Глава 22

– Хм! – только и смогла вымолвить я.

Кровать опостылела, хотелось на волю, но лекарь настаивал на постельном режиме. Будто я студентка, а не маг с достаточным резервом восстановления! Приходилось радоваться редким визитам и редкой же возможности узнать последние новости. Но я твердо решила: сегодня же встану.

– Сама видела! – кивнула Берта и со вздохом посетовала: – Плохи наши дела!

Я так не считала. Тигрий не из тех, кто позволит сместить себя с должности. А визит городского руководства… Шила в мешке не утаишь, вот и наведались с профилактической беседой. Леонтий формально отстранен от работы, Элси нашлась – нечего чиновникам предъявить ректору.

– Еще Ванесса пропала! – Сегодня секретарь была особо словоохотлива, с успехом заменяя Ару. – Как в воду канула! Скорей бы вы поправились, а то господин Олбек с ума сойдет.

– Что, довели ведьмочки? – добродушно усмехнулась я.

Выходит, Тигрий не распространялся, куда пропала стихийница. Я бы на его месте тоже не стала, поэтому изображала полное неведение. Представляю, как разохается та же Берта, когда узнает правду! С ее-то кровью – и проворонить дурно пахнущее во всех смыслах слова существо.

– Угу, – кивнула секретарь ректора. – И не только. Он демонолог, а некромантия – немного другое. Опять же господин Грир в ежовых рукавицах мальчишек держал, будь они хоть трижды аристократы. Сами понимаете, какой авторитет у исполняющего обязанности?

Очень хорошо понимала: такой же, как у меня на самой первой лекции.

Сжалившись над Марцием – ему действительно несладко, – я пообещала:

– Передайте господину Олбеку, что я проведу теорию третьей парой.

– А как же?.. – Берта обвела рукой кровать и столик со всевозможными микстурами.

Меня лечили основательно, словно я собиралась умереть. Ничего такого даже в самых мрачных снах я не планировала, поэтому нагло игнорировала общеукрепляющие, разжижающие кровь и прочие средства. Зато они пришлись по вкусу цветку – очередному подарку Тигрия. Я сначала обиделась, но потом признала: мухоловка лучше роз. Во-первых, полезная. Во-вторых, практически разумна. В-третьих… Вот за этот тонкий намек на меня, любимую, я пообещала дракону кривое зеркало на Новолетье. Мерзавец фыркнул и заверил, что обрадуется любому подарку, если это не проклятие или заявление об увольнении. Последнего Тигрий точно не дождется, а над первым я подумаю. Может, действительно немного подпортить идеальную ауру дракона? Проклятия бывают разные, можно и вечной страстью наградить. К тому же зеркалу.

– Надоело! – поморщилась я. – Да и непатриотично отлеживаться в постели, когда люди пропадают.

Дождавшись ухода Берты, спустила ноги с кровати и доплелась до ванной комнаты. Оттуда на меня смотрело чучело, в котором слабо угадывалась темная ведьма. Эх, не отказалась бы я сейчас от арсенала Ванессы!

Руки чуть подрагивали, а ноги пошатывались, но упрямство победило.

Прихватив блокнот и карандаш, решила наведаться к Леонтию. Вряд ли некромант открыто шастает по академии в самый разгар занятий. Раз так, наконец улучу момент с ним побеседовать.

Однако разговор состоялся не в том месте и не в том составе, как я планировала. На пороге собственных апартаментов я столкнулась с одной из подопечных.

– Что-то случилось, Алма? – Я обеспокоенно вгляделась в серьезное девичье лицо.

Сердце сжалось. Только бы никто не пропал! Лично найду мерзавца и прокляну девяносто девятью способами, хоть один да сработает.

– Господин ректор велел вас позвать.

Ведьмочка с интересом рассматривала меня, наверняка подмечая малейшие следы недавнего недомогания. Глаза светились от любопытства, и Алма не выдержала, спросила:

– А что с вами случилось, госпожа Мей? Вы такая бледная!

– Отравилась. Не все рестораны одинаково безопасны. – Широко улыбнувшись, я подмигнула и разрушила мечты о продолжительных каникулах: – Но мне уже лучше, сегодня встретимся.

Лицо Алмы потемнело, хотя на словах она порадовалась моему выздоровлению. Все студенты одинаковы, я тоже бы расстроилась.

Солнечный свет больно резанул глаза. Пошатнувшись, вцепилась в перила, но дурнота быстро прошла. Расправив плечи, я уверенно пересекла двор, сознавая: сзади пристально наблюдает Алма. Да и не только она. После недавней колонки Ванессы моей скромной персоной не интересовался только ленивый. Догадываюсь, студенты тоже читали «Меробейтский вестник», хихикали, тайком обсуждали. И если девочки ограничатся взглядами, старшекурсники могут дойти до похабных предложений. Словом, мне требовалась идеально прямая спина и не менее идеальное спокойствие, хотя бы внешнее.

Путь до кабинета ректора занял больше привычного времени: откат давал о себе знать. На лестнице и вовсе замучила одышка. Но вот, наконец, приемная. Ввалилась в нее, словно старая бабка, и без спросу налила себе воды – Берта куда-то отлучилась.

– Я бы сам зашел, зачем, Орланда?

На пороге кабинета возник Тигрий. Ну и слух у него!

Ректор выглядел неважно: в несвежей помятой рубашке, без пиджака, с взъерошенными волосами. Белки глаз покраснели, свидетельствуя о бессонной ночи. Чиновники наверняка списали все на очередную красотку, но я-то знала, что дракон выслеживал преступника.

Развела руками:

– Мне сказали прийти, и я пришла.

– Вообще-то я просил передать, что хочу с вами поговорить. Думал, вы оденетесь, и я спокойно вас перенесу. Студенты опять все напутали.

Рассмеялась:

– Ничего, не развалюсь от усердия!

– Да я тоже. Одним порталом меньше, одним больше…

Я навострила уши. Похоже, за закрытыми дверями меня таки посвятят в происходящее, или я сыграю в ту же игру. В смысле одним проклятием меньше, одним больше…

Тигрий воровато убедился, что никто не спешит штурмовать приемную, и втащил меня в кабинет. Не удивлюсь, если на полу остались следы от каблуков – тормозной путь ведьмы. Причина столь странного поведения ректора обнаружилась быстро и звалась Леонтием Гриром. Декан темного факультета нагло расхаживал по чужому кабинету, бросая косые взгляды на ту, которая прежде звалась Ванессой Шауб. В уголке, нахохлившись, словно мышка, притаилась Элси.

Я благодарно взглянула на мужчин. Спасибо, что не сняли сливки в одиночестве.

– Прошу! – Ректор с барского плеча уступил свое кресло.

– Э-э-э?

Неловко мялась рядом, не решаясь занять чужое место.

– Мне все равно придется вставать, – настаивал Тигрий, – а вам тут удобнее, все видно и слышно. Ну же, – подначивал он, – отомстите дракону, отберите у него трон.

Ну раз так предлагают, соглашусь, только пусть не обижается, если откажусь возвращать начальственное кресло. Тут сиделось по-другому, поневоле просыпалась властность. Пусть кресло и не артефакт, но за столько лет волей-неволей впитало часть силы былых владельцев.

– Осторожнее, милорд! – усмехнулся Леонтий. – Госпожа Мей слишком хорошо смотрится за вашим столом. Как бы не стала первой ректоршей академии!

Тигрий чиркнул по мне взглядом, словно пытался уличить в крамольных мыслях. Ответила самым невинным выражением лица и с замиранием сердца провела рукой по лакированной поверхности. А что, давно пора восстановить равновесие, допустить женщин на руководящие посты. Опять же с чиновниками договариваться удобнее. Тигрий берет силой, а я справлюсь кокетством. С другой стороны, столько мороки! Нет, останусь простой преподавательницей, милостиво оставлю дракону руководящую головную боль.

– Шутки в сторону! – Голос ректора заставил подобраться. – У нас не так много времени, чтобы оценивать чужие перспективы. Есть какие-то подвижки?

Он перевел взгляд на декана и приблизился к Ванессе. Та сошла бы за пособие по некромантии. Тщательно скрываемый стихийницей возраст проступил пигментными пятнами, особенно ярко выделявшимися на синюшной коже. Волосы Ванессы частично побелели и отваливались клоками, как у Ары во время линьки. Морщины избороздили лицо, пальцы скрючились. И только глаза остались прежними: потухшими, но злыми.

– Не беспокойтесь, – уловив мой страх, заверил Леонтий, – она не тронет.

В подтверждение своих слов он на мгновение сделал видимыми нити, связывавшие его с подопечной.

Тихо всхлипнула в своем уголке Элси. Представляю, каково ей! Нужно бы подсесть, поговорить, но сначала Ванесса. Когда все закончится, попрошу Леонтия на несколько минут подарить ее мне и хорошенько отомщу за каждое лживое слово, каждое оскорбление.

– Идиоты! – О, у нашей покойницы сохранился гонор! Хотя уж ей-то слова не давали. – Он вас все равно уничтожит, вы его никогда не достанете!

Ректор лениво перебросил с ладони на ладонь сгустки пламени. Ванесса разом притихла, съежилась. Понимала, чем грозил ей драконий огонь.

– Единственная идиотка здесь вы, – припечатал Тигрий и поднес руку к лицу покойной стихийницы.

Та отшатнулась, попыталась сбежать, но магия Леонтия намертво пригвоздила ее к месту.

– Согласен с вами, милорд, – вступил в разговор декан. – Как любая другая женщина, фанатично гонящаяся за молодостью. Сколько вы всего перепробовали, а, Ванесса? Довели свою ауру до жуткого состояния. Я предупреждал: добром не кончится, после смерти станете нежитью. Но вы не слушали, еще и в невесты мне набивались. Не глупо ли? И эта месть… За что вы так ненавидели коллег?

– За то, что они мелкие и никчемные, – заскрежетала зубами Ванесса. – Я хотела поставить их на место.

– Поэтому радостно согласились на предложение Вальбура?

Слова Леонтия ударом плети рассекли воздух. Стихийница замерла с открытым ртом, уставившись на бывшего начальника непомерно огромными зрачками.

– Да, – улыбнулся тот, – я не дурак и не такой уж плохой некромант, сумел сложить два и два. Девушка, – кивок на Элси, – любезно снабдила нас описанием любовника, остальное я выудил из вашей памяти. Напоминаю: вы мертвы, Ванесса, значит, в полной моей власти. Так ка́к, – Леонтий положил локоть на каминную полку и подпер ладонью подбородок, – яд сами готовили или Вальбур передал?

– Сама, – сокрушенно пробормотала Ванесса, растеряв былой боевой пыл.

– Элси, – обращаясь к студентке, назидательно заметил декан, – вот что бывает, когда человек халатно подходит к делу и плохо знаком с его тонкостями. Уверен, госпожа Мей, – тут мне пришлось покраснеть, – справилась бы лучше, не взяла бы банальную белладонну.

– То есть это Ванесса?..

Хотя чему я удивляюсь, сама же догадалась, кто меня на полигоне магией смерти пугал.

– Ванесса, Ванесса, – подтвердил Леонтий. – Она мастерица на все руки. А талант стихийницы помог провернуть остальные вещи. Как просто чуть пошевелить пальцами, чтобы обрушить люстру!

Схватившись за голову, я застонала. Остановив кинувшихся ко мне мужчин, заверила, что вою только от собственной бестолковости.

Люстра темного факультета, днем!.. Орланда, где были твои мозги?!

– Она и подвела госпожу Шауб, – успокоившись, вернулся к прерванным объяснениям ректор. – Ванесса рассчитывала на мою смерть, поэтому сработала халтурно. Магия стихийника читалась за раз.

– Кто же знал, что вы не сдохнете! – заскрежетала зубами мумия.

– Вот поэтому, – Тигрий снисходительно глянул на бывшую подчиненную, – вы и не дождались ни похвал, ни повышения. Господин Ант подобных промахов не допускал, а вы то неправильный яд выберете, то следы за собой не подчистите.

– Зато ее, – Ванесса кивнула на меня, – я напугала знатно. Дурочка ринулась разбираться со студентами – напыщенная курица! Видела, как она пыжилась, крутую ведьму из себя изображала. Мол, и магию смерти-то она преобразовывать умеет! Вот я ее и подкинула, раз такая умелая.

Выходит, изначально госпожа Шауб не собиралась на меня покушаться, проходила мимо. Куда же она несла колбу с магией смерти? Схожий вопрос пришел и в чужие головы. Ответ обескуражил:

– Я ее собирала и очищала для Вальбура. После некромантов всегда много оставалось. Как раз закончила с очередной партией, направлялась в город, а тут эта пигалица…

Ничего себе поворот! Целая теория рухнула!

– Подытожим. – Временно запечатав рот Ванессе, Леонтий обернулся к ректору. – Никаких посторонних на территории академии во время занятий не было, обнаруженные нами улики – свидетельства преступной деятельности госпожи Шауб. Зато теперь понятно, что знакомого я увидел. Положим, магия смерти Ванессе не принадлежала, так, сборная солянка, но катализатор и вектор разрушения ставила она.

– Позвольте, – нахмурился Тигрий, – такое под силу только опытному некроманту. Госпожа Шауб ни в коей мере…

Вместо ответа декан залез в карман и продемонстрировал перстень с темным камнем.

– Хорошая штука, верно? Подарок Вальбура. При всем предубеждении, госпожа Шауб занятия не прогуливала, ей следовало просто помочь преобразовать теорию в практику. Вальбур еще в студенческие годы баловался артефактами, что для него в зрелые годы подобная мелочь! Не делать же самому грязную работу! Вальбур играл исключительно главные партии, а не рисовал проклятия.

В голове закрутились невидимые шестеренки. Выходит, наш злодей – былой приятель Леонтия. Но зачем ему убивать Гермию и покушаться на ректора?

Я попросила декана вернуть Ванессе голос и попыталась прояснить важный момент:

– Где и как вы познакомились с господином Антом?

Ответ, возможно, прольет свет на мотивы преступления. Вряд ли Вальбур затеял столь сложную комбинацию из-за юношеских обид.

– В аптечной лавке. – Ванесса не желала отвечать, но ей не оставили выбора. Нити магии некроманта натянулись до предела и сияли безупречно черным цветом. Они напоминали змей, так же переплетались, душили жертву. И меня заодно: от большой концентрации магии смерти разболелась голова. – Я покупала очередной крем, господин Ант окликнул меня.

– Стоп, – нахмурился ректор, – он знал ваше имя?

– Ну да. Сказал, что видел меня прежде, что лорд Нерий не раз лестно отзывался обо мне.

Не лежится покойному ректору в гробу, вечно он тянет руки к живым!

Как голова ноет! Все хуже и хуже. Вдобавок тошнота прибавилась.

– Спасибо, милорд Дарел, господин Грир. – Как ни уютно в ректорском кресле, нужно встать. Скоро обещанная лекция, обдумаю все на досуге, заодно избегу позора. Сомневаюсь, будто Тигрию понравится, если меня вырвет на его чернильницу. – Одно лишь скажите: чем Вальбур ее купил?

– Вечной молодостью. Обманул, разумеется.

Еще бы, оставлять свидетелей, а тем более сообщников преступник не собирался. Только самовлюбленная идиотка вроде госпожи Шауб могла связаться с некромантом. Моя Ара и то бы смекнула, что ей уготовано.

– Вы куда? – обескураженно переглянулись мужчины, заметив мои поползновения в сторону двери.

– Спасать учебный процесс. Репутация академии и так не ахти, не хочу уронить ее еще ниже.

Помедлив, стыдливо добавила, отведя глаза:

– Я не люблю магию смерти. Вам привычно, Леонтий, а у меня все тело липкое.

Декан сочувственно кивнул, не поднял на смех. Хотя постыдного тут ничего нет, ведьмы другие, чувствуем мы тоже иначе.

– Сейчас!

Выглядела я так себе, если Тигрий поспешно распахнул окно. Поток свежего воздуха ворвался в комнату, чуть притупив дурноту. Но слушать про ритуал я все равно не собиралась, оставлю кровавые подробности мужчинам. Жаль бросать Элси, но она взрослая девочка, не соблазненная злым дядечкой ромашка, справится. Умеешь белье покупать, умей и за поступки отвечать.

– Я вас провожу, Орланда, – решительно заявил ректор, с тревогой всматриваясь в мое лицо. – И, если сочту нужным, отправлю обратно в кровать.

Злобно, от нервов, окрысилась:

– Да не больная я, просто магии смерти надышалась. У Леонтия спросите, как она на ослабленный организм действует.

– Леонтия, значит, – мрачно процедил дракон, мало заботясь наличием свидетелей. Хотя Ванесса не в счет, а Элси слишком занята собственными переживаниями, чтобы отвлекаться на чужие. – И давно вы столь близки?

Хотелось побиться головой об стену, даже слабость прошла. А вот кому-то студеный ветерок заморозил мозги. Решить, будто мы с деканом!..

Некромант оказался со мной солидарен и посочувствовал:

– Я не знаю, насколько у вас с милордом все серьезно, Орланда, но драконы ревнивы. От греха обращайтесь даже к столбам на «вы» и исключительно по фамилии.

Тигрий мысленно оставил от подчиненного горстку пепла и процедил:

– У вас определенная репутация, господин Грир, гораздо хуже упомянутых столбов. И, как выяснилось сегодня, крайне богатая фантазия. Меня всего лишь волнуют отношения внутри коллектива, еще одной колонки в «Меробейтском вестнике» академия не переживет.

– Не беспокойтесь, – сжалилась я над ректором, – господин декан совершенно равнодушен ко мне. Я плачу ему тем же. А теперь можно уйти?

Точнее, сбежать от блондинистого собственника. Еще никто, а уже ревнует.

– Можно, – разрешение мне милостиво дали. – После договорим, госпожа Мей.

Ладно, подготовлю ведро холодной воды – она помогает настроить мысли на нужный лад.

Напомнив о необходимости хранить в тайне все происходящее, Тигрий достал ключ и огорошил:

– Вы мне уже два свидания должны. Раз здоровы, сегодня же первое стребую.

Шантажом ректор не ограничился и, загородив от присутствующих, нагло поцеловал. И как – губы огнем опалило. Быстро отстранившись, Тигрий с невозмутимым видом открыл дверь. Ответить на наглость я не могла: в приемную вернулась Берта. Не хватало устроить бесплатное представление!

Ужом выскользнула из кабинета, отправляя платье.

– Ой, а что вы здесь делаете? – скользнув по мне взглядом, удивилась секретарь.

Сомневаюсь, будто от нее укрылся мой неряшливый вид и пятна на щеках.

Отмолчаться бы не вышло, ответила правду:

– Ректор к себе вызвал.

Берта нахмурилась. Понимаю, еще недавно я лежала в постели, а тут тайком скачу по чужим кабинетам.

– Дело чрезвычайно важное, – зачем-то добавила я.

Лучше бы молчала!

– Ругал? – улыбнулась секретарь и понимающе кивнула. – Вы вся красная!

Представляю, о чем она подумала: ректор с молоденькой преподавательницей заперлись, а потом девица выскочила помятая.

– Душно! – соврала я и жадно уставилась на графин с водой. Выпью весь!

И пусть Тигрий только попробует прийти без нормальных цветов, бесплатно за Вальбура работу доделаю и спишу на аффект.

Вот ведь дракон, залез мне в душу! А ведь есть и другой, с которым нужно познакомиться. Но не сейчас, сейчас у меня забот хватает. Сначала разберусь с одним, потом примусь за второго, а между ними объясню господину Анту, что темным ведьмам очень не нравятся покушения. Еще больше, чем самовлюбленные и божественно целующиеся блондинчики.