Глава 18

Ледяные чертоги встретили шумом и весельем, правда, в холле было пусто, и все звуки доносились из бальных залов. Новый год в Дракмаре традиционно празднуется семь дней в Ледяных чертогах, поэтому эта неделя должна быть насыщена событиями.Особенно последний, седьмой день — мой день рождения.Очутиться дома после четырёх месяцев отсутствия было непривычно, казалось, что изменилось очень многое, хотя дворец стоял, светло-небесный холл сиял чистотой и всё той же трогающей душу морозностью, однако теперь… Я уже не ощущала себя здесь, как дома. Словно наведываюсь в гости.— А вот и мелкая вернулась.Я резко обернулась и почувствовала, как на губы скользнула улыбка. По лестнице уверенной походкой спускался Скайн — мой самый любимый старший брат. Не совсем старший, есть еще Уйад, которому сто девяносто или около того, я давно перестала считать. С Уайдом мы не были особо близки, он всегда был далёким и излишне строгим, уже обрел свою пару, провёл обряд единения, но с детьми пока не спешил.А вот Скайн — моя любимая нянечка! Он проводил со мной не меньше времени, чем родители, правда, часто задирал, но зато готов был защитить от всего на свете. И сейчас я поняла, что жутко соскучилась по этому дурашке!Я бросилась к лестнице и повисла на шее брата, уже успевшего спуститься и теперь заключившего меня в объятия. Скайн покружил меня и опустил на ноги, сделав вид, что ужасно устал.— Ты потяжелела. Много и часто питалась? По фигуре и не скажешь.— Я много и усердно занималась, — фыркнула я и сжала кулачок, подняв руку вверх. — Видишь, какой сильной стала?Скайн улыбнулся и щёлкнул меня по носу, мол, детские забавы, а не сила. Я насупилась. Скайн был чудесным, замечательным, но мог на раз-два обесценить мой труд и усердия. Да, мой брат выглядит намного мощнее меня: широкие плечи, узкие бёдра, кубики пресса и прочая атрибутика завидного жениха, но в довесок идёт ужасный характер, что убавляет его шансы на поиски хорошей пары. Уверена, его истинная будет такой же вредной и язвительной, как и он.— Завтра позадираешь сестру, — произнесла мама и приобняла меня за плечи. — Сегодня Авроре нужно отдохнуть. Она давно не была дома, да и потрясений на сегодня хватило.Это точно. Я четыре месяца жила как Лиар Рамбовский, уже совсем забыв о своей настоящей жизни, но воспоминания нахлынули волной и сбили меня с ног. Теперь моя жизнь словно разделена надвое, и я отчаянно пыталась как-то склеить эти две реальности между собой, но получалось плохо. Жизнь Лиара была словно из другой реальности, и я никак не могла привыкнуть к мысли, что последние четыре месяца была тоже я…Просто без воспоминаний, только мой характер, сложившийся за девятнадцать прожитых лет.— Спасибо, мам.— Разрешишь подняться с тобой наверх? Обещаю, что буду утомлять тебя не больше десяти минут, — мама улыбнулась смущённо и с надеждой, и я лишь обняла её в ответ, так крепко, насколько это было возможно.Затем папу и… брата тоже, да. Ещё вернувшегося Уйада. Внешне они со Стайном были похожи, разве что теперь у старшего брата цвет волос стал как у отца — пепельным, с голубым оттенком, что свидетельствовало об обретении пары для ледяного дракона.Мужчины отправились в гостиную, а вот мама увела меня наверх, где ещё долго (намного дольше десяти минут) пытала на тему того, что было в стенах академии и как мы вновь встретились с Даартом. Вспоминать мне и самой было приятно, однако некоторые особенно смущающие моменты я опускала или смягчала их.Сейчас, оставшись наедине с мамой, я всё равно чувствовала тоску по его высочеству. Он был мне необходим, как живительная влага цветку. Могу провести без него день, даже второй, но к третьему начну умирать от жажды.— Зря мы это затеяли, а ведь идея была моей. Все мы не учли одного: притяжения истинной пары.— Может, это и к лучшему? Даарт прав в том, что пророчество могло меня настигнуть. Мы пытались обмануть мироздание, но оно не любит обмана.Когда вошла служанка, я на некоторое время впала в ступор. Принцессе по статусу положена камеристка, более того, я прекрасно знала Лайлу, но оказывается за четыре месяца я совершенно отвыкла от посторонней помощи, и сейчас дико стеснялась и чувствовала себя неловко.— Спокойной ночи, дитя моё. Отдохни. Завтра будет тяжёлый день. Не расстраивайся по поводу заклятья… У нас было мало времени, мы торопились, поэтому не обдумали некоторые нюансы.— Нельзя предугадать всё на свете, — пожала я плечами и поцеловала маму в щёку. — Спасибо. Я благодарна за то, что вы — мои родители. Лучших нельзя было и пожелать. А с Даартом… Мы как-нибудь разберёмся.— Сейчас лучше разбираться не между собой, а с Арахнидом, — резонно возразила матушка и покинула мои покои.Ей бы хотелось провести со мной больше времени, но она понимала, что нам обеим лучше отдохнуть перед завтрашним днём. Да и мне следует побыть наедине с собой, чтобы осознать действительность и принять новую себя.Я оглядела гостиную своих покоев: просторную, светлую, с удобной мебелью и огромным стеллажом с книгами, которые я любовно собирала во всех книжных лавках этого мира. Но сейчас я изучала взглядом не мебель, а окружающее пространство.— Ну, появляйтесь! — поторопила я.Тут же из воздуха материализовались три крошечные девушки, размером не больше указательного пальца моей руки. Флора, Фауна и Меривеза — имена моим крёстным давала мама, сказав, что эти имена принадлежат феям из сказки мира, в котором она жила.— Вы прятались так долго, — произнесла я. — Где вы были?— Везде и нигде, — отозвались девушки.У крёстных есть свое пространство — магическое, куда они могут прятаться, пока мы их не видим. Магия фей — одна из самых необычных в этом мире, например, для волшебства нам необходимы проводники. И если я всё-таки колдовала, то наверняка в этом мне помогали они, вот только незаметно, не показываясь на глаза.— Я скучала, — прошептала я, и феи радостно запищали.Голоса у них были тонкие и звонкие, но даже это сегодня меня радовало. Побыв немного с крёстными, я всё-таки решила подготовиться ко сну.Приняв ванну, я переоделась в шёлковую сорочку и посмотрела на платье, подаренное Даартом. Надеюсь, он простит меня как можно скорее.Мы пробыли преступно мало времени вместе! Воспоминания нахлынули с такой силой, что не отступили, даже когда я легла в кровать и потушила свет. Наоборот, память подкидывала эпизод за эпизодом…Я сидела в саду и читала книгу. Момент был невероятно интересный, я так увлеклась, удобно разместившись в плетёном подвесном коконе и вытянув ноги, что совершенно пропустила приближение принца. Более того, даже не обернулась к нему, когда он начал слегка качать кокон. Поняв, что читать становится затруднительно, я подняла недовольный взгляд на того, кто посмел нарушить моё уединение и покой.И тут же пропала в чёрных омутах глаз. Даарт смотрел на меня словно путник в пустыне, который неделю шёл к оазису… правда, с нашей последней встречи прошло всего три дня. Я захлопнула книгу так поспешно, забыв оставить закладку, что пожалела об этом лишь на следующий день, когда искала нужную страницу, сейчас же… Сейчас я просто была в лёгкой эйфории от нового свидания с принцем.— Ты пришёл.— Я слышу в твоём голосе восхищение и радость?— Вы ошибаетесь, мой принц, я лишь хотела пожурить вас за промедление. Действительно, почему так долго? Я думала для всесильного мага открыть портал из императорского дворца во дворец Ледяных чертогов — минутное дело.Кажется, Даарт не ожидал подобного нападения и даже рот приоткрыл от наглости некоторых принцесс. Моя самооценка действительно не страдала, ведь я прекрасно знала себе цену. Я не только дочь сильнейшего ледяного дракона, но и принцесса фей.Однако всё это не отменяет того факта, что в присутствии Даарта я всё равно жутко смущаюсь, волнуюсь и хочу постоянно улыбаться, хотя старательно это скрываю за бравадой.— Думаю, такая самоуверенная принцесса подождёт меня ещё. Я пойду…Даарт развернулся, но позволить ему так просто уйти я не могла. Едва не бросилась следом, заключая в объятия, и лишь страх перед резонансом остановил меня и заставил сидеть на месте. Сегодня я не медитировала, а от волнения магия уже заплясала на кончиках пальцев.— Вам претит моя самоуверенность? — бросила ему вдогонку. — Боитесь, что она разгромит вашу?— Мою? — Даарт посмотрел на меня, заложив руки за спину.— Разумеется! Вы так от меня бежите, что сам собой напрашивается вывод о ваших страхах передо мной.Он открыл рот, словно собираясь спорить, но в последний момент передумал и кивнул.— Вы правы. Я боюсь. Но вовсе не моей поруганной самооценки или вашей излишней самоуверенности — здесь меня всё вполне устраивает, я боюсь наших чувств. Нам их уже не остановить, а резонанс между нами слишком опасная штука. Как мы проведём обряд единения?— Вы три дня думали над этим, взвешивая все за и против, значит, если вы здесь, то уже приняли решение на этот счёт и не отступитесь от выбранного пути, — заключила я и кокетливо отвела взгляд. — Вот только одно не могу взять в толк… когда вы успели узнать о моих чувствах?Даарт наклонился ко мне, взявшись одной рукой за край кокона, а второй провёл по моей щеке. Его прикосновения обжигали. Я не могла отвести взгляд от его пленяющих глаз, в которые меня затягивала сама тьма.— Сбежим… к водопадам в Орхвусе?Я отложила книгу, уже зная, что в моей жизни наступают куда более интересные события, чем в ней.Я проснулась резко, выныривая из воспоминаний. Накинула халат и подошла к окну, за которым едва-едва занимался рассвет. Тогда мы действительно отправились к водопадам, провели потрясающий день вместе, болтая обо всём и ни о чём одновременно, а вот потом, когда возвращались…Я летела на чёрном драконе, он высадил меня в саду, и мы остались стоять под раскидистыми деревьями как раз у летней резиденции — небольшого уютного домика, построенного ещё моим прадедом для его супруги, которая любила уединяться и писать фантастические истории, а во дворце ей всё время было шумно…Но суть не в этом. Дело в моменте, который нас обоих очаровал. Я чувствовала, как вокруг нас словно трещит воздух от напряжения. Как наши глаза влюблённо блестели уже в свете луны и звёзд. Сад был чудесен — лето в Ледяных чертогах короткое, оттого пышущие цветом деревья и кустарники ещё ценнее. Нас обоих тогда опьянила эта красота…Не знаю, кто первый к кому подался. Но поцелуй получился такой спонтанный, что в первую секунду мне показалось, что моё сердце от счастья пробьёт грудную клетку. Вот только мы оба не удержали магию, которая столкнулась на наших руках.От летней резиденции прабабушки ничего не осталось… И её так и не отстроили, к слову. Отсюда открывался вид на плато, где некогда стоял дворец, а теперь пустое место. Кажется, папа хотел перестроить, но в итоге хмыкнул и сказал, что пусть пока будет так — как напоминание нам обоим о нашей несдержанности.Эх, и о какой первой ночи можно говорить, когда даже поцелуй нам дался с такими разрушениями? А контролировать силу в присутствии друг друга практически невозможно.— О чём думаешь?Я резко развернулась и увидела, что в комнате я уже не одна. В огромном кресле с высокой спинкой и широкими подлокотниками расположился его высочество в расслабленной позе и достаточно просто одетый: в тёмных брюках и полурасстёгнутой кремовой рубашке навыпуск. Волосы были растрёпаны, придавая ему такую милую неряшливость, что у меня невольно засосало под ложечкой. Хотелось броситься к нему, но я сдержала порыв и обняла себя за плечи.— О пустяках, — выдохнула я.— Может, о ритуале без применения внутренней магии, основанном на навыках аэ-де, который сможет соединить наши судьбы?— Я не хотела начинать этот разговор, так как боюсь, что ты будешь настаивать на единении, но пока это бессмысленно. Моя жизнь висит на волоске, и пока мы не связаны, в случае моей гибели у тебя есть хоть какой-то шанс спастись.— Ты уверена, что он есть? — хмыкнул Даарт. — Мы связаны сильнее, чем ты думаешь. Мой дракон — принадлежит тебе, и не важно, проведён ритуал или нет. Если с тобой что-то случится…— Не будем об этом, — оборвала его я, так как даже мысль о том, что с моим суженым может что-то случиться, тем более по моей вине, причиняла мне боль. — Ты вообще отдыхал? Выглядишь уставшим.— Я всю ночь думал о том, что произошло и… есть кое-какие мысли насчёт арахнида.— Посвяти, — попросила я и присела напротив него, хотя до ужаса хотелось сесть на колени к принцу, обнять и вдохнуть его запах, который наверняка бы меня успокоил.— Аэ-де, — медленно ответил Даарт и продолжил уже более оживлённо: — Мы ведь знаем, что в Тёмном лесу нельзя колдовать, но никогда не задумывались о том, чтобы не воспроизводить магию из своего источника, а сражаться магией Тёмного леса. Арахнид, судя по легендам, темнейшее существо этого мира, которое родилось из пролитой крови павших в бессмысленной войне…— На месте, где сражались наши предки, и образовался Тёмный лес ужасающей силы, там родились страшные существа, о которых до этого не слышал свет. Но эти существа почти не покидают пределы Тёмного леса.— По пророчеству они должны покинуть его вместе с арахнидом, — кивнул Даарт. — Поэтому мы можем попытаться найти арахнида раньше — по плотности тёмной магии. Уничтожить его спящим будет легче, чем ждать его пробуждения.— А если не успеем? — забеспокоилась я, прикусив губу. — План отличный, я бы даже не подумала об аэ-де, но всё же…— Тебе страшно, — понял меня Даарт, — страшно, что ты можешь стать причиной гибели целого мира, если мы не справимся?Я согласилась, а принц поднялся на ноги и, подойдя ближе, наклонился ко мне, положив прохладную ладонь на мою щёку. Я приникла к ней и накрыла своими ладонями, словно домашний зверёк, наслаждающийся лаской хозяина. От удовольствия я даже прикрыла глаза, чувствуя, как все переживания отступают.— Мне жаль, что я предала твоё доверие, — тихо произнесла я и открыла глаза. — Но я учусь на своих ошибках. Отныне я никогда не буду действовать за твоей спиной, даже думая, что поступаю так из благих побуждений. Ты имел право знать.— И мне жаль, что я заставил тебя поверить, что ты способна на убийство, — отозвался Даарт и провёл губами по моей второй щеке — невесомо, едва касаясь. — Я был неправ в том, что подозревал тебя, хотя должен был открыться и поговорить с тобой прямо и без утайки. Но я не смог, так как боялся услышать ложь. Тияр лгал мне, и я думал, что ты поступишь так же. Моё предубеждение сработало против меня в тот момент.— Но ты переборол себя и открылся мне, хотя и после того, как убедился в моей невиновности, — я позволила себе хитрую улыбку. — Можно считать, что мы квиты по недоверию.— Как ты ловко всё решила и уравняла нас, — шутливо изумился Даарт и отстранился, выпрямившись и посмотрев в окно.Находиться рядом нам опасно, и мы так и не нашли решения проблемы резонанса, поэтому должны держаться подальше друг от друга, но видят боги, насколько это тяжело. Это ведь настоящая насмешка судьбы: быть истинной парой и иметь одинаковые волны магии. Судьба не настолько жестока, чтобы не иметь оправдания для этой шутки.— До моего двадцатилетия осталась всего неделя, — тихо выдохнула я. — Успеем ли мы?— Если он пробудится, мы просто сразимся с ним аэ-де. Будет сложно, но мы справимся. Мастеров этого направления найдётся в Дракмаре пара сотен, так что всё будет хорошо. Я не дам тебя в обиду.Я подняла на него взгляд, и столько там было решимости, что я не могла обидеть его своим сомнением. Да, он справится. Даже если во мне страх подвести всех борется с жаждой помочь этому миру, то я обязана попытаться утихомирить их обоих и довериться Даарту. На этот раз я не допущу ошибки.Я кивнула. Его высочество вымученно улыбнулся, словно мыслями был уже там, в Тёмном лесу. Я поднялась и встала рядом с ним, взяв его за ладонь и поднеся к своим губам, чтобы согреть дыханием — утром во дворце было прохладно, а Даарт достаточно теплолюбив, чтобы замёрзнуть в такую погоду. Принц наклонился ко мне, словно не решаясь поцеловать. Я застыла, боясь спугнуть момент. Наши губы разделяли какие-то сантиметров пятнадцать, но Даарт отстранился и вышел из комнаты, оставив меня с чувством горького разочарования.Конечно, лучше не рисковать, но всё же… Как же мне его не хватает!День завертелся стремительно. Впрочем, стремительным был не только этот день, но и вся последующая неделя. Я не принимала участия в празднествах, я вообще жила словно птица в клетке — меня никуда не выпускали, еду приносили в комнату и к концу этой бесконечно долгой мучительной недели я готова была сама сдаться своим убийцам, которые, по заверениям родственников, только и ждут, когда я совершу какую-нибудь глупость и, например, выйду без защиты в город.Меня также осмотрел семейный лекарь. Моя магия стремительно восстанавливалась после того, как крёстные вышли из спячки и начали мне помогать, поэтому с каждым днём я чувствовала восполнение своего внутреннего источника.Пару раз ко мне прорывалась Лизабетта Доренс, но и её каждый раз отваживали и настоятельно рекомендовали не заходить ко мне в крыло. Вообще, это удивительно, что я с ней была знакома дважды и даже не помнила, что Лиз — моя лучшая подруга, с которой мы часто гуляли по Снежнограду — королевству фей, небольшому, но очень оживлённому и бурному городу-крепости. Наш род был малочисленным, хотя рождаемость за последние двести лет заметно возросла.Магии меня учили с детства во дворце, а не в магических школах, хотя в прошлом году я как раз поступила в Снежноградскую академию, где мы собирались учиться вместе с Лизабеттой, но в итоге ни мне, ни ей учёба так и не далась.К слову, у меня были причины, а у неё? Почему она пришла в Дракмарскую военную академию, а не училась в Снежнограде?К сожалению, новости из Тёмного леса прилетали неутешительные — логово Арахнида так и не найдено, и вообще тёмный лес казался бесконечным. Магический, опасный, он словно водил магов за нос и заставлял прочёсывать одни и те же участки.Казалось, что мы все утопаем. Как-то Лайла, моя горничная, проговорилась, что матушка разбирает горы корреспонденции не самого приятного содержания. Пророчество начало распространяться и охватывать умы людей словно эпидемия. Люди боялись. Их требования были жестокими, а оттого ещё более пугающими меня.Я поймала задумчивый взгляд Лайлы и поняла, что девушка рассказала мне это не просто так, она сама выплеснула свои переживания. Разумеется, камеристка была связана с моей матерью магической клятвой, поэтому вреда бы мне не причинила, и всё-таки… Я чувствовала, как она сомневается, как тяжело ей даются последние дни.— Я чувствую твои сомнения, — произнесла я. — Ты боишься не меньше меня. Но я остаюсь здесь, в безопасности, не потому что мне не страшно, как и тебе, не потому что я дорожу своей жизнью и не могу пожертвовать собой ради всеобщего блага, просто… Просто я доверяю своему жениху. Его высочество сказал, что справится, поэтому он справится.Я не стала упоминать о том, что могу подвергнуть и жизнь, и разум Даарта опасности, если погибну. При установленной, пусть даже не закреплённой связи, жизни двоих связаны.И за всеми этими треволнениями, переживаниями и сомнениями прошла неделя. И вот наступил мой день рождения — седьмой день в году, когда мне исполнилось двадцать лет.Открывать глаза не хотелось, казалось, что едва я проснусь, и случится что-нибудь плохое. Заранее из моей комнаты унесли все предметы, о которые я могла хоть как-то уколоться, так что теперь мои покои напоминали больше схематический рисунок начинающего художника, чем комнату принцессы. Зато я поняла, как живут священослужители во время посвящения в сан.— С днём рождения, — прошептал на ухо Даарт, и я резко распахнула глаза, тут же обняв жениха.Мы не виделись уже три дня — всё свободное время он проводил в Тёмном лесу. К местам расчистки нельзя было попасть порталами, только пешком или используя хитрость — картины-переходы, через которые людей, владеющих аэ-де, проводили анимаги. Так как магия в этом случае забиралась из внешнего мира только в момент попадания в картину, а вот в момент выхода — нет, то можно было приходить этим способом. Правда, возвращаться — увы — всё так же пешком или на лошадях, даже оборачиваться драконы не рисковали.Даарт выглядел ужасно уставшим: под глазами залегли синяки, и я засомневалась, спал ли он вообще, поэтому притянула его к себе, заставив положить голову на мою грудь и поглаживая по волосам лёгкими движениями. Это подействовало — Даарт заснул. Так мы и пролежали несколько часов, никто нас не тревожил. Зато за это время мой принц смог отдохнуть. Кажется, нас никто не тревожил благодаря крёстным, которые забаррикадировали вход в покои с той стороны. Мои же умницы!Когда Даарт проснулся и огляделся, был дезориентирован, и я улыбнулась, видя моего потрясающего уверенного в себе принца в таком состоянии. Его высочество, пригладив волосы пятернёй, ушёл в ванную, а я дожидалась его уже в халате и сидя в кресле.— Надеюсь, я не пропустил пробуждение Арахнида? — спросил он весело, выходя из ванной.— Пока мои пальцы целы, — я показала ему руки и огляделась, — да и в этой… келье сейчас не о что уколоться. Не беспокойся за меня… Большиш.Даарт картинно закатил глаза и тяжело вздохнул.— Я так и не смог найти логово, — произнёс его высочество убитым голосом и опустился передо мной на колени, взяв меня за руки. — Тёмный лес намного хитрее, чем можно подумать.— Ты сделал всё, что мог. В конце концов, мы ведь предполагали такой исход. Я просто буду сидеть здесь и не двигаться с места.Даарт подозрительно посмотрел на мягкую мебель подо мной.— Знаешь, я бы убрал отсюда это кресло. Вдруг пружина выскочит? Она достаточно острая…Я рассмеялась.— Ты говоришь точно, как мой отец. Но это кресло — из водорослей, поэтому ничего не произойдёт.Даарт прищурившись посмотрел на кресло, а после сгрёб меня в охапку и сел сам, перебирая пальцами мои волосы. Между нами столько всего было, можно сказать, три знакомства, первое из которых было ещё в моём младенчестве, когда я и не понимала ничего, второе — в парке императорского дворца, а третье — в преподавательской ванной комнате Дракмарской Боевой академии. Мы были вместе несмотря ни на что… И быть может, умереть в один день не так уж и страшно? И звучит вполне романтично, как в одной из историй, что в детстве рассказывала мне мама.Я открыла рот, и Даарт словно прочитал мои мысли и приложил палец к моим губам, мол, даже не смей это озвучивать.— Поговорю с отцом и вернусь, заодно попрошу принести нам завтрак. После вновь отправлюсь в Тёмный лес.— Ты в курсе, что завтракать нам придётся на салфетках? Никаких столовых приборов и тарелок, способных разбиться на осколки.Даарт вновь рассмеялся и кивнул, мол, переживу, главное с тобой. Ладно-ладно, с салфетками я преувеличила, есть же металлическая посуда, однако это совсем не по статусу принцу и принцессе.Даарт ушёл порталом, а я приблизилась к окну. Задумалась и… отступила от окна. На стёкла, кстати, поставили магические пузыри, чтобы они не разбились, но всё-таки… Лучше не рисковать.Однако даже с расстояния одного метра я могла любоваться заснеженным садом, фонтанами и ручейками дорожек. Моё любимое время года! Раньше я проводила этот день в долине, где устраивались увеселительные мероприятия и проявлялся ледяной замок. Там я, смеясь, спускалась с горки, каталась на коньках и кружила во вьюге. Но сегодня… Это заключение — меньшее, что я могу сделать для этого мира.Я сама не заметила, как начала вертеть в руках морозную розу — подарок Даарта. Её стебель был гладким, надёжным, и это был тот предмет, к которому я настолько привыкла, что я даже не подумала с ним расставаться, хотя все другие украшения давно унесли из моей комнаты.Внезапно я ойкнула, почувствовав лёгкий укол в палец и опустила взгляд. Эта роза стала другой — словно действительно покрылась льдом, и сейчас ледяные иголки покрывали тонкий стебель, и одна из них особенно выделялась — шип, окрашенный в красный. Само провидение, сама магия, в том числе ледяная, помогала пробуждению арахнида.Меня захватила паника. Дверь распахнулась и вошла Лайла, катя за собой тележку с металлической посудой.— С Днём рож…Девушка не договорила, сбитая с толку выражением моего лица. В этот момент пространство вокруг словно содрогнулась, затянуло тьмой и… Нет, не отпустило, наоборот. Словно поселилось вокруг. Я подбежала к окну, чтобы увидеть тёмный «гриб» вдали, который тянулся к солнцу и уже практически его перекрыл, погружая мир во тьму.Пророчество исполнилось. В свой двадцатый день рождения я уколола палец и пробудила древнее зло, которое сейчас ощущаю каждой клеточкой своего тела, словно я — его отражение, соединённое с ним неведомой ниточкой.