Глава 14
Фар
— Ты, кажется, позагорать хотела? — спрашиваю, но не двигаюсь.
— Я еще не доела. — Убирает ладони с моих плеч, а я руку с ее талии, хоть и не хочется. Отодвигаюсь. — Можно поесть? — спросила и ресницами хлопает. Сучка…
— Пожалуйста.
На диване разваливаюсь, в телефон утыкаюсь, а сам на нее. Что ты задумала, Рая? Что в твоей красивой головке, девчонка?
Да неважно.
У тебя нихуя не получится. Я в эту игру всю жизнь играю, а ты новичок сборной. Но попытка засчитана, теперь мой ход. Пиздец тебе, Рая.
Вчера ты меня только чуть-чуть зажгла. Но пожар будет страшным.
Я разогревался, пробу снимал, но такой отдачи не ожидал. И это от девки, которая впервые кого-то себе в трусы пустила…
А какой она будет, когда во вкус войдет? А она точно войдет. Так стонала вчера, так губами своими в меня впивалась, а тело ее…
Ебашило не на шутку. Как тогда, от температуры, только в этот раз градус возбуждения был на пределе.
Хочу повторения…
Прям сейчас бы ее под себя подложил и трахнул.
Может, сначала и посопротивляется, но потом сдастся. Податливой станет.
Не-е… не хочу.
Поиграем. Так веселей…
Доела. С места встает. Из сумки достала очки.
Футболку снимает, стоит спиной ко мне, а я царапину вижу на бледной коже и завожусь сразу. Нехуй мое трогать. И смотреть нельзя…
Никому.
Передом развернулась. Глазами по изгибам ее проезжаю. Торможу на засосе над титькой. Моя метка. Одного мало. Сегодня добавлю парочку.
Пуговица на шортах в ход пошла.
А у меня стояк тут как тут. Прям в секунду. На что?
Шорты вниз. Ну трусы как трусы…
Пока жопой не повернулась. Все, пиздец. Охуенные булки. Упругие и торчат вверх…
А сейчас еще и голые, лишь тонкая полоска трусов между ними. Член мой бедный в узел скрутило от шикарного вида.
Она из шатра и на улицу, жопой вертит. Моей жопой…
Иду следом. Только вышел, в сторону смотрю.
Кит на меня, а потом в никуда — правильно.
Райка на шезлонг легла, два штуки рядом стоят. На живот завалилась и попец свой наверх выставила. Садистка несчастная…
Я прямиком в воду. Остыть надо, если поможет. Вода — парное молоко, а то и теплее.
* * *
На песке посидела. По колено в воду зашла, но так и не окунулась ни разу. Опять на песок жопу свою приземляет…
Не хочет купаться?
На улице больше сорока градусов, как не хотеть.
Боится?
Если так, то это моя…
Снова слышу скрип зубов. Ебучее чувство нахлынуло. Спас звонок. Телефон разрывается. Подрываюсь, в шатер иду…
— Здорова, брат. — Карим звонит. Пиздеть сейчас начнет, что я еще в Эмиратах.
— Здорово.
— У тебя проблемы? Почему вылет перенес? Я тебя завтра ждал. — Как я и думал.
— Проблем нет. Наслаждаюсь видами… — не спиздел. Райка снова встала и по пляжу идет, а я из шатра за ней наблюдаю.
— Фар, брат, ты завязывай хуйней страдать. Какой размер сисек у твоего вида? — ржет сука.
— Отъебись…
— Послушай меня, брат. Хочешь трахать баб — трахай. Можешь даже семью завести, детей. Гарем организовать, я не знаю. Но не с этой девкой, Фархад. Эта баба — бракованная. Изначально была такой. Хуевые гены…
— Карим, успокойся уже. Заебал с нотациями. Ты не отец мне, давай я сам как-нибудь разберусь.
— Вот именно, я не отец. Он бы на моем месте не знаю, что с тобой уже сделал. А я тебе советую, брат. Хоре с бабой возиться, нахуй ее, и в Самарканд прилетай. Ты мне здесь нужен.
— Она со мной прилетит, — решил уже.
— Ебать, Фархад. Пришли мне фотку ее. Что такого в зеленой девчонке, что у меня брат хуйню творить начал? — не унимается. Ржет еще сильнее, бесит.
— Обычная.
— Была бы обычная, давно бы в расход пустил. А эту при себе держишь. Ты кончай, брат, хуйней страдать. Последний раз тебе говорю. Вот ты всегда такой был. Вспомнить эту… Блядь, как ее? Соседку нашу.
— Отвали…
— Ты же тогда жениться собирался. Ха-ха-ха, влюбчивый Фарик. Хуево это. Бабы — расходный материал, Фар. Делают приятно, но возни много. А в нашем случае и опасность дополнительную привлекают. Дохуя кому дорогу мы перешли, брат, а ты знаешь, куда бить станут. Сам сейчас так поступаешь.
— Я отошел от плана. Еще в Москве отошел.
— Все я знаю, Фар. Ты кого наебать хочешь? Старшего брата? План какой был? Быку отомстить. Сделано. Девку можно отпускать, не нравится мне, как она на тебя влияет.
— Все, заебал…
— Я сказал, хватит. Жду в Самарканде. Одного. Дело важное подвернулось, а ты херней страдать вздумал. Мне мой брат сейчас нужен, а не пацан сопливый, что перед девкой скачет. Отдохнул — достаточно, пора делами заняться. Все, на связи.
Карим трубку повесил, а я думаю…
Похуй мне на его мнение. Тоже мне, второй отец заделался. Херню какую-то несет. Семья, дети — неинтересно мне такое. Геморрой лишний. Девки так мозги могут выкручивать, а жены? Там вообще пиздец…
Не. Какая семья? Брат — моя семья. Всегда так было. Особенно когда отца не стало.
Отец…
Хуевый у нас был отец. Но Райкин вообще днище. Конченый…
У нас батя хоть и суровый был, но за нас с братом любого в порошок был готов стереть, уничтожить. Понятия были, принципы. Хуйню порой творил, но за семью грудью перед автоматом был готов встать…
А этот…
Гнида.