Глава 17

Я вернулась в комнату и все рассказала маме.

— Что ж, этого следовало ожидать. Твоя подопечная попала под проклятие, — кивнул аватар.

— Ника не моя подопечная, — попробовала возразить я.

— Именно что с некоторых пор — твоя, — парировала мама. — Ты в любом случае не можешь бросить девушку погибать, даже несмотря на то, что она темная фея, а у садовых фей с ними не всегда все было… хм… гладко исторически. Плющ рано или поздно убьет Нику. Ты должна остаться и во всем разобраться.

— Но мой Дар?!

— Марион, — строго проговорил мамин аватар. — Это твой долг. Раньше нужно было думать, еще до того, как ты решила рискнуть ради легких денег. Теперь уж иди до конца. Что бы ни произошло, держи меня в курсе и знай: наш семейный резерв к твоим услугам.

Мама отключилась. Я вышла из игры и устало покачала головой.

— Что за семейный резерв? — уточнил Ник, оторвавшись от экрана планшета. Детектив тоже выглядел подавленным.

— Такая штука, называется семейный эгрегор, но это на самый крайний случай, — выдохнула я. — И лучше пусть его не будет. Что у тебя?

— Иванчику я не дозвонился, — Ник покусал губы, — зато дозвонились мне. Анастасия. Оказывается, наш с ней прежний договор больше не в силе. Он был расторгнут в тот же момент, когда из частного заказчика старуха превратилась в моего начальник, то есть с активацией жетона.

— Получается, мы сами должны это расхлебывать? — подскочила я.

— Типа того. Я попытался описать ситуацию. Меня оборвали, еще и мягко пожурили, мол, нужно было лучше подбирать… персонал. Мол, что делать, если фея оказалась нечиста на руку. Прости, Маша. Анастасия Савишна — редкая мегера.

— Я нечиста на руку?! Да она же сама меня посоветовала!

— Я так и сказал. Ноль реакции, только пофыркивание, — Ник развел руками, а потом задумчиво добавил: — А ведь ее голос был очень довольным, и пофыркивание тоже. Интересно, почему. Она мне свою истинную цель никогда не называла, и у меня сложилось впечатление, что вроде как она ее… добилась. Теперь еще кое-что: глава Управления не занимается разборками своих сотрудников. Старуха не собирается здесь появляться. Она в курсе моего участия в задержании Карины. Сказала, что подождет еще четыре дня, а затем я должен явиться на службу, — детектив указал на свой блокнот, — и написать отчет. Кстати, срок моего контракта в Управлении — пять лет.

— Полный алес капут, — жалобно проговорила я. — Ты тоже прости. Я вовлекла тебя в свои разборки. Анастасия права: я мошенница и теперь за это расплачиваюсь.

— Я, вообще-то, давно хотел тебя спросить, — проговорил вдруг Ник, странно улыбнувшись: — во что мы с тобой ввязались, Маш?

— Во что? — переспросила я растерянно. — В аферу.

Потому что Ник встал с дивана и направился прямо ко мне.

— Ответ неправильный. То есть правильный, но афера на втором месте. А на первом… Во что мы ввязались? — настойчиво повторил детектив, улыбаясь и наклоняясь надо мной.

Я послушно потянулась к нему навстречу. Его губы мягко накрыли мои. Нас окутало сияние от крыльев.

— В это? — пробормотала я, улучив момент, чтобы набрать воздуха. Голова кружилась, ноги отрывались от пола.

— Да. Ну хоть в чем-то разобрались, — прошептал Ник. — И я очень рад. Только не улети, садовая фея Марион.

… Разумеется, нашим поцелуям нагло помешали. Дверь открылась без ключа, и в комнату заглянул Серж. Пробормотал, будто каждый день лицезрел нас с детективом, сплетенных в крепких объятьях (я смущенно пыталась из них вырваться, но Ник не позволил):

— Пардон. Удаляюсь.

— Стоять, — негромко проговорил детектив. — Ты-то нам и нужен. Слетаешь за моим братом, не в буквальном смысле, конечно, и поучаствуешь с нами в мозговом штурме.

… — И все-таки ввязались мы в крайне глупую аферу, — покаянно призналась я. — Я смотрела сегодня на Соглашение. Оно в силе. Никита и Ника все еще пара. Словно магия закрывает глаза на отсутствие чувств, подлог и прочие обстоятельства. Как будто по какой-то причине сбит магический алгоритм. Я должна дать Пожелание. Но если я его дам, магия поймет, что ее водят за нос. Если не дам, потеряю Дар немного позже, поскольку все равно стану нарушителем договора, только уже сознательно — как сторона, не предоставившая обещанную услугу. Тупик.

— А что будет со мной и с Никой? Если Пожелание все же последует, нам придется…? — осторожно поинтересовался Никита.

— Нет, — качнула головой я. — Никаких искусственных чувств. Легкое подталкивание, романтический флёр, открытие друг в друге интересных и привлекательных качеств — магия работает с тем, что уже есть. Нельзя заставить полюбить. Когда магия разберется, Соглашение будет расторгнуто, но ответственность все равно будет на мне — таково правило.

— А если не разберется? — спросил Серж. — Ведь до сих пор молчит.

— Я предполагаю, что она пока ощущает Ника и Никиту как Анастасию и Алексея. Однако сколько веревочке не виться… Это дело времени.

— А как же Толик Валябин, наш общий знакомый, и его библиотекарша? — спросил Ник. — Разве он не заставил ее влюбиться, с твоей подачи?

Я громко фыркнула:

— Ник, милый, там была одинокая, настрадавшаяся девушка, в глубине души ждущая хорошего парня. А Толик хороший. Нужно было просто слегка раскрыть ей глаза. Я всегда сначала тщательно проверяю клиентов. Что на меня нашло в этот раз, даже не знаю. Вы оба казались такими искренними… все трое. Теперь я понимаю, почему: вы потомки людей, когда-то заключивших Соглашение с магией, но так и не получивших Пожелание.

— Но почему Ника проклята, а братья — нет? — спросил Серж.

— Хороший вопрос, — насторожилась я. — Ник правильно сделал, что привлек тебя к обсуждению. Скорее всего, инициатором ритуала была Анастасия — вот почему. Так, мне нужно срочно с ней поговорить. Есть еще один человек, к которому можно обратиться за советом, и я звоню ему прямо сейчас.

… Маг Роман, тот самый, кому мы передали плененного Стаса, с удовольствием рассказал нам об особенностях работы с главой Управления. Еще и попытался пригласить меня на свидание прямо по видеосвязи. Однако Ник жестко пресек попытку, и Роман с явным разочарованием отключился. Но информацию мы получили.

Актерских способностей у Сержа не было от слова «вообще». Однако хватило и его желания помочь (и заодно развлечься). Во время «задержания» он надрывно причитал и скандировал, подняв лицо к небу:

— Я требую менеджера магази… то есть начальника Управления по разрешению и предотвращению конфликтов! Самого высокого начальника! Кто у вас самый главный?! У нас тут с вашим сотрудником — конфликт! Я, честный нелюдь, протестую против произвола сотрудника вашего Управления! Он просто ревнует ко мне свою девушку! Я не виноват! Мне это подбросили… что бы это ни было!

Ник «вязал» вампира, тот орал. Дело происходило возле фонтана. Через двадцать минут громких воплей перед нами, прямо из воздуха, предстала сама Анастасия Савишна Незабудкина — высокая худощавая дама в брючном костюме цвета сливок. Темная фея и в двадцать первом веке не потеряла чувство стиля — выбрала идеальный для себя наряд из коллекции известного российского кутюрье, обшивающего возрастных женщин.

Анастасия выглядела уставшей. Она была в очках с толстыми стеклами — видимо, в момент «вызова» работала за компьютером. Незабудкина обвела нашу живописную группу подслеповатым взглядом поверх линз и поинтересовалась:

— Я представитель Управления по разрешению и предотвращению конфликтов. В чем суть претензии?

— Ни в чем. Я погорячился, — Ник немедленно отпустил Сержа.

Тот одернул рукава пиджака и надменно произнес:

— Я тоже. Никаких претензий.

— Нам нужны были вы, — пояснил Ник, обращаясь к темной фее. — Нет-нет, задержитесь. Иначе я пойду к вашему начальству, а оно у вас тоже имеется. Вы сейчас сядете вон на ту скамейку и расскажете нам, зачем вам понадобилось Пожелание феи для вашей прапраправнучки Ники Фрейз.

— Ясно, — кисло сказала Анастасия. Она села на лавку и задержала на мне взгляд. — Вы, значит, в курсе. С удовольствием поболтаю с вами, молодой человек. Как с частным лицом. Вот только потом… это я вам без протокола говорю… не рассчитывайте на повышение по службе. И на гонорар вашему детективному агентству. Ведь мое дело вы провалили.

— Как-нибудь переживу, — бросил Ник. — Я, в принципе, получил бо́льшую награду, чем ожидал.

Жуковский посмотрел на меня.

— Боже, а тут, значит, шуры-муры, — проворчала Незабудкина, закидывая ногу на ногу. Сквозь ткань брюк было заметно, что у нее острые некрасивые коленки. Генетика. Надо же. — Тогда все еще понятнее. Что вас интересует?

— Начало вашей истории мы знаем, — сухо сообщил Ник.

— Что именно? — фея сложила губы в саркастическую улыбку.

— Вы хотели уйти от мужа, купца, потому что влюбились в офицера Алексея Жуковского, — начала я, — и прибегли к помощи феи. Так?

— Верно, — Анастасия кивнула. — Муж не отдал бы мне дочь. А у Алеши против наших отношений были его родители и брат. Это вы сейчас, в вашем безумном двадцать первом веке избалованы: сходитесь, расходитесь, а мы могли разрушить наши жизни.

— Но что-то пошло не так, — продолжила я. — Пожелание вы так и не получили. И Несостоявшееся волшебство начало постепенно преобразовываться в проклятье. Вы решили исправить ошибку сейчас. Наняли меня, чтобы соединить, наконец, вашу прапраправнучку и потомка Алексея. Возможно, вы не знали, в ком конкретно из братьев Жуковских воплотилось Несостоявшееся волшебство, но решили рискнуть и привлекли к работе Никанора, а ведь на самом деле…

— Неверно, — резко перебила меня фея. — Вы все поняли неправильно. Я прекрасно знала, что это был Никита. Моя Никочка сразу его почувствовала, увидев по телевизору, увы, тем самым загнав себя в ловушку. Я обратилась к Никанору, потому что прекрасно знала, что он не тот! И мне, милочка, не требовалось ваше Пожелание! Наоборот! Мне нужно было, чтобы договор был нарушен! Чтобы было расторгнуто ТО, ДРУГОЕ, МОЕ Соглашение с феей, которое моя внучка до сих пор несет на себе как проклятие! А для этого всего лишь требовалось совершить намеренный обман! Например, подсунуть не того парня! Поскольку Ника и Никита до сих пор носители магии, на них все должно было закончиться! Ника прекратила бы метаться и творить всякие глупости! Она бы вышла замуж за Колю! Да, он прекрасный, воспитанный мальчик, а не то, чем кажется — не нужно путать эстрадное амплуа и суть! Они с Никой любят друг друга, а Ника его отталкивает, из-за магической связи с Никитой! Коля до сих пор не может понять, что он делает не так! Сад перестал бы производить свою отвратительную, переродившуюся магию, ведь именно в нем мы с Алешой дали друг другу клятву верности! Но вы, милочка, все запутали, влюбив в себя Никанора! И теперь неизвестно, чем все закончится!

— Эй! Вообще-то вы меня чуть не подставили! Я бы потеряла свой Дар соединения сердец!

— Так вам и надо, мошенница! И если уж честно, кого это волнует? Вас, одаренных светлых фей, пруд пруди! Это нас, темных, все меньше и меньше. Зато двое людей нашли бы свое счастье! А вам, милочка, я смотрю, и так личной жизни с лихвой отсыпали.

— Но зачем? Я не понимаю! — растерянно воскликнула я. — Если вы не получили то Пожелание сто лет назад, то ваше Соглашение со временем должно было аннулироваться!

— Нет, милочка. Дело в том, что Пожелание мы с Алексеем как раз получили, — Незабудкина немного изменилась в лице — словно ее истинный возраст пробивался через магию. — Просто… это я нарушила договор. Я предала своего любимого.

… Мы молчали, недоверчиво таращась на темную фею. Мы не ослышались? Анастасия только что призналась в том, что сама навлекла проклятие на голову своей родственницы?

— Норма-а-ально! — протянул Серж. — Чужими усилиями грешки исправляете, мадам?

— Помолчите, любезнейший, — процедила Незабудкина, вернув на лицо свою холодную маску. — Вы здесь лишний.

— Это я-то лишний?! — не на шутку возмутился вампир. — Да я тут самый… к месту! Я вообще-то следующий в очереди на Пожелание феи!

— И что же вы пожелаете, господин упырь? — брезгливо поинтересовалась Анастасия. — Неужели вновь стать человеком? Вы все так говорите. Стоит вас тронуть, начинаете ныть: о боже, дай мне снова побыть смертным людишкой. Вкус хлеба, свет солнца и прочая чепуха. А на самом деле никто не променяет вечную жизнь на короткий человеческий век.

Серж сощурился и тягуче проговорил, подпустив в голос зловещие вампирские эманации:

— А вы? Променяли бы? Человеком вы были бы сейчас дряхлой старухой, и это в лучшем случае.

Незабудкина фыркнула, слегка… побледнев. Или это свет так заиграл на слое макияжа на ее холеном лице.

«Серж, не надо, пожалуйста», — сказала я приятелю взглядом. А сама обратилась к Анастасии:

— Вы понимаете, что сейчас фактически признались в преступлении?

— Это в каком-таком преступлении, милочка? — фея подняла брови. — Подумайте, прежде чем разбрасываться обвинениями.

— Вы нарушили магический договор, составленный по вашей же инициативе с определенными обязательствами…

— С каких пор всякие… садовые вертихвостки будут указывать мне, какой договор составлять и как ему следовать? — с совершенно искренним апломбом возмутилась Незабудкина. — Я видела последнего русского царя, смену эпох и несколько войн! Мои долги перед магией — мое личное дело!

Я поняла, наконец, почему садовые и темные феи терпеть друг друга не могут.

— Расскажите, что произошло, — потребовала я. — Вы вовлекли меня в свой обман, я хочу знать, чем мне это грозит.

— Полной потерей Дара, да вы тоже это заслужили, милая моя, я ведь не просто так вас в договоре с Никитой прописала. Управление давно за вами следит, — мстительно сообщила фея, не выдержала моего тяжелого взгляда и неохотно поведала: — После брачных клятв и благословения феи мы с Алексеем были вынуждены вернуться в семьи: я — чтобы забрать дочь, Алеша — чтобы проверить, правдивы ли слухи о народном восстании. Они оказались правдивы. Алексей уже не смог вернуться. События развивались слишком стремительно. Вскоре в городе обосновалась новая власть… постоянная стрельба, жуткие новости. Мы недолго оставались хозяевами поместья. И каждый день ожидать, когда к нам придут… это было ужасно. Даже не знаю, как именно мой муж смог договориться с нужными людьми, и сколько он им заплатил, но нас вывезли. Мы благополучно добрались до границы и покинули горящую в огне Россию. Муж погиб глупо, уже во Франции, ввязавшись в пьяную драку. Мы с дочкой смогли кое-как устроиться в Париже.

Незабудкина обратила вдаль взгляд потухших глаз. Но я не собиралась позволять ей окончательно впасть в ностальгию:

— Это не объяснение, — жестко напомнила я. — Если вас разделили обстоятельства, Соглашение было бы расторгнуто автоматически.

— Но оно осталось в силе, — тихо возразила Анастасия. — Я не сразу поняла, что происходит. В нашем роду рождались только девочки, и все они были несчастливы в браке. Никто не унаследовал кровь темных фей, я была вынуждена поочередно хоронить своих потомков… если получалось их отыскать. Все женщины моего рода бросали своих мужчин после рождения первого ребенка и отправлялись искать счастье по всему миру, безрезультатно, разумеется. Мать Ники тоже бросила дочь и мужа. Ника — первая в поколении девочка с даром. Поймите, — почти умоляюще прошептала Незабудкина, подавшись вперед, — проклятие нужно снять. Я рисковала столь многим, пойдя на это… да, вы правы, Марион, преступление. Я так устала. От отчаяния, сомнений! Я до сих пор не понимаю, почему мы с Алексеем остались связаны столь…

— Потому что он до сих пор жив, — лениво процедил Серж со своей скамейки. — Ну как жив… относительно. Его обратили во время забастовки в Детройте в шестьдесят седьмом, кажется. Один… хм… парень из наших куснул сгоряча. Ну там все в тот день были немного взвинчены. А поскольку в роду Жуковских есть кровь дивных, ваш возлюбленный был еще вполне здоров и бодр. Алексей ведь возвращался за вами в поместье, тогда, в восемнадцатом. Выжил — тоже кровь эльфов помогла. Вы разминулись на два дня. И в Европе вы некоторое время почти соседями были… нда-с, голуба моя. А вы говорите, я здесь лишний.

— Откуда вы…?

— Откуда ты…?

Все мы заговорили почти хором. Серж явно наслаждался произведенным эффектом. Зря я недооценивала его актерские способности. Вампир поправил шейный платок и небрежно бросил:

— Я знаком с Алексеем Жуковским. Разумеется, сейчас он отзывается на другое имя. Не верите? Ник, на какие средства твой брат учился в Штатах?

— Какой-то фонд, — растерянно пробормотал детектив. — Ежегодный розыгрыш среди лучших студентов… кажется.

— Ага, студентов провинциального агрономического вуза. А как тебе самому удалось скопить деньги на детективное агентство?

— Первый клиент был из богатых иностранцев. Я еще в универе учился. На меня случайно вышел один мужик… понял, неслучайно, — убитым голосом договорил Ник.

Я, наконец, вспомнила, что в открытый рот может залететь муха… или стрекоза, и щелкнула зубами. Пара ночных мотыльков над плечом в ужасе шарахнулась во тьму.

Темная фея была бела, как снег.

— Алеша… вампир? — прокаркала она.

— Так получилось, — кивнул Серж. — Он очень извиняется и передает привет.

— Серж, милый, скажи, — я кашлянула, — ты все это время крутился возле меня не из-за Алика, так ведь? Не из-за монеты. Ты знал, что ее нет.

— Я крутился возле тебя по разным причинам, — довольно резким тоном ответил вампир. — Во-первых, Алик попросил за тобой приглядывать, во-вторых, ты умудрилась влезть в дела моего клиента. В-третьих, я в ужас пришел, когда узнал, во что ты влипла. Да, Алексей Жуковский — мой клиент. У нас договоренность: я мониторю поместье Незабудкиных — Жуковский берет меня на работу.

— Ты? Работать?! С какого перепугу? — я вытаращила на друга глаза. А Кошек свои наоборот, закатил.

— Машенька, это не просто работа, это русский филиал «Скарабей Корпорейшн». Жуковский — его владелец.

— Мирового бренда по выпуску одежды?! Того самого?! С жуком?!

О «Скарабей Корпорейшн» не слышал только тот, кому современная мода была совсем уж по барабану. Бренд существовал с семидесятых годов прошлого века. В конце девяностых он ушел в забвение, но недавно стал бешено популярным. Еще бы! В нем были все эти ретро-штучки, которые вновь оказались на пике моды: пончо, клёши, сумки с бахромой. Во всех линейках присутствовали натуральные и экоматериалы, этнические мотивы и высочайшее качество.

«Скарабей Корпорейшн» выпускала не только одежду и обувь а-ля винтаж. У бренда имелись линейки классического направления, украшения и аксессуары. Отличительной «фишечкой» компании стал металлический жук-скарабей в форме кулона, запонок, пряжки или брелока. Он прилагался к каждой модели и постепенно стал чем-то вроде отличительного знака хорошего вкуса.

Неудивительно, что Серж решил стать официальным работником. Я бы сама не отказалась.

— И кем он тебя берет? — с благоговением спросила я.

— Директором филиала, — сухо сообщил разобидевшийся вампир. — С правом участия в разработке концептуальных линеек франчайзи.

— Вау.

— Стоп-стоп-стоп, — Ник махал полой рубашки над сомлевшей на лавке Анастасией. — Кто о чем, а вы о моде.

Мы с Сержем с некоторым сожалением вспомнили о темной фее и переключились на нее. Незабудкина была бледновата, она тяжело дышала, ее острые плечи вздымались под пиджаком.

— Может, врача? — боязливо спросил Ник. — Вдруг инфаркт.

— Ха! — сказала я. — Она еще тебя и меня переживет. Она же темная. И сердца у нее нет, походу.

В следующую секунду Анастасия действительно застонала, открыла глаза и села, покачиваясь.

— Я все эти года винила себя, — пробормотала она. — В том, что сбежала, спряталась, не нашла Алешу после всех событий, а он… я ведь думала, он обычный человек.

— А он — что вы. Ваши пути часто пересекались, — мягко сообщил Серж. — И связь усиливалась. Поэтому проклятие крепло, а потом обрушилось на Нику. Алексей тоже об этом не знал. Ни вы, ни он не догадывались, что оба вышли из обычного человеческого круговорота жизни.

— Вот теперь мне стало понятно, в чем фокус. Самый настоящий прецедент для учебников по магии, — задумчиво подтвердила я. — Живы, соединены Пожеланием, но не вместе, хотя ничего этому не мешает. Но, Серж, как Жуковский узнал?

— Как все. До него дошли слухи о Честной монете. Вроде ничего такого, мало ли какие артефакты время от времени всплывают в магическом мире, но потом кто-то из окружения шефа упомянул поместье купца Незабудкина. Алекс сразу вспомнил обо мне.

— Так вот где ты так долго болтался, — догадалась я. — И вернулся, чтобы нарыть инфу для клиента.

— Вернулся, — Серж пожевал губами. — Нарыл. Такую, что…

Я сочувственно улыбнулась и… рявкнула так, что Кошек вжал голову в плечи:

— Но почему ты молчал, гад?! Ты же все знал!

— Не знал! Я не сразу догадался! А потом нужно было выманить госпожу Незабудкину на живца!

— Это я живец?! Опять?! Вы что, сговорились все?! Сначала Алик, потом ты!

— Планида у тебя несч… — заикнулся Кошек, но услышал мое «рыаууу!» и решил, что лучшая защита — нападение: — Ты тоже многое от меня скрывала, скооперировалась вон… — вампир обиженно ткнул пальцем в детектива. — А мне пришлось своей головой до всего доходить!

Мы начали привычно переругиваться. Пришли к выводу, что оба хороши. Отрезвил нас голос темной феи:

— Как вы познакомились с Алешей? — прошелестела Анастасия.

— На показе в одном модном доме. Я задал Жуковскому несколько интересных… — Серж гордо улыбнулся, — вопросов на конференции для дизайнеров. А вечером мы случайно встретились в особом клубе, для таких, как мы.

У меня поползли вверху брови.

— В смысле… для нелюдей, — быстро договорил Серж.

Я с завистью вздохнула, но немедленно подавила нехорошие эмоции. Серж заслужил. А у меня есть Крис.

— Едрит-мадрид, — Ник почесал в затылке. — У нас с Китом имеется богатый зарубежный родственник, которому сто с лишним лет. Он хоть человек хороший?

— Нормальный вампир, — успокоил Ника Кошек. — Помогает людям, никого не пьет, состоит на учете в американском филиале Дозора, питается консервированной кровью. И гарема у него, — приятель покосился на темную фею, — нет. Был женат, но не сложилось.

— Где он сейчас? — тем же тихим убитым голосом поинтересовалась Незабудкина.

— Должен скоро приехать сюда.

— Как его теперь зовут?

— Алекс Скэрэб (*англ. — жук-скарабей).

— Он всегда любил историю, особенно Древнего Египта. В начале двадцатого века все это было жутко модным, — фея слабо улыбнулась. — Я могу с ним увидеться?

— Это и его желание тоже, — Кошек серьезно кивнул.

— Вот и славно! — воскликнула я. — Теперь вы сами во всем разберетесь. А я, пожалуй…

— Вы, — темная фея вытерла губы платком, — по-прежнему обязаны дать свое Пожелание.

— С какой радости?! — взвилась я. — Сами наворотили — сами разбирайтесь!

— Мы с Алексом… мы… уже ничем не поможем Нике. Процесс запущен. Неужели вы не понимаете, Марион? Девочка погибнет! Сейчас проклятье — на ней, на единственной фее из моего рода! — прокаркала Незабудкина.

— Да, на ней. Однако я не хочу рисковать Даром. Разорвите Соглашение с Алексеем, и проклятие само рассеется, уверена.

— А я — нет! — фея привстала и грозно скрестила руки на груди. — Дайте Пожелание, или я обращусь с жалобой в Совет! А мое мнение там точно примут к сведению!

Я вдруг резко успокоилась. Нет, не так. Одна моя половина успокоилась: мол, ничего не поделаешь — выход тут один — тот, о котором говорила мама. А вторая половина меня начала превращаться в торнадо из эмоций: гнева, обиды, чувства беспомощности и… досады, отчасти еще и потому, что в глубине души я понимала: Анастасия может быть права.

— Пожелание? — тихо, но грозно сказала я, краем глаза отметив, что подслушивающая в фонтане русалка Маргарита Романовна охнула и с громким всплеском нырнула в подкрашенную огнями воду — видимо, выражение лица у меня в тот момент стало нехорошее. — Оно нужно всем вам, да? Без него никак. Будет вам Пожелание феи.