39

Я поверить не мог, что отправился так далеко. Но все было к лучшему. Мне стоило остыть и принять взвешенное решение: то ли мешать личному счастью Оливии, то ли наплевав на все, броситься в омут с головой и разрушить хрупкий мир собственного спокойствия, которое однажды бы пришло, когда поумерились бы чувства к строптивой красавице, которая разрушала стереотипы и пленила мое сердце.

Решил я, что в одиночку отправляться по поручению мера было глупостью, не смотря на всю секретность дела, поэтому взял с собой Морта. Кто лучше друга мог прочистить мне мозг и заклевать? Правильно, никто.

Но Артель молчал. Всю дорогу просто молчал, чем бесил меня и буквально выводил из себя.

— И ты ничего не скажешь?

— Что говорить глухому? — друг демонстративно отвернулся к окну и сделал вид, что наслаждается пейзажем, мелькающим пока кони, подгоняемые возницей, мчали нас вперед.

— А что ты хотел? Чтобы я заявился на порог ее дома и с нахрапа затащил в койку?!

— Фи, как некрасиво! — в притворном ужасе друг схватился за сердце. — На порог собственного особняка - родового имения — это раз. И не в койку, а в постель — это два! Да-да, мой печальный друг, женщины заставляют нас ухаживать и меняться, а если ты не готов идти на небольшие жертвы во имя гордого знамени любви, то не стоило и затаскивать вдову собственного дядюшки в постель, а потом, не обещав жениться нападать на нее со своими претензиями и высокомерием.

Я готов был рычать и плеваться ядом, но Артель был прав. И это было хуже всего. Он был прав, а я снова выставил себя дураком и полным ничтожеством. Но Оливия с первого дня нашего знакомства буквально проникла мне в душу и все там вывернула наизнанку, перевернув мой мир верх ногами. Это было трудно и не поддавалось логическому осмыслению. Я был зол и был в смятении, был рад и в то же время унижен. Любовь была слишком сложна, чтобы познать ее. По крайней мере мне она давалась с трудом. Но я учился. Надеялся, что это было так.

— И что ты предлагаешь?

Морт посмотрел на меня внимательно и достал бархатную коробочку из кармана сюртука, затем протянул мне.

— Это кольцо, которое принадлежало моей матери. Я всегда ношу его с собой, чтобы однажды, повстречав ту самую не откладывать дело в далекий ящик, а сразу сделать предложение. Возможно, тебе стоило бы попробовать и все исправить, если девица пока готова идти на контакт.

Меня поразило до глубины истерзанной души, что мой разумный и всегда спокойный друг так относился к этой теме. Кольцо? У него? Да я никогда в жизни бы не поверил, что тот, кто так рьяно протестовал против моногамии будет столь романтичен. О, нет. Он не был таким. Холодный расчетливый ум Морта не был способен на это, или я просто плохо знал друга?

— Думаешь, я должен прямо сейчас развернуть экипаж и броситься к ней?

Вопрос был с подвохом, тем более, что мы удалились достаточно далеко от города.

— Я думаю, что тебе стоит отключить голову и включить сердце.

Легко сказать.

Но решаться нужно было сейчас, чтобы потом не пожалеть. А Оливия стоила намного дороже, чем мер и все его поручения. Вот только нужен ли был ей я?

— Вот объясни мне, — Морт всем своим видом показывал свое несогласие с моим решением, — Если тебе нужна Оливия, то почему мы движемся не в сторону особняка, а в прямо противоположную?

Я не сомневался в правильности своего решения. Но нужно было сначала решить пару своих вопросов, прежде чем начинать новую главу в своей жизни.

— Доверься мне, друг мой.

Небольшая остановка в одной из таверен подошла к концу, а нас ждал последний рывок перед целью. Пришлось взять наемных коней, чтобы передвигаться быстрее.

А мчались мы к Золотому утесу, чтобы я нашел кое-что важное и ценное.

Вспомнились глаза Оливии, которые должны было засветиться счастьем, к ним отлично подойдет изумрудный гарнитур. Я знал, что этот подарок должен стать символом моей любви и преданности. Я помнил, как Аластар показывал мне его однажды — это подарок одного из пра-пра своей дорогой супруге, который относился к фамильным драгоценностям. Когда-нибудь, моя Оливия будет купаться в украшениях, а пока я выбрал то, что было символом любви и преданности в нашей семье.

Золотой утес возвышался над морем, словно охраняя свои тайны. Я чувствовал, как ветер треплет мои волосы и освежает лицо. Поднявшись на вершину, я замер, увидев перед собой потрясающее зрелище: древний замок-поместье переливался золотом в лучах заходящего солнца.

Именно тут стояло родовое поместье Салазаров.

Волшебное место наполненное счастьем и любовью. По крайней мере, архитектор и наш далекий предок именно так задумывали это.

Время шло, а я все глубже погружался в свои мысли об Оливии. Вспомнил наши пререкания при каждой встрече, ее смех, который заставлял мое сердце биться быстрее, острый, как ножи взгляд... Вспомнил, как она смотрела на меня, когда мы спорили.

Наконец, я нашел то, что искал. В сейфе лежал старинный ларец, покрытый пылью, копленной годами. Открыв его, я увидел изумрудный гарнитур: колье, серьги и браслет, украшенные драгоценными камнями. Они переливались всеми оттенками зеленого, словно сама природа создала их для Оливии.

Вернувшись в город, я подарю ей этот гарнитур. Ее глаза будут засиять от счастья, а на лице появится улыбка, которую я так любил. Тогда она обнимет меня и прошепчет...

— О, как, — из потока собственных мыслей меня вырвал голос Артеля. — Молодец, я еле угнался за тобой. А теперь…

— А теперь я готов отправиться домой. Но, разумеется, сначала мы выполним поручение мер