ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

    В тот день нам несказанно повезло – мы вышли к ручью. Вернее, сначала Дарт услышал плеск и журчание воды, а там уже оказалось несложным пойти на звук и выйти к воде. Заросли и буреломы остались далеко позади, идти через лес стало намного легче. Я все еще с содроганием вспоминала безобидные с виду развалины, подозревая, что именно в них и затаилась навещавшая нас по ночам нежить. А в груди теплилась слабая надежда, что мы отошли достаточно далеко, чтобы хоть этой ночью нормально выспаться. И в который раз я ошиблась. Вот только случилось то, чего я никак не могла ожидать.

    Мы сытно поужинали пойманной в ручье рыбой (Дарту опять пришлось использовать церемониальную шпагу не по назначению) и яблоками, устроились под очередным деревом, закутались в плащи и уснули. Я так устала за день, что мне даже не хватило сил ответить Дарту на его: «Спокойной ночи!» И вот тогда-то все и случилось.

    …Огромный супермаркет, повсюду в гигантских проволочных ящиках грудами навалены яркие блестящие елочные игрушки, мотки бус, нарядные упаковочные коробки. Свисает со стендов разноцветная мишура, мигают электрические гирлянды. Звучит веселая музыка, люди катят мимо меня тележки. Я останавливаюсь у одного из ящиков, разглядываю разноцветные большие шары, украшенные искусно нарисованными заснеженными елями, зайчиками, снежинками.

    - Девушка, отодвиньтесь! Я тоже посмотреть хочу! – раздается позади меня раздраженный женский голос.

    Я вздыхаю и отхожу. Моя елка уже давно наряжена, Андрей и вовсе не любит «дурацкий обычай», но мне так понравились красные шары с оленями и добродушным Сантой…

    Я проснулась в слезах, задыхающаяся, с неистово колотящимся сердцем. Рядом глухо стонал сквозь зубы Дарт, но мне впервые за все проведенное рядом время не было до него дела.

    Память вернулась. Последний вечер моей жизни (или как его еще назвать?), увиденный во сне, пробудил воспоминания. Канун нового года, обледенелая загородная дорога, потерявший управление темный внедорожник… Андрей, так и не дождавшийся меня, получивший в праздничную ночь страшное известие… Или меня нашли уже утром? Запросто, если водитель джипа тоже погиб или же сбежал с места аварии (что, скорее всего, и произошло). В том, что в родном мире я умерла, сомнений не возникло. Умерла и попала сюда. На другую планету, в параллельную реальность – неважно. А может, все намного проще, и я хорошенько приложилась головой, в результате чего и оказалась в психиатрической лечебнице. Впрочем, это вряд ли. Слишком уж ярким, подробным и долгим получился бред. Впрочем, что я знаю о расстройствах ума? Да ничего.

    Дарт опять застонал, мучительно, болезненно, и я покосилась на него. Следовало признать: к Андрею я не испытывала и половины того, что чувствовала к Дарту. Да, мы жили вместе, собирались пожениться, хотели провести новогоднюю ночь в доме его родителей, строили планы на будущее, но любили ли мы друг друга? Тогда-то я была уверена, что да. Но теперь понимала, что нам просто было удобно вместе. Общие друзья, сходные взгляды на жизнь, хороший секс – вот и все, что объединяло нас. С Андреем я жила «потому что», а с Дартом – «вопреки». И только здесь, в этом странном новом мире, поняла, как это больно – любить. Прекрасно и больно одновременно.

    С губ Дарта слетело мое имя.

    - Лора, - позвал он. – Лора, не надо.

    Если прежде я не собиралась его будить, намереваясь в одиночестве разобраться, что мне делать с новым знанием, то теперь не сдержалась и потрясла его за плечо.

    - Дарт. Дарт, проснись!

    Он дернулся и распахнул глаза, смерил меня недоуменным взглядом.

    - Лора. Ты жива?

    - Конечно, жива.

    - Как хорошо! Значит, мне это только приснилось! – выпалил он и крепко обнял меня. – Ты плакала? Тебе тоже приснился дурной сон?

    Что ему сказать? Что я вспомнила свою прошлую жизнь, жениха, друзей, родителей? «Скажи, скажи, - посоветовал ехидный внутренний голос. – И он точно решит, что ты рехнулась от страха. Если бы в свое время Андрей сообщил тебе, что прилетел с Альдебарана или с Марса, например, ты бы посоветовала ему меньше смотреть новые блокбастеры. Или вызвала бы санитаров».

    - Да, просто кошмар, - солгала я. – Ночной морок. Это скоро пройдет.

    Он шумно выдохнул и прижался губами к моим волосам.

    - Я думал, к нам опять пожалует нежить, но все оказалось еще хуже, - признался он.

    Хуже? Что же ему приснилось?

    - Я видел Белинду, - ответил Дарт на незаданный вопрос. – Будто бы я не вернулся во дворец, а она стала королевой. И велела тебя казнить. А я стоял на площади, когда тебя везли в этой мерзкой повозке, и не мог помешать. Вокруг гоготала и бесновалась толпа, швыряла в тебя тухлые яйца и гнилые яблоки, а я словно бы превратился в бесплотного духа. Никто меня не видел и не слышал.

    Меня передернуло. «А ведь этот сон вполне мог оказаться явью, - тут же вклинился все тот же противный внутренний голос. - Если бы Дарт исчез неведомо куда, а ты не сбежала из дворца, то милейшая Белинда точно бы с тобой расправилась».

    - Это всего лишь сон, - не совсем уверенно произнесла я. – Забудь его. Призраки, навестившие нас ранее, были куда хуже.

    - Не знаю, - с сомнением протянул Дарт. – Не уверен, что все так просто. Мы очутились в на редкость странном месте, Лора. И меня не покидает ощущение, будто за нами кто-то наблюдает. И намерения этого кого-то мне определенно не по нраву.

    - И тебе тоже так кажется? – выпалила я.

    Он вопросительно заглянул мне в глаза, и я пояснила:

    - Когда мы уходили от тех развалин, куда нас забросило порталом, мне казалось, будто нам в спину кто-то смотрит.

    - Возможно, так оно и было, - медленно произнес Дарт. – И мне происходящее не нравится, Лора. Совсем не нравится.

    Его слова вызвали во мне беспокойство.

    - Ты догадываешься, что это за место, да?

    - Да. И молюсь Воину, чтобы мои догадки не подтвердились.

    - И где мы? – борясь с подступающей истерикой, спросила я.

    - Тебе лучше не знать. Это моя забота, Лора.

    Я прикусила губу, чтобы не заорать. Ну вот, опять он, как говорили в моем мире, «включил крутого мачо». Конечно, женщине лучше не знать, женщина должна сидеть смирно и знать свое место, а не лезть в важные дела. «Киндер, кюхе, кирхе», как говорили в моем мире. Наверное, он и разговаривает-то со мной только потому, что рядом нет других собеседников. Впрочем, чему удивляться? Мне еще повезло, что я не повторила сценарий отношений Маргери с ее Эйсом. Дарт хотя бы руки не распускает и заботится обо мне, как умеет.

    Между тем король, который, конечно же, ни за что не догадался бы о моих мыслях, обеспокоенно спросил:

    - Лора, ты испугалась?

    - Разумеется, - огрызнулась я. – Из-за того, что ты решил устроить из своих догадок тайну государственного масштаба, я уже чего только не успела вообразить. Например, что на нас в любой момент могут наброситься те самые северные монстры. Иногда все-таки лучше знать правду, ведь вымысел может оказаться гораздо страшнее.

    - Не бойся, - попытался успокоить он меня. – Я рядом и смогу защитить тебя. Да и монстры нас не тронут.

    - С чего вдруг такая уверенность?

    - Я – его потомок, - загадочно ответил Дарт. – Им приказали не нападать на тех, в чьих жилах течет королевская кровь. Впрочем, ты права. Дай-ка руку.

    Я протянула ему руку, не понимая, что именно он намеревался сделать. Странно, но этой ночью боль почти не досаждала мне, изредка напоминая о себе слабыми отголосками. Дарт вытащил свою универсальную церемониальную шпагу и до крови рассек ладонь сначала себе, а потом и мне. Затем соединил раны так, чтобы наша кровь смешалась, и удовлетворенно произнес:

    - Ну вот, теперь и на тебе есть защита. Ненадолго, конечно, но тварей она отпугнет. Во всяком случае, я на это надеюсь.

    Вверх по руке от ладони пошло тепло, согревая все тело. Боль стихла окончательно, будто никакого проклятия и не было, о чем я и не преминула сообщить Дарту. Он нахмурился.

    - Так вот в чем дело! Этот глупец попытался проклясть меня, но моя кровь отразила его заклинание. И тогда оно отлетело в тебя, как в самого близкого мне человека. Редьярд-то хотел задеть меня, вот потому все так и получилось.

    - Приятно узнать, что я столь дорога тебе, пусть и в столь неожиданном контексте, - съязвила я.

    Дарт удивленно посмотрел на меня.

    - Разве ты забыла? Я неоднократно говорил тебе об этом.

    Забыла, вот только не о том. С возвращением памяти ко мне вернулись и прежние привычки, и мне приходилось постоянно напоминать себе, что я не в родном привычном эмансипированном мире, а в неком аналоге Средневековья, где женщин и за людей-то не считают. Так что не стоит нарываться и зарываться, лучше лишний раз промолчать. А то никакое хорошее отношение не помешало Дарту указать мне мое место весьма своеобразным способом.

    - Да, я помню, - примирительно проговорила я. – Давай попробуем уснуть? До рассвета еще далеко, а завтрашний день вряд ли будет легким.

    Напророчила. Или, как говорили в моей прошлой жизни, накаркала.

    От ручья решено было не отходить. Вернее, решение принял Дарт, а мне осталось только согласиться с ним, поскольку без воды мы бы точно долго не протянули. То, что проклятие непостижимым образом покинуло меня, не могло не радовать, вот только Дарт моего оптимизма не разделял. Он ни слова больше не сказал о своих опасениях, но я замечала и его настороженность, и то, что он не выпускает шпагу из рук, и внезапно прочертившую его лоб вертикальную морщинку у переносицы. Король явно ожидал неприятностей.

    Первая половина дня, впрочем, обошлась без таковых. Мы довольно бодро отмахали приличное расстояние вдоль ручья, превратившегося к концу нашего перехода в небольшую речушку. Присели передохнуть и перекусить, вот тут-то все и случилось. Дарт возился с костром, но внезапно замер, даже не разогнувшись.

    - Что случилось? – встревожено спросила я.

    Он не ответил, только приложил палец к губам, призывая к молчанию. Я прислушалась. Откуда-то доносился треск, будто громадный зверь продирался через кусты. Медведь? В прошлой жизни мишек косолапых мне доводилось видеть только в цирке и в зоопарке, где они выглядели вполне дружелюбно, но о свирепости этих животных я читала немало. Тоже жестом показала на дерево, предлагая взобраться повыше, но Дарт отрицательно мотнул головой. А потом осторожно, мелкими шагами, все еще не разгибаясь, стал приближаться ко мне. И остановился так, что я оказалась у него за спиной. За мной же росло дерево, так что я могла считать себя в некоторой безопасности, пусть и кратковременной.

    Треск усиливался, приближался, а вскоре стало понятно, что незваный визитер не один – громкие звуки долетали до нас с двух сторон. Я бросила взгляд в сторону и увидела крепкую суковатую ветку, которую Дарт еще не успел отправить в костер. Ужом выскользнула из-за спины короля, метнулась к присмотренному средству обороны и ухватила его. И тут же сама оказалась перехваченной сильной рукой. Без лишних слов Дарт снова затолкал меня себе за спину, но теперь, крепко вцепившись в импровизированное оружие, я уже чувствовала себя не такой беспомощной. Разумеется, невозможно не понять, что в настоящем бою от меня толку не будет, но теперь у меня появилась хотя бы призрачная надежда на возможность постоять за себя.

    Теперь до нас доносились и другие звуки, похожие на хриплые всхлипы. «Не медведи», - в ужасе подумала я. Только что я готова была что угодно отдать за то, чтобы не встретиться со зверем, но внезапно осознала, что неведомая опасность куда страшнее, нежели голодные хищники. Когда же они появились, наконец, в поле зрения, пришлось зажать рот руками, чтобы не заорать. Подобранная у костра ветка, так обнадежившая меня, упала на землю и валялась у ног, совершенно бесполезная. Потому что от них защититься не удалось бы, наверное, даже при помощи огнестрельного оружия. Разве что попасть в глаз. Но я, всегда поражавшая приятелей меткостью в тире, сейчас тряслась так, что ни за что не сумела бы прицелиться.

    Они показались мне не просто огромными – гигантскими. Блестящие черные тела покрывала похожая на пластины чешуя, надежно защищая от оружия. Длинные руки увенчивали острые загнутые когти, на лицах – или мордах? – с узкими щелями ноздрей угадывалось осмысленное выражение, изо ртов виднелись клыки. Несомненно, эти человекообразные твари обладали разумом. И сейчас они заметили нас.

    Наверное, следовало зажмуриться, чтобы не видеть приближение столь ужасной смерти, но меня словно парализовало. Даже дрожь унялась, когда один из монстров шумно втянул воздух и облизнулся. Между узкими черными губами мелькнул ярко-алый язык, и меня затошнило.

    Чудовище указало на Дарта узловатым пальцем и что-то коротко прохрипело. Несомненно, то была речь, но слишком уж далекая от человеческой. В прошлой жизни мне доводилось слышать разговоры на разных языках, от китайского до испанского, да и сама я довольно сносно владела английским и немецким. Так вот, вычленить из хрипа монстра слова казалось невозможным. Просто набор невнятных звуков. Второе чудовище присело, тряхнуло безволосой головой и свистнуло. От этого свиста я похолодела, сердце заколотилось где-то в горле, а колени ослабли. В том, какая участь уготована нам с Дартом, сомнений не возникло.

    Вот только король, похоже, придерживался иного мнения. Он чуть приподнял руку со шпагой. «Собирается сражаться? – как-то отстраненно подумала я. – Этой игрушкой?» Но нет, быстрым движением Дарт порезал себе левую ладонь. Из-за его спины рану разглядеть не получилось, но чудовища заволновались, засуетились, жадно и часто задышали. Потом один из монстров опустился на колени и подполз к Дарту. Здесь уже я не удержалась, несмотря на страх. Осторожно выглянула, и увидела, как алые капли с ладони короля падают в раскрытый рот. Следом за своей порцией крови подполз и второй монстр. Спустя несколько мгновений они поднялись, развернулись и пошли прочь, точно позабыв о нас. А я обессилено сползла по дереву на землю.

    - Они ушли, - произнес Дарт, присаживаясь рядом со мной. – Ушли и больше не вернутся.

    Меня затрясло снова, да так, что застучали зубы. Горло перехватило, говорить я не могла. Только дрожала и мотала головой, как безумная.

    - Лора! – настойчиво звал меня Дарт. – Лора. Все хорошо! Слышишь, Лора!

    Но я продолжала сотрясаться всем телом, а изо рта вместо слов вырывалось нервное хихиканье. Тогда Дарт тяжело вздохнул, схватил меня за плечи, встряхнул как следует, а потом, когда это не подействовало, размахнулся и ударил по щеке. Я взвизгнула и прижала ладонь к лицу.

    - Прости, - покаянно произнес он. – Я не хотел тебя бить, но не знал, как привести в чувство.

    - Н-н-ничего, - заикаясь, выговорила я.

    Он протянул мне флягу с водой, и я жадно припала к ней. А когда, наконец, напилась, то спросила:

    - Ты знал, что они уйдут, да?

    - Не был уверен, - мрачно ответил Дарт. – Все-таки лично с этими тварями я столкнулся впервые.

    Оказывается, этот метод подсказал королю всеведущий Агден. Когда на севере участились нападения, то на ночь перед храмами и лечебницами стали оставлять жертвенные чаши с кровью короля. И монстры выпивали кровь и уходили, не трогали людей. В храм же мог прийти ночевать любой желающий – и чувствовал себя в безопасности.

    - Так вот почему тебя шатало от усталости, - догадалась я. – Сколько же из тебя выкачали крови!

    - Не так уж и много за один раз, - пояснил Дарт. – Чудовищам достаточно нескольких капель, ты сама видела. Но отдавать кровь приходилось ежедневно. Защитить все дома провинции я никак не мог.

    - Но зачем им твоя кровь? – недоумевала я. – Это какое-то особое лакомство?

    Дарт сгорбился.

    - Не знаю точно. Агден пояснил, что некогда мой предок заключил с ними договор. Они не могут тронуть тех, в чьих жилах течет его кровь.

    - Потому ты и провел между нами тот странный обряд?

    - Да. Хотел, чтобы и у тебя была защита. Вот только не знал, сработает ли она. Так что надолго оставлять тебя в одиночестве все равно нельзя. Кровь Карела, например, почему-то не подходит, хотя он мой родственник. Почему – не знаю.

    Поскольку способность размышлять уже вернулась ко мне, то еще одна догадка не заставила себя долго ждать.

    - Так это те самые чудовища из легенды? Те, которых привел в долину Огня таинственный ниррах?

    - Они самые, - угрюмо подтвердил Дарт.

    - Но постой, на месте легендарного королевства ведь образовалась Ледяная Пустошь. За горами на севере твоего королевства нет ничего, кроме льдов, не так ли?

    - Не было ничего, кроме льдов, - поправил меня Дарт. – Уж не знаю, как ему это удалось, но льды начали таять. И чудовища, которых мы полагали навечно замурованными, вновь проснулись. И здесь, в этом лесу, как ты можешь убедиться, сейчас стоит ранняя осень, а вовсе не суровая зима. Впрочем, возможно, нас выбросило за границей тех земель, что были покрыты льдами.

    - Кому это - ему?

    - Теперь у меня нет сомнений, кому именно. Саормину, кому же еще? Прекрасная возможность подсунуть мне свою дочурку в жены, не так ли? Если бы нам не понадобились кристаллы для укрепления границы, мне бы и в голову не пришло жениться на Белинде. Такая супруга мне уж точно не была нужна. Правда, дура-дочь спутала папеньке все планы. Предполагалось, что она станет старшей женой и матерью наследника престола. Тогда Саормин мог бы устроить мне несчастный случай и объединить два королевства под своей рукой. Пришлось бы подождать несколько лет, конечно, но ради такого куска как Латария и потерпеть не грех. Вот только план провалился из-за неосторожного поведения Белинды, и моим недругам пришлось действовать впопыхах, ведь я объявил женушке, что после окончания торжеств отошлю ее в удаленную обитель замаливать грехи. Так что меня не убили, а перебросили сюда. Вместе с тобой.

    - А я хотела уехать, - зачем-то сообщила я. – Выбраться из столицы с провинциалами, приехавшими на твою свадьбу, и добраться до крупного порта. А там уже решить, куда отправиться дальше.

    - Сомневаюсь, что тебе бы это удалось.

    - А ты искал меня? – задала я глупый вопрос.

    - Нет, Лора. Не потому, что не хотел. Твоими поисками должен был заняться Миор после того, как укрепит границу. Сама понимаешь, о побеге королевской фаворитки никто распространяться не стал. Все во дворце уверены, что ты заболела, потому и не участвовала в торжествах. Слухи, конечно, ходят разные. Говорят, что я пристрастился к излюбленным забавам отца и покалечил тебя. А еще – что ты пыталась отравиться.

    - Отравиться? – возмутилась я. – И кому только в голову пришел подобный бред?

    - Если не ошибаюсь, то эта версия пошла гулять по дворцу с подачи Карела, - абсолютно серьезно ответил Дарт. – Он уверяет придворных, что ты слишком зависима от любовных утех и не в силах пережить без них хотя бы ночь.

    - Что? Вот козел!

    Вслед за этой характеристикой я нашла для Карела еще несколько метких определений, популярных в моем прошлом. Дарт откровенно забавлялся.

    - Значит, то, что меня считают бездушным чудовищем, получающим удовольствие от чужой боли, тебя не смущает? – со смехом спросил он. – Лишь бы о тебе не подумали дурного?

    - Сам разбирайся со своей королевской репутацией, - все еще вне себя от злости, огрызнулась я. – Да тебе только на пользу такие сплетни. Придворные сильнее бояться будут.

    Дарт захохотал.

    - Будут бояться, что я поступлю с ними, как с тобой? Хорошего же ты обо мне мнения!

    Я добавила еще несколько слов из тех, которые принято называть непечатными. И предложила поскорее убираться как можно дальше – вдруг мерзкие чудища вернутся? Заодно сообразила, почему мы идем на юг: именно на юге Ледяная Пустошь граничила с королевством Дарта, Латарией. Кажется, там должны быть еще горы. Точно, король из легенды пробрался с отрядом воинов через пещеры и ударил в спину защитникам перевала. Я поежилась. Ходить в горы мне прежде не доводилось, но что-то подсказывало, что никакого удовольствия от похода я не получу.

    - Не думаю, что монстры вернутся, - мигом посерьезнев, ответил Дарт. – Но ты права: задерживаться на одном месте не стоит. Чем скорее мы выберемся к границе, тем лучше.

    - А твои стражи – или кто там охраняет границу? – не примут нас за чужаков, пожелавших вторгнуться на чужую территорию? – с опаской поинтересовалась я. – Не хотелось бы в результате всех усилий столь глупо погибнуть.

    Дарт заверил, что опасаться нам нечего.