24. Сказочный титул

Весь вечер я провела в мастерской.

Сначала долго думала, потом рисовала эскизы и выбирала чашку. А потом все пошло не так.

Руки у меня дрожали, а роза никак не хотела получаться правильно.

То она была слишком обычной. То слишком похожей на иллюстрацию из учебника ботаники. То кривой. То не похожей на розу вообще. То плоской. И ни разу… ни разу не волшебной.

Когда же я уже почти отчаялась, а вокруг выстроились уже одиннадцать неудачных чашек, в памяти вдруг всплыло лицо девочки. Смущенное и освещенной надеждой на чудо. И кисть словно сама нашла нужное движение.

Лепесток. Еще один. Еще.

Нежно-розовые оттенки. Капли серебра. Легкие блики. Плавный переход цвета, от зелени к пепельной розе.

Постепенно внутри чашки будто начал распускаться цветок Не просто цветок. Маленькое чудо.

А когда работа была закончена, я долго сидела и смотрела на результат и улыбалась. Потому что получилось именно так, как надо. И всю ночь потом мне снился танец цветов, кружащихся на белоснежном фарфоре и кланяющихся друг другу.

На следующий день девочка примчалась к магазину за несколько минут до открытия. Когда я вышла на крыльцо, чтобы открыть двери, она уже переминалась с ноги на ногу и натурально подпрыгивала от нетерпения. Ее мама стояла рядом и чуть виновато улыбалась: мол, ох уж, эти дети. Я хитро улыбнулась и поманила ее за собой.

Увидев чашку, девочка застыла.

Потом ахнула и прижала руки к груди. И вдруг обняла маму так крепко, словно выиграла все праздники мира одновременно.

Наверное, именно тогда я поняла, что круче всего в моем перемещении между мирами.

Вот такие моменты. Когда кто-то становится счастливее. Из-за вещи, которую я сделала своими руками.

После их ухода я еще некоторое время ходила по магазину с глупой улыбкой.

А ближе к вечеру в магазин заявился еще один маленький посетитель. Только один, без родителей. Он деловито подошел к прилавку. Оглянулся. Потом поманил меня пальцем. Я наклонилась.

— Что случилось?

Он заговорщически понизил голос.

— Только никому не говорите.

— Постараюсь.

— Мы считаем вас волшебницей.

Я моргнула. Потом еще раз.

— Кто это «мы»?

— Дети.

— Ага… — и что тут скажешь? Надо восхититься? Или ужаснуться? Наверно, моя мачеха скорчила бы серьезную мину и процедила что-то вроде «что за ребячество!» Представив себе такую реакцию. я хмыкнула и улыбнулась.

Мальчишка важно кивнул.

— Настоящей волшебницей.

— Даже так?

— Даже так.

Я честно попыталась сохранить серьезное лицо. Не получилось.

— И что же мне теперь делать с такой ответственностью?

— Не знаю.

Мы с мальчиком посмотрели друг на друга, подчеркнуто серьезно подвигали бровями и одновременно расхохотались.

— У меня поручение от Мишель.

— Мишель?

— Вы нарисовали для нее розу.

Оказывается, слухи среди детей распространяются быстрее городских сплетен. Кто бы мог подумать.

— И что за поручение?

— Она хочет чем-нибудь вас отблагодарить. Сама сразу сказать постеснялась, поэтому прислала меня.

И тут меня осенила идея. Гениальная. Немного стыдная. Но в первую очередь гениальная.

— Вообще-то…

Я смутилась.

— Если вдруг она захочет мне что-нибудь подарить…

— Да?

— То можно еду.

Мальчик растерянно моргнул.

— Еду?

— Совсем немного.

Я почувствовала, что начинаю краснеть.

— И желательно не на глазах у всех. Мне ужасно стыдно признаваться, насколько сильно я люблю вкусно поесть.

— Ооо, — восхищенно протянул мальчишка. — Вы прожорливая волшебница! Я передам ей. И всем передам. На будущее. Договорились, госпожа волшебница.

А я подумала, что, возможно, впервые за долгое время моя жизнь начинает становиться реально похожей на сказку. Прожорливая волшебница! Достойный титул, верно?