Глава 37

Следующие дни тоже не добавили определенности. Я по-прежнему не знала, какое решение предложить императору, чтобы пройти последний тур испытаний. Если попросту уменьшить налоги, то это может привести к опасным последствиям: не хватит средств на ремонт и постройку дорог, защиту от врагов на границах или мерам по защите от  стихийных бедствий. А если просто раздать денег самым бедным слоям населения, то это тоже вызовет лишь рост инфляции. Такое я и в своей жизни видела, в своем государстве неоднократно. К тому же помнила, что все равно часть людей потеряет все дополнительные деньги, потратив их на выпивку, игорные дома или отдаст мошенникам. А уж всевозможные авантюристы, обманщики и хитрецы были во все времена. Уверена, что и в эту эпоху их предостаточно. К тому же был риск, что те, кто не привык к обращению с деньгами, потратит их и разорится окончательно, а потом будет вынужден продать в рабство себя или своих детей. Многих ограбят из-за этих денег или даже убьют, так какое же это благое дело в таком случае получится? Скорее уж наоборот! Можно открыть приюты для детей-сирот или для бездомных. Но, боюсь, в таком случае его заполонят те, кто не захочет сам нести ответственность за своих детей или откровенные лентяи. Да и деньги, отданные на их организацию, могут осесть в карманах чиновников. О таких случаях я в своей жизни тоже слышала. А если ввести в эксплуатацию какое-нибудь изобретение из своего мира, то последствия вообще непредсказуемые! Я до сих пор не была уверена, в прошлом я или в некоей другой вселенной, поэтому рассказывать императору о способах создания электричества или сообщать, что болезни можно предупреждать прививками, тоже не спешила. Во-первых, мне не поверят, а во-вторых, положа руку на сердце, я не смогу создать электрическую цепь или мини-двигатель, все же у меня нет соответствующих знаний. Вообще, в своем мире я не была доктором или инженером, чтобы помнить какие-то важные знания и принести их в этот мир. Я была обычным менеджером, которых в моем мире и в мое время миллионы. Мы умеем договариваться, продавать партии товаров и выбивать скидки у поставщиков. Еще можем придумывать акции привлечения внимания покупателей или создавать  шкалу скидок для более лояльного отношения к тем брендам, на которые работаем. А еще можем предлагать сомнительные акции пиара или для повышения продаж. Что-то вроде «два по цене одного», когда клиент вынужден покупать вдвое больше, вместо обычного.  Или «все сразу», когда несчастному наваливается пакет по сути ненужных опций, а в выигрыше лишь продавец. Вспомнив свою жизнь, я погрустнела. Вряд ли мне удастся вернуться обратно, да и с паладином расставаться бы уже не хотелось. Перебирая в голове десятки вариантов, я в очередной раз обреченно вздыхала, смиряясь с поражением. В один такой пустой день я скучающе смотрела на заснеженный сад возле своего павильона и высокие охраняемые стены. Его Величество дал нам время подумать, и поэтому я круглые сутки находилась лишь со своей служанкой. Новых покушений не было, и это расслабляло. Может, потому, что меня слишком хорошо охраняли, а, значит, император выполнил свое обещание, а, может, таинственные злодеи затаились перед чем-то грандиозным. Это заставляло нервничать, но все же мысли мои были заняты другим. Я все никак не могла придумать способ пройти последнее испытание. Вытянув руку вперед, я поймала снежинку и начала рассматривать ее, пока она не растаяла. Раздался звук открываемой двери и мягкие шаги по дощатой поверхности крыльца. – Госпожа, хотите чаю? Обернувшись, я увидела обеспокоенный взгляд служанки. Последнее время она еще больше прониклась ко мне почти что материнской заботой и частенько предлагала сладости или теплые напитки. С учетом погоды это было понятно, но все равно с этой женщиной мы очень сблизились за все время моего здесь пребывания. Хотя сначала я ей явно не понравилась. – Благодарю, не нужно, – ответила я и вновь повернулась к саду. – Возвращайтесь в комнату, вы замерзнете, – ответила Мэй, нахмурив лоб. – Все в порядке, я тепло одета, – проговорила я, зарываясь носом в меховой воротник своей накидки. – Просто мне надоел этот вид и все во дворце надоело! – А если я предложу вам прогулку, Ваше Высочество? – раздался знакомый голос откуда-то сверху, и, подняв голову, я увидела, что на крыше сидит Вэньмин. Как я не заметила его раньше? И долго ли он смотрел на меня, прежде чем подать голос? – Давно ты там? – воскликнула я. Мужчина усмехнулся: – Достаточно. На нем был черная одежда, состоящая из штанов и рубахи, а спину и грудь закрывали легкие доспехи. Его белые волосы рассыпаны по плечам, что позволяло ему быть незаметным среди снежных островков на темной черепице. Улыбнувшись ему в ответ, я уточнила: – Прогулку? Разве это не опасно? – Со мной нет. Скоро вечер, и в столице в это время года очень красиво! А к вечеру на главных улицах зажигают разноцветные бумажные фонари, а еще можно прямо там поесть горячую лапшу или рисовые пирожки с разными начинками! – Звучит заманчиво, – ответила я, уже предвкушая прогулку с паладином. Мэй, слушая наш разговор, добавила: – Велю подготовить повозку! Вскоре мы с паладином выезжали с территории дворца на неприметной повозке. Несколько охранников ехали следом на лошадях для защиты. Нам легко удалось преодолеть ворота, и даже стражники нас выпустили без проблем. – Я заранее позаботился о пропуске, – пояснил Вэньмин, видя мое удивление. – А император тоже знает, что я покинула дворец? Неожиданно паладин нахмурился, лицо его ожесточилось, и он ответил: – Он знает ровно столько, сколько нужно для… Впрочем, не волнуйся, никто не накажет тебя за эту вылазку. Я кивнула: мне не было дела до Его Величества, если Вэньмин рядом. Я лишь беспокоилась, что его могут за это наказать. Но раз все в порядке, значит, можно наслаждаться поездкой!