9

Адриан, герцог Салазар

Этот ни с чем не сравнимый тонкий аромат цветов и весны я сразу почувствовал. Вчерашняя бурная ночь в особняке Морта вызвала острую необходимость прогулки с утра, чтобы проветрить голову и привести мысли в порядок.

Я знал, кого непременно встречу этим утром. Мистика какая-то, но спорить со своим шестым чувством было бесполезно.

— Ты даешь мне надежду и тут же подрезаешь мне крылья. Прошу, не лишай меня этого, — я услышал хриплый мужской голос, а затем и увидел, как мою родственницу обнимает подозрительный тип посреди улицы у булочной.

Нет, это уже ни в какие ворота не лезло! Только вчера похотливо пожирал глазами, а теперь решил у всего города на глазах заняться ощупыванием?! Убью!

Глаза заволокла кровавая пелена ярости.

— Я лишу тебя зубов, – вырвалось само.

Оливия вздрогнула, а её “кавалер” ощутимо напрягся.

— Тётушка, — процедил я сквозь зубы, — подобное поведение не красит вдову герцога. Как вам не стыдно… – начал я, но осёкся под взглядом, полным ярости.

Я-то рассчитывал на смущение, а тут…

— Какое вам дело до меня?! Не вы ли поддержали поверенного и настаивали на снятии траура? Я свободная женщина в свободной стране! Не стоит теперь мне мешать! – если бы взглядом можно было убивать, то встреча с Аластаром оказалась бы скорой. — Леонис, жду от вас записку с указанием даты и времени нашей встречи. Прошу меня простить, – графу она подарила очаровательную, да что там, соблазнительную и многообещающую улыбку, а по мне полоснула взглядом-кинжалом.

И ведь возразить что-то против её слов не выходило. Права. С какой стороны не посмотри. Этот факт бесил ещё сильнее. А вместе с выражением лица Леониса, еще сильнее выводил из себя.

Противоречивые чувства заставляли совершать глупые поступки, но о них я стану потом сожалеть.

Нам оставалось проводить только взглядом девушку, когда она махнула рукой, и тотчас подъехал наемный экипаж, чтобы увезти ее. Как только он скрылся за поворотом, и Оливия больше не могла даже теоретически видеть и слышать нас, я развернулся к хлыщу.

— Мне бы хотелось, чтобы вы не крутились около моей родственницы. Совсем недавно она лишилась мужа и не понимает, что творит. Ей просто нужно заполнить пустоту в сердце. Не стоит питать ложных надежд, падая ниц перед ее очарованием.

— Я смогу избавить ее от тоски и стереть печаль с лица, — медленно растянул губы в улыбке граф.

Я давал ему шанс, чтобы решить все по-хорошему.

— Оставь её в покое! – рыкнул сквозь сжатые зубы.

— С чего бы это? Оли теперь свободна, а я не женат, – улыбнулся он.

Как же мне хотелось стереть самодовольную ухмылку с его холёного лица!

— Потому что вы, граф, известный аферист и альфонс! Вам нечего ловить рядом с тетушкой!

Мужчина поморщился, словно от пощечины. Его не стоило винить в симпатии к Оливии, но и меня было уже не остановить, а ему следовало сразу внять моим словам.

— А вы, видимо, защитник ее чести? Ну-ну, как же, – хмыкнул Леонис мне в ответ. – Следите за языком, герцог!

— А то что?! – я с трудом сдерживался.

— Быть беде! Вы только что прилюдно оскорбили мою честь! — во взгляде оппонента блеснул нехороший огонек, который лишь разозлил меня еще больше.

Разумеется, в такое раннее утро на улице было немного прохожих. Весь свет еще спал, пытаясь наверстать часы ночного кутежа.

— Этот вопрос легко решаем. Раз ваша “поруганная честь” требует сатисфакции, предлагаю встречу в клубе, на ринге. Высшее общество удовлетворится подобным исходом, – ядовито ответил я. – Но к Оливии не смейте даже приближаться!

— Без вас разберусь! Сегодня. Пять вечера! — процедил он. – Всего недоброго.

Граф развернулся и ушел. Я провожал его взглядом, размышляя, зачем вообще ввязался в эту стычку, но отлично понимал, что эта ведьма с кошачьим взглядом заставит кого угодно плясать под свою дудку, вынуждая совершать глупости. Нужно будет сегодня публично одержать победу, чтобы защитить не только честь Оливии, но и всей семьи. После этого уж точно ни один дурак не посмеет лезть к ней и тревожить мой покой.

Чтобы не терять время, я поймал экипаж и направился в логово Морта. Булочки с утра, как лекарство от похмелья, больше не интересовали меня.

Особняк друга только начал просыпаться после вчерашней попойки. Мы отлично провели время за игрой в карты, а затем Морт решил объявить, что открывает новое производство. Это мы и продолжили отмечать.

Самым странным было то, что, проснувшись на рассвете, я понял, что мне жизненно необходимо прогуляться, и лучшим предлогом послужила покупка кондитерских изделий. Кстати, булочная принадлежала тоже Артелю и находилась в паре кварталов от особняка.

— А ты быстро. Неужели позабыл, зачем выходил?! – с усмешкой встретил меня друг. — Проходи, выпьем.

— Нет. У меня в пять бой. Надо выспаться, – бросил я через плечо, проходя вглубь особняка, сразу обозначая проблему.

— Я что-то говорил о твоей удивительной способности быстро наживать себе неприятности? —  Морт прошел вдоль стеллажа, уставленного разномастными бутылками в темном стекле. — С кем, если не секрет? Да и повод хотелось бы узнать тоже,  а то воображение подкидывает все более странные варианты.

Он остановился у одной из полок и взял в руки бутыль, внимательно присматриваясь к ее содержимому и надписи на этикетке. Все это добро изготавливала одна из его компаний. Чем Морт только не занимался, и спиртное было только частью его увлечений.

— С графом Бидаяри.

— И что вы не поделили в столь ранее время с этим достойным представителем высшего общества? Он позарился на твою булочку? — в голосе друга слышалась неприкрытая ирония. – Или, вернее будет спросить, "кого"?!

Я рухнул на софу, прикрыв глаза.

Нужно было больше спать, тогда и меньше времени оставалось бы на нервы.

— Что-то вроде того, — проворчал я, пытаясь прикрыть лицо подушкой, чтобы спрятаться от пытливого взгляда товарища.

— Весьма познавательно. А главное, какой развёрнутый ответ, – продолжал издеваться он.

— Он обнимался с Оливией у булочной средь бела дня!

— О! Ну это, конечно, меняет дело! – уже откровенно ржал Артель. – Тут задета честь женщины. А позволь полюбопытствовать, мой ревнивый друг, как сложилось так, что в столь неприличную рань вы трое оказались в одной и той же булочной? Признаться честно, когда ты заявил, что хочешь прогуляться до кондитерской, я не придал этому значения, предположив, что тебе нужно просто подышать свежим воздухом, но, как оказалось, ты был честен. Любовь вскружила голову до такой степени, что ходишь за дамой сердца по пятам?

— Я не… – начал говорить, но был прерван на полуслове.

Оправдываться было бесполезно. Просто я знал, что мне нужно пойти... куда-то. Шестое чувство.

— Адриан, ты сам настаивал, чтобы герцогиня нашла себе мужчину и вышла замуж. Так почему тебя так нервируют её попытки исполнить “волю покойного супруга”? Не потому ли, что ты сам грезишь заключить её тонкий стан в свои объятья?! Признайся уже сам себе, что сходишь с ума по тетушке, перестань ломать комедию и объяснись с ней. Нужно время — переедь в ваш семейный особняк. Чаще будете видеться. Может, она и обратит на тебя внимание. Хотя далеко не факт! А уж с твоей маниакальной одержимостью, она, скорее, вызовет представителей гильдии лекарей. Ты же ей шагу спокойно ступить не даёшь! Женщины так не любят, поверь знатоку прекрасного пола, – хмыкнул друг.

Знатоку? Вот как он себя называет.

— Нет. Я еще пешком под стол ходил, когда мы с семьей отдыхали в особняке Салазар, и вернуться туда будет не совсем корректно по отношению к вдове.

— Некорректно?

— Неприлично. Она вдова, я — холостяк... Что о ней подумают в обществе?

Морт замер, изумленно взметнув свои брови. От удивления даже бутылка игристого с громким хлопком, ударила пробкой по потолку.

— Так отметим же это!