23. Запрос на чудо

После истории с цирком и сливой в карамели жизнь моя вошла в почти привычное, спокойное и мирное русло. Насколько вообще можно назвать мирной жизнь той, кого выдернули из другого мира, поселили в магазине фарфора и заставили работать на загадочного городского «повелителя». Но все-таки.

Я открывала лавку. Протирала витрины. Обслуживала покупателей. Получала весточки от Дрейка: иногда он забегал сам, иногда передавал с мальчишкой-разносчиком пряник в глазури или маленький букетик цветов.

А вечером я рисовала. И с каждым днем все лучше понимала одну удивительную вещь: фарфор действительно меня слушался. Не всегда. Не во всем. Но определенно слушался.

С вазой Марры получилось замечательно: на ней нарисовалась чудесная лиана, на вид подозрительно живая, неизвестного мне вида… Но, увидев ее, Марра охнула и прижала вазу к груди, воскликнув: «Ты же мне ее оставишь?» Потом я попробовала расписать еще несколько тарелок. Затем небольшую сахарницу. И каждый раз ощущала одно и то же странное чувство.

Словно рисунок уже существует внутри белого фарфора, а я просто помогаю ему выбраться наружу. Это было ужасно странно и ужасно прекрасно. Я даже как-то подзабыла слова Марры про опасность… Пока под моей кисточкой не пробудилась настоящая магия.

Однажды в магазин вошла женщина с девочкой лет восьми. Пока мама рассматривала сервизы, ее дочь медленно ходила вдоль витрин, внимательно изучая каждую чашку, каждую тарелку и каждую вазочку. Причем делала это с таким сосредоточенным видом, словно проводила государственную инспекцию. Я украдкой наблюдала за ней и невольно улыбалась. Потому что именно так выглядела я сама в детстве, когда попадала в книжный магазин.

Наконец девочка подошла к прилавку. Остановилась. Посмотрела на меня, на свои ботинки, в окно, потом снова на меня. И окончательно смутилась.

— Да? — мягко спросила я.

Она нервно сцепила руки за спиной.

— Госпожа Зоя…

— М-м?

— А можно попросить у вас одну вещь?

— Попробуй.

Девочка глубоко вдохнула.

— Я хотела бы волшебную чашку.

Я замерла.

— Волшебную?

Она быстро закивала.

— Чтобы внутри была роза.

— Роза?

— На первый взгляд, обычная. Но чтобы когда наливаешь чай… она распускалась.

Последние слова она произнесла почти шепотом, словно понимала, насколько невероятно звучит такая просьба. Я почувствовала, как внутри что-то дрогнуло.

Потому что это была не просьба расписать чашку, цветами ли, драконами ли… Это была просьба поверить в чудо. А с чудесами у меня в последнее время складывались довольно тесные отношения.

Я задумчиво посмотрела на девочку и вдруг поняла, что ужасно хочу попробовать.

— Приходи завтра.

Глаза у девочки стали огромными и круглыми-прекруглыми.

— Правда?

— Правда.

— Вы сделаете? Создадите эту чашку?

— Постараюсь.

Девочка посмотрела на меня так, словно я только что пообещала достать луну с неба.

И честно говоря… Мне самой стало немного страшно. Потому что я совершенно не представляла, получится или нет.