Глава 17

Я всё вспомнила. Абсолютно всё, до мельчайших деталей. В последние дни лета нашей семьи коснулось ужасное известие — я должна уколоть палец в свой двадцатый день рождения и моя кровь пробудит древнейшее мифическое зло, спящее в Тёмном лесу. Арахнида — огромного паука, способного погрузить весь мир во мрак.Я помню, как металась, говорила, что я согласна пожертвовать собой ради блага всех существ, но тогда родители чётко дали мне понять, что этот сценарий не для них. Им дочь нужна живой, здоровой и счастливой.— Я не переживу твоей гибели, дитя моё, — сказала в тот момент матушка, и её поцелуй, последовавший за этими словами, словно до сих пор застыл на моей щеке.Тогда они придумали другой сценарий — древнее заклинание фей, способное укрыть меня от всех, благодаря которому стёрлись бы все воспоминания обо мне, даже у меня самой. Вот только в последний день планы пришлось поспешно менять: на меня было совершено покушение, когда я вышла в Снежноград, чтобы, возможно, навсегда попрощаться с любимым городом. Родители рисковать дважды не хотели, поэтому решили спрятать меня там, где запрещено использование магии — в Боевой академии Дракмара, причём под присмотром Тияра Изумрудного. Он должен был защищать меня в случае повторного нападения — родители ужасно боялись оставить меня без защиты, поэтому он был единственным, кто знал обо всём. Для этого он стал частью ритуала, его контуром, на котором всё и замкнулось.Теперь я понимала, что он пытался предостеречь нас с Даартом, но не мог открыть правду — не позволила бы клятва, не говоря уже об опасности распространения информации, ведь любые знания о моём прошлом могли повредить заклинание.И вот осталась неделя до моего двадцатилетия, всего неделя, через которую я могла бы стать свободной и счастливой, но теперь заклятие, наложенное родителями, разрушено, так и не исполнив своего предназначения. Всё потому что я влюбилась… повторно влюбилась в одного и того же мужчину.Потому что ему не сказали. Даарт бы не согласился на подобное. Не в его характере отступать и юлить, он бы просто придумал и разработал другой план — рискованный, возможно, провальный, но другой. И сейчас я чувствовала одновременно и вину за то, что мы обманули его, и разочарование от того, что он вообще прибыл в эту академию, украл покой у бедного курсанта Лиара Рамбовского, которым я успешно притворялась почти четыре месяца, и навлёк опасность на весь мир.Но самое главное, что он не виноват. Мы с ним не виноваты. Виновата истинность. Пусть наша связь ещё не закреплена, но наши чувства настолько сильны, что ритуал единения был лишь вопросом времени.Времени, которого у нас нет.— И как я мог забыть о такой занозе, как ты? — с усмешкой спросил Даарт, притянув меня к себе.Я вдруг вновь осознала себя на танцполе в разгар студенческого бала, где мы были главными звёздами. Курсанты остановили танцы и теперь смотрели исключительно на принца и одну фею, коей являлась я. К слову…Я оглянулась за спину Даарта и улыбнулась трём снежинкам, кружившим за его спиной — моим крёстным, сразу трём, которые откликнулись на мою магию, были её проводниками. Как же давно я их не видела!Подождите-ка, что там Даарт сказал о занозе?..— Идите вы… ваше высочество! — возмущённо выдохнула я, попытавшись отстраниться.Но лорд-оникс не позволил. Притянул меня к себе и вновь впился в губы поцелуем, но теперь настоящим — собственническим, таким, на какой имел право. И я ответила — так же жарко, с таким же пылом, потому что безумно любила этого мужчину. Любила с самого детства, грезила о нём, собирала его магические портреты, вешала их на стену и тайно вздыхала вечерами. Как и все девчонки нашего королевства, ведь Даарт Ониксовый — это мечта, великолепный чёрный дракон, сильнейший маг и просто красавец-мужчина.Я украдкой подглядывала за ним в те редкие моменты, когда он приезжал в Ледяные чертоги, хотя родители и запрещали выходить из покоев, чтобы не допустить повторения резонанса, случившегося ещё в моём младенчестве. Но разве ребёнка удержишь? Каждый раз я выбиралась из своих комнат, чтобы хотя бы издали увидеть своего кумира. Мечту, которая в реальности оказалась ещё прекраснее моих грёз.И вот, в девятнадцать, когда нас с сокурсницами отправили на экскурсию в императорский дворец, я решилась. Решилась встретиться с ним, не смотря на угрозу резонанса, даже медитировала перед этим, чтобы случайно не выпустить свою магию. Потому что устала скрывать свои чувства, потому что иначе не могла.— Значит, кулон всё-таки подарил жених, — выдохнул Даарт мне в губы, и я негромко рассмеялась, кивнув.Когда я родилась, Даарт поднёс к моей колыбели кулон. Маленькие пухлые ручки прикоснулись к нему, и защитная магия кулона-артефакта послужила проводником, ведь артефакт создавал лично Даарт. Наша магия срезонировала, и отбросила принца к противоположной стене, а малышка в колыбели, по рассказам моей мамы, расплакалась.— Я рад, что вы в таком прекрасном настроении, — раздался рядом голос Тияра, и мы оба обернулись к ректору.— Так вот какую тайну ты скрывал, — хмыкнул лорд-оникс, и улыбка поспешно сошла с его уст, когда он взглянул на меня, внезапно осознав всё происходящее. — Ты знала об этом? Не ты, которая притворялась курсантом, а ты настоящая?Ответить я не успела. Рядом с нами открылись ещё порталы, и на этот раз из них вышагнули сразу четыре человека.Наши родители.Из первого, что стоял справа и светился льдисто-голубым сиянием, вышли мои отец и мать — Ллайд Снежный, Владыка Льда, и Агния Снежная, королева Снежнограда. Из второго, левого, вышли родители Даарта, о которых я, будучи студентом Лиаром Рамбовским, читала в книге, даже не подозревая в тот момент, что на самом деле знакома с ними лично — император и императрица Дракмара, Ардаан Ониксовый и Аликсия Вильтерос.Правда, три дня назад состоялось повторное, не менее эпичное знакомство… Как вспомню об этом, так сразу вспыхиваю от смущения. Какой пассаж!Аликсия встретилась со мной взглядом и скрыла улыбку в кулачке, чтобы не выглядеть совсем комично, а я, улыбнувшись, перевела взгляд в сторону, на… родителей. На глаза навернулись слёзы, и на мгновение мы втроём застыли, переживая целую бурю эмоций.Я бросилась к ним так же синхронно, как и они ко мне. Мама — слишком хрупкая на фоне отца — обняла меня, прикрыв глаза, чтобы никто не увидел застывшие в глазах слёзы, а папа уже обнял нас вместе, поцеловав меня в макушку. В этот момент я осознала, чего именно мне не хватало все эти четыре месяца — тепла.Обычного семейного тепла и заботы, которые мы чувствуем, приезжая в дом, где нас любят и ждут.Зал, опомнившись, опустился в поклонах. Я тоже, отстранившись и утерев набежавшие в уголках глаз слёзы, сделала реверанс, подумав, что музыка не играет уже минуты две. Все с интересом следят за разворачивающимися событиями, даже не подозревая, что девушка перед ними была когда-то студентом Лиаром Рамбовским.Я встретилась взглядом с Кайлом: парень, выпрямившись, отсалютовал мне бокалом с пуншем. Смущённо улыбнувшись, я возвела ему мысленную благодарность, на что Дорс лишь ухмыльнулся.— Полагаю, нам надо поговорить… ваше величество? — со стальными нотками произнёс Даарт и в упор посмотрел на отца.У обоих в глазах закручивались тёмные вихри, грозя снести всё на своём пути. Разумеется, никто не стал устраивать истерик и разбирательств на глазах у всей академии, поэтому очередные порталы переместили нас в кабинет ректора — Тияр был непосредственным участником событий, но покидать академию во время бала он не имел права.Кабинет ректора Боевой дракмарской академии всегда поражал меня размерами и просторностью, но сейчас он будто сузился, приплюснулся и вообще превратился в коробочку, в которой едва ли хватит места котёнку. По крайней мере, создавалось такое ощущение, потому что энергия, исходящая от сильнейших мужчин этого мира, давила на всех.Родители усадили меня между собой на диван справа. Император для них с женой материализовал уютные кресла, в которых они с удобством разместились. Тияр сел за свой стол, а вот Даарт, которому осталось место напротив ректора, не спешил опускаться на стул, с усмешкой смотря на Ардаана Ониксового.— Итак… я внимательно вас слушаю.— Ты ведь узнал, почему происходят убийства фей? — спросил у сына Ардаан.— Эстив Траум признался, что хотел предотвратить неминуемое: по пророчеству принцесса фей должна… — Даарт запнулся и обратил свой взгляд ко мне, — должна пробудить древнее зло, покоящееся в Тёмном лесу, о местоположении которого никто не знает, лишь о его существовании ходят легенды — Арахнид, огромный паук, что способен весь мир обратить во тьму и поглотить саму магию.Даарт замолчал, смотря на меня. Только сейчас он осознал, что в пророчестве говорилось обо мне. Ведь до сегодняшнего вечера воспоминания о моей личности были для него скрыты.— Мы сделали это, чтобы спасти Аврору, — подал голос мой отец, — хотели, чтобы весь мир забыл о ней, тогда бы пророчество не исполнилось.— Вы в этом так уверены? — едко спросил Даарт. — Что оно бы не исполнилось?— Нельзя быть уверенным на сто процентов, — резонно заметил его величество. — Но другого выхода мы не видели, чтобы спасти вас обоих. Пророчество о том, что в день своего двадцатилетия принцесса фей уколет палец и её кровь пробудит арахнида, исходило сразу от нескольких оракулов, полагаю, именно от кого-то из них и узнал обо всём… как ты его назвал… Эстив Траум? Анимаг, который хотел предотвратить пробуждение арахнида.— А если бы Аврору убили здесь? Убил этот самый Траум? Если меня не оказалось бы рядом?— Вполне возможно, что он бы и не узнал об истинном облике Авроры, если бы не явился ты! — подал голос Тияр. — С твоим приходом в эту академию всё полетело к демонам! — Тияр поморщился. — Я хотел сказать, что именно из-за покушения на Аврору ещё до заклятья привлекли меня. Я принимал участие в ритуале, только стал частью контура, поэтому меня заклятье не коснулось, и я перенёс Лиара в общежитие своей академии, а документы на него подготовлены были заранее, как и легенда. К слову, мне удавалось оберегать его покой почти четыре месяца, до твоего прибытия.— Не по твоей ли вине мы с… Лиаром Рамбовским столкнулись в первый раз? — хмыкнул Даарт.На моих щеках вспыхнул румянец, да такой сильный, что покраснели даже кончики ушей. Молчи, ваше высочество! Тут же мои родители. Ужасно неловко! А ведь они переглядываются, не понимая в чём дело, но я точно не расскажу о нашей второй “первой” встрече с лордом-ониксом.— Я… — начал Тияр и шумно выдохнул, — ну знаете ли, я такое не мог предвидеть! Ключ от той ванной ты взял не у меня, а у коменданта, а я велел выделить тебе покои без душевой не столько чтобы пошутить, как ты решил, а чтобы ты поскорее уехал из академии и снял апартаменты в городе. Здесь ты мне был не нужен. Однако если бы я знал, что ты нашёл истинную, приложил бы больше усилий, чтобы уже в тот же вечер ты покинул академию. Вы не афишировали свои отношения до всего произошедшего!Это правда. Да и вообще истинность такой интимный процесс, сначала пары привыкают друг к другу, проводят кучу времени вместе, так что… банально нет времени рассказать другим о своём счастье, а над нами ещё висела угроза резонанса. С нашей первой встречи в императорском саду до заклятья прошло не больше двух с половиной недель, и в эти стремительно пролетавшие дни мы не только узнавали друг друга, но и пытались понять, что делать с нашим резонансом. Ведь он не даст нам даже провести обряд единения…Мы с Даартом переглянулись. Неувязочка, конечно, вышла.— Потом, когда я осознал, что она является твоей истинной, уже хотел любыми способами выставить тебя из академии, неоднократно намекал тебе, что лучше поселиться в городе, мол, здесь и комнат нормальных не хватает с душевыми, но ты же упрямый!— Поэтому так и не выделил нормальные преподавательские покои? Впрочем, я всё равно наплевал на твою просьбу не переходить порталами и принимал душ в своих покоях во дворце, — хмыкнул Даарт.Тияр прикрыл глаза и развернулся в кресле к окошку, всем своим видом показывая, что он ужасно устал от нас обоих. М-да, нелёгкая ему выпала задача. Казалось бы, всего лишь одна шутка, но какую череду последствий она запустила…— Не понимаю, о чём вы, — подала голос Аликсия и приподняла бровь.— О том, что мы встретились с Авророй ночью, когда она была в своём истинном облике, — усмехнулся Даарт.— К слову, об этом. Когда ты к нам привёл своего… свою… пару, то немало нас удивил, однако это всё весьма странно даже не этим, а другим. Наши планы были нарушены, — нахмурилась императрица, и я тоже только сейчас об этом подумала. — Аврора должна была оставаться парнем круглосуточно.На минуту все замолчали. Да и я помнила, что до следующего дня после своего двадцатилетия я должна была оставаться иллюзорно парнем. Правда, потом ни у кого из нас не было точной гарантии, что заклятье удастся снять, ведь мы специально сделали его неразрушаемым, но в этом должен был помочь Тияр — рассказать о моей настоящей жизни, любая информация повредила бы заклятию, и оно могло дать трещину. А вспомню ли я всё, зависело бы только от меня.— Видимо, во время ритуала произошла ошибка, — предположил отец и вновь поцеловал меня в висок. — Такое мы не могли предвидеть. Возможно, магической энергии не хватало на полный цикл или проблемы были связаны с фазами солнца или луны. Нужно будет изучить…— Какая разница! — воскликнул лорд-оникс и посмотрел в упор на будущего тестя. Хотя в последнем я уже начала сомневаться и всерьёз опасаться за своего истинного. С отцом так обычно никто не разговаривает. — Сейчас это всё уже не имеет смысла. Остаётся только неделя до исполнения пророчества, за которую нам каким-то образом надо придумать, как спасти Аврору, и при этом как-то попутно не уничтожить мир. — Даарт посмотрел на меня и вздохнул. — Лучше бы ты оказалась убийцей.Я нервно хихикнула. Действительно, тогда бы просто сбежали в другой мир или ещё что-нибудь… А так… Может, опять сбежать? Но по взгляду Даарта поняла, что рисковать он не намерен, ведь в пророчестве ничего не говорилось о другом мире.— Хватит, — воскликнул отец и поднялся на ноги. — Ты расстроен тем, что тебе ничего не сказали, что всё это провернули за твоей спиной, но план был неплох. И он мог сработать. Если бы не вмешалась…Любовь? Истинность? Суть драконов?Владыка Ледяных чертогов так и не договорил, лишь вздохнул.— Предлагаю всем отдохнуть, — предложил император и поднялся с кресла, подав руку своей супруге.Даже сквозь годы чувствовалось, как он бережно к ней относится, каким взглядом смотрит, сколько в нём заботы и участия. Это же я видела и в своих родителях. Этого же хотела и для себя — бесконечную любовь, которую я пронесу через всю свою долгую жизнь.— Завтра встретимся и обсудим, — продолжил Владыка Дракмара. — Мы прибудем к обеду. Ллайд, я не буду напоминать, как важна безопасность Авроры. Пусть убийца и пойман…— Не совсем, — неожиданно произнёс Даарт, — один убийца, но я склонен подозревать ещё кое-кого. Мне не давали покоя несколько фактов. Мальчишка без связей и без титула, такой, как Эстив Траум, не справился бы с убийством десяти родовитых фей. Он бы просто не выследил их. О пророчестве знали многие и могли искать фею, но тех, кто решился бы на подобное, должно было по-настоящему волновать это пророчество. Страх за мир на грани безумия. Поэтому я настоял на проверке Жемчужным драконом. Эстив Траум не соглашался, поэтому пришлось ломать блок и производить проверку против воли — сейчас разум Эстива находится в критическом состоянии и в он в госпитале, но это стоило того. В его воспоминаниях фигурирует таинственный покровитель.— Ты узнал его имя? — подался вперёд мой отец, сжав кулаки.— Нет, — покачал головой Даарт. — Он будто знал, что Траума могут поймать и провести ментальную проверку, поэтому пользовался зельем иллюзии, которое не передаёт настоящей личности. Он помогал проводить ритуалы по расщеплению душ фей, чтобы они не попали в Тонкий мир…— И не смогли вернуться, пробудив арахнида, — сделал вывод император. — Но почему ритуал не оставлял магических следов?— Это самое удивительное. Мне долго не давал покоя этот момент, но всё гениальное просто: покровитель Эстива научился не просто сражаться аэ-де, но и вливать в ритуалы силу извне, таким образом собственная магия не задействована и следов нет.Мы с Даартом встретились взглядами, подумав об одном и том же: если наша магия не будет использована, значит, мы сможем провести обряд единения?— Однако после расследования у меня остались два вопроса, — продолжил Даарт, обернувшись к отцу. — Первый: почему крёстная Доренс позвала именно Лиара? И второй: откуда Эстив узнал, что Лиар — девушка, хотя увидел в нём только фея?— Кого ты подозреваешь? — вновь подал голос Тияр, развернувшись в своём кресле. — Неужели Доренсов?— Они преданная короне семья, — изумилась моя матушка. — Такого не может быть!— Поэтому я и не хочу кидаться ложными обвинениями и оставлю свои домыслы при себе, но нужные люди следят за подозреваемым, однако позаботиться о безопасности Авроры необходимо. Мало ли кто ещё знает о пророчестве и теперь вспомнил, что у Снежных есть наследница, и захочет избавиться от принцессы, — Даарт наградил меня нежным взглядом, но тут же отвёл его. — Как бы не взяли Ледяные чертоги штурмом.— За эти четыре месяца пророчество почти забылось и о нём даже не вспоминают, — произнесла мама и приобняла меня за плечи.— Это потому, что благодаря заклятью все забыли о существовании принцессы, вот только сейчас о ней вспомнили и через неделю в её день рождения всё может измениться. Нам есть о чём волноваться, — заключил лорд-оникс.Наступила тишина, настолько тяжёлая, что у меня начали подрагивать пальцы от тревоги.— Всем отдыхать. На свежую голову думается лучше, — заключил Ардаан и открыл портал, уводя за собой супругу.Родители собирались увести и меня порталом, но я остановилась напротив его высочества. Мама с папой поняли меня без слов, поэтому сказали, что подождут за дверью. Тияр, мысленно наверняка ругаясь, тоже ушёл, вспомнив, что у него там курсанты, которые за полчаса могут отбиться от рук. Вот так мы остались с Даартом наедине, и нам было, что сказать друг другу, но ни один из нас не решался.Чувства… чувства такие сильные, что кипят и переливаются через край, но облачить их в слова в этот момент было так же сложно, как и упорядочить мысли.— Ты не доверяешь мне, — наконец выдохнул Даарт. — Ты поверила родителям, но не своему истинному. Думаешь, у нас что-то может получиться?От его слов стало больно. Настолько, что я сама обняла себя руками, не зная, как и оправдаться. Извиняться? Глупо и бессмысленно. Извинениями сейчас делу не поможешь, нужно найти правильные слова, которые помогут уменьшить образовавшуюся между нами пропасть.— Доверять родителям — это преступление? Тем более нашим. Я согласна, что было ошибкой не рассказать тебе, но разве это что-то бы изменило? Изменило бы то, что заклятие в любом случае разрушилось, ведь наше притяжение оказалось сильнее?Вспомни, Даарт, насколько мы сильно любим друг друга! Насколько мы тянемся друг к другу, даже древнему заклятью фей наша любовь не под силу. Хотя для меня самой тема доверия была слишком животрепещущей, чтобы теперь не понять его закономерную обиду.— Я бы просто не согласился на всё это. Ты понимаешь, что заклятье могло бы не дать должного эффекта, на который вы все рассчитывали? Веретено, которое я видел среди твоих вещей в лазарете — тому подтверждение. Сама судьба будет притягивать тебя ко всему острому. Пророчество бы исполнилось в любом случае, только мы были бы не подготовленными.Он прав. Он ужасно прав, но кто же знал? Веретено… Прекрасное веретено, купленное мной на ярмарке за бесценок! Мы пытались обмануть магию, но её не обманешь. Даже если она тёмная и опасная. А родители порой готовы сделать всё, лишь бы не рисковать благополучием своих детей.— Но никто не мог предвидеть заранее, что будущее настолько неотвратимо, что даже заклятье в итоге с ним не справилось.Даарт хмыкнул и покачал головой. Все мои оправдания были для него пустым звуком. Я и сама это понимала.— Ты знаешь моё отношение к этому. Я бы не стал убегать. Я бы изначально искал выход. Не терял драгоценное время на всё это, — Даарт развёл руками, будто пытался объять не кабинет, а саму академию.Но тут я была с ним не согласна. Искать выход — это как по его мнению? Рыскать в опаснейшем Тёмном лесу, откуда выйти живым — уже удача?— Магия в Тёмном лесу непредсказуема, может обернуться чем угодно, даже против своего создателя, особенно с твоим уровнем магии. Слишком опасно искать спящего арахнида. На это могут уйти месяцы, годы, десятилетия…— Пока месяцы ушли на обучение Лиара Рамбовского, — вновь хмыкнул Даарт и развернулся, собираясь открыть портал.Я прижалась к его спине, не давая ему уйти.— Они — родители, они хотели как лучше, — прошептала я. — Им было страшно, страшно потерять меня. Прости их. Прости нас. Твоим родителям тоже было страшно потерять тебя, ведь даже без ритуала единения наша связь слишком крепка, да и ты…Ты провёл бы ритуал, даже зная, что я могу умереть и потянуть тебя за собой, даже зная, что резонанс может нас уничтожить во время ритуала, хотя ты бы нашёл выход и тут. Потому что в этом весь ты, Даарт. Неотступный.— Хватит, — выдохнул его высочество и разжал мои руки. Он открыл портал, но прежде, чем уйти, сказал: — Всё дело в доверии. Ты не поверила в мои силы и возможности. Родители — это определённо важные люди, но ты уже достаточно выросла, ты не ребёнок и способна принимать самостоятельные решения. Например, хотя бы посвятить в свои планы того, кого выбрала в спутники жизни.Он ушёл порталом, забирая осколки моего крошившегося сердца. Как же больно! И от осознания того, что он демонически прав, становится ещё хуже.