Глава 16

Сначала я толком не поняла, что происходит. Радовало, что происходит оно снаружи. Правда, счастье мое длилось недолго: началась беготня, захлопали двери, волей-неволей пришлось выбираться из теплой постели.

Осторожно выглянув в гостиную, убедилась: там не притаился очередной привет Бездны. Чары декана тоже на месте, добросовестно дополняют то, что осталось от входной двери. Сквозь рваные окошки от гарпии – для Ары старались, на уровне ее морды сделали – виднелись ноги. Множество ног. Похоже, всех преподавателей подняли по тревоге, только меня забыли. То ли пожалели, то ли сочли бесполезной.

Хрупкий сон все равно не вернуть, поэтому умылась и, деактивировав чары – ничего сложного, темная ведьма справится, – замерла на пороге. Девственно пустой коридор подмигивал светильниками, но не привиделось же мне.

Я решительно направилась к лестнице. Изначально шумели на улице, может, застану причину всеобщего переполоха. Очень надеюсь, что у нее нет когтей и крыльев.

Ректора я заметила издали и прибавила шагу. Он стоял посреди преподавательского садика, выслушивая чей-то доклад. Свет фонаря слепил, не позволял опознать собеседника. При ближайшем рассмотрении им оказалась Патриция. Тетя изменила привычкам, предстала перед начальством чуть ли не в неглиже, вдобавок растрепанная со сна. Все это наводило на тревожные мысли, даже под ложечкой засосало.

– А, Орланда! – обернувшись, равнодушно кивнул дракон и снова обратил взор на собеседницу.

Он не собирался меня прогонять, и то хлеб. Постою, послушаю, может, пойму, куда делись коллеги. Или по комнатам разошлись?

– Давно она пропала? – деловито, со скрытой тревогой допытывал ректор. – Кто обнаружил?

– Сложно сказать, в том-то и беда! – тяжко вздохнула Патриция, виновато потупившись. – Ушла спать и не дошла. Понимаю, – опустив голову еще ниже, пробормотала тетка, – мне следовало проверить, но студенты такие ушлые, любые запреты обходят.

– Ну, – Тигрий ободряюще положил ей руку на плечо, – не корите себя! Увольнять вас я не собираюсь, накладывать взыскание тоже. Вы им не нянька.

Не ожидала от него. Честно. Думала, Крылатый лорд пафосно отчитает, поиграет властными полномочиями, а он понимающий оказался, душевный. Словно и не дракон вовсе. Вот Патрицию утешает.

Но что же так напугало тетю, кто пропал? Устав изображать пустое место, спросила.

– Студентка, – коротко пояснил ректор.

И никаких подробностей.

– И?

От любопытства дохнут не только кошки. К слову, где моя пушистая красавица? Наверняка устроилась при кухне, предательница.

– Вы устали, – заюлил Тигрий, всячески пытаясь убедить меня вернуться в кровать и заработать амнезию.

– Только от ваших сказок, – парировала я, проигнорировав осуждающий взгляд тетки.

Ну ректор, ну дракон, дрожать и бояться теперь?

– Хм, не любят-таки женщины ушами, – глубокомысленно изрек Крылатый лорд.

Он не обиделся, наоборот смотрел с проблеском интереса.

– Любовь меня волнует мало, а вот пропавшая девочка – очень.

– Раз так, – улыбнулся ректор, – вы мне поможете.

Думал напугать? Ха, я только за. Академия с ее тайнами порядком осточертела.

Тетка была бы не теткой, если бы не облагодетельствовала советом. Разумеется, шепотом, потому как он касался честолюбивого дракона.

– Язык прикуси, колючка! Еще одного скандала хочешь? – прошипела она. – Хватит, достаточно! У милорда терпение не железное, а я с работой помогать не стану.

Ну как ей объяснишь, что Тигрий не сердится, ни капельки. И то, что иначе разговаривать мы не можем. Я честно пытаюсь, но потом из лорда Дарела вылезает дракон и все портит.

В свете случившегося логично осмотреть место преступления. Туда и двинулись: Патриция с фонарем впереди, следом ректор, я замыкающая.

* * *

Общежитие ходило на ушах. Студенты высыпали на улицу и до хрипоты спорили, куда подевалась Элси. Одни ставили на темный ритуал, вторые – на банальный побег. При виде Тигрия бурление стихло. Юноши резко вспомнили, что живут по другую сторону стены, и тараканами расползлись в ночи.

Несмотря на серьезность момента, я улыбнулась. Преподаватели о нравственности радеют, коменданты за режимом следят, а студентам все нипочем.

– Где ее комната?

Дракон решил начать с вещей. Вдруг девушка действительно сбежала? У нее опасный возраст – восемнадцать, одни мальчики на уме. Заверил в безграничной любви, предложил хижину на краю света, а девчонка поверила и сбежала.

Патриция повела нас на второй этаж и запасным ключом открыла обшарпанную дверь.

– Я заперла на всякий случай, – объяснила она. – Вдруг там какие-то улики. Соседок переселила, как раз пара мест пустовала.

Предусмотрительная у меня тетка.

Пока ректор перебирал книги с тетрадями, мы с Патрицией занялись комодом. Не мужчине же трусики и комбинации рассматривать?

Элси оказалась еще той модницей, даром первокурсница. От некоторых соблазнительных комплектов и я бы не отказалась. Выходит, мужчины у Элси имелись, не для себя же она кружева покупала, не для того, чтобы под формой прятать.

– Кавалер у нее явно не из сокурсников. – Я указала тете на очередную темно-красную комбинацию с отделкой из пуха. – Парень в восемнадцать лет такие изыски не оценит. Да и зачем оценивать, когда хочется только…

Вовремя прикусила язык. Разболталась, забыла о Тигрии! Подобные разговоры при мужчинах не ведут.

– Все в порядке, продолжайте, – язвительно отозвался дракон. – Чего там в восемнадцать лет хочется?

От волнения ляпнула еще большую глупость:

– Вам это уже неинтересно.

Тетя тихо застонала и покрутила пальцем у виска. Будто сама не понимаю! Зарылась бы в тряпки, слилась с полом, но не могу, оставалось только краснеть.

– Не ваш цвет. – Тигрий глазами указал на кончики моих ушей. – Если только с отливом в синеву, но тогда трупные пятна получатся. И, – дракон нарочито сделал длинную паузу, широко улыбнулся, не скрывая торжества от маленькой победы, – я не настолько стар, слухи преувеличивают.

Ну вот, теперь я губу вдобавок прикусила. Не столько от смущения, сколько от желания сдержать рот на замке. Постельные подвиги Крылатого лорда и скорость его возбуждения стояли на последнем месте в списке интересных мне вещей. Нечего из себя павлина корчить, лучше бы конспекты Элси внимательнее просматривал! В них можно не только лекции записывать, но и мыслями, переживаниями делиться.

– Вы мне не верите? – Да угомонись ты, лучший трахатель Озольда! – Доказать?

И это при тетке! Совсем совесть потерял! Хотя о чем это я, Крылатые лорды и совесть – вещи несовместимые.

– Предпочитаю иные виды досуга, – буркнула, вновь углубившись в ящик с нижним бельем. – И точно не с драконами.

– Упрямая у вас племянница, – попенял Патриции ректор.

Обескураженная тетка переводила округлившиеся глаза с меня на дракона. Пришлось шепотом успокоить, мол, Тигрий и стенка для меня примерно одно и то же. Если начнет допытываться, ткну носом в Леонтия. Но Патриция поверила, только задумчиво, серьезно так добавила:

– Осторожнее! Ты для милорда точно не стенка.

Зря беспокоится, доверчиво глазки не распахну, в объятия не кинусь.

– Итак, что мы имеем?

Закончив обыск, уселись в кружок: мы с тетей на одной кровати, ректор на другой. Говорил по праву старшинства Тигрий.

– Вырванный лист тетради с нечетким оттиском таинственного любовника и отсутствие какой-либо магии. Сотрудники академии сейчас прочесывают парк и соседние улицы. Не хочу никого обвинять, – дракон нахмурился и сцепил пальцы, – но придется временно посадить одного из преподавателей под домашний арест.

– Нашли какую-то зацепку? – оживилась Патриция и пожаловалась: – Испереживалась я, надеюсь, девушка жива.

– Вот у Леонтия и спросим, – помрачнев еще больше, обронил ректор.

Переглянувшись, мы с тетей задали вопрос одновременно:

– Вы подозреваете господина Грира?

– Пока да, – кивнул Тигрий. – Он уже заводил романы со студентками, да и вещи у Элси дорогие. В женском белье я разбираюсь, такие на стипендию не купишь. Значит, оплачивал любовник. Опять же девушка знала похитителя, не подняла шум. Может, он и вовсе ей свидание назначил. К тому же у нас есть оттиск письма подруге. Имен и подробностей нет, но Элси переживала, не осудят ли ее за роман, подчеркивала, возлюбленный намного старше ее. Улики косвенные, я тоже не верю в вину Леонтия, но обязан принять меры.

На меня словно ушат ледяной воды вылили. Декан не преступник! Интуицию суд во внимание не примет, но зуб даю, все зубы, некромант студентку не трогал! Сомневаюсь, будто он вообще с ней общался вне лекций.

– Милорд, вы в своем уме?! – Слишком смело для обычной преподавательницы, которой без году неделя, но промолчать не могла, особенно после скрытного поведения ректора. Может, он сам похитил девушку, утащил за Грань через воронку силы на чердаке, если она вообще существовала. – Это не улики, а пшик! Так и скажите: мстите господину Гриру. Как же, он посмел выказать открытое неповиновение. И кому – самому Крылатому лорду!

Щеки раскраснелись, грудь высоко вздымалась. В крови бурлил огонь, почти живой, драконий.

Рывком поднялась на ноги и смело шагнула к Тигрию, скинув с локтя ладонь Патриции. Пусть не вмешивается, тетка и десятой доли фактов не знает. А ректора я не боюсь, несмотря на разницу в росте, в гляделки поиграю на равных.

Тигрий отступил под моим напором и досадливо пробурчал:

– Дались вам драконы! Я родителей не выбирал, как и вы своих.

– Кстати, о моем папочке, – ухватилась за неосторожно оброненное слово. Я ощущала себя хозяйкой положения, темная ведьма наконец приструнила дракона. – Зачем вы разыграли тот спектакль? Я хочу услышать четкий ответ, не извинения, отговорки и общие фразы.

Патриция тоже заинтересовалась, перестала прожигать меня укоризненным взглядом.

– Орланда, объясни, пожалуйста, что происходит, – насупив брови, недоуменно потребовала тетка.

– Ничего особенного, – ответил за меня ректор. Минута моего торжества канула в прошлое, от Тигрия снова веяло властью и самоуверенностью. – Ваша племянница пеняет мне за неудачную идею. Я разыскал ее отца и подумал… Вернее, не подумал и едва успел предотвратить грандиозный скандал.

– Вы?.. Орланда, ты его видела?

Патриция побледнела и сползла по стеночке. Спасибо, кровать мягкая, обошлось без синяков.

Ректор отворил окно, неуверенно предложил позвать лекаря. Она отмахнулась – нервы, пройдет. Только вот прежде тетя нежным строением психики не страдала.

– Так, – начиная прозревать, грозно приказала я, – признавайся!

– В чем?

Патрицию не так просто расколоть. Оправившись, она заняла глухую оборонительную позицию. Но я тоже Мей, нашла коса на камень.

– Мне уйти? – Ректор попытался сбежать под шумок. – У вас, кажется, личное.

– И вы в него по уши вляпались, – обрубила я чужую надежду на корню. – Милорд собирается отвечать или снова промолчит? Смотрю, трусость входит у вас в привычку, – намекнула на недомолвки с письмами.

Зрачки дракона полыхнули пламенем. На краткий миг кожа на виске покрылась чешуей. Но Тигрий поборол обуявшую его ярость, ответил спокойно:

– Собираюсь. Но скажу только вам, Орланда. Выйдем? – Он кивнул на дверь.

Тетке крупно повезло: тайны лорда Дарела волновали меня больше ее секретов.

Вышли мы не в коридор, а направились гораздо дальше. Понимаю, на месте ректора я бы тоже не откровенничала в общежитии. Студенты – удивительные существа, в совершенстве освоившие правила иллюзий и маскировки безо всякой магии.

В парке было свежо. Ясное небо намекало, что неделя предстояла морозная. Снег похрустывал под ногами – тонкая корочка, словно сахарная присыпка на пироге. Куда мы шли, не знала, но спрашивать боялась. Я сегодня и так слишком часто открывала рот.

– Взгляните! – Раздвинув ветви ракитника, Тигрий указал на каменную стену. – Здесь училась пропавшая девушка.

Факультет прикладной магии. Не нужно искать табличку, я с детства помнила расположение корпусов академии.

Но что же заинтересовало ректора? Слишком далеко, не вижу: у меня ведь нет драконьего зрения. Кое-как продралась сквозь кустарник и вздрогнула.

Надпись проступала из ночного мрака алыми подтеками. Сначала решила, это краска, но при ближайшем рассмотрении волосы встали дыбом. Всего два слова: «Уйди сам».

– Что это?

Стуча зубами от внезапно нахлынувшей дрожи, обернулась к ректору.

– Адресованное мне послание, – криво усмехнулся он. – Советуют добровольно подать прошение об отставке. Раз в десятый, наверное. Но кровью впервые.

– Так?.. Те письма?..

– Именно, – кивнул Тигрий, обратил взгляд в пространство. – Вы слишком дотошны и упрямы, лучше сказать. Всего лишь анонимные письма с угрозами и нелепыми требованиями. Хотя теперь я верить в совпадения перестал, – мрачно добавил он. – За угрозой всегда следует действие.

– Он сумасшедший! Тот человек, который вам пишет. Нужно его найти!

– Увы! – развел руками ректор. – Можете вдоволь издеваться, поисковая нить обрывается в Меробейте.

– Но есть же духи, – не унималась я, заламывая пальцы. – Преступник появлялся не единожды, они…

Я замолчала под укоризненным взглядом дракона. Ну да, любой маг обратился бы к бестелесным сущностям, как я в самом начале.

Сжала виски ладонями. Как тяжело, как же тяжело! И сколько вопросов! Ладно, выдохни, не смотри на стену и начни по порядку.

– Милорд, вы ведь расскажете?..

– Я уже рассказываю, – усмехнулся ректор. – Письма, надпись, темная магия… В академии слишком много призраков, даже я не знаю точного количества. Кто заметит, если с утра недосчитаются парочки? К примеру, навестив вас, преступник избавился от свидетелей, не сомневаюсь, в остальных случаях он поступал так же. Никто его не видел, все, что оставалось, – тончайшая нить. Я пробовал снова и снова, восстанавливал чужие порталы, но неизменно утыкался в одну из площадей Меробейта. Со мной играет опытный и опасный противник, но теперь, – голос дракона зазвенел сталью, – он получит сполна. Мы замяли убийство Гермии, запечатав сознание обнаружившего ее призрака. Нехорошо, но она была одинокой престарелой ведьмой с дурным характером, я допускал, что с ней поквитались заслуженно. Только… Лимит давно исчерпан, пора скормить мерзавца Грани.

– А как же Леонтий? Вы его подозреваете?

Ответ ошеломил:

– Ни чуточки.

– Тогда почему?..

Я ничего не понимала. Не так давно Тигрий аргументированно объяснял, почему вынужден арестовать декана.

– Ради блага академии и успокоения злодея. Пусть думает, будто я пошел по ложному следу, который он столь любезно подкинул. Заодно родители учеников не станут осаждать кабинет с требованием четвертовать Леонтия Грира. Им много не надо, достаточно слухов и мерзкой колонки в «Меробейтском вестнике». И все, виновный найден. Раз прежде растлевал студенток, то и эту убил. Хотела порвать с ним, он рассвирепел и всякое такое. Опять же подруга Элси письмо предъявит… Пусть лучше Леонтий посидит в четырех стенах.

Я поневоле признала правоту дракона, хотя жалко некроманта. Он едва от одних обвинений оправился, а тут следующие.

– Но вы ведь его не уволите? – с надеждой заглянула в лицо Тигрию.

Глаза дракона блеснули.

– Что-то сильно вы о судьбе начальника печетесь, – скривил он уголок рта. – Мне это не нравится.

Как именно ему «не нравится», ректор продемонстрировал обжигающе ледяным тоном.

Я его собственность, игрушка? Какая разница, какие отношения связывали меня с Леонтием?

Так и ответила. Дракон хищно усмехнулся и, не успела я даже пискнуть, сдавил в объятиях. Нежности в них не наблюдалось, правильнее назвать их тисками.

– Запомните, Орланда, – склонившись к самому уху, прошептал Тигрий, – меня это касается и всегда будет касаться. Как любые другие действия моих подчиненных. Привыкайте!

Дракон резко отпустил меня, и я едва кубарем не полетела на землю. Ну и силища у него! Представляю, какой боевой захват у крылатого ректора.

– А с вашим отцом все просто, – невозмутимо продолжал Тигрий. – Хотел обеспечить благами, полагавшимися вам по рождению. Признанный ребенок Крылатого лорда – уже не безвестная сирота. Опять же материальное положение резко улучшится, круг знакомств изменится. Но раз вы по-прежнему ненавидите отца, его имени и титула не назову, пытайте тетку.

Значит, не только мне показалось, Патриция действительно кое-что знала.