1. Мститель

Спрыгнув с коня, Харек поморщился – ноги, затекшие от долгой скачки, пронзила судорога.

– Трахнуть меня в жопу, как больно-то, – пожаловался Фарциг, после чего улегся на спину и принялся дрыгать нижними конечностями… неплохой способ их расслабить, но не годится для командира.

Чтобы тот валялся, точно катающаяся в пыли собака?

– Да, не особенно славно, – поддержал приятеля Бирцэ, с кряхтением приседая.

Короткий привал устроили там, где дорога с помощью моста перебиралась через небольшую реку. До цели осталось немного, вчера наткнулись на разведчиков из собственной армии, сегодня встретились с фуражирами.

Если верить их рассказам, Ардил подступил к Ревайну и осадил его.

– В седла! – скомандовал Харек, и первым, подавая пример, забрался верхом.

Понятно, что все устали, что после многих дней пути сама мысль о дальнейшей скачке вызывает отвращение. Но они должны добраться до лагеря хозяина Гардза как можно быстрее, и лучше всего – сегодня.

Копыта простучали по мосту, и вновь потянулась дорога.

Далеко в стороне от нее в безоблачное небо поднималось несколько столбов черного дыма – там горели деревни, жители которых не захотели отдавать запасы «доблестным» сборщикам фуража.

А войско Ардила велико, прокормить его непросто, возить припасы из Гардза слишком далеко, и если не взять Ревайн быстро, то окрестности вскоре окажутся разорены, и армия встанет лицом к лицу со страшным врагом – голодом.

Поэтому долгой осады не будет… только стремительный штурм.

До столицы Тарегона добрались к вечеру, и Фарциг, увидев ее стены и башни, присвистнул.

– Кто это строил, интересно? – спросил он.

– Говорят, что сам Вечный, – ответил Харек, давя колыхнувшуюся в сердце ненависть.

Этот ублюдок вскоре получит свое, и все, что создал он в этом мире, падет!

– Легко поверить, – сказал щуплый десятник. – Тот еще был козлина, но мощный. Гномы наверняка, как сюда приходят, от злобы и зависти слюни глотают – как так, не они это построили?

От города докатился протяжный грохот, его сменил плеск, и эта последовательность звуков повторилась еще раз и еще. Миновали поворот, увидели реку, и стало ясно, что происходит – установленные на берегу катапульты метали камни в двигавшийся вверх по течению корабль.

Очередная глыба с хрустом пробила борт, и судно начало понемногу крениться, ход его замедлился.

– Дело понятное, трахнуть меня в жопу, – понимающе пробормотал Фарциг. – Надобно переправить часть отрядов на ту сторону, чтобы замкнуть кольцо и перекрыть Старк, иначе толку от осады не будет.

Ревайн был велик, куда больше Гардза или Ставира, он мог потягаться размерами с Романдо. Стена его опоясывала несколько прибрежных холмов, и прикрывала город со стороны реки тоже, хотя там выглядела пониже.

Вскоре стал виден лагерь, отряд Харека заметили, и меж шатров поднялась суета.

Навстречу двинулись несколько сотен воинов, над которыми развивалось знамя с облаченной в доспехи лисой.

– Чтобы мне лопнуть, это ты, Одержимый? – хрипло воскликнул их предводитель, узкоплечий и седовласый, когда разглядел, кто именно скачет ему навстречу. – Мы уж думали, что вы сгинули где-то в заднице Хаоса, или еще где похуже, – он усмехнулся.

– Мы так просто не сгинем, божья срань, – сказал Харек. – Рад видеть тебя живым, Ражвиз. Какие у вас новости? Я слышал, что была большая битва, но вы им показали, чего стоите. В лагере ли наш повелитель?

– Сейчас все расскажу, – капитан «Стальных Лис» развернул коня, и они поехали рядом.

Он упомянул про сражение у речки Ильмы, где погибла чуть ли не половина его воинов. Кратко поведал о том, как без боя оказалась взята крепость Синтах, и что они видели в пограничных провинциях.

А затем Ражвиз из Оратира понизил голос, чтобы его слышал только Харек.

Тот без удивления воспринял новость о том, что по войску бродят слухи о том, что на Ардила из Гардза были покушения, причем настолько искусные, что нападавший едва не преуспел, и его не поймали.

– Гильдия? – спросил Харек.

– Возможно, и они, – капитан «Стальных Лис» кашлянул. – Но повелитель подозревает тебя.

– Меня?

– Ага, понятно, что бред, но он же не только маг, но и… – Ражвиз помахал рукой в воздухе, намекая на то, что все прекрасно знали: Ардил из Гардза не только великий чародей, но и не в ладу с собственной головой.

– Понятно, – сказал Харек. – Мы пока встанем рядом с вами, и я пойду к нему.

Но едва он спрыгнул с коня, как рядом объявился гонец в сине-белой накидке, и заканючил, что «командиру наемной сотни надлежит немедленно предстать пред ликом повелителя».

– Иди, – сказал капитан «Стальных Лис». – Я о твоих позабочусь.

Харек кивнул ему, и отправился следом за гонцом.

Как всегда в предвкушении неприятностей заныла вся левая половина тела – словно разом открылись те десятки мелких, но очень глубоких ранок, полученных десять лет назад.

Выжил тогда лишь чудом.

Ардил ожидал гостя в том же шатре, что стоял в его лагере рядом с Гардзом, и, шагнув внутрь, Харек поклонился. Отметил, что по сторонам сидящего в кресле полководца стоят двое гвардейцев, и еще двое расположились у входа, и все при оружии.

Да еще и командир Серебряных Крыльев здесь… рука на мече, взгляд злобный, как у цепного пса.

Ничего себе, это выходит, его тут боятся?

– Приветствую повелителя, – сказал он, – рад видеть его в добром здравии.

– Так уж рад ли, чтобы мне облезть? – белое, веснушчатое лицо Ардила исказила неприятная усмешка, а руки на подлокотниках сжались. – Эх, если бы ты был здесь… Ладно, докладывай.

Если бы Харек Одержимый находился при войске, его бы наверняка обвинили в тех покушениях. И пусть даже ничего не смогли доказать, все равно казнили бы – просто за то, что он не нравится хозяину Гардза.

А тот, выходит, спас Хареку жизнь тем, что дал его сотне особое задание.

Слушал Ардил невнимательно, глаза его поблескивали, а длинные не по-человечески пальцы шевелились.

– Задание вы выполнили, и это главное, – сказал он, когда рассказ был окончен. – Пока отдыхайте, завтра у нас штурм, думаю, что вы при нем не понадобитесь, но всякое может случиться.

Дождавшись позволения удалиться, Харек поклонился и вышел из шатра.

Ничего, пусть этот мелкий ублюдок, сожри его Хаос, сколько угодно таращит свои гляделки, самое главное, что вот он, Ревайн, в какой-то миле, и теперь главное – попасть внутрь, отыскать там последний, тайный храм.

И уничтожить его, чтобы самой памяти о Вечном не осталось в этом мире!

2. Герой.

Нечто похожее на тихий вздох, долетевший одновременно со всех сторон, дало Ардилу понять, что рассредоточенные по огромному полукольцу отряды готовы, что наступил момент, когда пора двинуть вперед все, что у них есть, сокрушить эти проклятые стены и взять город! Он приподнялся в стременах и резко повел рукой сверху вниз, а знаменосец, расположившийся за спиной полководца, неистово замахал огромным сине-белым флагом.

Настал день и час триумфа хозяина Гардза.

Или скорее Нового Бога?

Лязг и топот донеслись с противоположных направлений, громыхнула установленная на холме катапульта, и глыба камня размером с быка взмыла в небо. Побежали к Ревайну пехотинцы, укрытые щитами, с приставными лестницами на плечах, спустили тетивы лучники, и вступили в дело маги, как наемники, так и те, кого Ардил испытывал и обучал сам.

Молнии хлестнули по черным камням укреплений, полетели огненные шары.

И едва первый из них коснулся невероятно гладкой, похожей на застывшую волну преграды, как хозяин Гардза вздрогнул – в тот момент, когда сотканный из пламени клубок разбился на искры, он почувствовал, как шевельнулось нечто чудовищно мощное, сокрытое в стене Ревайна. Во все стороны от нее покатилась невидимая для обычных смертных волна, и Ардил застыл, пытаясь понять, что это такое.

Ощутил в себе присутствие повелителя, и понял, что и тот в недоумении.

Маг, выпустивший огненный шар, завопил так, словно ему в задницу вбили раскаленный прут, схватился за голову и упал без сознания. Почти тут же вскрикнул второй, и хозяин Гардза, благодаря магическому зрению имевший возможность наблюдать за всеми своими чародеями, обнаружил, что тот устоял на ногах, но из носа его пошла кровь.

– Чтобы мне облезть… – пробормотал он. – Что же это такое?

Даже если все маги проклятого Тарегона соберутся вместе, они не смогут сотворить такое… не хватит ни сил, ни умения… Кто же тогда создал настолько могучее, изощренное заклинание и вложил его в городские укрепления?.. Да, но ведь их возвели очень давно, четыре или пять веков назад, еще при Вечном… Неужели это сделано им самим?

У Ардила зашевелились на затылке волосы.

Бывший владыка мира, сгинувший непонятно куда чуть больше века назад, был колдуном непредставимой силы, но ведь он погиб, а со смертью мага все его заклинания перестают действовать! Или Вечный на самом деле жив, просто отказался от власти или лишился могущества, и влачит существование… в качестве кого? Человека, чудовища или чего-то иного, чисто энергетического существа вроде того же Нового Бога?

Многоголосый вопль, донесшийся слева, от реки, заставил Ардила приглядеться к тому, что творится на поле боя. Все ясно, штурмующие добрались до стен, а защитники пустили в ход расплавленную смолу. Камни из катапульт не сумели ни то что проломить преграду из черного камня, а вообще, похоже, не оставили на ней царапин.

– Твою мать! – с неудовольствием воскликнул Эбнер. – Пускать таран?

– Давай, – велел хозяин Гардза.

Огромное чудовище на цепях, опирающееся на колеса и прикрытое сверху навесом из мокрых бычьих шкур на каркасе, изготовили гномы, и им же предстояло тащить его к воротам. От того места, где таран ждал своего часа, донеслись смачные ругательства, потом скрип, сооружение, похожее на огромного, страдающего ожирением червя, поползло вперед.

– Что там на правом фланге? – спросил Ардил.

С того места, где они находились, не было видно прилегающего к реке с другой стороны участка стены, где атаковали воины под началом сенешаля аб Крихолмена. Точки, с которой удалось бы иметь обзор на все полукружье стен Ревайна, они отыскать не смогли.

– Гонцов не присылали, повелитель, – отозвался Эбнер.

А это, скорее всего, значит, что там дела идут ничуть не лучше, чем тут.

Таран даже немного разогнался, а затем повернул, нацеливаясь на ворота, чьи створки издалека тоже казались каменными. Гномы уперлись, закряхтели, одолели небольшой подъем, даже ухитрились разогнать неподъемную махину, и Ардил понял, что в азарте сжимает кулаки.

Сейчас раздастся глухой удар, створки рухнут, и гвардия ринется в пролом!

Громыхнуло и в самом деле знатно, но то ли подопечные Карида из Эден’Тори что-то напутали, то ли вновь сработали чары Вечного, но таран с громогласным треском начал разваливаться! Треснуло колесо, полетели в стороны куски каркаса, и лишенные защиты сверху гномы порскнули в разные стороны, будто тараканы от карающего сапога, разве что бородатые и в кольчугах.

Ардил заскрипел зубами – как такое могло произойти!?

Как такое вообще может происходить!?

Нигде, ни на одном участке штурма они не смогли добиться ни малейшего успеха – он не замечал ни единой лестницы, уверенно приставленной к стене, зато видел множество трупов, принадлежавших его воинам! Таран развалился, катапульты не оправдали возложенных на них надежд, и все чародеи выведены из строя, а двое, насколько он понимал, даже погибли.

Остался только он сам, но это только на крайний случай.

– А ну-ка гонца к аб Вайху, – велел Ардил. – Пусть начинают.

Еще есть в запасе кое-какие козыри, например, атака с реки, которой от них вряд ли ждут. Удалось добыть в окрестных городках некоторое количество судов, разных, от рыбачьих баркасов до купеческих барж, и перегнать это все к Ревайну, погрузить на них «Стальных Лис» и других наемников.

Но уж если и этот маневр не удастся…

Эбнер махнул рукой, один из посыльных умчался, нахлестывая коня, и хозяин Гардза застыл в напряженном молчании. Если хорошие новости не придут в ближайшее время, штурм придется прервать – существа, что пытаются взобраться на стены, вовсе не големы, и имеют обыкновение уставать.

Напомнили о себе маги Тарегона – в небе появилась быстро растущая туча, черная и тяжелая, словно груда навоза, в недрах ее зарокотало, и вниз, на лучников и пехотинцев, на ряды резерва посыпались валуны размером с лошадиную голову. Ардил развеял это заклинание одним мановением руки, и каменный дождь превратился в песчаный, серые песчинки забарабанили по щитам и шлемам.

Что для ученика Нового Бога чары обычных колдунов?

Не успел порадоваться собственному успеху, как со стороны реки донесся громогласный плеск – там происходило что-то вряд ли приятное для штурмующих. Хозяин Гардза поспешно заглянул на изнанку, и почти тут же понял, что не успевает сделать ничего, что погибло еще несколько сотен его людей, а большая часть захваченных кораблей пошли ко дну.

Атака с воды провалилась.

Ярость ударила с такой силой, что на мгновение забыл о том, где он, и что происходит. Перед глазами потемнело, в лицо словно плеснули кипятком, а когда немного пришел в себя, обнаружил, что запыхавшийся гонец докладывает о чем-то Эбнеру, а лица у обоих мрачные.

– Повелитель… – начал докладывать командир гвардии.

– Я знаю! – резко оборвал его Ардил. – Сейчас они поймут, с кем имеют дело!

Пора показать, что под стены Ревайна явился не барон с дружиной пьяных разбойников, не правитель соседнего королевства, приведший большую, но плохо вооруженную толпу, а сам хозяин Гардза! Показать то, чему его научил повелитель, Незримый Хранитель, Верховное Благо… да, благо, но лишь для тех, кто искренне в него верит!

Ардил раскинул руки и закрыл глаза.

Скорее почувствовал, чем услышал, как в мешочке на поясе начали, с хрустом разрушаясь, отдавать энергию кристаллы, похожие на «сокровище» мальчишки из Длиарна. Обжигающая волна хлынула сквозь его тело, обретая форму, преобразуя физический план через изнанку, и покатилась вперед, к черной стене укреплений.

Ощущение было такое, что лицом со всего размаху ударился о ледяную глыбу. Соленое потекло по губам, опора под задницей исчезла, он сообразил, что летит, а в ушах возник мерзкий пульсирующий гул. Шарахнулся вновь, на этот раз боком, уловил далекие, полные тревоги крики, а в следующий момент пришла боль – чудовищная, выгрызающая внутренности.

Несколько мгновений темноты.

По щекам потекло нечто холодное, и Ардил заморгал, пытаясь сообразить, что за страшный сон ему приснился, и почему так трудно проснуться. Догадался, что сидит, кто-то держит его за плечи, а в лицо ему брызгают водой – нет, похоже, этот вовсе не сон, а нечто другое…

– Повелитель? – ворвался в уши знакомый голос.

– Да… Эбнер, – хозяин Гардза смог понять, кто заглядывает ему в лицо.

– Что случилось, повелитель? Вы упали с коня…

– Ничего… ничего, чтобы мне облезть, – Ардил сосредоточился, пытаясь вспомнить, что увидел в последние мгновения перед тем, как потерять сознание: исполинская темная стена существовала и на изнанке, но только там она состояла из множества мелких черных вихрей, похожих на червей, те извивались и копошились, открывали крошечные отверстия вроде пастей.

– Вы начали творить магию, повелитель, и мы были уверены, что теперь победа не за горами, – продолжал говорить Эбнер, – но затем что-то вспыхнуло, и снег пошел, только черный… А затем вас словно громадной ладонью с седла вынесло, а коня мы поймали, хоть он и напугался, что твоя крыса…

– Да, – с огромным трудом шевеля вялыми, точно змеи в холода, мышцами, Ардил сумел подняться, облизал покрытые запекшейся кровью губы: ярость в душе исчезла, сменившись растерянностью: он чуть ли не впервые столкнулся с чародейством, которое было ему не по уму и не по силам.

И теперь не знал, что делать.

– Что там со штурмом? – спросил Ардил.

– Вы долго лежали без сознания, и я отдал приказ отходить, – доложил Эбнер.

В другой момент хозяин Гардза наверняка вспылил бы – как так, кто посмел командовать войском помимо него? Но сейчас у него не нашлось сил даже на удивление, он испытал только благодарность – да, командир Серебряных Крыльев все сделал верно, нужно взять паузу, передохнуть хотя бы до завтра, и даже, возможно, перейти к осаде, долгой и нудной…

– Давай в шатер, – сказал он. – Где там этот удравший конь?

* * *

Тревога, проникшая в сон Ардила, вовсе не походила на ту, что порой терзает душу в обычных кошмарах – она была острой, направленной, и напоминала ядовитую змею. Проснувшись, он не испытал облегчения, мгновенно понял, что рядом творится нечто неприятное – сквозь тонкие стенки шатра проникали крики, ругательства и лязг оружия, на фоне костров мелькали фигуры пехотинцев и всадников, разноцветные вспышки говорили о том, что в ход пошла магия.

Вчерашний штурм закончился большими потерями и бесславным отступлением, но что самое поганое – хозяин Гардза получил магический удар такой силы, что не оправился и до вечера. Вот и сейчас двигался медленно, мысли шевелились с трудом, а одежда, которую принялся натягивать, налезала неохотно.

Выбравшись из шатра, наткнулся на Эбнера с десятком гвардейцев.

– Повелитель, все в порядке, – сообщил тот, – мы сами справились.

– А что произошло? – спросил Ардил, с трудом ворочая тяжелым спросонья языком.

Из рассказа командира гвардии выяснилось, что небольшой отряд тарегонцев атаковал лагерь. Ночные «гости» привели с собой колдунов, и ударили не наугад, а именно туда, где стоял шатер хозяина Гардза – наверняка собирались добраться до него и уничтожить.

– Все полегли, – немного хвастливо доложил командир Серебряных Крыльев.

– Все? – Ардил недовольно нахмурился.

– Нет, ну троих мы повязали, сейчас допросим…

– Я сам это сделаю… одного, – сказал хозяин Гардза: уснуть сейчас все равно не выйдет… для чего-либо серьезного он слишком вымотан и плохо соображает… остается столь незамысловатое занятие, как общение с пленником… самолично узнаешь немало нового, да и развлечение неплохое.

Эбнер кивнул, принялся отдавать распоряжения, а Ардил побрел обратно к шатру. Едва очутился внутри, как полог качнулся снова, и двое гвардейцев ввели крепкого мужика, облаченного в кольчугу – руки его были связаны за спиной, лицо покрывал пот, а на русой бородке виднелись потеки застывшей крови.

– Сажайте, – велел хозяин Гардза, указывая на лавку.

– А где палач? – прохрипел тарегонец, злобно щуря светлые глаза.

– Я и без него справлюсь, – сказал Ардил, потирая руки. – Ты парень вроде бы крепкий, но это тебе не поможет, разберу по кусочкам, и если надо, то заставлю говорить каждый. Или… есть другой вариант, ты рассказываешь все сам, отвечаешь на вопросы честно и быстро, без уверток и обмана.

Пленник скривился и помотал головой.

– Как знаешь, – хозяин Гардза пожал плечами.

Он не собирался мучить тарегонца – зачем столь грубые орудия, как клещи, иголки и дыба тому, кто имеет возможность оперировать энергетическими инструментами? Добраться до души, до сути того, что представляет собой этот человек, и незаметно вытащить оттуда нужные сведения – вот задача, достойная того, чтобы ей занимался опытный, уверенный в себе маг.

Пленник предстал глазам в виде слабо светящегося кокона цвета осенних листьев – понятное дело, напуган едва не до мокрых штанов, хотя и пытается это скрыть и держится хорошо. Теперь нужно этот кокон слегка потрогать, расшевелить, понять, как он реагирует на разные магические раздражители.

Легкое касание – тарегонец не понимает, отчего так сильно кружится голова… Теперь нажим – только не перестараться, а то содержимое кишок пленника может полезть наружу… Попробуем его успокоить – тихо и неспешно, оглаживая одну за другой энергетические «струны»…

Даже если слегка задремлет, то это только к лучшему.

Обычным зрением Ардил увидел, что глаза пленника начали закрываться, и, выждав немножко, осторожно пустил в ход изощренное, но очень слабенькое заклинание. Его задача – внедриться в энергетическое тело тарегонца, сформированное, как и у любого другого, мыслями, эмоциями, желаниями, воспоминаниями, и извлечь то, что интересно хозяину Гардза.

Перед глазами замелькали картинки, в уши зашептал негромкий, но настойчивый голос – пока первые слишком ярки и размыты, а второй больше напоминает бормотание. Но сейчас произойдет настройка, и знания, спрятанные внутри пленника, начнут перетекать к Ардилу.

Все именно так и получилось.

Через несколько мгновений заклинание растворилось с шипением, различимым только для мага. Пленник, даже не сообразивший, что его благополучно допросили, вздрогнул, сел прямо и стал подозрительно озираться. Хозяин Гардза махнул гвардейцам, давая знак, что тарегонца можно выводить, а когда остался в шатре один, то немедленно позвал:

– Эбнер!

Командир Серебряных Крыльев, ждавший неподалеку, шагнул через порог.

– Слушай меня… – Ардил потер подбородок, пытаясь упорядочить полученные сведения, уложить в голове чужие мысли. – Запасов провизии в городе достаточно, чтобы продержаться месяц, войск хватит, дабы защищать все стены, потери сегодня они понесли не очень большие, но не это главное…

И он рассказал, как тарегонцы ухитрились атаковать лагерь врага, причем не со стороны городских стен: отряд в несколько сот воинов, усиленный магами, опустился в расположенные под Ревайном катакомбы, огромные и древние, и через них добрался до подземного хода, тянущегося на несколько миль.

– Это очень интересно, повелитель! – воскликнул Эбнер – Двинем туда войско…

– Этот фокус у нас не получится, – Ардил покачал головой. – Слишком узкий тоннель, очень древний, много людей он не выдержит, наверняка обрушится где-нибудь. Кроме того, если полезем туда большой толпой, это заметят, и встретят внизу. Но вести туда полк и не нужно – достаточно пробраться внутрь небольшому отряду, и уничтожить «опору» того заклинания, что защищает стены. Без некоего центра силы, точки фокусировки столь могучее чародейство не может существовать.

– Но, повелитель, кто в состоянии сделать такое? – командир гвардии нахмурился.

– Только я, – сказал хозяин Гардза. – Разобраться в этих чарах, понять, что к чему… Так что мне придется идти с этим отрядом… И не возражай, ты не хуже меня понимаешь, что долгую осаду мы вести не в состоянии, вскоре сами начнем голодать, а штурм не будет успешным, пока это заклинание стоит.

– Но это опасно, вас могут убить… – пробормотал Эбнер, но без особой убежденности.

– Само собой, – Ардил потянулся, услышал, как захрустели суставы, после чего зевнул. – Но чтобы это стало менее опасно, со мной должны отправиться только лучшие из лучших. Наиболее умелые воины и самые знающие маги моего войска, и о том, чтобы их отобрать, позаботишься ты. Но один… человек должен оказаться среди них обязательно, и я думаю, ты знаешь, о ком речь.

– Да, повелитель, – Командир Серебряных Крыльев медленно кивнул – сомнений быть не может, хозяин Гардза хотел бы держать под надзором того, кто известен как Харек Одержимый, а кроме того, тот и вправду отличный воин, даже сам по себе, без собственного отряда.

2. Жрица.

Тяжелый взгляд был у Трора Голова Тролля, с этим не стала спорить бы даже Джадия, имевшая на своем веку дело со многими умельцами пялиться на других так, что душа уходит в пятки. Но сейчас командир отряда смотрел на нее с необычным для себя недоумением, и даже не скрывал, что удивлен.

– Дело такое, – изрек Трор, наконец, после чего основательно откашлялся. – Предъявили мне приказ сегодня с утра – найти в нашей сотне лучшего и отправить к Эбнеру, чтобы у него волосы на заднице повылазили.

Дальше он мог не продолжать – Джадия в его отряде новичок по сравнению с остальными, а это значит, что ее не так жалко отдавать, и кроме того, она и вправду никому из мужчин не уступит.

– Ну, – сказала девушка, когда Трор закончил свою «речь». – Куда явиться?

– С оружием, вещами, но без лошади тебе надо отправиться в расположение Серебряных Крыльев, – Голова Тролля сплюнул. – Скажешь там часовым, что от меня. Специальный отряд какой-то там составляют, но для чего – Древние знают.

Это чудным не выглядело – задание сообщат только тем, кому предстоит его выполнять. Странным казалось другое – почему велели не брать с собой коней, или им предстоит отправиться куда-то пешком?

Но Джадия не стала ломать над этим голову – рано или поздно все разрешится. Собравшись, она зашагала через лагерь туда, где на холме вилось знамя Серебряных Крыльев – огромное, синее, с белым гербом полка.

Один из часовых отвел ее прямиком к Эбнеру, седовласому и широкоплечему, похожему на старого, но все еще крепкого льва. Тот при виде девушки в кольчуге и с мечом выпучил глаза и принялся ругаться, да так, что она поняла не больше четверти слов.

– Баба, ничего себе? – воскликнул он, облегчив душу. – Трор, что, с разума съехал? На что ты годишься, а? Давай проверим. Иди-ка вон туда, в круг, и доставай свою железяку.

В «круге», на ровном пятачке между шатрами, ждал высокий и широкоплечий гвардеец с тяжелым мечом. Глядел он на Джадию презрительно, а оружие держал небрежно, всем видом давая понять, что такой соперник не для него.

Девушка же изобразила страх, заставила руку задрожать, а ноги подогнуться. Но когда вояка из Серебряных Крыльев лениво замахнулся, прыгнула ему навстречу, сокращая дистанцию, и ткнула в ребра: болезненно, но недостаточно сильно, чтобы прорезать кольчугу.

– Вот это ничего себе! – Эбнер радостно захохотал. – Не успел и глазом моргнуть! Как она тебя, Рачи? Хотя тебе всегда с девками не везет! Любая из тебя веревки вьет, хотя прежние голыми руками обходились!

– Сейчас я ей! – пообещал гвардеец, и глаза его загорелись ненавистью, а меч в руках задвигался, затанцевал, точно это был не бастард-полуторник, а нечто куда более легкое.

Джадия отступила еще, двинулась в одну сторону, в другую, не давая противнику примериться к ее ритму. Первый выпад чуть не прозевала, поймала лишь смазанное движение, и успела уклониться. Под второй пришлось подставлять меч, и тот едва не вырвало из рук, хотя удар пришелся вскользь.

Клинки лязгнули, затем еще и еще, и девушка уклонилась вновь, поднырнув под сверкающим лезвием. Попыталась достать гвардейца в ногу, но не хватило длины руки, и чуть не получила эфесом по голове.

– Стой, достаточно! – приказал Эбнер, и оба поединщика замерли: вояка из Серебряных Крыльев не запыхался, на лбу его не выступил пот, но и Джадия оставалась свежей. – Пойдем, покажешь, что ты еще умеешь, барышня, хотя уверен, что я зря наговаривал на Трора.

Девушка не стала демонстрировать всех умений, заявила, что с копьем и вообще древковым оружием дела никогда не имела, зато из лука положила в цель все стрелы, и метательные ножи один за другим с глухим стуком воткнулись во вкопанный деревянный столб.

– Значит, ты, выходит, из клана Седого Волка, – проворчал Эбнер, узнав, как ее зовут. – Не очень-то похожа на уроженку варварского племени, но это понятно, давно из дома ушла, похоже… Так, сейчас тебе предстоит еще одна, главная проверка – на тебя должен посмотреть сам повелитель.

Джадия насторожилась – она не собиралась приближаться к Ардилу вплотную до момента, пока не будет уверена в том, что сумеет его убить, а такой не может наступить ранее победы над Тарегоном. Но если она откажется – это вызовет подозрения, а те повлекут за собой не совсем желательные последствия.

Поэтому она просто склонила голову и позволила повести себя туда, где над прочими шатрами возвышался один, большой и цветастый, словно ковер из Романдо. Охранявшие его часовые на девушку даже не покосились, хотя она ожидала, что у нее отберут хотя бы меч.

Поднялся тяжелый полог, она почувствовала запахи благовоний и жареного мяса, после чего переступила порог. Стоявший у заваленного пергаментными листами и свитками стола хозяин Гардза развернулся так, что колыхнулись его необычайно светлые волосы.

– Вот, повелитель, еще один воин для особого отряда, – доложил Эбнер, шагнувший внутрь следом за Джадией. – Не смотрите, что это барышня, мелкая и костлявая, она едва Рачи на мечах не разделала.

– Да? А ну-ка оставь нас, – Ардил, хрупкий и тощий, смотрел на девушку, она чувствовала исходящую от него угрозу, и внутри нарастало паническое желание немедленно удрать отсюда.

Командир Серебряных Крыльев вышел, а сильнейший маг всего мира подошел к Джадии и принялся ее рассматривать, причем глаза его вспыхнули призрачным желтым огнем. Она с трудом отогнала искушение пустить оружие в ход прямо сейчас, задействовать все, что есть при ней, начиная с обычного меча.

– А я-то думал, кто это пытался убить меня? – голос Ардила звучал спокойно, даже равнодушно, так что девушка не сразу уловила смысл фразы. – Да, ты отлично замаскирована, слуга Хаоса, и не всякий облезлый инквизитор раскроет тебя, но от меня не спрячешься.

– Слуга Хаоса? Но как? Это неправда! – она и пыталась изобразить недоумение, но и в самом деле была потрясена: Темный Жрец и его сестры не могут иметь отношения к жестокой, разрушающей силе, наоборот, только они с помощью своей и чужой боли противостоят ей.

– Они любят врать, обожают прикидываться, но я тебе покажу, – хозяин Гардза сделал незаметное движение кистью, и Джадия увидела кое-что странное: переплетение серо-голубых, зеленоватых и черно-багровых полос, закрученных в похожую на веретено штуковину.

Она почувствовала, что смотрит на себя, и испытала животное, не от разума, а от самой сути естества идущее отвращение – что-то с той штукой, какую она видела, было не так, нечто неестественное пряталось в ней. А в следующий момент вновь оказалась в шатре под испытующим взглядом темных глаз мага.

– Ну что, ты убедилась? – спросил он. – И не вздумай нападать! Это глупо!

Девушка прикинула шансы – чародей настороже, и успеет бросить заклинание прежде, чем она сделает хотя бы движение, и уж точно не даст ей вытащить нож или отравленную иглу. Осталось играть, притворяться сломленной, делать все для того, чтобы не оказаться сегодня в руках палачей.

– О да, не может быть!? – воскликнула она, падая на колени и протягивая к Ардилу руки. – Прости меня, мудрейший повелитель, мои ужасные хозяева принудили меня покушаться на твою жизнь вопреки моему желанию, но мои стремления находиться в твоем войске были совсем иными!

– Что ты несешь? – хозяин Гардза отступил на шаг, и вскинул руку, окутавшуюся лиловым сиянием: пущенные в ход чары, угроза, готовая в любой момент воплотиться в реальность.

– Я – последний отпрыск прежней династии тарегонских правителей, – голос Джадии дрожал якобы от волнения, но на самом деле она контролировала каждое слово: сейчас необходимо так искусно мешать правду с ложью, чтобы стоящий перед ней чародей ничего не заметил.

– Я хотела вернуть себе трон моих предков, среди коих были многие славные короли, – продолжала говорить она, медленно, едва шевеля ногами, подползая к Ардилу, – и именно для этого завербовалась в твою армию, но кровожадные боги, которым я поклонялась с детства, и чей истинный лик ты мне открыл…

Нет, она по-прежнему не верила в то, что Темный Жрец и его сестры – часть той силы, что хочет лишь разрушения. Она видела то, что видела, но это мало чего означало: умелый маг в состоянии навести любую иллюзию и сделать ее насколько угодно правдоподобной.

– Я чувствую, что ты не врешь, но к чему все эти слова? Ты пыталась меня убить, и за это я тебя убью, все честно, – сказал хозяин Гардза, и лиловый огонь вокруг его длани стал ярче, в нем появились серебристые искорки, но видно было, что Ардил колеблется, что в нем нет готовности к немедленному убийству.

– И еще… – Джадия на миг замолчала: теперь ответственный момент, главный маневр, что позволит сбить с толку противника, отдаст его в ее руки, если, конечно, она не погибнет. – Я лишь изображала эти покушения! – это правда, а теперь чудовищная ложь. – Ведь я люблю вас!

– Что? – маг выпучил глаза, челюсть его отвисла, а лиловый огонь вокруг кисти с шипением рассеялся. – Ты… чтобы мне… Кто ты такая… Как ты посмела?.. Это невозможно!

– Почему? Ведь я женщина, а вы – мужчина, и мужчина более чем достойный любви! – проползти еще немного, и обнять рукой его колени, только осторожно, чтобы он не почувствовало угрозы.

Ощутив прикосновение девушки, Ардил вздрогнул, и попытался вырваться, да так неловко, что едва не упал. Лицо его, бледное и веснушчатое, в мгновение стало красным, но не от ярости, а от смущения. Ученик Нового Бога сумел все же освободиться и, бормоча нечто неразборчивое, отскочил к стенке шатра.

Все понятно, впечатление ее не обмануло – этот хозяин половины мира, способный мановением пальца испепелять сотни воинов, никогда не знал любви, а скорее всего, и женщин. Сейчас его, ошеломленного и растерянного, можно даже убить, но это ни к чему, Тарегон ведь еще не сокрушен.

– Очень достойный… Ну, иди же сюда… – прошептала Джадия, изображая учащенное дыхание и поднимаясь с колен: чтобы грудь вздымалась под одеждой, и он мог ее видеть, а губы приоткрылись и влажно блестели.

Ардил таращился на нее точно мышонок на загнавшую его в угол змею, моргал и нервно сглатывал. Руки его подрагивали, и выглядел хозяин Гардза в этот момент вовсе не могучим властителем, славным полководцем и великим магом, а растерянным мальчишкой, впервые оставшимся наедине с девушкой.

Она мурлыкнула и придвинулась к нему вплотную, позволяя ощутить свое тепло, вовсе не опаляющее, не опасное, а мягкое и приятное. Ардил качнулся ей навстречу, неловко обхватил за талию, а дальше его руки задвигались суетливо и суматошно, так что Джадия даже поморщилась.

Обладая такой властью, этот парень мог таскать себе в постель разных женщин каждый день, причем самых искусных и красивых, но похоже, никогда ничего подобного не делал.

– Нет! Уходи! – истово выдохнул вдруг хозяин Гардза прямо ей в ухо, и девушка вздрогнула – неужели все сорвется? – Нет, оставь нас вдвоем, пожалуйста, ну хоть сейчас, я молю ради всего, что я исполняю ради тебя!

Нет, похоже, он говорил с кем-то другим, а это значит, что либо в шатре присутствовал кто-то невидимый, либо маг свихнулся. Джадия умела при необходимости соблазнить мужчину, и несколько раз этим пользовалась, но сомневалась, что способна свести самца с ума, особенно такого.

Но в следующий момент Ардил облегченно вздохнул и попытался ее поцеловать. Вышло у него не то, чтобы очень ловко, удовольствия никакого девушка не получила, но закатила глаза и затрепетала всем телом.

За грудь ее он ухватился, будто утопающий – за попавшийся ему под руку древесный ствол. Джадия поморщилась и мягко, чтобы хозяин Гардза ни в коем случае не заподозрил, что им управляют, повела его туда, где стояло застеленное одеялами широкое ложе.

Оно скрипнуло под весом двух тел, но выдержало, и Ардил принялся торопливо избавляться от одежды. Похоже, великий маг не мог поверить, что все это происходит с ним – он часто дышал, глаза его блуждали, а звуки, вырывавшиеся изо рта, напоминали об играющем щенке.

Девушка ощутила прикосновение его обнаженной плоти, и удивилась – до чего же он горячий: внутри не такого уж и большого тела словно переливалась не кровь, а расплавленный металл.

Потом она вновь придержала излишне страстного поклонника, но тут и ее голова начала дурманиться: страсть это страсть, и трудно сохранять голову холодной, когда тебя хотят, да еще так настойчиво и яростно. Ардил навалился сверху, и тут она испытала нечто, до этого не знакомое – ее словно подхватило порывом бешеного ветра.

На миг Джадия утратила ощущение собственного я, ее будто вывернуло наизнанку, но безо всякой боли. Волны невероятной силы разорвали ее на тысячи кусков, расшвыряли в разные стороны, а затем собрали вновь.

Придя в себя, она обнаружила, что стонет, хозяин Гардза старается вовсю, подобно самому обычному мужику, и лоб его над вытаращенными глазами покрыт мелкими капельками пота. Понятно, что все получилось слишком быстро, и ей пришлось распалять Ардила еще раз, дабы самой получить удовольствие.

– Чтобы мне облезть, это прошло так здорово… – пробормотал он, перекатываясь на бок, а она все думала, что же такое пережила в самом начале, когда их тела только соприкоснулись: ничего подобного не было в том случае, когда два года назад она соблазнила одного колдуна, и ничем не напоминало обычную реакцию ее тела на мужчин.

– О, мой повелитель, – прошептала девушка, – ты выглядел великолепным и сильным, подобно дракону… ты все еще жаждешь убить меня за то, что я притворно покушалась на твою жизнь?

– Как же, притворно! Я едва выжил! – в голосе Ардила звучала подозрительность. – Особенно в тот раз, когда ты стреляла из арбалета! Если бы не моя охрана… Я был слаб тогда, точно новорожденный котенок, все силы потратил на этих проклятых тарегонцев!

– Я же не могла знать, что ты будешь так слаб? – Джадия подумала, что в крайнем случае убьет его прямо сейчас, ведь сломать шею из того положения, в каком находились ее руки, проще простого.

– Да, это верно, – он приподнялся на локте, и начал пристально ее разглядывать. – Поклонница Хаоса у нас в лагере, умеющая сражаться так, что это впечатлило самого Эбнера, и при этом влюбленная в меня без памяти! – хозяин Гардза поверил в ее сказку, хотя честно говоря, в том, что касается чувств, мужчин обманывать легко.

Девушка затаила дыхание, опустила глаза, готовясь при малейшем намеке на то, что он решит все же ее убить, перебросить руки ему на горло, и надавить там, где надо, чтобы жизнь утекла за мгновения. И пусть потом Темный Жрец с сестрами помогут ей выбраться из шатра и из лагеря, или примут ее душу.

– Ладно, я думаю, что ты отправишься с нами, а там посмотрим, – Ардил стремительным движением встал с кровати, и принялся одеваться. – Эбнеру скажешь, что ты прошла испытание, он определит для тебя место, а сегодня ночью мы выступаем.

– Повелитель не скажет мне, куда? – поинтересовалась Джадия, прекрасно понимая, что простой воин не спрашивает у командира, куда его ведут, но любовница имеет право на кое-какие вольности.

– Почему же, скажу – в пределы Ревайна.