Глава 19

В уборной я быстро привела себя в порядок и переоделась в уже знакомые штаны, тунику и жилет. Причесав волосы, собрала их в косу и завязала тесемкой. А еще приняла решение быть сегодня хорошей и послушной девочкой.

Некромант ждал меня в кухонной зоне. Так и стоял, сложив руки на груди, и продолжал изучать несчастные шторы, словно они величайшая загадка этого мира.

— Грейнар, — тихо позвала я, подходя ближе.

— Готова? — не оборачиваясь, спросил он.

— Я бы хотела извиниться.

— За что?

Некромант все-таки обернулся. Равнодушный, спокойный и совершенно чужой. И эта отчужденность как-то особенно болезненно кольнула. За эти пару дней я привыкла видеть его другим. Более человечным что ли.

Тем, кто умеет смеяться. У кого в глубине черных глаз, словно звезды, вспыхивают лукавые смешинки. Тем, кто знал меня и понимал лучше, чем самые близкие друзья, пусть и использовал это в своих целях. Тем, кто своими ответами ставил меня в тупик и по щелчку пальцев заставлял меняться мое настроение.

А сейчас… сейчас хрупкое взаимопонимание, которое возникло между нами, как будто исчезло. И в этом была целиком и полностью моя вина.

— Мне не стоило говорить…

— О чем? О том, что мало шансов, что кто-нибудь меня полюбит с моим характером и тьмой за плечами? — безразлично поинтересовался он. — Я это и так знаю. Так что расслабься, я не собираюсь мстить и как-то тебя наказывать.

«Лучше бы наказал!»

— Все равно я поступила некрасиво, — не сдавалась я.

— Для светлой?

— Для любого. Это было очень жестко.

— Мне все равно. Идем, времени мало.

Он прошел мимо, и я послушно потопала следом. Стоило мне только спуститься с крыльца, как Грейнар уже активировал портал, который шипел и по краям вспыхивал огнем. Я невольно затормозила.

— В чем дело? — нахмурился он.

— Ни в чем, — отмахнулась я и вручила некроманту руку.

Через мгновение нас засосало в портал и выплюнуло из него в знакомом месте — возле аккуратного домика с резными ставнями, украшенными симпатичными рисунками. На сей раз крыльцо оказалось заставлено разнообразной глубокой посудой, ведрами и тазами. Впрочем, они теснились не только на крыльце, но и на земле, на лавке и даже у колодца. А вокруг всего этого безобразия, что-то бормоча себе под нос, суетилась ведьма.

— Я привел тебе помощницу и виновницу всего этого, — объявил Грейнар, слегка подталкивая меня вперед.

«Ну вот… опять он меня в чем-то обвиняет. Знать бы еще в чем».

— А, Сэлли! — широко улыбнулась Вэйла, выпрямляясь. — Ну здравствуй, светлая.

— Здравствуйте, госпожа ведьма. Вам нужна помощь?

— Не откажусь. Заходи. Мой дом открыт для тебя, фея Вечного леса.

Я быстро покосилась на Грейнара и дернула за калитку. Она легко поддалась, впуская меня. И только попав во двор, я уловила головокружительный аромат спелых и сочных фруктов и рассмотрела содержимое ведер, тазов, корзин и больших деревянных мисок.

Чего здесь только не было! Румяные яблоки с полосатыми бочками, крупные темно-бордовые черешни, абрикосы с пятнышками, которые очень напоминали веснушки, бархатистые персики, сочные желтые груши, глянцевые темно-синие сливы и даже шелковица.

Встретить такое в Темном лесу было бы весьма странно, если бы…

— Деревья? Это с них плоды? Они дали себя оборвать?

— Что значит дали? — хмыкнула ведьма. — Сами принесли и с радостью поделились. Мало того, большинство из них уже нашло свой дом.

— Это как? — не поняла я.

— А вот так. Думаешь, легко им здесь жилось? Никто не ухаживает, не пожалеет, не покормит. Живность пока найдешь, все корни засохнут. Еще и конкуренция такая. Приходилось воевать за хорошие места, объединяться в группы, чтобы спасти молодые побеги. А тут польза. Они же плодоносят круглый год. Вот их двуликие и расхватали. Ни одного не осталось. Даже те, что с цветочками, ушли. Для красоты. Теперь будут пользу приносить, плодами сочными радовать, а их за это мяском свежим подкормят или еще чем.

Я слушала ее и только диву давалась. Ни за что не подумала бы, что все так обернется.

— Кстати, двуликие клич кинули, — продолжила Вэйла. — Еще плотоядных по лесу ищут. Как соберут побольше, тебе приведут. Для озеленения.

Вот тут я вздрогнула, вспомнив, при каких обстоятельствах у нас заплодоносили монстродеревья, и нервно обернулась.

Грейнар никуда не ушел. Так и стоял по ту сторону плетня, убрав руки в карманы брюк, и смотрел. На меня смотрел. Да так, что сердце переворачивалось. В этом взгляде не было ни страсти, ни желания, ни вообще каких-то эмоций — лишь непроглядная тьма. Но именно она меня и манила к этому мужчине.

— Вряд ли у меня получится, — промямлила я, не в силах разорвать зрительный контакт. — Здесь магия меня не слушается.

— Получится. Обязательно получится. А если что, наш темный хозяин поможет. Да, Грейнар? — И ведьма бросила на некроманта лукавый взгляд.

«Поможет… еще как поможет!»

— Светлая у тебя до вечера. Надеюсь, вы вдвоем ничего не натворите, — сухо произнес он, проигнорировав вопрос.

— Натворим. Еще как. Но только полезное и очень вкусное, — рассмеялась Вэйла. — Иди уже. Слышала, к вампирам собрался. Ты вечерком зайди, я тебя чаем напою целебным, а то после кровососов с их ментальной магией вечно голова раскалывается.

Грейнар кивнул, в очередной раз коротко посмотрел на меня и исчез. Только когда портал за ним захлопнулся, я наконец-то смогла нормально выдохнуть и расслабиться. Даже не знала, что была так сильно напряжена все это время.

— Ну а теперь, Сэлли, рассказывай, — широко улыбнулась ведьма.

От ее проницательного взгляда мне мгновенно захотелось куда-нибудь спрятаться.

Она ждала от меня ответа. Только вот какого, если я сама многое не понимала? И чем больше старалась понять, тем сильнее запутывалась.

Однако что-то надо было ответить, и я на одном дыхании выпалила первое, что пришло на ум:

— Я вчера подобрала у крыльца котенка. Принесла его в дом, вылечила, назвала Рыжиком, а это оказался детеныш мантикоры.

Вэйла застыла с черпаком в руке.

— Что ты сделала? — ахнула она и медленно опустилась на ближайшую лавку. — Кого нашла?

— Рыжика. Ну я ведь не знала, что это детеныш мантикоры. На нем же не написано. В академии мы всегда изучали взрослых особей. Вот Грейнар и разозлился. Опять.

— Ему полезно. А то ходит как ледяная статуя, только глазами сверкает. Пусть растрясется и покажет эмоции, пока еще возможно, — заявила ведьма, поднимаясь.

— Почему? — тут же уцепилась я за странную фразу.

— Что почему?

Вэйла, покачивая бедрами, подошла к колодцу и принялась набирать воду.

— Почему «еще возможно»?

— Окаменеет и все, — хмыкнула она и, заметив мое недоумение, поправилась: — Шучу. Потом просто не вспомнит, каково это… быть как все. Так ты болтать будешь или помогать? Вон у нас дел сколько.

— И что мы будем делать? Зелье какое-нибудь? Отвар волшебный?

— Лучше. Компотик сварим, варенье закрутим, джемы приготовим. Можно и ассорти сделать. Чернослив засушим. Абрикосы, кстати, тоже можно высушить. Вкусно получится. Между прочим, я такой рецепт повидла знаю из яблок, м-м-м. А еще их надо замочить.

— Куда замочить?

— В бочку. Ты когда-нибудь пробовала моченые яблоки?

— Нет. У нас в лесу всегда свежие. Да и в Уатерхолле такого не было.

— Как же скучно вы живете, — выдохнула она, ловко накручивая барабан колодца. — Тут дерево одно приходило, я с него две корзины подходящих яблок собрала. Ты знаешь, что наколдовала разные сорта?

— Откуда?

В тот момент я думала о другом, а после и вовсе не до выяснения сортов стало'.

Вэйла легко подняла ведро и поставила его на лавочку, лишь слегка расплескав воду.

— Ну что? Начинаем?

Я и представить не могла, что заготовка фруктов занимает столько времени. Сначала я перебирала черешню и вишню, раскладывая в разные миски. Заодно выяснила, что они разные по вкусу и способу обработки. Затем вытаскивала из вишни косточки.

— Знаешь, что в этом деле лучший помощник? — усмехнулась ведьма и достала из волос самую обычную шпильку. — Вот!

— И что мне с ней делать? — нахмурилась я.

Что такое шпилька я знала, но применяла всегда по-другому.

— Смотри.

Вэйла взяла ее в одну руку, вишню в другую, воткнула, ковырнула и косточка выпала.

— Ого, — потрясенно протянула я.

— Держи, — улыбнулась она и отправилась чистить яблоки на джем.

В конечном итоге на переживания и тяжелые раздумья у меня попросту не нашлось времени. Я все время была чем-то занята: резала, чистила, перекладывала, крутила или носила воду в большой чан на костре. А еще ведьма постоянно что-то рассказывала или спрашивала меня о Вечном лесе, о том, как мы живем, как устроен наш быт и так далее.

Конечно, далеко не все мы делали руками. Например, в тазах фрукты сами тщательно мылись, а после укладывались на покрывало обсыхать. Старая мясорубка крутилась без посторонней помощи, а терка сама собой прыгала, превращая куски яблок в мягкую субстанцию. С части яблок кожуру Вэйла снимала ножом, а рядом с ней в воздухе застыло еще два, которые аккуратно, по спирали очищали другие яблоки.

— Вы смелая, — заметила я. — Совсем не боитесь Грейнара.

— А чего мне его бояться? Я прекрасно знала его родителей, а с матушкой так и вовсе дружила. Интересная была темная. Яркая. Жаль, что ушла так рано.

— Сколько же вам лет? — вырвалось у меня, и я тут же прикусила язык.

Нашла о чем спрашивать ведьму. Хотя меня интересовал не столько ее возраст, сколько Грейнара. Не верилось, что ему пятьсот лет.

— Не бойся, я свой возраст не скрываю. Молода еще и полна сил. Даже преемницу еще не искала. Мне всего сто двадцать три.

— Тогда Грейнару точно не пятьсот.

Вэйла оторвалась от абрикосов, которые раскрывала и вынимала косточку, бросая ее в отдельную глиняную чашку.

— Конечно, нет. Всего восемьдесят восемь. По сути, еще ребенок. Правда, вредный. Хотя да, — она тяжело вздохнула, — рано ему пришлось власть забрать. Ему едва сорок исполнилось, когда его отец погиб. Вот и сказывается.

— Как сказывается? — моментально вскинулась я.

— А вот так. — Ведьма неопределенно махнула рукой. — И на нем сказывается, и на Темном лесе. Вон как все поменялось. Остался последний шаг, а Грейнар все медлит. Оно и понятно: такой груз. Поделиться бы ему с кем-нибудь, да не хочет… и найти не может.

— Поделиться чем?

Вэйла замолчала, в васильковых глазах промелькнуло и тут же погасло беспокойство. Она медленно покачала головой и с едва заметной улыбкой произнесла:

— Не стоит тебе это знать, Сэлли.

— Почему?

— Есть тайны, которых не стоит касаться. Так что давай поговорим о другом. Тем ведь полно. Как и работы. За один день точно не управимся. Надо будет наложить чары, чтобы не попортилось тут все.

«Ну о другом так о другом».

— А как вы стали ведьмой?

— Да так же, как и все: попала ученицей к ведьме. Она мне жизнь спасла.

— Это как? — заинтересовалась я.

— А вот так. Любимый у меня был. — Печальная улыбка осветила ее лицо. — Ванко его звали. Красивый, сильный, смелый. Ходил в учениках у кузнеца. Волосы будто пшеница спелая, глаза чистые, как горная река, а улыбка… от нее у меня сердце замирало. Только вот беда, небогатый он был. Мать да семеро младших по лавкам. Отец у них рано помер, пошел на рыбалку, да утоп по весне, как раз лед тронулся. Вот Ванко и взял на себя заботу о семье.

Отложив в сторону абрикосы, Вэйла погрузилась в воспоминания о прошлом.

— А моя семья была из зажиточных. Батька жениха среди друзей нашел. Федоуз сыном его побратима был. Хороший парень, добрый, мельницу свою имел, а значит, и стабильный заработок. Да не по сердцу он мне был. Но батька и слушать ничего не хотел, свадьбу уже назначил. Вот мы с Ванко и решили сбежать.

Она замолчала. Я не стала ее торопить, терпеливо ожидала продолжения, зная, что эта сказка не имеет счастливого конца.

— Мы через лес бежали. Думали так быстрее. И попали в руки к разбойникам. Ванко… он до последнего сражался. Да куда уж! Их так много, а он один. Повесили его на березке, а меня атаман своей сделать захотел. И тут вдруг земля ходуном заходила, деревья зашевелились и заскрипели, волки завыли, ветер закружил, срывая все и поднимая в воздух. Как будто весь мир всколыхнулся. Так ведьма меня спасла и к себе забрала. Я наотрез отказалась домой возвращаться. Не могла на них смотреть. Если бы батька и другая родня не настаивали, остался бы жив мой Ванко.

— Мне очень жаль, — прошептала я, сморгнув навернувшиеся слезы.

— Дело прошлое. Больше века прошло. Не осталось в живых уже никого, — блекло улыбнулась ведьма и печаль начала медленно уходить из ее глаз. — Я даже имя сменила. Ушла Лада, появилась Вэйла.

— И вы больше никогда не возвращались домой?

— Нет. За все надо платить, Сэлли, и за свой дар я заплатила прошлым. Счастливые ведьмами не становятся. Каждая из нас несет боль и груз прошлого. И моя преемница тоже будет такой. Сломленной, но выжившей.

— Как грустно, — вздохнула я.

— Такова наша ведьмина сущность, — улыбнулась Вэйла и, встрепенувшись, осмотрелась по сторонам. — Так, пора засыпать черешню. Будем варить варенье.

Я проработала у нее до самого вечера, конечно, с перерывами на отдых и на еду. Ведьма готовила ничуть не хуже, чем повара из темного замка: сытно и по-домашнему вкусно.

Вечером, когда уже сгустились сумерки, а туман подкрался к плетню, облизывая палки, но не решаясь ползти дальше, за мной явилась Марсия.

Я даже не сильно удивилась, увидев темную, которая в образе маленькой девочки застыла у калитки.

— Что, не хочет твой хозяин чай мой пить, — хмыкнула ведьма, взглянув на темную. — А зря, вкусный чаек. Сэлли, вон, оценила.

— Действительно вкусный, — согласилась я, вставая с лавки.

— Хозяин у вампиров остался. Просил доставить светлую домой, — тихо произнесла Марсия.

— До завтра, Вэйла, — попрощалась я и направилась в сторону калитки. — Спасибо за уют.

— А тебе спасибо за помощь.

Я так устала, что искупалась и сразу легла спать. Опять на диван. Не смогла уговорить себя расположиться на кровати. Да и привыкла.

И снова меня ждала беспокойная ночь, полная холода и жара, странных снов и шепота тьмы. Правда, я не уверена, что мне это не приснилось. Все было так странно, сумбурно и непонятно.

Утром к Вэйле меня отправляла Марсия и вечером встречала тоже она. На мой вопросительный взгляд она коротко ответила:

— На переговорах.

«Ну и ладно. Мне и так хорошо. Пусть сидит там со своими… кровососами…»

Следующая ночь выдалась еще беспокойнее, чем предыдущая. Я вроде спала, а вроде и нет. Мучилась, ворочалась, балансируя на грани сна и реальности. То звала кого-то, то прогоняла. Смеялась и плакала. В конечном итоге проснулась уставшая, разбитая и жутко злая.

Ну и конечно же именно это утро некромант выбрал для того, чтобы явиться пред мои очи.

— Надо же, кто почтил нас своим присутствием, — мрачно прокомментировала я, изучая его темную фигуру. — Сам Повелитель Темного леса. Даже не знаю, чем я заслужила такую честь?

— Да как тебе сказать… — с сомнением протянул Грейнар, и я внезапно осознала, что он в замешательстве. — Скажи мне, светлая, ты хочешь замуж?