29. Жертва

Тай Янхэй

Диюй

Тай Янхэй никогда ещё не ощущал такой тяжести, его завалило телами по макушку, а кровь запеклась у него под ногтями. Запах давил сильнее мёртвых.

Казалось, прошли столетия под землёй. Он потерял счёт времени и способность чувствовать боль. Кровь демона не позволяла ему умереть, а татуировки двенадцати священных животных сделали неуязвимыми для большинства подземных созданий.

В диюе время смешалось, он был «здесь и сейчас» и одновременно проживал свою жизнь в бесконечной боли.

Острые черные скалы видели только огонь и пепел, здесь не было света в привычном его понимании. Предметы светились внутренней силой. И каждый уровень диюя казался еще более отвратительным, чем предыдущий. Тай Янхэй поднимался с последнего уровня и никак не мог достигнуть зала верховного судьи. Тай Янхэй блуждал в лесу мечей и не мог найти выход. Он практически забыл своё имя, но знал, что должен вернуться. потому что его ждут. Он оставил на поверхности что-то очень важное для него.

И рука разрывалась болью, напоминая о клятве и помогая сделать следующий шаг.

И его тело стало оружием, а мысль — мечом.

Тай Янхэй кивнул призрачной змее, и она обвила его руку, потянулась вверх, зацепилась за огрызок скалы и спружинила хвостом, вытягивая Тай Янхэя из-под вороха тел.

Эта битва ему надоела.

Янхэй медленно прошёл к трону диюя. На нём сидел огромный демон с извилистыми рогами. Императорские одежды с искусной шелковой вышивкой скрывали его хвост. И только самый кончик выглядывала из-под подола. Рядом с демоном парил светящийся свиток, он длинной лентой вился к полу и скрывался позади трона.

Верховный судья.

— Что надо, человечишка? — с усмешкой спросил он, коснувшись кончиком длинного копья свитка. Свет резанул по глазам, и верховный судья подался немного вперед, вчитываясь в деяния Янхэя в верхнем мире. В книге судеб были записаны не только все события из жизни людей, но и даты их смерти. Верховный судья кивнул сам себе. Он мог одним движением уничтожить гостя, но пощадил.

— Вернуться к людям. — Янхэй стёр черную кровь с ладоней. Он почти забыл, зачем боролся с тысячью демонов, пробиваясь в сердце диюя.

— Зачем? — Судья диюя рассмеялся. — Они жалкие и мерзкие.

— Это моё решение.

— Тебя убьют, и здесь появиться дата, — копьё вновь указало на свиток. — А здесь ты станешь великим! Я чую твою кровь и твою силу.

Демоны были сильнее людей. Но на поверхности демоны становились уязвимы для небожителей.

— Это моё решение, — упрямо заявил Янхэй.

— Ты сдохнешь, даже не пройдя половины пути. — Судья указал на лестницу.

Как и к небожителям, в диюй спускались каменные ступени из мира живых. Она охранялась верховным судьёй, никто не мог подняться или спуститься по ней без его разрешения.

Янхэй вздохнул и сделал шаг.

Раньше он бы поднялся из-за упрямства и месте.

Но теперь его торопило совсем другое.

Тай Янхэй никогда не разрешал себе отвлекаться на чувства. С момента гибели клана Тай он пытался выжить и отомстить. И только пробравшись в Академию, понял, что его план не идеален.

Девушка.

Белые волосы, как чистый снег. Упрямый характер, как непобедимый Пик Величия.

Глупая, молодая, наивная девчонка, влюбившаяся в мастера Жу.

Вначале Янхэй надеялся напугать её своим видом. Но вскоре понял, что ей плевать на его ожоги и лысый череп. Она улыбалась ему и открыто выражала свою симпатию.

Это было странным и непонятным.

Она не боялась его, не плакала, а помогала.

Она любила его.

Орхидея, ставшая для него светом.

Но Тай Янхэй запрещал кому бы то ни было любить себя. Любой, кто любил его, погибал. Он отлично это знал.

Он помнил невест, посланных ему, они прятали глаза и пылали, как факелы. И что бы он ни делал, пламя было не усмирить.

Но Белая Орхидея не замечала опасности, словно безумный мотылек она летела к нему, чтобы умереть.

Янхэй старался не обращать на Ланфен внимания, отгораживался, надеясь использовать её знания и семью, но постепенно, сам не заметив, принял её помощь и её любовь.

Ему нравилось, что кто-то может смотреть на него без страха, без боли, без ужаса. Радость в её глазах помогла поверить, что сам Янхэй не только убийца, но кто-то ещё.

А после клятвы перед бывшим женихом о том, что Ланфен навсегда останется в клане Тай, Янхэй принял её. Безоговорочно сдался в её цепкие красивые коготочки. Он поверил ей и загадал, чтобы на этот раз его любовь никого не сожгла. И если был на этом свете человек, способный выдержать силу Янхэя, то этим человеком могла быть только Ланфен.

Вот только Белая Орхидея имела свои планы на клан Тай. Её доброта и мягкость позволили ей осуществить попытку манипуляции, она предала Янхэя, пыталась сорвать завоевание Пика Силы и спасти Лун Ли и его клан.

Янхэй простил Ланфен за это предательство, он запретил своему генералу убивать девушку. Хотя Бай Су уже наточил меч и грозился не просто зарезать её, а раскидать её части по всем двенадцати царствам. Пришлось отослать генерала, благо причина подвернулась уважительная — сопроводить потомков императора в Юйсан.

Тонкая связь между ними треснула и надломилась. Но Янхэй не готов был отказаться от неё.

Он видел, как изменилась Ланфен после взятия Пика Силы. Она думала, что он убил детей клана Лун, а он не мог сказать ей правды.

Он не доверял ни ей, ни кому бы то ни было во всём мире.

Даже себе Янхэй доверял с трудом.

Он надеялся постепенно растопить сердце Ланфен, разорвать её отношения с Академией и через некоторое время забрать девушку себе окончательно. Он не собирался давить на неё или мучить. Но он готов был положить к её ногам все двенадцать царств, если бы она осталась с ним.

Но появились небожители.

Императорство Янхэя длилось семь дней, а корону он носил меньше минуты.

Всё это теперь казалось неважным.

После бесконечности в диюе, мысли о венце императора становятся легче дыма и развеиваются, не оставляя следа.

Теперь Янхэй понял, что единственное ради чего можно жить в этом мире — Белая Орхидея, отдавшая ему свое сердце. Она рассказала ему его судьбу, она пыталась его спасти.

И он должен замкнуть этот круг.

Янхэй усмехнулся, достигнув последней ступени и увидев солнце. Он задрал рукав левой руки. Чёрная метка, разъедающая руку, горела болью. Его слабость, его любовь и ненависть.

Он знал, где её искать. Единственное, чего хотел Янхэй, — забрать Ланфен, унести на Пик Величия и сделать своей навсегда. Ей всё равно, кто он демон или император, Янхэй верил в это. А если Ланфен отвергнет его, Янхэй был согласен увидеть её впоследний раз, перед тем как Лун Ли убьёт его.

Ланфен говорила, что Лун Ли сможет это сделать. А Янхэй устал терпеть боль от проклятья. Он верил словам Белой Орхидеи.

Академия Стихий почти не изменилась, маленькие домики и прекрасные водопады. Этому миру было плевать на Тай Янхэя. И он почти смирился с этим.

Но, увидев, как его любимая защищает Лун Ли, демон внутри Янхэя рассвирепел. Она предала его. Опять. Она была с Лун Ли, пока он страдал. И вся боль Янхэя выплеснулась в тенях, сорвавшихся с его рук.

Янхэй попал в ловушку, придуманную Ланфен, и согласился бы умереть, если бы её самой с ним не было. Янхэй напряг спину и потратил последние силы, чтобы взломать тропы диюя. Другого шанса ему не дадут.

Он перенёс Ланфен в Юйсан, но слова прощания застряли у него в горле. Такая маленькая и красивая. Белые волосы лежат на плечах, глаза горят негодованием. А её последняя просьба точно повторяла его собственную. Он тоже больше всего на свете хотел поцеловать её.

Один раз. Всего один раз он почувствует её дыхание и уйдёт к Лун Ли. Пока Ланфен будет в безопасности, Ляоши или Лун Ли убьёт его. И всё будет кончено.

Но Ланфен придумала новую глупость.

Она решила уничтожить клятву ценой своей жизни. Её самопожертвование было даже мучительней, чем её предательство. Потому что она старалась ради него. Так же, как его мать хотела умереть ради него! Так же как его род погиб ради него. И так же напрасно!

Слова вышли скомканными и глупыми.

Янхэй взвыл и пообещал, что спасёт Ланфен.

Он подскочил и бросился по тропам диюя к Академии. Только старикашка Ляоши мог исцелить Ланфен. У него были лекари, и он первым нашёл жемчужину! Только Ляоши…

Но единственным, что могло бы спасти Ланфен, было бессмертие.

Янхэй сформировал внутри себя ядро и безжалостно вырвал, передавая любимой.

Маленькая жемчужина провалилась в рот Ланфен и исчезла. Мягкие розовые губы так и остались приоткрытыми. Но Ланфен никогда не сдавалась, и теперь не сдаться.

Янхэй с нежностью коснулся безупречного прекрасного лица. Зачем ему власть без неё?

Четвёртая ступень — бессмертие. Когда начнётся переход, затопит все двенадцать царств её силой.

Янхэй уложил Ланфен перед ректором Академии и встал на колени.

— Я сдаюсь, Ляоши, только спаси её! — крикнул Янхэй. Он склонил голову и прикрыл глаза, контролируя тени, пытающееся вырваться из его тела.

Мысли его были как никогда ясны. Власть, сила, бессмертие — он готов отдать всё ради её одного взгляда, ради надежды.

Лун Ли занёс меч, сверкнула ци небесного оттенка, но Ляоши остановил его.

— В тебе нет силы, что произошло? — быстро спросил ректор, обходя кругом преклонённого демона.

Янхэй посмотрел на ректора академии и промолчал.

— Это поможет мне спасти её, она отдала тебе яд? — Ляоши подошел и осмотрел Ланфен. Девушка не шевелилась и уже не дышала. Он двигался медленно, перемещаясь ближе к демону.

— Она сама приняла его, — качнул головой Янхэй, голос стал слабым и ломким. — Я передал Ланфен своё ядро, — признался он. Его ци едва хватало, чтобы усмирить тени. Но постепенно солнце сжигало их. Без демонической силы, его помощники засыпали, превращаясь в простые татуировки. К фэю силу и власть. Он заберёт Ланфен и уйдёт. — Она должна перейти на четвёртую ступень. Она выживет…

Издалека за ними наблюдали ученики и мастера Академии. Мин Лань и Цяо подошли ближе всех и приготовились к бою.

Ляоши кивнул, его глаза прищурились, и он приказал:

— К лекарям! А ты — предстанешь перед судом двенадцати. — Рука ректора соткала вязь сдерживающей формации и наложила на Янхэя. Ци тут же обратилась в металлические цепи и со звоном обвила тело демона. — Лун Ли, не смей убивать его! — Ляоши прикрикнул на побледневшего ученика.

— Он же демон! — заорал Лун Ли в отчаянии. Меч жег ему пальцы, а обида требовала возмездия. — Он зло! Он… он…

Но ректор покачал головой.

— В Тай Янхэе едва наберётся силы на четвёртую ступень. Он отдал всё, чтобы воскресить Ю Ланфен. Мы запрем его. Редкое дело, чтобы демон отказался от силы ради любви.

Лун Ли размахнулся и всадил меч в землю. По поляне прошла волна ци, сметая последние тени.

— К слезам двенадцати, мы не сможем вернуть девушку. Это тело не выдержит, — пробормотал совсем тихо Ляоши.