет. Этого не случилось. Девушки завертели головами, рассматривая друг друга и переглядываясь, затем стали себя ощупывать – голова, плечи, грудь. Изменений не нашли. Всё оказалось на месте и в том же самом виде.

- Что дальше? – произнесла самая высокая с черными, как вороново крыло, распущенными волосами, стоявшая к Милочке спиной. – Где обещанное, Леонида? – спросила милую толстушку напротив, тоже черненькую, дернувшуюся в испуге.

- Я н-не з-знаю, - еле выдавила та из себя. – Там больше ничего не написано. Наверное, это всё.

- Как всё? – не отставала каланча. – А с этим что делать? – мотнула подбородком в сторону кукол.

- Ой, - толстушка полезла в карман юбки и достала небольшой пожелтевший листок с неровными краями, видимо обтрепавшимися от времени. Пробежала глазами по написанному и прочитала вслух. – Артефакты забрать, а замену сжечь. Всё.

- Ну, вот, наконец-то, - выдохнула высокая и наклонилась к кукле, к которой отлетело что-то призрачное от нее самой. Милочка теперь сомневалась, что это душа. – Забирайте! – скомандовала остальным, снимая с деревянной шеи обмотанную вокруг нее толстую нить, на которой болталась большая розовая жемчужина. – Чего стоите? – прикрикнула, увидев, что подружки молча смотрят на нее и не двигаются. – Дуры! Шевелитесь уже!

И тут… как только последняя девушка забрала свою жемчужину, такую же, как у всех продолговатую, и зажала у себя в ладони… начало что-то происходить.

Свечи внезапно затрещали, раскидывая в стороны красные искры, стали всполохами попеременно вспыхивать, выстреливая пламя высоко вверх, а за огненным кругом, ограждающем пятерку «колдуний» от остального подвала, замелькали темные тени. Откуда-то прилетел ветер, почти задувая огонь, и завыл гудящим гласом «у-у-у» как в трубе. Девчушки тонко заойкали, испуганно завертели головами, глядя на беснующийся хоровод, и стали прижиматься друг к другу, тараща широко раскрытые глаза.

- Жгите кукол! – крикнула каланча, явно предводительница, и потянулась за свечой, но та в этот момент вспыхнула и опалила ей лицо. Рука дернулась и вместо того, чтобы схватиться за свечу, стала тереть глаза. Запахло паленым. – Жгите же, - выдохнула еле слышно.

И тут…

- Ты… ты… - одна из девушек отшатнулась от ближайшей подруги и стала тыкать в нее пальцем. – Оууу, - завыла, пугая остальных еще сильнее.

Милочка изумленно увидела, как лица заговорщиц исказила… старость. Вместо шестнадцатилетних прелестниц перед ней стояли сморщенные бабульки лет за восемьдесят. На несколько секунд они замерли в замешательстве, а потом самая истеричная завизжала как полицейская сирена и, перескочив огненный круг, бросилась наутек. Наверное, туда, где был выход из подвала. За ней ожидаемо понеслись трое остальных, бросив подгоревшую каланчу.

- Дуры, - пробормотала она, перестав тереть глаза, и в этот раз доставать свечу из круга не стала, а взяла свою куклу и сунула ее в огонь. Однако вопреки законам природы деревяшка не задымилась. И сколько девушка-старушка ни пыталась ее поджечь, ничего не получалось. – Какие же вы дуры, - пробормотала, в сердцах бросив деревяшку в общую кучу. Внезапно замерла, будто почувствовав Милочку затылком, и спросила. – А ты еще кто такая?

В ту же секунду бело-голубое платьице, потеряв опору, сложилось комком на полу, а из него вылетела огромная черная ворона, громко каркнувшая и бросившаяся на Милочку вперед когтями…

- Я уж собрался лекарей вызывать, - голос Статанори был тревожным. – Думал, всё, не выйдешь из обморока, раз мое зелье не помогает, - ритмично из стороны в стороны возил бутыльком с «нашатырем» перед носом помощницы.

- Похоже, я никогда не отвыкну от этой гадости, - пробормотала она, открывая глаза, и обнаружила, что лежит на диване. Видимо, сыщик перетащил и уселся рядом. Шутить по поводу, что он ее постоянно на руках носит, не стала. – Это не обморок. Это видение. И, наверное, связанное с взорвавшимся артефактом Амалии, - посмотрела начальству в глаза. – В общем, у меня появилась теория.

- Приманкой нагу не будешь, - сразу же заявил Статанори, убирая зелье в карман пиджака. – И никуда отсюда не уйдешь, пока мы его не поймаем.

- Ладно, - согласилась Милочка, чем вызвала у сыщика взгляд недоверия. Он даже прищурился одним глазом. – А если мы выйдем на заказчика? Что в этом случае делают наемники? Считают заказ выполненным?

- Нет, - огорчил ее Статанори. – Даже при пропаже заказчика дело свое они доделывают. Нужна отмена.

- О! Так тоже норм.

- Можно подумать, ты знаешь, кто эту кашу заварил?

- Ага. Знаю.

- Да? – у Статанори вытянулось лицо. – И кто же?

- Ну, про обряд пяти школьниц я уже рассказывала. А сейчас его продолжение увидела. И знаешь, кого я там узнала? – Милочка торжествующе посмотрела на сыщика, а тот скорчил мину, однозначно говорящую, что ее сейчас хотят убить. – Маргариту, служанку вдовы Курбацкой. Представляешь? Она была одной из них.

- Маргарита? – Статанори, похоже, был в шоке и просто переспрашивал, не задавая других вопросов.

Поэтому Милочке в ускоренном темпе пришлось излагать, что она увидела в подвале неизвестного дома:

- И мне кажется, что та высокая дамочка и есть тот, кто сейчас хочет довести обряд до конца. Помнишь, тетка Кренделя говорила, что у них что-то не получилось. Теперь мы знаем почему. Они кукол не сожгли.

- Хм-м… - задумался Статанори, начавший соображать. – Знаешь, что мне показалось странным? – уставился на помощницу своими карими внимательными глазами. – В Департаменте магии ни в одном отчете прошлых лет, а я, поверь, их все прочитал, нет сведений о том, как молоденькие девушки превратились в старушек. А ведь это событие. И непременно последовало бы расследование, кто, зачем и для чего использовал явно запрещенное заклинание.

- Да? – Милочка закатила глаза к потолку, надеясь, что ответ будет написан там. Конечно, на побелке черным никто магически не поводил. – А может, это было в другом городе? Вот здесь и не знают.

- Не-а, - мотнул сыщик головой, отрицая. – Во-первых, в Департамент стекаются сведения из всех населенных пунктов королевства. И всё это дублируется во все отделения. А во-вторых, ты дотронулась до яблони здесь. И судя по твоим видениям, они возникают тогда, когда ты прикасаешься к предметам, имеющим отношение к тем далеким событиям. Возможно, ты права на счет артефакта Амалии. Может, она, наконец, изобрела что-то действительно полезное для раскрытия преступлений.

- Наконец… - передразнила Милочка сыщика. Ей ужасно не понравилось, что тот до сих пор отзывается о пропавшей девушке как о бесполезной обузе его гениальности. Даже неприязнь какая-то возникла. Поэтому бросилась ее защищать. – Ты закостенелый ханжа! – отпихнула парня, собираясь скинуть с дивана, но тот и не покачнулся, словно многотонный каменный истукан, а она безмозглая птичка. – Она для тебя небось старалась, а ты… ты… ты остолоп слепой! Вот!

- Я? – удивился сыщик.

- А кто еще? Он, видите ли, один тут умный, а остальные дураки! – повысила голос, распаляясь, и с силой хлопнула оппонента ладошкой по плечу. Ойкнула. Потому что прилично ушиблась. Действительно он, что ли, каменный? Прикусила губу, потирая руку. – И вообще! Чего ты тут расселся? Иди к себе, - махнула в сторону стола.

- И пойду, - насупился Статанори, правильно поняв ее движение, и вскочил, уперев руки в бока. – А вообще… тьфу, - чертыхнулся, заметив, что повторил за Милочкой. – Чего ты тут раскомандовалась? – зло прищурился, сверля ее взглядом. – Ты кто у нас? Попаданка. А еще права качаешь! Пора бы выяснить, с какой целью ты к нам в Департамент проникла! Самозванка!

- А сам-то? Тоже мне, гений сыска! А нага поймать не смог, - Милочку понесло. Ну, не терпела она такого к ней отношения мужского пола. Быстро скинула с дивана ноги, уселась, а затем резко поднялась, оказавшись лицом к лицу с сыщиком. – Ты… - запас приличных ругательств как-то не вовремя закончился.

И пока в ее голове пытались возникнуть новые, хотя бы немного обидные, она отвлеклась и замолчала с открытым ртом.

- Я болван? Да? – Статанори чуть наклонился и прильнул к ее губам, обняв за талию и притянув к себе, обжег горячим поцелуем.

На этот раз Милочка закрыла глаза, решив больше не удивляться странному порыву, а наслаждаться. Почувствовала на себе мягкие, но уверенные губы, со знанием дела ее ласкающие, вдохнула приятный терпкий запах мускуса, исходящего от мужского тела, и ответила, положив руки ему на плечи. И так это было приятно…

- Забыл вам ска… - произнес мужской голос, ворвавшийся как ураган после одного удара в дверь, тотчас распахнутую. И замер на полуслове, увидев пикантную сцену целующихся коллег. – Э-ээ…

- Что э-ээ Андзордах? – Статанори, не торопясь, оторвался от губ Милочки и отпустил ее, сделав шаг назад. – Пришел, докладывай, - сделал вид, что ничего такого не произошло.

- Да это… - гном в белом халате перевел взгляд с сыщика на его помощницу, которая как ни в чем не бывало похлопала ресницами, изображая паиньку, и уселась на свой стул за столом, сложив ручки как прилежная ученица. – Забыл сказать… - вернул глаза на сыщика. – Мы с Дорилином вашего Кренделя проверили на наличие ментального червя.

- И что там? – заинтересовался тот.

- Его там нет. Дорилин решил, что ваш наг не оставит попыток проникнуть к нам, чтобы узнать ваши планы на его поимку, но ошибся.

- По-вашему, наг дурак? – Милочка встряла в разговор. Опять. – Мы же уже знаем, что здесь делали черви. Ой, точно! – удивилась своей мысли. – Этот червяк теперь в теле невесты Кренделя, - округлила глаза. – Бедная девочка! Ее же спасать надо! – вскочила на ноги, но осталась стоять за столом.

- Это не ко мне. Дальше вы сами. Я доложил и ухожу, - гном быстро развернулся и, не успели сыщики что-то сказать еще, исчез за захлопнувшейся дверью.

- Теперь ты понимаешь, что мне придется к ней идти? – Милочка посмотрела на Статанори, который от этих слов скрипнул зубами.

- Я бы сначала хотел объясниться, - начал он неуверенно, явно намекая на недавний горячий поцелуй. Видимо, сам не понимал, как решился на такое. Снова. После первого-то трусливо сбежал. А сейчас вроде и деваться некуда. – Я… кхм…

- А давай потом? - перебила его Милочка, поняв, о чем речь. Да, хотелось услышать, что он скажет, но подумала, что сейчас не то время, не до объяснений, которые могут затянуться, и посмотрела на часы, которые ритмично отстукивали секунды. – Нам бы как-то к встрече подготовиться. И еще. У меня появилась идея, - прижала к губам указательный палец. Задумалась, как точнее выразить свои мысли.

- Я уже начинаю бояться этих вот твоих идей, - Статанори уселся на ее стол с торца. – Садись и излагай, - любезно разрешил, с облегчением выдохнув, что важный с его точки зрения разговор откладывается, а ему можно расслабиться и подумать, как он так вляпался.

- Теперь мы достоверно знаем как минимум трех участниц обряда, - Милочка воспользовалась советом начальства и плюхнулась на стул. – Это вдова, Мельник и Маргарита. Еще брюнетка-каланча и какая-то Леонида…

- Ты сейчас будешь смеяться, но Леонида и есть вдова Курбацкая. Леонида Курбацкая.

- Да? Бли-и-ин… - расстроилась Милочка, что ниточка, за которую хотела потянуть, внезапно оборвалась. – А я думала, что мы по имени дамочку найдем, всё у нее выспросим и опередим нага. Бли-и-ин… - почесала под одной из заколок в волосах.

- Так мы именно это и сделаем, - приободрил ее сыщик. – Только вместо Леониды прижмем ее служанку. Вот ведь стерва старая, ничего нам не рассказала. Ни словом не обмолвилась. И я дурак не обратил внимания, что она воет вовсе не из-за пропажи вдовы, а сама боится сгинуть вслед за ней.

- Ой, - махнула Милочка ладошкой. – При чем тут дурак? Разве тут догадаешься? Это сейчас ты такой осведомленный, а раньше и мне казалось, что Маргарита ревет из-за своей госпожи. Так что ум… хм-м… - задумалась и выдала потом. – А ведь наг у них жемчужины крадет. И если мы сумеем его остановить и две оставшиеся забрать, то заказчица сама за ними к нам придет. Не может не придти. Ей, похоже, очень надо. Так мы ее и поймаем. А еще хорошо бы про суть обряда узнать.

- Про обряд даже обязательно, - согласился Статанори. – Мне теперь более-менее понятно, о чем спрашивать. Сейчас запрос в архив пошлю, пусть ищут, - спрыгнул со стола и пошел к своему.

Вытащил из ящика чернильную, а может, магическую ручку. Следом нарезанную из цыплячьего цвета бумаги пачку небольших квадратных листочков (вроде наших офисных для заметок). Что-то начеркал на верхнем. Немного подумал, погладив концом ручки левую щеку, приписал еще пару строк. Затем загнул уголки к центру, и послание тотчас превратилось в шарик, очень похожий на тот, что присылал Дорилин. Подкинул шарик вверх, и тот, не долетая потолка, растворился в воздухе.

Магия в действии, так сказать.

- И неплохо бы узнать, в какой школе наши старушки-молодушки учились, - произнесла Милочка как бы невзначай. Вроде не давала совета более опытному коллеге, но открыто намекала, что нужно делать. – Так мы сможем всех подружек вычислить. Наверняка в школе помнят, кто с кем дружил.

- Серьезно? – Статанори сделал до невозможности удивленное лицо. Именно сделал, потому что уголки его губ подрагивали, собираясь расплыться в улыбке, но он им не позволял.

- А что? – Милочка это заметила и сложила ручки на столе, изображая примерную ученицу. – Элементарно же.

- Ты думаешь, я не догадался? – как сыщик ни кусал губу, удержаться не смог и заржал. Громко. Заливисто. Откидывая голову назад и тряся волнистыми волосами. – Ха-ха-ха. Сдается мне, милая, что ты о моих умственных способностях не сильно доброго мнения, - вздохнул, вроде как сожалея. Врал, конечно. – Ладно, ладно, - стал успокаиваться, заметив, что помощница обиженно надула губки. – Запрос по этому вопросу я тоже отправил.

- Тогда еще.

- Еще?!

- Ну, я не знаю даже как сказать, - Милочка пожала левым плечиком и невинно закатила вверх глазки.

- Говори. Я чувствую, что хуже уже не будет.

- Мне кажется, что тетка в черном, ну про которую я думаю, что она заказчица, это ведьма…

- Понятно дело, что ведьма, раз в ворону превратилась.

- Это да. Я не про то. Ведьма – моя соседка Гортензия.

- Что?

- Она ведь тоже высокая. Черноволосая, - Милочке, пока она говорила, свое же предположение вдруг перестало нравиться. Слишком уж за уши оказались притянутыми факты. Потому как высоких брюнеток на свете явно не одна Гортензия. – Эх, жаль, я ее лицо в подвале не увидела. Она все время, как будто нарочно, была ко мне спиной. Словно чувствовала, что я за ними подсматриваю. Ведьма, как есть ведьма.

- Соседка, угу, - задумался Статанори. – Ну как вариант. Хотя… Сама понимаешь, что твое обвинение шито белыми нитками. Даже если это она, предъявить ей мы сейчас ничего не сможем. У нас нет доказательств.

- А если…

- И даже если узнаем, что она училась в одной школе с Курбацкой и Маргаритой.

- Понятно. Блин! Мы же Маргариту упустим!

- В этом суть твоей прошлой идеи?

- Да. И нам надо успеть застать ее дома, пока она куда-нибудь не сбежала или нас не опередил наг. Пусть он меня у невесты ждет, а мы в дом к Курбацкой двинем. Ой, только не спорь. Сейчас-то мне ничего не угрожает.

- Хорошо, - нахмурился Статанори, размышляя. – Пожалуй, со мной ты будешь в большей безопасности, чем здесь одна. И под моим присмотром не наделаешь глупостей. Но! – поднял вверх указательный палец. – Слушаешься меня беспрекословно.

- А-а… э-э… - потянула Милочка, представляя, как будет выполнять команды строго по приказу, словно дрессированная собачка, и условие это ей ужасно не понравилось. Не привыкла она к армейским тонкостям субординации. – Ну-у…

- Иначе запру здесь, - отрубило начальство, не собиравшееся слушать отговорки.

- Ладно.

- Что ладно?

- Буду слушаться, - Милочка свела к переносице брови, насупившись. Но выбора-то всё равно не было. Вернее был. Но кто ж будет сидеть взаперти, когда снаружи столько интересного? И очень хочется допросить Маргариту самой. – Идем? – грациозно поднялась со стула.

- Только надо подготовиться, - Статанори вытащил свой непременный саквояж из-под стола, проверил его содержимое, гремя какими-то железками, покопался в ящиках, достал оттуда что-то вроде амулета, черную свечу и сложил их в сумку. – А вот теперь идем, - захлопнул саквояж и направился к выходу. – Стоп, - резко остановился, а спешившая за ним Милочка ткнулась лицом в его спину.

- Ой, - недовольно пискнула, потирая нос ладошкой.

- Хотя нет. Лучше зайдем к Андзордаху, - сыщик не стал оборачиваться и выяснять, что случилось с помощницей. Распахнул дверь и запер ее, когда девушка вышла. – Нам сейчас туда и туда, - показал рукой сначала прямо, потом налево. – На случай, если ты потеряешься. И запомни, пожалуйста, где наш кабинет, - оглянулся на табличку с надписью «Статанори Ундраг, д.в.к.»

«Д.в.к. – усмехнулась Милочка про себя. - Детектив высшей категории, угу. Да ты детектив вредный категорически». Не смогла сдержать улыбку и поймала заинтересованный взгляд сыщика.

- Запоминаю, - округлила глаза.

- А-а, - кивнул тот и пошел по коридору.

На этот раз Департамент магии пустым не был. Куда-то спешили его сотрудники – мужчины в костюмах, дамы в пышных платьях, пара странных мохнатых существ, высокие эльфы, маленькие гномы, люди или маги – каждый по своим делам. Одни выскакивали из кабинетов, другие забегали в них, периодически здоровались с сыщиком и Амалией, кто-то задумчиво шел вдоль стены, кто-то почти несся. Все вместе они создавали атмосферу рабочей обстановки.

Теперь Милочка разглядела и голубой потолок, украшенный золотой росписью из магических рун, и стены, выкрашенные в пастельные тона, и пол мраморный, серый с более темными прожилками. Красиво. И ничего лишнего.

- У Дорилина сегодня выходной, - недовольно буркнул Андзордах, склонившийся над колбой с зеленым содержимым и не поднявший головы даже на звук хлопнувшей двери. – Завтра будет, - задумчиво почесал над правым ухом, будто сомневался, чисто ли это зеленый цвет или бирюзовый.

Милочка так предположила, потому что за прозрачным стеклом кроме жидкости ничего не было. Например, заспиртованного ментального червя. Или еще какой дохлой живности для экспериментов.

- Нам нужен «Керудато фертензий», - Статанори не стал церемониться и спрашивать, чем так сильно занят гном.

- О, - тот соизволил обратить на него внимание. – Ундраг. Амалия, - перевел глаза на широко улыбающуюся красотку, зачем-то ему подмигнувшую.

- Да, это мы, - Статанори подошел ближе к столу, за которым сидел витавший в облаках хозяин кабинета. - Нам нужен «Керудато фертензий», - повторил, видимо, для слабослышащих.

- Разрешение есть? – гном отодвинул колбу от себя и протянул руку явно для бумаги. – Так и знал, что нет, - увидел, что сыщик не собирался ничего доставать, продолжая держать саквояж закрытым. – Нет разрешения, нет зелья правды, - сложил ручки на груди, считая разговор законченным, и по его позе было ясно, что от своего не отступит ни на йоту.

Не видать, значит, сыщикам желаемого.

- А у нас нет времени бегать за разрешением, - Милочка поняла, зачем нужно керудато и топнула ножкой. – Понимаешь, Андзордах, - вышла из-за спины начальства, - миленький, нам без него эту врушку Маргариту не расколоть. И всего час остался, а потом мы нага ловить будем. Срок до двух пополудни, - поискала глазами часы, не нашла. – Мы просто не уложимся, - тяжко вздохнула. – А тебе разве не нужен новый менталист на опыты? – попробовала надавить на любимую мозоль ученого.

Это был последний довод, на который она рассчитывала, что сработает. Потому что в процессе ее тирады гном повел себя весьма странно. Сначала он удивился, что девушка заговорила, вообще заговорила, и уставился на ее шевелящийся рот, затем вздрогнул при слове «миленький», потерев подбородок и шею под бородой, нервно сглотнул, скосил глаза на наручные часы, которые оказались у него под рукавом халата, и снова стал чесать над ухом.

- Нам очень надо, правда, - Милочка изобразила на лице скорбное выражение и чуть не пустила слезу.

Чуть – потому что не получилось, как ни старалась. Зато усилия по сморщиванию лба и потиранию тыльной стороной ладошки под хлюпающим носом не прошли даром. Гном не выдержал. Наверное, как все мужчины не любил женских слез.

- Амалия, деточка, ну что ж вы так переживаете, - засуетился, вскакивая. – Сейчас я всё вам принесу, - посеменил куда-то за шкафы.

- Ты реально бы заплакала? – шепотом спросил обалдевший Статанори, приблизив свои губы к ее уху. Такое впечатление, что он никогда не видел Андзордаха, который вдруг изменил своим принципам. – А я ведь про разрешение просто забыл.