Глава 11. Всегда радуйся и смейся. Жизнь продлишь, друзей порадуешь, врагов позл…

Глава 11. Всегда радуйся и смейся. Жизнь продлишь, друзей порадуешь, врагов позлишь. Бернард Шоу. Сюрприз, сюрприз, Да здравствует сюрприз! Фильм «Незнайка с нашего двора»

Разобравшись с огнедышащим дракончиком, Варт внимательно посмотрел на расшалившуюся дочь, уже вовсю беззаботно скакавшую со старшими братьями в коридоре:

— Ей пора нанимать учителя.

Опять… Старая песня на новый лад. Понятно, что магические способности ребенка обязательно нужно взять под контроль, но не в четыре же года.

— Ты уже нашел того, кто возьмется?

У девочек Сила не просыпалась. Совсем. Понятия не имею, почему: может, сбой в организме, может, проклятие какое, жуткое и не снимаемое, может, еще что непонятное да невероятное, в этом мире всякое возможно, — как бы то ни было, колдовать женщины не умели. Потому и грамоте их учили далеко не всегда, особенно в глубокой провинции, потому и находился слабый пол в приниженном положении по отношению к полу сильному. Кому интересно вкладывать время и деньги в человека, который через несколько лет уйдет в другой род?

В данном случае произошла накладка, скорее всего, из-за моей драконьей крови. Когда у Зиры появились первые проблески магии, месяце на шестом-седьмом, супруг решил, что так развлекаются близнецы: мол, мальчишки находятся постоянно рядом, они за сестру всевозможные пакости и творят. Потом сыновей отправили на очередные каникулы к бабушке, а дочь на следующее утро после их отъезда небольшой искрой подожгла один из папиных костюмов. Его Сиятельство внимательно исследовал вещицу, недоуменно нахмурился и созвал консилиум магов. Совещались прямо в детской. Итогом собрания стали подпаленные занавески, голосивший от усталости восьмимесячный младенец и ошалевшие выражения лиц степенных коллег герцога. Впервые на их памяти у девочки проявились магические способности.

— Есть один. Обучение Зиры — его единственный шанс остаться в столице.

— В смысле? Попал в опалу у Императора?

— Да. Слишком много говорит и мало думает.

— Чудесный вариант. Здесь он так же будет себя вести?

— Нет, естественно. С детьми Родегас ладит и за языком в их присутствии следит.

Что тут ответишь… Во мне; видимо, не вовремя проснулась мамаша-клуша, но Варт прав: дочь пора учить…

Маленькая кареглазая брюнетка, худенькая и чересчур подвижная, даже для своего возраста, с интересом разглядывала стоявшего напротив нее высокого молодого мужчину.

— Зира, познакомься, это Родегас, твой учитель.

На лице малышки крупными буквами отразилось все, что она думала о тупых родителях и дурацком, никому не нужном учителе. Родители многозначительно переглянулись и, искренне пожелав удачи несчастному педагогу, отправились восвояси.

Далеко не ушли: из комнаты, специально выделенной для занятий с четырехлетним монстриком, практически сразу же раздались громкие крики, а затем и жуткий грохот.

Снова переглянулись, вздохнули, вернулись: чудесная картина… Педагог, забравшийся с ногами на стол, в окружении плотоядных цветочков, и девочка-конфеточка, заинтересованно наблюдающая за этим милым межвидовым общением.

— Что ты там говорил? Единственный шанс? — хмыкнув, уточнила я у супруга.

Мужчина оказался с невероятно крепкой психикой и железными нервами, или же ему позарез необходимо было остаться в столице. Как бы то ни было, день за днем он исправно появлялся на занятиях и снова и снова мужественно пытался обучать малолетнюю мучительницу контролю над магией. И каждый раз кто-нибудь из родителей вызволял несчастного из лап любимцев Зиры.

— Граф, вам еще не надоело? — с любопытством поинтересовалась я у взмыленного педагога, отпаивая мужчину заграничным черным чаем в обеденной зале. В ответ — ожидаемый мученический вздох.

— Ваше Сиятельство, малышка очень талантлива, — мужчина налил себе уже третью чашку, откусил часть медово-орехового пирожного, тщательно прожевал и грустно добавил:

— Но совершенно не хочет заниматься.

— Так в чем же дело, поиграйте с ней, — пожала я плечами и отхлебнула горячий, бодрящий напиток из изящной фарфоровой чашки. — Уж простите за прямоту, но сразу видно, Ваша Светлость, что детей у вас нет. — В рот отправился кусочек песочного печенья. — Какой же нормальный ребенок захочет учиться? Вот играть — другое дело. — Еще один глоток. Крепкий кофе, конечно, был бы в данный момент наиболее подходящим питьем, так как я, увы, совершенно не выспалась, но не в этой обстановке — собеседник не поймет. — А под видом развлечения опытный педагог всегда может подсунуть все что угодно.

Глаза у графа Родегаса дорт Лоренера азартно загорелись. Ну что ж, посмотрим, что предпримет учитель…

На следующий день на том самом злополучном полигоне, выбранном господином герцогом для собственных чуть ли не ежедневных тренировок и частых мучений любимой супруги, собралось десять человек: близнецы с личным учителем, молодым и перспективным магом Гордоном рант Лиросом, Зира с Родегастом, мы с Вартом и Зим с сыном. Двух последних можно было бы и не брать, но мальчишки буквально уперлись рогом и наотрез отказались перемещаться куда-либо без Ритона, так что пришлось прихватить и его отца, чтобы следил за парнишкой.

Установив защитный купол для зрителей, то есть для беременной супруги и двух бастардов, Его Сиятельство примкнул с остальным магам, явно желая вспомнить молодость и как следует размяться. Уже через несколько секунд небо над участниками озарилось всеми цветами радуги, послышались отзвуки грома, и началась Великая Магическая Битва. Молнии, ливень, гром, рыки зверей, крики участников… Я откровенно скучала и особо не следила за разворачивавшимся действом. Детей муж защитил, с ними ничего дурного не случится, об этом можно было не волноваться. В самой магии я понимала чуть больше, чем ничего. А красочность битвы… До голливудских блокбастеров происходившее явно не дотягивало. И какой смысл наблюдать за тем, от чего ни челюсть не падает, ни глаза из орбит не вылезают? Зим и Ритон — те да, смотрели завороженно. Мое же Сиятельство зевало, тщетно стараясь не уснуть.

Победили, конечно же, тройняшки. Дочь, надувшись, потребовала от педагога обучить ее увиденным трюкам, так что воспитательный эффект был достигнут малой кровью.

Дни бежали, не останавливаясь ни на миг. Ирму, похоже, увезли в роддом, так как перед зеркалом подруга уже который день не появлялась. Я немного волновалась, все же сорок лет — не шутки, да и анестезия не очень хорошая альтернатива магии.

Но чувства чувствами, а дело забрасывать не стоило, и, немного поразмыслив, мы с Зойкой решили привнести новую волну в местные книжные продажи, а именно — нанять художника, желательно молодого и амбициозного, так как в этом мире книги выпускались без картинок. Иллюстрации печатать пока не получалось, не та технология, увы, а вот изобразить на плотных листах бумаги картины по мотивам произведений и продавать эти листы как дополнение к основному тексту — идея на самом деле отличная.

Нанимать со стороны никого не пришлось. Как оказалось, племянник Варта, тот самый Арниунариус, довольно неплохо владел графикой и в данный момент активно учился рисовать красками. Неофициальная помощь, которой якобы никогда не было, превратилась во вполне официальную зарплату, паренек начал довольно часто появляться у нас дома, получив в собственное распоряжение для творчества отдельную комнату, и все остались довольны.

Ирма:

Роды начались внезапно, сразу схватками, сильными и частыми, на неделю раньше срока. Мне неизменно благоволила удача: Тоша на тот момент находился дома. Мгновенно сориентировавшись, любимый в одну руку схватил заранее приготовленную сумку, в другую — меня, в чем была, и, оставив перепуганных детей на домработницу, помчался к машине. До роддома добрались, к счастью, быстро: выходной, пробок нет, дороги практически пустые, семьи еще в пятницу разъехались по домам и дачам. Уже через два часа после оформления я родила девочку. Назвали малышку Еленой.

На этот раз скоро выписаться, к сожалению, не получилось: у доченьки обнаружилась желтушка, и нас с малышкой держали в больнице в разных отделениях в общей сложности две недели.

Приехав наконец с небольшим, громко пищавшим свертком домой, я и правда обнаружила на столике у кровати часть тиража собственного романа. Стена дождя и маленькая черная фигурка на сером фоне — не очень-то жизнерадостная обложка, но мне понравилось.

Следующие несколько дней слились в одно серое нечто: покормить-поиграть- искупать-подгузник сменить… Да мало ли дел с грудным ребенком… И когда Тоша вдруг как- то утром спросил, не хочется ли мне напечатать еще и повести с рассказами, я не сразу сообразила, о чем собственно идет речь.

— А зачем?

— Ну как тебе сказать, родная… Твой роман неожиданно произвел фурор на книжном рынке, народ смел с полок все, что было в магазинах, и теперь активно требует продолжения. Ленок тебе спать сейчас не дает, писать ты пока не сможешь, так что если хочешь, давай издадим то, что уже готово.

Как говорит молодежь, я «зависла».

— Фурор? Это как?

Уже через несколько минут любимый, открыв домашний ноутбук, демонстрировал противоречивые отзывы на мою книгу, выложенные в Интернете.

«Блевать хочется! Не книга, а настоящее г…! Да чтобы я еще раз такое купила! Автор совершенно ничего не понимает в современной жизни! Откуда она вылезла? Из какой древности? А гонора, гонора сколько! Писательница нашлась! Еще и зарабатывает на читателях, печатая свою чушь! В черный список навечно!»

«Шикарная вещица! Как сейчас говорят, атмосферная! Я совсем недавно рассталась с очередным бойфрендом, так гадко на душе было, думала — не выдержу, от тоски повешусь. А тут вдруг купилась на необычную глянцевую обложку в книжном, открыла дома и забыла и про еду, и про сон. Как я хохотала! Соседей всех перепугала! За двое суток от депрессии вылечилась! За книжкой теперь очередь из моих подруг! Аффтар, пеши есче!»

«А!!! Хочу продолжения! ГГ, конечно, дура полная, но какой слог! Автор, вы точно из иной реальности! Но это даже классно! Так никто сейчас не пишет! Надо же: «Сударь, сударыня»! Обязательно куплю и другие ваши творения!»

«Дорогая Ира, пишите, прошу, как можно больше! И печатайтесь почаще! Жена совершенно случайно купила вашу книгу и настолько зачиталась, что даже не поинтересовалась, куда я собрался. Рыбалка получилась чудесная! Никто не звонил каждый час, не теребил, не мешал отдыхать. Супруга, похоже, вообще не поняла, что меня дома сутки не было!»

— И? Будешь печататься? — Ира, судя по отражению в зеркале, практически не набрала вес, а вот мне, похоже, в скором времени придется сесть на жесткую диету, чтобы не только сбросить хоть что-нибудь…

— Да. Издательство хочет заключить договор.

Собеседница устало зевнула.

— Поздравляю, подруга. Скоро станешь автором бестселлеров. Как мелкая?

Я мягко улыбнулась:

— Спать не дает — много ест. А в остальном — тьфу-тьфу, здоровая малышка.

— Великолепно. Слушай, напряги память: у твоих родителей словари или энциклопедии в библиотеке присутствовали?

Понимая, к чему клонит подруга, я покачала головой:

— Нет, не было. Ни их, ни сборников поэзии, ни каких-нибудь детских книг. Да и вообще отец не любил развлекательную литературу. Мать если что и читала, то только «из- под полы»: и дома такие книги обычно не задерживались.

— Угу… To есть ниша свободна… Отлично…

В этом вся Ира: настоящая бизнесвумен. Уж если занялась определенным делом, будет думать об увеличении возможной прибыли каждую секунду.

— Собираешься издать первый словарь?

— Скорее справочник, «Обо всем понемногу», или типа того. Да, у Зиры теперь появился учитель.

Я удивленно приподняла брови:

— В четыре года? А это не слишком рано?

— Сама против была, — подруга, не отвлекаясь от беседы, рассеянно переставила с места на место пару стеклянных флакончиков, стоявших на туалетном столике, — но после того как эта активная бандитка сорвала кулон с мелкого дракончика и вместе с ним устроила тут ад в миниатюре, пришлось нанять самоубийцу. Дочь сначала бунтовала, но потом, после показательной битвы магов, смирилась…

Ирина:

Выпуск книг был поставлен на конвейер: волшебные сказки для детей и реалистичные — для взрослых, сборник анекдотов и тостов (сутки, целые сутки мы с Зойкой, запершись в одной из гостевых, практически без перерыва сочиняли различные тексты для одной маленькой книжицы!), сборник рецептов на все случаи жизни, любовные романы, образовательная литература, лирика и философская поэзия — что только ни выпускало издательство.

Через три месяца я вдруг совершенно случайно обнаружила в одном из недавно вышедших в свет любовно-сопливых романчиков фирмы-конкурента слизанный один в один сюжет из «Анжелики», выпущенной нами за две недели до того. В высшем обществе немедленно разразился жуткий скандал. Затеял его, конечно, Варт, но подготовила мужа я, заранее накачав знаниями об авторском праве и плагиате. Противная сторона сдаваться не желала: да кто вы вообще такие, какое вам дело, что именно мы печатаем, сначала докажите, что вы имеете право на данный сюжет, мы вам ничего не должны и пр. и пр. Обратились к третейскому судье — Императору. Мол, рассуди неразумных, царь-батюшка, определи мудростью своей, кто прав: а кто виноват. Тут-то и выяснилось, что одним из документов, подписанных Дженерасом перед основанием новой типографии, был как раз закон об авторском праве. Граф: поддерживавший конкурента, публично принес извинения роду Антариониус и передал герцогу весь оставшийся тираж для реализации.

— Знаешь, в твоем прошлом мире, как оказалось, можно найти и положительные стороны, — задумчиво заметил супруг тем же вечером, посматривая на стопку романов, готовых к продаже в провинции (типография-конкурент принципиально нигде, кроме столицы, свой товар не реализовывала).

— Не дождешься, — фыркнула я, уже переодевшись перед сном в широкую и длинную ночную рубашку в мелкий синий цветочек и пытаясь удобно устроиться на тщательно взбитых старательными служанками подушках — поздняя беременность «наградила» постоянными и довольно сильными болями в спине, — Варт: я не собираюсь дарить вам никакие технологии или дополнительные знания. Хватит уже.

— Милая, этот мир давно стал тебе домом… Следует помнить об этом и…

— Милый…

Очередную наклевывавшуюся ссору прервал встревоженный Зим, деликатно постучавший в дверь спальни.

— Ваши Сиятельства, у мальчиков сильный жар.

С рождения снабженные отцом всевозможными амулетами и другой магической защитой, дети ничем не болели. Вообще. Никогда. Слова бастарда изумили обоих родителей, и мы с мужем, мгновенно прекратив выяснять отношения, поспешили в детскую.

Мальчики действительно лежали с жаром. Вчетвером. Вокруг них суетились Ингира с Верис, периодически измеряя температуру, прикладывая к разгоряченным лбам холодные компрессы и постоянно поднося к губам кружки с водой.

Посмотрев на самодельный лазарет, супруг недовольно нахмурился, словно понял, в чем дело, и вышел из спальни. Я, естественно, направилась следом.

— Что это?

— Инициация. Но…

— «Но» что?

— Во-первых, слишком рано, во-вторых, их четверо.

И испытывающий взгляд в мою сторону.

— Я тут при чем?

— Пока не знаю. Только ведь, Ира… Дети у бастардов, пусть и изначально рожденных в браке, Силой обладать не способны. Это непреложный закон. Да и Зиманариус с детства рос без магии. Неоткуда Ритону получить часть силы.

— Мальчик постоянно с тройняшками..

Сказала и поняла, что на этот раз сболтнула глупость. Муж мгновенно возмутился:

— Родная! Ну что за чушь! Магия — не вирус! Она не передается через рот!

— Воздушно-капельным путем, ты хотел сказать? Не хмурься. Все понятно…

— И ты ничего не хочешь рассказать?

— О чем?..

Блин-блинский. А ведь Варт прав… Я снова вмешалась в естественный ход событий. Вот когда порадуешься, что беременна — муж даже фыркнуть в сторону провинившейся супруги не посмеет.

— В моем бывшем мире существовал обычай братания. Люди, не являвшиеся кровными родственниками, могли считать друг друга названными братьями, реже — сестрами. Теперь это просто слова, но раньше… Раньше, чтобы закрепить ритуал, мужчины делали надрезы, чаще всего — на руках, и менялись кровью.

— И ты рассказала о таком обычае мальчишкам?

Увы и ах..

— Да. Где-то год назад. Просто к слову пришлось.

— И что теперь?

— Да что… Пройдет эта инициация где-то к концу следующего дня, будут теперь четверых учить. Да, Ирма, я прекрасно помню: никаких магов-бастардов, родовые традиции, отточенные веками, и прочий невозможный Домострой.

— Я не…

— Та ладно! У тебя на лице все огроменными буквами написано, причем жирным красным шрифтом. Варт сказал, Ритон станет очень слабым колдуном, мол, время для обучения потеряно. Но Зим с Ингирой и так от восторга чуть ли не пищат: как же, сын-маг, это ж такой престиж для байстрюков!

— Тебе это не нравится?

— Не это. Сама ситуация. Меня раздражает, что я снова и снова наступаю на одни и те же грабли: без спроса вмешиваюсь в жизни людей здесь, кардинально перекраивая их судьбы одним словом, жестом или взглядом. Хоть рот себе зашить и руки отрубить, чтобы прекратить это влияние…

— Не понимаю…

— Что тут понимать! Подумай: кем теперь станет Ритон? Полумагом? Недомагом? В таких жестких условиях — никем! С подобным социальным строем — это всего лишь еще одна сломанная судьба. Мало его отца, так теперь еще и…

— Ира, зачем ты выдумываешь? Говоришь, что я себя накручиваю, а сама чем занимаешься? Без тебя Зиманариус сейчас жил бы с нелюбимой женой.

— Ирма, солнце, очнись! Нелюбимой. Подумаешь, проблема. Стерпится-слюбится. Зато деньги и статус. Как минимум. А тут что? Стал бастардом, живет нахлебником. Да еще и единственный сын — ни то ни се. Спасибо, госпожа герцогиня! Ладно, по боку все. Пусть идет, как идет. На том свете буду отвечать. Что у тебя с книгой?

— Завтра, говорят, начнутся продажи.

— Шикарная новость. Часть тиража, как и в прошлый раз, обязательно забери.

Ирма:

Сборник рассказов тиражом в три тысячи экземпляров раскупили довольно быстро, всего лишь за месяц-полтора. В Интернете снова опубликовали разнообразные, часто довольно противоречивые отзывы. Издательство почувствовало золотую жилу и в ультимативной форме потребовало от «молодого и перспективного автора» продолжать писать как можно больше и быстрее. Молоко у меня тем временем практически закончилось, и трехмесячную Леночку начала кормить детской смесью домработница. С возросшим объемом работ она явно не справлялась, поэтому пришлось нанять и ее сестру, теперь в квартире часто слышались голоса уже двух пожилых женщин. Я с детства привыкла к многочисленным слугам вокруг, Тоша постоянно пропадал на работе и появлялся дома, когда прислуга уходила, дети занимались своими делами, включая уроки и кружки, так что никакого дискомфорта, как и следовало ожидать, члены семьи не замечали.

Освободившись от необходимости постоянно следить за чересчур активным младенцем, я вновь с головой окунулась в творчество. Второй роман выходил, на мой предвзятый взгляд, намного вычурнее и мрачнее первого, но когда Ира услышала часть текста, то ожидаемо не сдержалась и расхохоталась от души.

— Ирма, ты только не обижайся, но это… Даже названия подобрать не могу. Альтернативная литература, блин. Пиши, подруга, снимай стресс, избавляйся от собственных страхов. Кстати… Как там поживает чувство страха за детей?

Я смущенно отвела глаза: действительно, после полного погружения в новую книгу мой материнский инстинкт практически замолчал. Конечно, подобная позиция была не совсем правильной, но я ничего не могла с собой поделать…

— Не красней, все так и должно быть, самой природой, между прочим, заложено. Пацанам уже семь стукнуло, а ты до сих пор даже во двор их одних не отпускала. Пусть взрослеть начинают, а то будут в тридцать спрашивать разрешения сходить с девчонкой на свидание.

Ирина:

Жар прошел на следующий день, будто его и не было. Инициация завершилась. Теперь все четверо могли считаться полноценными молодыми магами.

— Хуже всего то, что обретение Силы произошло не в десять-двенадцать лет, как обычно, а в семь и шесть… — Варт стоял возле изящного журнального столика и отрешенно рассматривал зимний пейзаж за окном. Снег в этом году выпал необычайно рано, так что детворе уже в начале сезона было полное раздолье, и не совсем удачно слепленные первые снежки уже порхали, как потерявшиеся в пространстве огромные разжиревшие бабочки, над землей, периодически попадая не столько в воевавших оболтусов разных лет, сколько в ни в чем не повинных случайных прохожих и стекла домов в округе. — Скорее всего, катализатором послужила та Битва Магов.

— И что теперь? — признаться, меня взволновал этот вопрос, не хотелось бы нанести вред психике мелких.

— Да ничего, — пожал плечами муж. — Продолжат учиться, с поправкой на умения и появившиеся возможности. Нужно еще проверить, к какому именно виду магии у детей открылись способности.

— To есть их несколько, этих видов? — я, с трудом сдерживая стон от боли в спине, с наслаждением откинулась на высокую спинку мягкого кресла.

Судя по внимательному и чересчур задумчивому взгляду, супруг тщетно пытался понять, придут ли мои умственные способности в норму после беременности.

— Варт! Да, я не разбираюсь в колдовстве! Но это не повод смотреть на меня, как на полную дуру!

— Спокойно, родная, тебе нельзя волноваться.

Подушки под рукой не оказалось, пришлось удовольствоваться небольшим дымком из ноздрей. Намек Его Сиятельство понял и ухмыльнулся:

— Не воюй. Естественно, у магии несколько видов. Вернее есть Сила. Это способность управлять своим магическим потенциалом. Если человек выдерживает инициацию, то тогда специалисты проверяют наличие у него Дара — определенного типа магии, к которому проявляются способности. Если не выдерживает, как мой брат, то полностью перегорает и колдовать больше не сможет, а если у него и будет что-то получаться, то очень редко и, как правило, неудачно.

— Типа «Сделать хотел грозу, а получил козу»? — мгновенно припомнилась нетленка из русской попсы.

Муж давно привык к моим постоянным цитатам, так что в этот раз ничего уточнять не стал, просто кивнул:

— Да, типа того.

Проверка состоялась через пять дней все на том же полигоне. Мальчишки под присмотром нескольких взрослых «дядей-магов» демонстрировали различные приобретенные умения. Светящиеся сгустки пламени, самораскапывающиеся активные зомбяки, мощные струи воды: толстые ледяные иглы: огромное нагромождение камней, крики, грохот, вой… Все в лучших традициях голливудских апокалиптических и постапокалиптических фильмов. Хорошо, у меня психика подготовлена к таким картинам, а то очередная наследница появилась бы прямо во время «боевых действий»…

Естественно, Ритон оказался самым слабым, правда, при этом парню достался самый редкий Дар, медицинский. Официально, конечно, эта ветвь магии называлась по-другому, но я не стала загружать мозги и обозвала для себя этот вид магии уже знакомым словом.

После должного длительного обучения бастард сможет лечить людей и заниматься приготовлением необходимых в быту лекарственных снадобий. В общем, как ни крути, полезный человек.

Тройняшки, все, как один, пошли по стопам отца (что, в принципе, совершенно не удивительно). Я только тяжело вздохнула: мало в семье одного чернокнижника, теперь их будет четверо. И все — на одну слабую драконицу. Нет, пора создавать собственный тартанал и тикать туда: пока жива-здорова.

— Милая?

— Угу.

— У тебя очень выразительный взгляд.

— Не мешай. Я пытаюсь понять, как реализовать одну интересную идею. Все же местная техника не настолько далеко продвинулась…

— Боюсь даже спрашивать, в какой области лежит эта идея…

— Все в той же: как вложиться поменьше, но заработать побольше. Варт, как поживает тот любитель роботов?