Глава 11

Просыпаюсь в ее постели. Плохо спал. Сраные сны о том, как она с яхты в воду летит, одолели. Как в воде барахтается, а я тупо смотрю. Смотрю и не реагирую, будто замер. Застыл. До момента, пока она не перестала сопротивляться. Сдалась. И под воду ушла…

Медленно…

А я продолжаю смотреть и ничего не делаю.

А теперь и ебучие воспоминания накатили.

(Фар вспоминает) — 25 лет назад:

— Фархад, я сказал быстрей, сын. — Как я боялся услышать это от отца.

— Пап, мы уже и так высоко. Давай спускаться?

— Уговор был до самого верха. Отпусти руку и перестегни карабин, Фархад.

— Пап…

— Я сказал, отпусти одну руки и перестегни карабин.

— Я спускаюсь! — кричит откуда-то Карим. Он добрался до самого верха и возвращается обратно. Отец гордится им, а мной недоволен.

— Бери пример с брата. Он ничего не боится. А ты?

— И я не боюсь.

— Не слышу, Фархад, громче.

— Я тоже ничего не боюсь…

* * *

Встаю с постели. Еще раз смотрю на нее, точнее на попу, торчащую из-под одеяла. Пока вставал, накинул сверху край одеяла, чтобы не светила…

Марат уже на ногах. Давно ему отдохнуть не давал, но не время пока. Сейчас в Самарканде сделку проведем, и можно расслабиться на месяц-другой.

Заебался я последнее время. Устал. Дохера взвалил на себя. Отдыхать тоже надо.

Пока кофе в себя вливаю, вспомнилось…

Даже улыбка. Непроизвольно.

Хм, ну Райка вчера чудила. Болтала такое…

Интересно, вспомнит что-нибудь? Не уверен. Хотя эта вспомнит.

Поржу над ней сегодня. В состоянии бы была. Отойдет? Отойдет, док свое дело знает.

Бля, второй день шефа динамлю. Некрасиво себя веду. Шеф мне услугу, а я все откладываю ужин. Сегодня пойдем.

Рая

Подрываюсь с постели. По сторонам. Никого. Облегченно выдыхаю. Расслабляюсь и вновь напрягаюсь. В памяти сначала обрывки, но потом все в цепочку собирается. Шаг за шагом, крупинка к крупинке, и мысли на меня обрушиваются лавиной.

Я, Фар точно были в этой постели. На мне белье. Хорошо, что хотя бы оно есть. И почему я помню, как себя ему предлагала…

Руками лицо закрываю. Хоть и нет никого рядом, но спрятаться хочется.

А он?

Отказался. Четко помню, что отказался. Почему? Не захотел? Не привлекаю его?

Не помню, что он ответил.

Но зато четко помню его обещание. Обещал меня больше не трогать. Уже хорошо.

Вот же я…

Как стыдно. А все из-за укола этого. Попу тру. Шишки нет, а значит, доктор профессионал. Но вот лекарство…

Кстати. Как я себя чувствую?

Хорошо. Даже лучше, чем хорошо. Я энергична, что совсем не свойственно мне по утрам. Есть хочу — тоже хороший знак.

Ладно. Стоп. Что-то несет меня. Нужно постепенно.

В душ. Потом поем.

* * *

А где мой завтрак? Как-то привыкла я, что стучат и есть приглашают. Сейчас тишина…

Выглянула из комнаты, в номере никого. Тихо. Все ушли?

В руках завибрировал телефон — сообщение. Незнакомый номер. Странно.

«В 19:00 будь готова. Ужин»

По сухости сообщения сразу понятно, кто пишет. Но я решаю ответить.

«Это кто?»

Представляю, как он глаза прищурил, как злится, возможно. Но ответ пришел в духе Фара.

«Ошейник из-под раковины достань и на шею».

Откуда он знает? В моей комнате шарился?

«Как заказать завтрак?» — игнорирую сообщение об ошейнике.

Не отвечает. Голодом решил заморить? Ну и пусть.

Номер в телефон сохраняю. «Тиран». Так и написала. Иначе нельзя.

На диван завалилась, в телевизоре фильм выбираю. Смотрю минут десять, пока в номер официант не заходит с тележкой.

Он еще не вошел, а я запах испеченных булочек учуяла. На стол накрывает. Ну куда столько?

Тут и булочки, и омлет. Каша? Еще какие-то бутерброды.

Совсем не экономит Фархад. Транжира.

Пока ем, набираю маме.

— Алло, — Ромкин голос слышу и кофе давлюсь. Глаза тут же слезами наполнились, я их стряхиваю, чтобы не мешали. В руки себя беру.

— Рома, ты как, малыш?

— Я не малыш. Все хорошо. Вот лежу. — Голосок бодрый. Даже слишком. Он же вроде только из реанимации.

— А мама где?

— Сидит.

— Ладно, давай с тобой поболтаем или, может, на громкую, можно?

— Да, я в палате уже. — На громкую ставит. — Раечка, ты как там? — интересуется мама.

— Мам, я отлично. Работаю. Расскажи мне, что врачи говорят? Все-все расскажи.

Если не считать, что по телефону, то я будто завтракала в кругу своей семьи. Ромка даже шутил, и мы смеялись, но ему было немного больно смеяться.

Прогноз положительный, как врачи говорят. Еще одна операция, потом восстановление и домой. По срокам пока неизвестно, как организм себя поведет, но в целом все хорошо.

Но мне не верится. Точнее я хочу верить, но пока не могу осознать. Слишком долго мы жили с этим страхом, что за горло держал. А сейчас ослабил хватку, но воспоминания о недостатке воздуха все еще в голове. В теле. Нужно время.

Полдня в номере провалялась. Ничего не делала. От скуки чуть не сдохла.

Единственное — на балкон вышла, а тут такой шикарный вид. И зачем шторы все время завешаны?

Порядок свой навела. Распахнула шторы, дверь. Впустила морской воздух.

В Интернете нашла книгу и увлеклась чтением, сидя на мягком кресле на свежем воздухе.

Обедала вновь в одиночестве. Никогда бы не подумала, что буду скачать о компании. Даже недовольное лицо Фара я бы сейчас вытерпела, только бы не одной. Не могу быть одна. Не для меня это.

А может, привычка?

Я не бываю одна. Я либо с Ромой, либо в колледже, либо на работе. И вокруг меня всегда люди. Но не тут…

После обеда завалилась спать. Не придумала ничего интересного. Решила выспаться. Давно я не спала просто так днем, и никаких дел.

Будильник прозвенел ровно в пять. Прислушалась — тихо. Может, он улетел? И решил тут меня бросить?

Если бы…

Снова душ, укладка, и я стою перед шкафом с одеждой. Ужин, а значит, нужен наряд. Сколько же здесь всего…

Выбираю молочный сарафан, платье. Что это?

Тоненькие бретели, вырез огромный, и бюстгальтер под него не надеть. Но тут все платья такие. Извращенец несчастный.

Коротковато, но я же не планирую на барной стойке танцевать и наклоняться тоже не планирую. Пойдет. Босоножки в тон платья, ну конечно. Даже клатч есть. В него зеркало и телефон.

Смотрю на свое отражение — очень красиво, если не думать, для кого я наряжаюсь. И не буду думать. Для себя. Я все делаю только для себя.

Без десяти семь выхожу из своей комнаты. Сразу смотрю на шторы. Вновь завешаны, и дверь на балкон закрыта. Мой порядок их не устроил.

Фар стоит рядом с Маратом. На меня оборачивается, пристально оценивает и молчит. У меня сердце тук-тук. Почему? Страшно?

А он все смотрит, и реакции никакой.

— Переодеться? — осторожно спросила. Может, ему платье не нравится?

— Сойдет. Идем.

Ну я и иду. Лифт, машина, едем. Впервые в одной машине. Сидим сзади, и он слишком близко. Не так близко, как этой ночью, но все же. К двери жмусь. Нервничаю немного.

Для чего меня с собой таскать? Я же не часы, которыми хвастают. Да и было бы чем хвастаться. Мог бы себе двухметровую модель рядом поставить. А я?

Ладно. От мыслей можно с ума сойти. Лучше городом наслаждаться. Вокруг красиво. Пусть в памяти останется хоть что-то хорошее…