19. Ступени ци

Тай Янхэй почти полностью погрузился в медитацию. А когда выныривал, ему, по всей видимости, было очень больно. Он лежал без движения или орал на всех подряд.

Во время одной из медитаций Тай Янхэя я сменила красные маленькие фонарики на прямоугольные белые. Они светили ярче, правда, меньше помогали от злых духов, но, насколько я поняла, кроме Тай Янхэя, тут злых не было.

Во время другой медитации в сундуке Тай Янхэя я нашла десяток алых злодейских масок, одна уродливее другой. Все маски были сделаны из фарфора с изумительным изяществом. Прикоснувшись к одной из них, я почувствовала течение ци. Они не только скрывали лицо, но и защищали хозяина.

Потом сушила кухню после очередного кулинарного шедевра. Пришлось немного улучшить вытяжку, иначе огонь коптил потолок. Кухарки уже не ругались со мной, они тихо молились при моём появлении.

Слава всем двенадцати экспонатам зоопарка, мне Киалиан не мешала, а даже помогала.

Я знакомилась с замком и с людьми, его населяющими. Вливалась в его жизнь и становилась его частью.

Юйсан располагался на Пике Величия, среди изрезанных временем скал с узкими тропами между ними.

По сути это была крепость, обнесенная стеной, высеченной из серого камня. Она сливалась с суровым пейзажем и казалась продолжением отвесных гор.

Внутри крепости стоял двухэтажный дом с изогнутой крышей под манер китайских храмов, только стены были не деревянные, а каменные. Двор украшал сад с редкими низкими деревьями и голой каменистой землёй, а задний двор был завален камнями и остатками поместья Тай.

Пик Величия — бесконечная гряда гор, покрытых вечным туманом. Эта страна считалась проклятой, потому и туман из неё никогда не уходил. И заставлял жителей болеть и чахнуть.

Замок стоял на вершине одной из гор, к нему вела извилистая тонкая дорога, заканчивающаяся железными воротами, ниже у подножия горы ютился небольшой городок. Домов пятьдесят, не больше.

— Всё, что осталось от рода Тай, — с грустью сказала Киалиан.

Угрюмое настроение людей пропитало и стены замка. Мне это не нравилось.

Первым делом я выкинула все тяжёлые шторы, закрывающие окна в замке. Тай Янхэй предпочитал тень и тьму, я же дала солнцу возможность просветить комнаты насквозь. Мы согласовали у Тай Жонга покупку семян и деревьев, решив восстановить заброшенный парк.

Скромных знаний Джии оказалось достаточно, чтобы высадить около сотни новых растений.

Всех их Го мужественно перепробовал на вкус.

Он в последнее время стал немного послушнее и даже научился понимать команды. Такие, как «нельзя», «фу», особенно его радовал призыв «есть». Вот уж что он мог расслышать и понять в любой момент.

Он выучился прилично плеваться и попадал в цель с расстояния десяти метров. Я была уверена, что это не предел, и понукала кролика стараться лучше, приманивая дайконом и сахарными шариками, за которые Го мог душу свою белохвостую продать.

В теории от его плевка должна была окаменеть лошадь средних размеров, но так как лошадей мне было жалко, несмотря на то, что слюна пока была безопасной, мы с Го периодически гуляли по замку в поисках жертвы. Пара птиц и три крысы — наш с кроликом список боевых побед. Но ещё не конец дорамы.

Больше всех от тренировок Го страдал Бай Су, решивший следить за моими передвижениями. Его кролик невзлюбил особенно и при любом удобном случае оплёвывал с головы до пят. Джия замучилась извиняться и отмывать генерала.

Во время одной из прогулок по территории замка я забрела на конюшню и увидела там чёрного коня из лабиринта. Оказывается, Тай Янхэй не только заботился о нём, но и выделил ему несколько стойл.

Джия рассказала, что господин надеялся, что монстр покроет кобыл из его стада и подарит сильных жеребят.

Интересная задумка, но конь, как и Го, не очень-то шёл на контакт. Огрызался и слушался только Тай Янхэя. Скорее всего, это было связано с отпечатком ладони на морде жеребца. Тай Янхэй подчинил себе монстра силой ци.

Мой злодей просто неподражаем в своей силе.

И как-то незаметно получилось, что все в замке, даже Киалиан стали советоваться со мной по поводу блюд и домашних дел.

Даже Тай Жонг первым делом шёл не к Тай Янхэю, который все дни проводил наедине со своей новой силой, а ко мне. Потому что, неожиданно для меня, моё мнение не противоречило желаниям господина. Более того, мои пророческие навыки могли предугадать его предпочтения.

Да и сам Тай Жонг оказался дядькой умным и сообразительным.

Если бы не его сыночек, что постоянно крутился рядом, вообще цены б не было.

И самое главное — Тай Янхэй доверил мне должность личной предсказательницы и косметолога. Последнее я отдельно долго и упорно выбивала через желудок.

В смысле выяснила, чем питаются заядлые злодеи, и наготовила еды уважаемому кумиру целый чан маленьких пельмешек. Они пошли лучше, чем драники, Тай Янхэй даже показал мне, как использовать ци без глобального намокания.

Правда, это произошло скорее потому, что я опять утопила кухню, а Бай Су донёс на меня, упорная, преданная сволочь.

Тай Янхэй устал от моей бесполезной ци и заставил медитировать вместе с ним.

— Сядь рядом и закрой глаза, — потребовал злодей, устроившись посредине зала медитаций. Белые фонарики, развешанные под потолком, и полумрак навевали романтическое настроение.

Я бы лучше легла рядом. Но делать нечего.

Я вздохнула и уселась в позу лотоса рядом со своим злодеем.

— Услышь зов силы, — приказал Тай Янхэй.

Я вздохнула.

Я слышала зов голода и зов любви. Ещё немножечко зов приключений. Это пятой точке на месте ровно не сиделось. А вот ци…

— Сосредоточься, — шикнули на меня.

Я сосредоточилась на разглядывании профиля моего злодея.

Тай Янхэй сильно похудел, щёки втянулись в череп, и теперь его было даже жалко. Рваные ресницы прокладывали такие тени под глазами, что становилось жутко. Даже уши у него похудели, если такое вообще возможно. Он превращался в Кощея Бессмертного. А я этого допустить никак не могла.

— Ну что ещё? — недовольно прошипел Тай Янхэй, не открывая глаз.

— Нос чешется. И ноги затекли. Я честно старалась, но, видимо, мастер из меня плохой.

— Молчи. И распредели потоки.

Я представила себя огромной катушкой Тесла с разрядами тока и демонической силой, способной согнуть любого в бублик.

— Фэй тебя раздери! — крикнул Тай Янхэй, отбивая мою магию и вскакивая на ноги. — Вода — самый простой элемент в системе! Почему ты такая тупая?!

Я перестаралась, и с потолка закапал противный мелкий дождь.

И тут я поняла, что прекрасно пользуюсь телефоном, интернетом, неплохо тренирую кроликов и довожу генералов до заикания, а вот сила ци и приручение злодеев — это прям не моё.

— А можно эту штуку заблокировать как-то? Бесполезная я… — попросила смиренно. Буду среднестатистической кухаркой, потесню Киалиан, раз уж суперсила мне не светит.

Тай Янхэй поддел мой подбородок двумя пальцами указательным и безымянным, заставив посмотреть на себя, и произнёс:

— Ты изменчива как вода. Нет препятствий — она течёт. В четырёхугольном сосуде она четырёхугольная; в круглом — круглая. Оттого что она так уступчива, вода сильнее всего. Вода лёгкая и простая в управлении, но эффективная. И ты ведёшь себя так же, как вода.[33]

Я хлопнула ресницами.

Можно ли это засчитать за комплимент?

Тай Янхэй так пытается меня подбодрить? Или…

Я забыла, как дышать. Время растянулось тугой пружиной. Горячие подушечки пальцев на моей коже, казалось, оставляли ожоги.

По законам дорамы Тай Янхэй должен был сейчас меня поцеловать.

— Овладеешь ци — овладеешь судьбой, — закончил Тай Янхэй, резко отпустил меня и отсел подальше, чтобы дождь не попадал на него.

А я чуть не хлопнулась подбородком об пол, потому что уже прикрыла глаза и вытянула губы в трубочку.

Но в этом зале был человек, на которого законы дорам не действовали. И это была не я.

* * *

Четвёртая ступень ци выражалась в бессмертии. Я была уверена, что это означало что-то вроде быстро заживающих порезов и устойчивого иммунитета. Но у Тай Янхэя это выглядело как побелевшая кожа и постоянная температура с периодическим возгоранием.

После очередной такой вспышки, когда опять пришлось чинить комнату, Тай Янхэй доверил мне наложить питательную маску на его божественную лысину.

Я знала, волос это Тай Янхэю не прибавит, но наврала, что от неё мозг будет лучше работать, а сама втихую потискала уши и шею моего злодея.

Он всё так же был холоден со мной, но теперь разрешил мне наравне с Киалиан появляться в его комнатах и даже делать массаж, тушить огонь и рассказывать о том, что произойдёт.

И это я-то не могу контролировать силу?

Мы вдвоём с ним практически разрушили замок. Ещё немного, и в каждой комнате заквакают лягушки.

Го сидел рядышком и поглядывал голодным взглядом на пальцы Тай Янхэя, тягучая синяя слюна пачкала пол. Го не желал жить в клетке — перегрыз уже шестую и долго на меня обижался за попытки ограничить его. Пришлось взять белохвостого с собой.

Тай Янхэй, по словам Киалиан, позволял мне очень много. Ни с кем из женщин до этого он не вёл долгих бесед, таких, как со мной. Ни с кем не делился мыслями. Никому не позволял касаться своего лица.

Мой злодей лежал на своей новой кровати, закутанный в шёлковый чёрный нижний халат, и дремал, пока я колдовала над ним.

Я смешала мёд и молоко, надеясь, что это хотя бы вернёт моему злодею здоровый цвет лица.

— Ты сказала, что я убью тебя ради мести Лун Ли, поэтому ты решила примкнуть ко мне? Чтобы не умереть? — задумчиво спросил Тай Янхэй.

Он постепенно свыкся с силой, но был слишком измучен, чтобы сопротивляться мне и моим косметическим извращениям.

— Если бы меня заботила собственная жизнь, я бы свалила в Царство Кролика и тихо сеяла себе огород. Но мне хочется быть рядом с вами, — честно призналась я злодею.

Я несколько раз провела пальцами по шраму Яна, тщетно пытаясь стереть грим. И с грустью признала: да, это не грим. Всё-таки Тай Янхэй навсегда останется с отметками огня на лице. Хотя можно закрасить их белилами, но идеальной кожи айдола ему не видать.

— Не трогай, — зарычал Тай Янхэй, перехватывая мою руку.

— Это часть вашего образа, — покачала я головой. — И для меня вы прекрасны, — выдохнула тише, ощупывая лысый череп Тай Янхэя, но злодей услышал и ответил устало:

— Ты, верно, слепа. — Казалось, жемчужина отняла его силы, а не наоборот: Тай Янхэй стал более агрессивным, нервным и уставшим, пальцы его мелко дрожали даже самым ранним утром.

— Вот и нет. За гримом и париками не спрятать идеального лица. Вы внутри очень красивый.

— Да? Внутренние органы имеешь в виду?

— Внешность не имеет значения! Я лично никогда не видела никого прекраснее вас. — Я кашлянула и подправила маску на лице Янхэя.

Говорить злодею, что он красавчик, было определённо опасно для здоровья.

— Зверь, обеспечь Ланфен такую же гадость на лице! — буркнул Тай Янхэй, но Го проигнорировал запрос.

— Он слушается только меня! — гордо сообщила я. — Го, фас! — приказала кролику и указала на злосчастную вазу из белого фарфора.

Только хвост мелькнул. Го с безупречной скоростью и меткостью попал в… меня, синяя жижа налипла мне на глаза. Кожу защипало.

— Ты мертва, — зловеще пробормотал Тай Янхэй, приподнимаясь на локтях. И, увидев моё вытянувшееся от ужаса лицо, едва заметно улыбнулся. — Ты приручила одного из двенадцати, Ланфен.

Тай Янхэй уселся на кровати и подозвал к себе Го. Но белые уши только плотнее прижались к белому тельцу, кролик забился под кровать, оставив после себя россыпь страха.

— Но над меткостью стоит поработать. Едва талисман перестанет действовать, ты умрешь.

— Го никогда меня не укусит! — возразила я порывисто.

— Твоя уверенность поражает. Потом переставлю твою статую в сад.

— Но вы же меня не убили.

— Я почти жалею об этом. — Тай Янхэй показательно вздохнул. — И заметь, второй раз за день.

— Вы… Вы… Есть предложение подлечить вашу кожу! — резко выпалила я, не зная, чем ещё ответить на подначки злодея.

Тай Янхэй посмотрел на меня так, будто я должна была умереть ещё год назад, но всё ещё по земле нагло топаю и глупости смею говорить.

— Никогда. Ю Ланфен, всё, что ты видишь, — печати моей жизни, — он обвёл своё лицо рукой. Его глаза опасно вспыхнули яростью. — И я не собираюсь их прятать. Даже став императором. Ты же сама говорила, что тебе плевать на них.

— Мне — плевать, но люди вас боятся исключительно из-за внешности и не понимают, что вы внутри добрый.

— Когда это я стал добрым? Когда не убил тебя и твоего кролика? Это поправимо… — Он красноречиво заглянул под кровать в поисках Го. Но тот уже ускакал из комнаты, оставив после себя лишь свидетельства своего засранства.

— Я знаю, что внутри вы хороший человек. — Я упрямо сложила руки на груди. — Настоящий злодей бросил бы меня в лабиринте. И лечить не стал бы!

— На мне печать, и я не люблю огонь.

— Хорошо. Вы недобрый, вы справедливый. Так подойдёт?

— Продолжай, — Тай Янхэй повёл в воздухе ладонью, дозволяя мне и далее им восхищаться.

— Если взять мазь и полечить вас…

— Не поможет.

— Магия?

— Тратить ежедневно такой поток ци?

— Мы можем, наоборот, подчеркнуть шрамы, — предложила я в порыве неожиданного энтузиазма.

— Зачем? — злодей безнадёжно вздохнул и уронил голову на левую руку.

Но тут же выпрямился и с отвращением уставился на свою ладонь. Там красовались остатки маски из мёда и молока. Тай Янхэя передёрнуло. Он всё ещё не привык к моим выходкам и идеям.

— Вы будете носить их с гордостью, — заверила я.

— То есть я сейчас недостаточно горд, на твой взгляд? — он вытер руку об простынь.

— Можно использовать татуировки. Заодно впишем иероглифы оберегов и силы. Очень удобно и красиво.

— Глупость какая.

— Отнюдь. Любой внешний недостаток легко устраним.

— Но не мои.

— Спорим?

— Не интересно.

— Боитесь?

— Нет, мне плевать на мой внешний вид.

— Тогда вам в любом случае нечего терять. Хуже уж точно не будет. А шансов у императора в вашем лице прибавится. Люди любят глазами. Осталось найти мастера.

Тай Янхэй открыл рот, чтобы возразить, но, видимо, понял, что сам загнал себя в ловушку. Если ему плевать на своё лицо, тогда он позволит мне с ним поэкспериментировать. Если я, конечно, хорошо его поуговариваю.

— Мастера? — тихо уточнил он.

— Того, кто сможет вплести ци в тушь и впечатать в вашу кожу.

— Убить меня хочешь. — Тай Янхэй занёс руку, чтобы потереть щёку, но остановился, вспомнив о маске, и покачал головой. — Точно хочешь.

Я посмотрела на него: лёгкая язвительная улыбка перекосила его лицо, шрам был почти незаметен из-за маски, но глаза сверкали алым. Он опять злился, но попыток встать и оттолкнуть меня не делал.

— Вам теперь так надо полежать пару часиков.

— Снимай это, — прозвучало властно, раздражённо и приятно.

Я не стала спорить, намочила полотенце и неторопливо, растягивая момент, стёрла маску с лица Тай Янхэя.

Смотреть на него, касаться. Это многого стоило. Я чувствовала себя как в сказке.

Даже без прекрасного личика он всё равно остаётся моим любимым героем и актёром. И я бы не променяла ни мгновения рядом с ним на вечную жизнь в реальности.

— Я и не настаиваю. Мне вы нравитесь и таким. — высказалась, проведя полотенцем по щеке злодея. Кожа уже была чистой. Но я снова и снова стирала невидимые остатки мёда, не разрешая моему злодею шевелиться. Я стояла возле кровати, а Тай Янхэй сидел, скрестив ноги в позе лотоса. И мне казалось, что сейчас я имею над ним реальную власть, могу приказывать ему и повелевать им. — Внутреннее важнее внешнего.

— Так только даосы в храмах говорят, но никак не женщины.

— Я восхищаюсь вами, Тай Янхэй.

Я провела кончиком полотенца от его носа к губам. Непроизвольно наклонилась, так хотелось быть ближе к нему, и вздрогнула от тихого, спокойного:

— Не смей.

— Почему? — Мне действительно стало обидно. Я тут верчусь как белка в колесе. Налаживаю быт и отношения со всем его окружением. А он… — Я люблю вас.

Глаза его прищурились.

Смесь презрения и удивления отразились на его лице.

Тай Янхэй положил свою руку мне на затылок и притянул к себе, так, что наши губы почти соприкоснулись.

— Когда говоришь такое, следует думать о последствиях, — произнёс он хрипло.

Время замедлилось, я видела, что он собирается меня поцеловать. Чувствовала это каждой клеточкой. Сердце моё ускакало далеко-далеко из этого мира. Полотенцо упало на кровать.

И только дыхание осталось между нами.

Огромные алые глаза Тай Янхэя поглощали меня, словно он реально был демоном и мог забрать мою душу.

Я замерла, полностью отдаваясь его власти. И с радостью решилась бы на всё, что он пожелает прямо сейчас.

Но в этот момент в окно его комнаты влетел ворон и гулко каркнул.

Мой Го тут же радостно пискнул из коридора и прыгнул в сторону птицы.

Тай Янхэй мигом поднялся с кровати, забыв про меня, сделал пасс рукой, разделяя кролика и ворона, и, кажется, заморозил помещение.

Во всяком случае, когда я моргнула, он уже стоял рядом с вороном и читал донесение, снятое с лапки птицы.

Свернул тонкую бумажку, и его глаза сверкнули алым.

— Твой жених прибыл. Ждала его, Ю Ланфен?