Глава 27. Бал

Карета, запряженная тройкой белых словно первый снег лошадей, неторопливо подъехала ко дворцу. Напомаженный лакей тут же открыл дверцу, помогая мне спуститься. Позолоченные ворота дворца распахнулись передо мной, и я окунулась в бурлящий королевский бал.

Бальный зал поражал своим великолепием. Он был залит светом от множества свечей, мерцающих в подвесных люстрах. Стены были украшены изысканными узорами, а пол, отполированный до блеска, отражал танцующих. Казалось, сам зал дышал праздником и радостью. Звучала музыка, и кавалеры, приглашая дам в пышных платьях, вели их в танце. И вот ко мне направился тот, лицо которого залито ярким светом, я протянула ему руку и тут…

— Кальва! Вставать сестра! Бал – сбор! — прокряхтел над ухом Барихан.

Я потянулась и медленно сползла с кровати. Мнда, сегодня особенный день. Надо подготовиться.

Марта уже стояла в бальном платье цвета вечерней зари. Ну почти вечерней зари, в том, что я сшила зачарованной иглой из материи, которую предварительно стащила. Красивое платье, да и туфельки с сеном в носке – вроде бы в пору. Вот только причёска… Но эта задача как раз ко мне. Я подвела подопечную к своему рабочему месту.

— Присядь на стул, пора уложить тебе волосы. Да не сутулься! Сиди прямо, сколько говорить! Королевы не сутулятся. А теперь представь себя с самой прелестной причёской. АБРАС-ДИК-АБРАС.

Передо мной возник образ Марты с метровой шевелюрой ужаснейшего серого цвета, с которой свисало множество маленьких колокольчиков. Мотнула головой, чтобы изгнать это из памяти. Ну и вкус у будущей королевы, прямо скажем, не ахти… Создала в воображении действительно впечатляющую причёску на голове этой глупой, но скандалистой малышки.

— ОУС-КОР-ОУС, — велела волосам уложиться в причёску.

Две косы по бокам свернулись в «улитки» и накрывались украшением в форме полушария. Я припудрила причёску и вставила кружевную наколку, изображающую цветущий сад. Теперь сгодится.

— Мои волосы, они… Ты можешь сделать причёску повыше? — забрюзжала Марта.

— Корабли, овощи и фрукты на голове уже полвека как вышли из моды, — сухо отозвалась я. – Пора собираться. Положу с собой флакончик зелья невидимости и любовное зелье с твоими волосами. На всякий случай, вдруг один разольётся или пропадёт.

Вот они два флакончика. Один сделает меня невидимой для того, чтобы моя магия во втором приворожила кронпринца Виктора к Марте. На пару секунд возникло ощущение, что я поступаю как-то неправильно. Люди сами должны решать за себя, нельзя навязывать кому-то свою волю против желания. Мотнула головой, но от гнетущих мыслей так и не избавилась. Схватила ножницы, отрезала себе прядь волос – да, теперь легче.

— Ты помнишь бальные движения? Помнишь как следует себя вести? Будь сдержанной, но привлеки внимание его венценосной особы.

Марта кивнула, а я сделала вид, что ей верю.

Барихан без папахи заметно нервничал.

— ОУС-КОР-ОУС, — налету магией уложила усы и волосы домового в витиеватые локоны.

Шикарно, теперь все готовы.

— Сестра, а твоя волос страшно выглядеть, — заметил тактичный суседко.

— Так меня кроме вас никто и не увидит.

— Кальва, слухай, ну не могу дом оставлять, ну не лежать моя душа. Страдай моя будет, — домовой вылупил на меня свои большие пучеглазые глазёнки.

— Да как же мы без кучера? — хмуро спросила я.

— На что кучер? Клякса иметься. Клякса знать куда ехать.

С неохотой и поприпиравшись добрую четверть часа, я всё же согласилась оставить домового дома. Верно и впрямь тяжко ему от избы далеко уезжать.

На дворе телега дожидалась нас, притворяясь каретой. Клякса стояла запряжённая, фыркала, как дама перед выходом в свет.

— Путь начинается с копыта, — торжественно продекларировала она.

— В добрый путь, философ, — ответила я. — Только без цитат в гору, они отвлекают.

Барихан высунулся из окна с платком, как мать провожающая дочь на свадьбу.

— Сестра! Не забудь держать спину прямо, взгляд уверенный, а язык за зубами!

— А ты не забудь закрыть окно, — крикнула я. — Иначе опять сквозняк в зельях заведётся! И не разбей зеркало.

Мы с Мартой загрузили вещи — сундук с платьями, пару флаконов духов (я их готовила из тумана и терпения), и корзину с едой. Телега вздохнула, но выдержала. Марта устроилась рядом со мной, нервно теребя ленту на шляпе.

— А вдруг там все будут знать, как себя вести?

— Мы тоже знаем, — сказала я. — Сначала не пить всё подряд, потом – не колдовать на голодный желудок. И вообще стараемся прятать магию. После бала в темнице сидеть не хочется.

Клякса тронулась с места, колёса заскрипели. Барихан махал до последнего, пока дом не скрылся за поворотом. Дорога к Бракару шла вдоль реки, блестящей, как расплавленное серебро. Воздух пах сыростью и предчувствием светских неприятностей.

Мы ехали уже час, когда телега вдруг подпрыгнула — на дороге лежал корень, то ли от дерева, то ли от чьего-то проклятия. Я успела ухватиться за борт, Марта – нет.

— А-а-а! — завопила она и шлёпнулась прямо на бочонок с краской.

— Великолепно, — сказала я. — Теперь у нас дополнительный декор.

— Я вся зелёная!

— Зато в цвет повозки.

Мы остановились у обочины, привели Марту в относительный порядок, вода из ручья пришлась кстати. Клякса в это время рассматривала своё отражение в воде и тихо ржала:

— «Истинная сила – в самоиронии».

— Вот именно, — сказала я. — Поэтому мы ещё держимся.

К полудню дорога стала мягче, небо прояснилось, а к вечеру впереди показался Бракар. Купола сверкали, башни отражали закат, как вино в бокалах. Я невольно выпрямилась.

— Ну вот, — сказала я. — Осталось только не опозориться при въезде.

Клякса тихо заржала:

— «Каждый путь заканчивается порогом».

— Верно, — кивнула я. — Главное – не споткнуться о коврик.

Мы въехали в ворота, и стражник, увидев нашу телегу, чуть не подавился смехом.

— Это что за произведение?

— Личный транспорт, — сказала я. — Дизайн – народный, с элементами авангарда.

Марта сидела красная, как помидор. Я взяла поводья крепче.

— Не смотри, Марта. Улыбайся. Мы уже тут и мы всё можем. Даже выглядеть достойно, когда всё разваливается. Впереди – бал!

— Держи приглашение, — сунула ей в руку позолоченный квадратик с выгравированной на нём витиеватой надписью. — Выйдешь из кареты, притворяющейся телегой, жди меня, я ухвачу тебя за подол, и мы пройдём в бальный зал.

— Только смотри, не опозорь меня, — очень серьёзно проговорила подопечная и смерила меня не менее серьёзным взглядом.

Оставшись в телеге одна, огляделась в поисках наблюдающих – к счастью все были заняты собственными делами и никто особого интереса не проявлял. Выпила зелье невидимости, попутно высвобождаясь от одежды. Какая же гадость – это моё зелье. Проблема была только в том, что флакончик с приворотом никуда не пропадёт и будет «парить» в воздухе, а значит, разумный ход, спрятать его в складках платья марты, пока буду идти рядом.

— Видно меня? — прошептала Марте на ухо.

— Нет, только флакон, — обернулась на меня подопечная.

— Вперёд, к принцу, — велела я. — Не так шустро, я не успеваю! И как же холодно.

Марта протянула билет-приглашение стражу у ворот, он с поклоном пропустил нас, передав приглашение слуге. Тот провёл нас по мраморному полу к бальному залу и, в свою очередь, передал приглашение глашатаю.

— Кальвария Стригол! — громогласно объявил последний.

— Что? – зашипела Марта.

— Сегодня – это ты, ступай, — толкнула её в спину.

Огромный зал с высокими сводами, украшенный цветами и тысячью свечами выглядел просто роскошно. Группа музыкантов бойко исполняла на скрипках весёлую мелодию. Сказочно красиво, также как и в моём сне. В конце зала я узнала того, кто мне представился как виконт Пиррц, в алой мантии, с короной на голове. В том что это был кронпринц не осталось ни малейших сомнений. А рядом стоял король Тривосьмого. Гордый, величественный с уставшим взглядом, наполненным вселенской мудростью. Услышав слова глашатая, принц оживился и двинулся прямиком к нам с Мартой. Должно быть ожидал, что это я, которая сразу стушуется при осознании того, с кем общалась и кого посмела так неуклюже постричь. Кстати виски ему подравняли, личный парикмахер поработал ножницами лучше чем я.

— Великодушно прошу прояснить неясность, вас представили как Кальварию Стригол, — проговорил кронпринц.

— Я – Марта, — подопечная улыбнулась во всю широту души, — Кальва дала мне приглашение, иди, говорит, Марта, потанцуй с принцем.

Если бы я была видима, то провалилась сквозь землю от стыда. А потом, знать у Марты все полученные знания этикета перемешались в странного состава кашу, потому как она ухватила руку принца и смачно её поцеловала.

— Прошу меня простить, — сухо извинился кронпринц, развернулся и направился обратно.

— А танец? Я согласна, — растерялась Марта.

— Не забывай о манерах, — шепнула я подопечной и двинулась за дофином.

В толпе парящий флакончик, к счастью был не так заметен. Принц шагал быстро, ловко просачиваясь сквозь толпу придворных.

— Скажи отцу, коль спросит, я ненадолго отлучусь, — бросил он тому, в ком я узнала графа Гурда.

Я поднялась вслед за его высочеством по винтовой лестнице наверх. Под ногами лежали тёплые ковры, да и от свечей исходило тепло, так что мне было здесь весьма комфортно. Мы вошли в богато украшенную залу, в которой я признала спальные покои по кровати внушительных параметров с пологом. На стене висело несколько мечей с богато украшенными рукоятями. Приятно тянуло жасмином и чем-то цитрусовым. На столике покоился бокал, наполовину наполненный красноватой жидкостью. Вот оно. Вот мой шанс. Принц уселся на кровать, откинувшись на подушки, потянувшись к столику. Вот он мой шанс. Откупорила бутылёк с любовным зельем и влила в бокал. Вливала я, к несчастью, с характерным бульканьем. Принц среагировал мгновенно. Вскочил на ноги, метнулся к стене и выхватил один из мечей.

— Кто здесь? — вскрикнул он, со свистом рубанув мечом воздух.

Чудом не задел. Я бросила пустой бутылёк на пол и рванула наутёк.

— Пузо! — раздался сонм множества голосов, слившихся в один выкрик, выкрик повторился: — Пузо!

Поганки с полянки, да что ж это такое краткосрочное действие у этого зелья.

— Стража! Перекрыть выходы! — крикнул принц, спешно следуя за тем, что он считал пузом.

Я забежала в бальный зал, выхватила Марту и потащила её к выходу.

— Скорее! Уносим ноги! —чуть ли не прокричала я на ухо подопечной, которая не на шутку перепугавшись бежала тоже очень резво.

— Пузо! — новый взрыв выкриков.

Когда мы выбегали из бального зала я встретилась глазами с красавицей в розовом платье. Её большие серо-голубые глаза чем—то напомнили лань.

— Я потеряла туфельку! — взвизгнула Марта.

— Пёс с ней, скорее, вон из замка!

Мы успели выбежать из дворца и залезть в карету аккурат до того, как вход перекрыли. Поганки с полянки, снова всё пошло не по плану.