12

Бои в клубе были редким, но эмоциональным и долгожданным событием. По такому поводу все столы на цокольном этаже, который чаще всего использовали для частных закрытых вечеринок, сдвигали к стенам, чтобы за ними могли разместиться состоятельные гости, а центр помещения расчерчивали, обозначая границы ринга.

По случаю столь интересного и редкого события зал был переполнен и походил на растревоженный пчелиный улей. Вот только тут собрались, в большинстве своем, не рабочие пчелки, а ленивые трутни, многие из которых растрачивали впустую состояния, заработанные их предками потом и кровью. В большинстве, разумеется, не своими, но все же.

— Ты не поверишь, тотализатор феноменален. Сегодня некоторые сорвут огромный куш. Ты же не дашь своему другу обеднеть, — подмигнул мне Морт.

Его довольная, предвкушающая всяческие удовольствия, сияющая азартом и некоторым торжеством физиономия бесила неимоверно. С другой стороны, таким образом друг умудрялся поддерживать во мне боевой настрой и нечеловеческую агрессию к любому представителю сильного пола.

Однако готовясь к бою, я не мог упустить возможности понаблюдать за потенциальными “женихами” для Оливии. Да, тут присутствовали не только юнцы.

Один герцог фон Авфельдиг, ещё крепкий мужчина за шестьдесят, чего стоил. О да, вполне подходящая кандидатура. Была бы. Если бы не герцогиня фон Авфельдиг. Граф Фрост тоже был неплох: состоятелен, умен и обаятелен. У него не было дурных пристрастий, разве что любовница-актриса. Эта особа не то, что соперницу в дом не пустит, но и меня за такое предложение за выступающие части тела подвесит, не моргнув и глазом. Эта сорокапятилетняя дама в своё время увела любовника у законной жены. Среди знати не приняты были разводы, но её это не остановило. Говорят, она сделала так, чтобы жена сама сбежала от мужа, отказавшись от всего. Вот у кого можно было бы поучиться обтяпывать свои дела так, чтобы комар носа не подточил.

Кто там ещё?! Граф Бесат. Он, конечно, непростительно молод. Едва отпраздновал своё пятидесятилетие, зато проживает сей достойный мужчина далеко на севере и в столице появляется крайне редко. То, что нужно. Мне. Наверное.

Да кого я пытался обмануть?! То, что нужно, это Оливия в моей постели, мечущаяся на простынях и стонущая подо мной. А всё остальное всего лишь мишура, в которой я успешно, или не очень, пытался убедить себя и Морта.

В одном из углов на бархатном диванчике восседала бессменная подруга Оливии — Медиса Лафт с супругом. Разумеется, она улыбалась, глядя мне прямо в глаза, а затем подняла высокий бокал с игристым и отсалютовала, словно читала все это время мои мысли.

— Друг мой, ты решил найти себе еще жертв? — неожиданно раздался насмешливый голос Морта у самого уха.

Вот гад! Нельзя же так подкрадываться! Я ведь чуть ему не двинул.

— Нет. Наблюдаю за настроением зала.

— Ты бы лучше не старикам глазки строил, а обратил свое внимание во-о-он в тот угол, — красноречивый жест друга указал нужное направление.

Проследив взглядом, напоролся на чрезвычайно довольную ухмылку Леониса. Он был уверен в своей победе.

В центр зала вышел судья и поднял руку вверх, призывая участников подойти. Я сбросил с себя рубашку и закатал штанины до середины голени.

Что ж, начали!

Мой противник, продолжая улыбаться, принял стойку, расставив ноги на ширине плеч. И вот тут только я осознал, что совершил, похоже, глупость. То ли в силу длительного отсутствия Леониса, то ли по иной причине, но у меня напрочь вылетело из головы, что этот недостойный обольститель овдовевших красоток когда-то слыл одним из самых сильнейших противников. Я сглотнул. Все ненужные мысли тут же покинули мою дурную голову. Даже если он меня сейчас одолеет, то нужно сделать хотя бы бой красочным, чтобы все поставившие на меня не были разочарованы. Теперь я думал всецело о тактике ведения боя, пытался увидеть слабые стороны противника и, что огорчало, не находил.

— Ну что же вы, герцог, застыли? — усмехнулся граф.

— Предоставляю вам право первым начать поединок, — я постарался, чтобы голос не выдал меня.

Мы уже несколько минут кружили, не нанося удара.

— Тогда позвольте предложить вам альтернативу. Признайте поражение и разойдемся миром, — проговорил Леонис.

Сказано это всё было таким тоном, что уже к концу его монолога я готов был убивать.

Глупое предложение. На что только он рассчитывал, когда думал, что я соглашусь?

— Так и быть, мы замнем сей неприятный инцидент после вашего обещания, что больше не приблизитесь к моей родственнице.

— Ну так что, по рукам?! — лукаво усмехнулся противник.

Что ж, пора было наступать. Противник расслаблен и отвлечен на болтовню. Наивно было думать, что я смогу вывести его из строя своим мастерством. Бился я всегда неплохо, но в данном случае умения должны были быть выше. Нужно либо вымотать графа чередой мелких ударов, но не факт, что данная задумка удалась бы, либо же, улучив момент, нанести сокрушительный удар. Я пока не знал, чем мне предстояло воспользоваться, но любая выпавшая возможность лучше, чем чистый проигрыш.

— Как бы не так! – прорычал я и атаковал Леониса, целясь в подбородок графа.

Знал, что этот выпад, если бы он прошел, дезориентировал противника. Но Леонис легко выставил блок, нанеся молниеносный контрудар, от которого я пошатнулся. Но и то, что досталось на излете, оказалось весьма неприятным. Стоило быть осторожнее. Челюсть неприятно хрустнула, ослепив яркой вспышкой боли. Однако пропущенный удар только раззадорил. Я вновь бросился в атаку, сначала проведя обманный маневр, а затем достав корпус противника. Но и он был не лыком шит. В последний момент сделав подлый подшаг, погасил львиную часть силы удара, приняв корпусом мой кулак, а затем, уже уходя, провел апперкот*. Уклониться или выставить блок я просто не успел, а потому в полной мере ощутил последствия своей плохо продуманной атаки. Из глаз брызнули искры и слезы, потолок на долю секунды приветливо подмигнул, а дальше меня накрыла темнота после жесткой встречи с полом.

Рядом послышались шаги и крики. Секундант отсчитывал десятку, а я силился подняться. На последних секундах это удалось. Выпад — я вновь сгибаюсь от силы, но возрождаюсь, нанеся удар под дых. Леонис отшатнулся, закашлялся. Это не была победа, но гонг оповестил, что бой окончен.

— Кто же выиграл? — донеслись крики из зала, но мне было плевать.

Я выпустил пар и чувствовал себя намного лучше.

— Ничья, — громко объявил судья, за что удосужился гула несогласия.

Я поднял голову. Довольная улыбка Морта говорила, что сегодня он выиграл кругленькую сумму. Что ж, значит, не только мое настроение пошло на взлет.