Глава 10

— Ты что делаешь? — Мой голос звучит странно. Будто вдалеке где-то. Смотрю на него, но веки такие тяжелые, кажется, вот-вот закроются.

Взглядом прохожу — на нем все тот же махровый халат. Лицо вижу плохо, хоть оно совсем рядом. Темно в комнате, а светильник у кровати слишком тусклый.

— Док сказал понаблюдать, пока не уснешь.

— Я почти уснула, ты мне мешаешь…

— Спи.

Глубокий вдох делаю. Хочу на него злиться, но не могу. Внутри безмятежность.

— Что он мне вколол?

— Нравится?

— Не понимаю… странно все. Я будто не здесь где-то…

— Ну так спи, проснешься — отпустит.

Снова делаю глубокий вдох, мне словно воздуха не хватает. К кровати чем-то придавливает. Ноги и руки кажутся тяжелыми. И глаза хотят закрыться, но я борюсь…

— Я тебя так ненавижу…

— Ты говорила уже.

— Всем сердцем ненавижу. Прям вот всего тебя…

— Да понял я, понял.

— Ты такой… Злой и жестокий. Как можно таким быть? Да нет. Ты, наверное, стал таким. Мы же все рождаемся хорошими, чистыми, но не ты… Ты и родился таким жестоким тираном. Потому что нельзя таким стать… Может, тебя обидели или не любили? А ты не из детского дома?

— Нет.

— Странно. А почему ты тогда такой злой? Даже собака у тебя злая. И охранники твои злые. У вас у всех инфаркт будет, вы всегда такие напряженные, собранные, злющие… Опять же, не улыбаетесь совсем, не смеетесь. Так жить нельзя…

Ну вот и засыпаю…

Но…

Фар

Вот девка выдает. Внатуре док переборщил с коктейлем. Одеяло скинула и давай халат с себя стягивать. А под ним…

Сука, провоцирует меня нехотя. Я ее сиськи еще в ванной заценил. Старался не смотреть, но там без вариантов было. Освещение охуенное и лифак полупрозрачный.

Сейчас в белье только осталась. Халат ногой с кровати спихнула, одеяло под себя подмяла и ножку на него закинула.

А я, блядь, лежу, не дышу, наблюдаю за этим цирком.

— Жарко. Почему мне так жарко? — Волосы свои назад убирает.

— Это от лекарства. Температура падает.

Руку ко лбу — и впрямь меньше. Была кипяток. Раскаленная лава и то холоднее. Как у нее кровь не свернулась от такого градуса?

— Я как-то себя чувствую странно.

— Ты, может, уже заглохнешь и уснешь?

Предлагаю, а сам не хочу этого. Райка обдолбанная мне нравится больше.

— А хочешь меня?

И тут я выпал в осадок. Нихуя себе предложение.

— Предлагаешь?

— Ну ты же просил плату, я готова заплатить. Я сейчас в таком состоянии странном, может, и переживу изнасилование. А если мне повезет, то и не вспомню. А ты меня потом отпустишь. Давай?

— Я больных и обдолбанных не трахаю.

— А я больная? — Глаза свои голубые на меня вылупила. Блядь, как она их такими огромными делает. Жутко становится…

— Акклиматизация у тебя.

— А-а-а, ну вот, не больная же. Да и врачи меня тогда обсмотрели всю. Отчитались тебе?

— Конечно.

— И ты все равно меня изнасиловать хочешь?

— Я не насилую.

— Ну это как посмотреть. Заставляешь слушаться тебя, унижаешь, обижаешь меня. С яхты столкнул… Знаешь, как я напугалась. Сильно-сильно. Думала, все, конец мне. Я тебя даже подумала убить, во сне. Но я задушить не смогу, ты намного сильнее. Только если ножом по горлу…

Пиздит и не умолкает. Я не могу над ней. Лежит, мое убийство обсуждает. Другой на ее месте за такие слова уже бы на себя тонну бетона принял, а эта…

Ха, не боится. Нихуя. Это от лекарства. Пусть док ей каждый день такое колит. Вот же умора…

— Я же сказал, что не знал, что ты плавать не умеешь. Замяли вопрос…

— Не-е, за такое надо просить прощение, Фархад. Мама тебя в детстве не учила, что девочек обижать нельзя? Ладно бы я тебе что-то сделала, а я же нет. Я вообще хорошая и людей люблю. Всех, кроме тебя…

— Я не прошу прощение.

— Пора начинать, в твоем-то возрасте. Может, тебе и легче тогда будет. Улыбаться начнешь, а то злой вечно… Улыбнись.

Я и так лыбу давлю минут десять, а она будто сквозь меня смотрит, и глаза — стекло.

Ну Райка разошлась. Извинение ей надо. Ха, а больше ничего не надо?

— Ты уснешь? — Еще она попытка бабу угомонить.

— А ты со мной сексом заниматься не будешь?

— Нет.

— Предложение действует три секунды. Раз, два, три… Ваш ответ?

— Не буду. Спи.

— Ты сам отказался. И больше не лезь ко мне тогда. Обещай мне. Вот прям сейчас обещай…

— Что тебе обещать?

— Что не будешь ко мне приставать? Не будешь меня целовать, зажимать и все, что ты там надумаешь. Обещай.

— Обещаю, что не трахну, пока сама не попросишь.

— Пфф, ха-ха-ха, вот ты дурак. Этого никогда не будет…

— Заглохни уже. Я спать хочу.

— Сладких снов, Фархад. Я тебя так ненавижу…

Наконец, чудная баба уснула. Да, доктор завтра пизды получит, что переборщил с дозой. Ну температуры нет, уже хорошо.

Доебалась же со своим обещанием. А я взял и пообещал. Только она завтра не вспомнит об этом…

А я и не скажу. Хотя за слова свои всегда отвечаю.

Спит. Губами шевелит. Пухлые, розовые и вкусные. Я хоть и пьяный был, но губы распробовал. Не далась, но я терпеливый…

Да нихуя не терпеливый. Она лежит, трусы прозрачные. Жопа наголе. Еще выставила ее так, точно б пристроился…

Зад что надо у Райки. А сиськи…

Хочу голыми их увидеть. Чтобы я на спине лежал, а они на меня смотрели. Соски эти розовые.

А я в ней…

Блядь, целка. Чтобы в ней оказаться, еще поработать нужно. Решаемо.

Сука, стояк ебучий. Когда не надо. Ну а хули? Баба полуголая рядом лежит, такая…

Чересчур невинная. Убогая больше. Беззащитная совсем. Не нужная никому. И, сука, сильная. Девятнадцать лет, а она семью на себе прет. Как может, но прет же. Другая на ее месте уже бы давно ноги раздвинула перед кем нужно и в бабках купалась. А эта, сука, правильная. Чистая. Никого к себе не допускала. И меня не допустит. Отбиваться будет, но не допустит.

Не так все. Совсем не так, как планировал. Я хотел ее сломать, подавить, унижать, пока совсем гордости в ней не останется. Но чем больше дрочу девку, тем она сильнее становится, броней покрывается. Постепенно, медленно, но закаляется. И в ответ бычиться начинает. Ха, бычиться. Внатуре быка продолжение…

Дерзость — она с кровью передается.

И какого хрена я не сплю? Мысли эти сраные мозги мне забили. Не тем совсем, чем нужно.

Но желаемого я добился. Через пару дней инфа дойдет и месть свершится. О, как я заговорил, бля, как в культовом боевике. А девчонка? Может, хватит с нее? Пора отпускать?

Что-то не хочется. Она только раскрываться стала. И чем дальше, тем интереснее…