Глава 13
Рая
Дверь в мою комнату захлопнулась минут пять назад, а я все сижу и не двигаюсь.
Смотрю на себя — неприятное зрелище. Порванные трусы еще болтаются на ноге, платье в… его этой жидкости. Да что там платье, основная масса пришлась на меня, на мою…
Я в смятении, в непонятном состоянии. И оно меня пугает.
Пугает, потому что мне хорошо. Мне было с НИМ хорошо, приятно и даже больше…
Пусть он грубый, жесткий, но сейчас со мной он был нежным и искренним, чувственным. Не знаю, подходят ли Фархаду эти слова, но он был именно таким.
Его губы, руки не сделали мне больно. Они дарили лишь наслаждение, немыслимое возбуждение и…
То, что я с ним сейчас испытала, было развратно, грязно, порочно и так прекрасно, приятно. И почему мне хочется еще…
Собираюсь с остатками сил и бегом в душ. Снимаю одежду, кидаю ее в корзину и забираюсь в кабинку. Теплая вода меня расслабляет. Но мысли не покидают головы. Я раз за разом прокручиваю, что было в этой комнате между нами. Что делал он, и как на это реагировала я, мое тело.
Пока надеваю пижаму, обращаю внимание на вещи Фархада, которые валяются на полу. Поднимаю брюки, пиджак. Кидаю брюки в корзину, но торможу, когда в руках остается пиджак. Сжимаю его, прижимаю к себе и вдыхаю запах.
Как же вкусно от него всегда пахнет…
Швыряю к остальному белью и в постель. Тут тоже по всюду запах мужчины.
Подминаю под себя одеяло и засыпаю…
* * *
Сегодня единственный день, когда я не поставила будильник. Проснулась почти в десять утра.
Первым делом, еще будучи в постели, позвонила маме. Разговаривали почти полчаса. Ромке гораздо лучше. Почти ничего не болит, и такой веселый у него голос.
Мое сердце ликует. Брат идет на поправку, а значит, все не зря.
Встаю с кровати, и хотела было пойти умываться, как на телефон пришло сообщение.
Как всегда, четко и по делу.
«Собирайся на пляж. Позавтракаешь тут. Кит ждет».
На пляж? Загорать? Наконец-то потрогаю море, хотя я уже трогала. Даже плавала, если мой полет с яхты можно назвать плаванием.
Но мое настроение не испортят даже эти ужасные воспоминания. Ничего не испортит.
Решаю сразу облачиться в купальник. Где я там буду переодеваться?
Ярко-желтый — классный цвет. Если не брать в расчет трусы. Кто вообще любит купальники со стрингами? В них, не знаю, стыдно ходить. Задницей светить на весь пляж. Может, кто-то не хочет смотреть на мою почти голую попу.
Надеваю поверх шорты и футболку, что больше похожа на кольчугу, — интересный стиль. Крем от загара, шлепки в руки и вперед.
Чувствую себя знаменитостью, пока иду по вестибюлю отеля. Кит, конечно, чуть меньше Марата — пониже и поуже, но по сравнению со мной он тот еще гигант. Так и иду с этой «горой» на улицу.
В машину сажусь и сразу накидываю ремень безопасности, выработала привычку. Все водители Фара — ужасные водители.
В машине стоит тишина, лишь радио еле-еле что-то болтает. Но я смотрю только в окно — красиво вокруг. Красиво и безумно интересно. Мне бы хотелось просто побродить по улочкам, магазинам. Посмотреть, но…
Он не позволит.
К пляжу свернули, на парковку. Ремень отстегнула, а Кит мне дверь открыл. Джентльмен.
Хотела вылезать, но футболка в крупную вязку зацепилась за молнию.
Пытаюсь отцепиться, но не выходит, держит где-то на спине. Копаюсь, чем начинаю злить моего сопровождающего.
Чертова молния на чехлах для сидения, дергаю. Не выходит.
И тут Кит меня за руку как схватит и из машины одним рывком. Чувствую, как поцарапало кожу, и слышу треск ткани. Отпускает, а я на футболку…
Порвалась. Клочки болтаются.
Ну вот, порвал красивую вещь. Или вещь — это я?
Сумку мою вручает и громко хлопает дверью. Идет к пляжу, я за ним. Ногами перебираю.
Подходим, и что я вижу…
Шатер, беседка или что это?
Все в белой ткани, что развевается по ветру. А вокруг никого. Ни одного человека на пляже. Ну, отдыхающих.
Мы одни на этом клочке?
Подхожу к шатру, захожу внутрь. Никого.
Посредине стоит белоснежный диванчик, рядом столик. На нем — огромное разнообразие еды и закусок.
Кладу сумку на диван и оборачиваюсь. Будто что-то притягивает посмотреть назад…
Фархад выходит из воды. Далеко, но я вижу. На нем нет ничего, кроме шорт для купания…
Идет по золотому песку, приближаясь к шатру. Капли воды на его теле блестят на солнце, делая цвет кожи еще темнее. Бронзовым. Татуировки… Почему-то теперь мне кажется, что они ему очень идут. Без них он бы не был собой. И я вновь застываю. От одного его вида застываю и не могу двигаться. Замираю и просто смотрю…
Фар заходит в шатер, бросает суровый взгляд на меня и всматривается куда-то.
— Я тебе столько шмоток купил, а ты выбрала рваную кофту, — кидает претензию, но я не виновата в этом.
— Она нормальная была, пока твой головорез меня из машины не выволок. Я о молнию зацепилась, а этот подождать не мог. Еще и поцарапалась из-за него…
Я говорила, когда Фархад стал приближаться. Подошел близко, потянул рукой и отогнул края футболки. Смотрю вместе с ним. Чуть сбоку, под грудью, небольшая царапина.
— Марат, — громко зовет он своего охранника.
Марат тут же заходит в шатер.
— Фар.
— Кит где?
— Тут.
— Зови.
И теперь два головореза стоят в шатре, а страшно мне.
— Кит, что я сказал тебе сделать? — говорит спокойно Фархад, смотря на своих людей.
— Девчонку привезти…
— Дословно.
— Привезти Раю из отеля, как проснется, — пересказывает здоровый бугай.
— Вот и я, блядь, не могу вспомнить, что говорил тебе трогать ее руками.
— Фархад… — хотел было что-то ответить Кит.
— Захлопнись. Я говорил трогать ее руками? Рвать на ней одежду? Говорил?
— Нет.
— Перегрелись нахер, или что? Я не понимаю. Марат…
— Да.
— Что да? Я непонятно говорю? Вы речь перестали понимать, или мои приказы больше ничего для вас не значат?
— Такого больше не повторится… — говорит Марат.
Он главный, ему и отдуваться. А я себя чувствую так… неприятно мне. Я же не хотела, чтобы Фархад их отчитывал. Не было у меня в планах жаловаться на охранников.
— Я очень на это надеюсь. — Делает вдох. — Найди людей на замену на два дня, а вы оба отдыхать. Хуйню творить начали, меня такое не устраивает.
— Фар…
— Я все сказал, свободны.
Парни развернулись и вышли из шатра. Я снова замерла. Страшно. Не хотелось бы мне попасть под горячую руку Фархада. Если такие бугаи его боятся, то я и подавно.
— Да все хорошо со мной, мне не больно было… — хочу как-то оправдать Кита.
— Мне похуй. Мои приказы не обсуждаются. Им просто следуют. Совсем уже охуели…
И что он так завелся? Ну порвалась футболка. Не думаю, что она дорого стоит. Да и я переживу грубость его охранников, не сахарная, не растаю. Закалилась после проведенного времени с Маратом, со всеми ими…
— Садись ешь, — говорит, и я на диван попу приземляю. Фар тоже.
Чуть отодвигаюсь, почти незаметно. Слишком уж близко он…
А после вчерашнего я чувствую неловкость и стыд.
Наливаю себе чай и начинаю есть, Фар тоже. Он не отрывается от телефона, постоянно печатает. Переписывается с кем-то?
— Можно мне позагорать?
— Можно. Кремом только облейся вся. Чтобы тебя и от ожогов лечить не пришлось.
— У тебя у самого нос сгорел, вон красный какой, — сказала и пожалела. Фар медленно повернулся и на меня. Его взгляд меня тут же парализует. Зря сказала, ой зря. Нужно исправить ситуацию… — Дать тебе крем?
Меняется в лице. Замечаю ухмылку.
— Сама намажь.
— Нос тебе? — уточняю.
— Ага.
Достаю крем из сумки, чуть придвигаюсь к нему, а он ко мне ближе. Прям надо ему вплотную сесть.
Выдавливаю на палец капельку и тянусь к его лицу. Касаюсь. Осторожно втираю крем в покрасневшую кожу и чувствую, как моего живота касаются его пальцы.
Втягиваю живот в надежде, что это поможет от него отдалиться, но не выходит…
— И плечи давай, горят уже… — Как может такой темнокожий вообще сгореть? Нос ладно, но плечи…
Не спорю. Выполняю его приказ. Видела пять минут назад, как Фар злиться умеет. Не буду перечить.
Снова крем выдавила, на ладонь на этот раз. Размазываю и опускаю руки на его плечи. Начинаю втирать, а он руку свою мне под футболку просовывает и легонько по талии гладит. Так нежно, еле касаясь, что я начинаю рассудок терять…
Реальность уходит, и я чувствую только его прикосновения. Мне они нравятся, но стараюсь вида не подавать…
Ему дай волю. Но почему я не отбиваюсь? Не говорю убрать руки? Я ничего не делаю.
Фар руку свою к моему лицу тянет. К губам. И смотрит так…
Пристально.
И дышит…
Тяжело опять.
Касается пальцем нижней губы, проводит по ней и вниз тянет. Заставляет рот приоткрыть.
Приближается. Вплотную. Так, что между нашими губами остается миллиметр. Я ощущаю тепло от его дыхания.
Пульс ускоряется. Мое дыхание сбилось, и я чувствую тревогу, страх. Он…
Еще ближе. Касается губ. Не целует — просто прижимается к губам и ничего не делает. А я…
Не отталкиваю его, не кричу, не возмущаюсь. Я ничего не делаю, жду, что будет дальше. Но ему покорность лишь претит.
Это я уже поняла…
Эмоциональный вампир. Садист. Он питается криками, скандалами, издевательствами. Но я больше ему не поддамся.
Когда я предлагала ему себя под лекарствами, он отказался. Потому что добыча была на блюдечке, а ему нужно неповиновение. Дерзость и желательно, чтобы поперек говорила. Хм, не дождется.
— Так быстро ты на все соглашаешься. Стоило разок кончить, и девка совсем ручной стала?
Хочет обидеть? Задеть? Вывести меня на эмоции?
Не выйдет больше.
— А ты разве не хотел покорную? Я научилась выполнять твои приказы, Фархад. Беспрекословно, — шепчу. Последнее вообще в его губы. Тихо-тихо и немного протяжно.
И что-то в его взгляде меняется. Лицо расслабленно. Уголки его пухлых губ слегка приподнимаются вверх.
Я раскусила его игру, а он раскусил мою.