Глава 19

ГЛАВА 19

В ночной тиши, нарушаемой лишь маятником часов и шипением кипящей воды, раздался оглушительный взрыв. Сверху послышалась приглушённая ругань, это мама моя в очередной раз вспоминает особые словечки из культуры троллей. Федька нырнул под стол, прикрывая лапами свой нос, словно это могло ему хоть немного помочь. Я же всего лишь нахмурила брови, раздумывая над тем, что я опять сделала не так. Не то чтобы я стремилась приготовить что-то особенное, но свой собственный рецепт придумать хотелось.

— Викуль, а что собственно мы готовим? — Решился впервые за прошедший вечер и начало ночи задать вопрос мне Федька.

Пожала плечами и честно ответила:

— Понятие не имею.

Фамильяр выругался, громко чётко с расстановкой и так, что даже ни одного слова в своих выражениях не повторил. И если бы мы были сейчас дома у себя в лавке, то я бы его пожалела и прекратила свой безумный творческий порыв, но так как лаборатория была моей матушки, то отступать без приличной причины было настоящим кощунством.

— Федь, ты иди. Может, поспишь немного, а я тут... — Обвела рукой помещение, намекая что, я тут ещё немного поведьмачу.

— Нет уж. Без меня ты тут махом взлетишь на воздух, а так только стены пока и трясутся. — Не согласился мой вынужденный помощник, для которого помощь мне не только не имела энтузиазма, но и откровенно пугала.

— Как хочешь. — Беспечно согласилась и пошла менять воду в котелке.

А всё началось с того, что я три дня провела в безудержных рыданиях. Мне было плохо, одиноко и я ненавидела весь мир. Сейчас я его, конечно, тоже не особо люблю, но маменьке уже не приходится отпаивать меня успокоительными настойками. То ли мама решила, что много успокоительно вредно, то ли просто устала со мной нянчиться, но она мне сделала предложение, от которого я не смогла отказаться. К слову любая уважающая себя ведьма тоже выбрала бы получить чужую лабораторию в личной пользование, пока своей под рукой нет, чем заливать подушку слезами. Была бы я у себя в лавке, уже давно бы занялась привычным занятием, чтобы выкинуть все мысли из головы, но туда я возвращаться не спешила, да и не ждёт меня там теперь никто, потому что мама даже моего домового к себе переехать временно уговорила, лишь бы её чадо, то бишь я, было подольше под присмотром. И если первые несколько дней я готовила обычные ведьмовские отвары и заготовки, а по ночам невольно вспоминала одного ярко-голубоглазого гада, который и не думал объявляться, то теперь решила изобрести свой собственный рецепт.

— Дорогая, — мама бесшумно появилась в лаборатории. — Может тебе стоит на что-то ещё отвлечься?

— Угу. — Покорно согласилась, отсчитывая пятнадцать капель сока трёхлистного цветка.

— Я имею в виду мужчину. — Зачем-то уточнила мама.

Я согласно махнула головой. Побыстрей бы они уже от меня отстали!

— Вот и договорились, — радостно пропела Светлана Михайловна, сбивая меня с подсчёта.

— Мам! — Громко возмутилась маминому коварству.

— Уже ухожу. — Это мне, а фамильяру, — Фёдор, ты свидетель! Пойду, с Люсиндой пообщаюсь, может она кого посоветует.

И когда мама наконец-то исчезла из лаборатории, а я облегчённо выдохнула, оставшись в тишине.

Ненадолго.

— Вик... Викуля... Виктория! — Стал звать меня кот, крича прямо в ухо, и рука дрогнула, высыпая весь порошок сушёной кувшинки болотной в котёл.

Вода жадно поглотила подношение и забурлила, меняя свой прозрачный цвет на ядовито-зелёный. И всё бы ничего, но она запенилась, и эта пена поползла из котелка, так быстро, что я успела только отскочить подальше, чтобы не соприкоснуться с пеной с неизвестными свойствами. Федька же, затушил огонь, вытер слезящиеся глаза и жалобно так попросил:

— А может, хватит?

— Может и хватит. — Покорно согласилась, потому что теперь тут не то что дышать стало невозможно, но и ведь не видно же ничего было!

Мы молча покинули лабораторию, бесшумно поднялись в мою комнату, и даже пока я принимала ванну, Фёдор молчал. Лишь, когда я переоделась ко сну, он не выдержал и решил поднять ту тему, которую я стараюсь избегать.

— Ты же поняла, что именно предложила тебе Светлана Михайловна?

Вспомнила, скривилась, но всё же согласно кинула, надеясь, что фамильяру этого достаточно. Ошиблась.

— И ты уверена, что уже готова с кем-то встречаться? — продолжил допытываться он.

— Федь, к чему всё это? Ты не хуже меня понимаешь, что рано или поздно мне придётся с кем-то встречаться, чтобы подпитывать свою сущность. Не вижу ничего плохого в том, что мама беспокоится и хочет наладить мою личную жизнь.

— Да-а? — Протянул он недоверчиво и язвительно добавил, — а раньше ты была против!

— Раньше я и демонов не любила, а сейчас живу в демоническом царстве и не очень-то расстраиваюсь.

Я не хотела поднимать эту тему. Совершенно не хотела. Просто потому что когда я думаю о Князе, то даже дышать становится больно. Такое ощущение, что у меня вырвали лучшую мою половину и не дали ничего взамен. Хотя кое-что всё-таки дали... боль и разочарование. И держусь я сейчас исключительно на своей гордости, потому что он даже не вспомнил обо мне ни разу и не пытался хоть как-то связаться. А я ждала... Все три дня, что проревела в подушку, ждала и готова была ему простить всё, только бы почувствовать снова тепло его рук.

— Вик, — тихо позвал Федька, и я поняла, что снова плачу.

— Свидание, так свидание. А с кем... да какая разница! — В сердцах воскликнула я. — Всё, спать.

Кот промолчал, но его недовольство я ощутила кожей. Хочется накрыться одеялом с головой и не думать... ни о ком не думать.

***

А вот утро началось неожиданно. Нет, оно всегда приходит неожиданно, особенно если только лёг спать, но сегодня оно превзошло все мои ожидания. Кто-то не в меру наглый легонько постучал кулаком по моему лбу и ядовито так поинтересовался:

— Дома кто есть?

Нехотя открыла глаза, обозревая довольную морду демона, и подавила в себе желание высказаться, используя те самые словечки, услышанные от мамы и Фёдора.

— Знаешь Демид, я конечно рада тебя видеть, но не в своей спальне! — В словах прорывалось взбешённое рычание, но впечатление оно не произвело.

— Я бы тоже предпочёл сейчас не твою спальню, но я же не жалуюсь! И вообще это ты у нас на свидание собралась, а спутника тебе подыскивать почему-то должен я.

— Что? — Глухо спросила и села, растирая лицо руками.

— Светлана Михайловна и моя мама спелись. Не знала?

Припомнила, что мама что-то там упоминала про Люсинду и уже более внимательно посмотрела на своего собеседника.

— Догадывалась.

Демид хмыкнул и весело продолжил, разыгрывая из себя важную персону.

— Я как самый ответственный и лично знакомый с объектом, — в меня грубо тукнули пальцем, — должен подобрать объекту красивого, внимательного, заботливого, а самое главное не обременённого супружескими узами демона из числа своих знакомых. И вот смотрю я на тебя и думаю, кого из знакомых мне не жалко. И чем больше думаю, тем больше проникаюсь к ним жалостью.

— Да ты... — Обиженно швырнула в него подушкой, но он и не подумал переставать паясничать.

— А ты, — он иронично изогнул бровь, — действительно на свидание собралась?

Ответить я не успела, в этот момент распахнулась дверь в мою комнату и на пороге появилась мама. Красиво так появилась. Волосы растрёпаны, глаза яростно горят, в крепко сжатых руках поломанная метёлка. Она обвела недовольным взглядом помещение, расслабленно выдохнула, когда её взгляд остановился на мне и с неестественной улыбкой произнесла:

— Доброе утро!

— Мам, что-то произошло? — Ни капли не поверила в то, что она могла так резко успокоиться.

Светлана Михайловна беспечно пожала плечами, щёлкнула пальцами, заставив исчезнуть свою поломанную метёлку и улыбнувшись ещё шире, исчезла за дверью так же внезапно, как и появилась. Демон проводил её хмурым взглядом, каким-то отчаянным жестом взлохматил свои волосы и нервно так выпалил:

— Будь готова к семи.

Фёдор всё это время лениво подглядывающий одним глазом за происходящим, в то время как второй усиленно делал вид, что он спит, как-то хитро фыркнул и перевернулся на другой бок.

— Федь, — потрепала его по шкурке, — что происходит?

— Жизнь прекрасна. — Изрёк он глубокомысленно, ударил меня лапой, чтобы я отстала и сделал вид, что теперь он точно и крепко спит.

До самого вечера я слонялась без дела. В лабораторию меня мама не пустила, обосновав это тем, что я в ней окопаюсь и к свиданию приготовиться не успею. Так себе отмазка, но глядя на то, как мама нервно оглядывается на свою лабораторию, потому что мы встретились с ней прямо у её дверей, я решила Светлану Михайловну пожалеть. Да и в преддверии навязанного свидания энтузиазм как-то подугас. О навязанном кавалере вообще старалась не думать, как и о том с какого перепуга демон согласился на свидание с незнакомой ведьмой. Но отказываться от своих же слов не стала. И чем я только думала, когда дала согласие на это безумие? В общем, нет ничего удивительного, что ровно в семь вечера я была у входных дверей одетая в первое попавшееся платье и с распущенными волосами, просто потому что делать причёску было лень. Фёдор, всё это время смотревший с неодобрением на мои сборы, устроился у моих ног, пообещав не отходить от меня ни на шаг. Я и против не была. Настроение было скверное, понимание того, что впервые придётся испытать на себе все прелести пробуждённой сущности и вовсе пугало. Не знаю, с каким лицом я встретила демона, но его улыбка немного угасла, стоило ему увидеть меня.

— Ещё можно передумать. — Шепнул фамильяр, прежде чем я переступила порог.

Не передумала, лишь глубоко вздохнула, понимая, что исчезновение Князя из моей жизни отразилось на мне гораздо сильнее, чем я предполагала. И зачем я ему только пообещала встретить его по-ведьмовски, если он ко мне сунется?

Со всеми этими мыслями я попустила всё знакомство и лишь рассеянно кивала на комплименты. Демон, одетый в шёлковую белую рубашку и чёрные приталенные брюки, снова и снова хмурил брови, но растягивал свои губы в улыбке и не отчаивался в попытке меня развеселить. Внимательно осмотрела его лицо и печально вздохнула. Красивый... Большие зелёные глаза, высокие скулы и профиль какой-то благородный что ли. Обидно, ведь у меня внутри даже ничего не ёкнуло, да и его комплименты совсем не затронули мою душу, лишь отдалённо приметила, что его зовут как-то на букву «А».

— Виктория, может быть мы с вами посетим кафе? И я даже знаю, в каком именно месте готовят восхитительные пирожные. — Голос у моего кавалера оказался бархатный, а улыбка ослепительная. И всё же...

— С удовольствием. — Нервно отозвалась, разглядывая знакомую улицу, по которой я уже гуляла не так давно и в совершенно другой, более приятной компании.

Осознать, что мы направляемся именно в то кафе, в котором у меня было странное свидание с Константином, было неприятно. Ещё неприятней стало, когда нас стал обслуживать тот же самый официант. А вот когда принесли заказанное для меня шоколадное пирожное, украшенное воздушным белым кремом, неожиданно стало жутко. И дело было не в том, что и пирожное было практически таким же, как и в прошлый раз, просто холодок по спине пробежал. Тот самый холодок, что обычно предупреждает меня о будущих неприятностях. Я завертела головой в разные стороны, но ничего подозрительного не увидела. Устремила взгляд в окно, но и там кроме прогуливающихся парочек и лавки с цветами ничего не было. Демон же, заметив мой взгляд в окно, стремительно поднялся и, одарив мимолётной улыбкой, извинился за своё временное отсутствие.

— За цветами побежал. — Прокомментировал его исчезновение Федька и тоже отправился на выход со словами, — пойду, с выбором помогу.

Я безразлично пожала плечами. По идее мне должно быть приятно, но ощущение неприятностей не отпускало. Я лишь на мгновение отвлеклась от окна, когда звякнул колокольчик над дверью, предупреждая о приходе новых посетителей, а когда снова посмотрела в окно, то обнаружила, что демона, ну того самого, что является моим сегодняшним кавалером, рядом с лавкой с цветами уже нет.

И потекли долгие минуты ожидания. Ни демон, ни фамильяр возвращаться не спешили. Я уже успела выпить свой чай, и съесть пирожное. Да что там говорить! На меня уже стали странно поглядывать, когда вернулся запыхавшийся кот.

— В общем... можешь... расплачиваться... Этот, — кивок на свободный стул, — не вернётся.

— Федь, а... — начала я, но была перебита.

— Потом... дай... отдышаться.

Я вперила свой подозрительный взгляд в Федьку и промолчала. Но официанта подозвала и попросила счёт, потому что если на меня до этого косились, как на одиноко сидящую девушку за пустым столом, то после того, как я заговорила с котом, взгляды стали более внимательными и намного красноречивее. Недовольно передёрнула плечами и, расплатившись, поспешила к выходу.

Мы неспешно шли по улице, на которой уже зажигалось магическое освещение, в сторону дома. Федька постоянно оглядывался, но разговор начинать не спешил.

— Федь, — протянула я, требуя к себе внимания, — так что случилось с моим кавалером?

Странно, но кот споткнулся и не глядя на меня нервно выпалил:

— Сбежал!

— Правда? — Недоверчиво протянула.

— П-правда. — Он запнулся, а потом как-то с вызовом продолжил. — Тебе-то какая разница?! Ты хоть имя его запомнила?

Подумала немного, попыталась вспомнить, но...

— Нет. — Честно призналась. — Знаешь, у меня такое дурное предчувствие было, пока ты в кафе не вернулся.

— Предчувствие у неё было. — Передразнил меня кот. — Надо было раньше о своём предчувствии предупреждать.

Я остановилась, выразительно посмотрев на кота, но тот дёрнул хвостом и сменил тему.

— Викуль, ты же всё равно сейчас, ни на какие свидания ходить не сможешь. Так вот, помнишь я тебе говорил, что Светлана Михайловна хотела тебе ведьму в наставницы назначить?

— И?

— А давай ты согласишься? К наставнице в селение переедем. Пробелы в образовании восполнишь. Да и подпитку в случае чего и там найти можно. Соглашайся!

— А давай! — Поспешно согласилась, отчего-то мысленно добавив: «Всё равно он про меня даже не вспоминает».

Настроение окончательно уползло куда-то вниз и, похоже, в ближайшее время возвращаться не собирается.