Глава 11

У меня не было времени зайти в какой-нибудь бутик от-кутюр за модным платьем. Я даже не знала, где они находятся. Вместо этого заскочила в первый попавшийся магазинчик под названием «Оазис» и оглядела манекены. На большинстве из них были обычные сарафаны, платья для коктейлей, джинсы и футболки. Наконец в глубине я заметила то, что больше всего подходило для «Оскара»: кремовое платье в пол в греческом стиле, с завышенной талией, глубоким – чуть ли не до талии – декольте, открытой спиной и лямками, завязывающимися на шее. Сняв его с вешалки, я увидела, что на платье еще и разрез до бедра. Роану наверняка понравится. Но понадобятся кое-какие аксессуары, чтобы дополнить наряд… Я нашла свой размер и направилась к примерочным, прихватив заодно колье под золото и серьги-кольца в том же стиле. Юркнув в кабину и смутно ощущая отражение в зеркале, я торопливо скинула джинсы и футболку, стянула лифчик и запихала свои вещи на дно сумки. Пульс участился, я старалась не думать о тикающих часах. Оставалось только надеяться, что Роан не прикалывается надо мной и все это действительно нужно, чтобы попасть в «Логово Гренделя». Я натянула платье через голову, и мягкая ткань скользнула по обнаженным бедрам. Затем завязала лямки сзади на шее. Сколько времени у меня осталось на поиски Люси? Трясущимися руками я взяла ожерелье из поддельного золота, застегнула на шее сзади и продела в уши серьги-кольца. Порывшись в сумке, достала помаду, размазав ее по бледным щекам, отчего они слегка порозовели, и накрасила губы. Потом, порывшись еще, извлекла из сумки авторучку, накрутила на нее пряди в пучок, изобразив подобие высокой прически, и оценила отражение в зеркале. Хоть и не «Оскар», но сойдет. Подняв с пола сумку, я посмотрела в зеркало. Удобно, что они стоят в примерочных. Если мне придется провести в бегах остаток жизни, я смогу обходиться без кредиток, просто получая одежду через отражения. Я позволила сознанию установить связь с зеркалом, отражение замерцало, и я почувствовала, как оно затягивает меня. Я искала Габриэля – и наконец заметила, как он идет мимо припаркованной машины на Клинк-стрит. И тут же провалилась в зеркало. Его холодная магия прокатилась по коже бодрящим потоком. Я выскользнула из машины на Клинк-стрит, вызвав панический вопль у средних лет прохожего. Габриэль стоял на обочине узкой дороги у развалин старого дворца, остатки стен которого были увиты плющом. Когда я подошла, он обернулся и вытаращил глаза. – Откуда ты взялась? – Он окинул взглядом мое платье. – Где ты взяла этот наряд? – Я здесь. Я… У меня вдруг закружилась голова, я начала терять равновесие. Габриэль поддержал меня за локоть. Я прижалась к нему, вдыхая его чистый мыльный запах, и на секунду закрыла глаза, борясь с подступающей тошнотой. – Ты в порядке? – тихо спросил он. – Да. Просто дай мне минутку. Похоже, путешествия по зеркалам дезориентируют… – Я так и подумал. – Он приобнял меня за спину. Я глубоко вздохнула, пытаясь собраться с силами, но чувствовала себя измотанной. Наверное, я переоценила свои возможности. Как только вызволю Скарлетт, продрыхну целую неделю. – С тобой точно всё в порядке? – переспросил Габриэль. – Да. – Я открыла глаза и отодвинулась от него. Габриэль нахмурился, и у меня сложилось впечатление, что он изо всех сил пытается смотреть мне в лицо, а не в декольте. – Меня слегка удивил твой наряд. – Я выяснила, куда нам нужно. Это клуб фейри под названием «Логово Гренделя», и, кажется, им нравится, когда женщины одеты как на маскараде. Габриэль поднял бровь. – «Люси Локет потеряла свой кармашек, старый добрый Грендель его нашел…» И ты знаешь, где этот клуб? – Примерно. Он соединен с Винчестерским дворцом, но… – Я указала на заросшие руины. Сохранились только две стены с арочными окнами. В центре руин разросся настоящий травяной сад, среди наперстянок виднелись колокольчики и примулы. – Это и есть Винчестерский дворец? – уточнила я. – Всё, что от него осталось. И с ним ничего не соединяется. – Думаю, нам помогут. Нужно только немного подождать. – Я достала из сумки телефон и проверила время. – Роан будет здесь минут через пять. Габриэль скрестил руки на груди; я заметила, как сильно он напрягся. – Роан? Ты что, смеешься надо мной? – Нам нужна его помощь, Габриэль. Никто из нас понятия не имеет, как попасть в «Логово Гренделя» или кто такая Люси. Нам не справиться без фейри. Настоящего фейри – не такого, как я. – Если Роан такой любезный, то почему просто не сказал тебе, как попасть внутрь? Зачем ему идти с тобой? Дай-ка угадаю… Он хочет чего-то взамен. Я вцепилась в ремень сумки. Осталось чуть меньше получаса, чтобы найти Люси и посадить в машину Габриэля, и на споры у меня не было ни времени, ни сил. – Давай обсудим стратегию позже, а? Прямо сейчас меня волнует только одно – как вернуть Скарлетт. И в любом случае, если я подойду к клубу фейри ближе чем на десять ярдов, там начнется хаос. Они почувствуют мою ауру пикси и набросятся, а Роан может ее скрыть. Как ни крути, нам нужен тот, кто знает мир фейри. Габриэль уставился на меня: – Я ему не доверяю. – Я тоже. Но он спас жизнь и тебе, и мне. И знает культуру фейри гораздо лучше нас. – А что насчет ЦРУ? Зачем нас угораздило связаться с Роаном? – С ЦРУ возникли сложности… – Я не договорила, почувствовав в толпе вокруг какое-то волнение. Взглянув вдаль мощеной улицы, я поняла, почему прохожие заволновались. Возвышаясь над толпой, к нам шел Роан. Сравниться с ним по росту мог разве что Габриэль, но Роан выделялся не только ростом. Он выглядел не совсем как человек, и, несмотря на обычную одежду – черную футболку, которая демонстрировала его мощные руки, – даже издали не сливался с толпой. Может, дело в одурманивающих, смертоносных на вид, причудливых татуировках, которые покрывали золотистую кожу его мускулистых рук? Или в сиянии его волос на солнце, или в черных суровых линиях бровей? Глубокий изумрудный взгляд остановился на мне – такого оттенка зеленого не встретишь в человеческих глазах. Роан выглядел как древний бог, способный на оглушительные проявления божественного гнева. Несмотря на производимый на окружающих эффект, он вышагивал непринужденно, засунув руки в карманы и будто не замечая трепещущих вокруг сердец. Даже я ощущала восхищение и волнение женщин, мимо которых он проходил. Хотя Роан чувствовал это гораздо острее меня. Он настроен на похоть – она заряжала его энергией, делала сильнее. Подойдя ближе, Роан медленно и пристально оглядел меня с головы до ног – как будто напоминая, что однажды видел меня голой. И как я видела очень неприличный сон о Роане в его хижине. Пока толпа вокруг волновалась, я заметила, как Габриэль напрягся, словно готовясь к драке. Он ненавидел Роана, и у меня возникло предчувствие, что вот-вот все пойдет наперекосяк. Нужно, чтобы они оба сосредоточились на главном – спасении Скарлетт – и не теряли драгоценного времени. Совершенно не обращая внимания на Габриэля, Роан пожирал глазами каждый дюйм моего тела. – Неплохое платье. – Рада, что тебе нравится, – ответила я. – Ну что, идем? – Твой человек должен остаться снаружи, – произнес Роан, даже не взглянув на Габриэля. Детектив скрестил руки на груди и широко расставил ноги. – Я не ее человек, и я пойду с ней. Со мной ей точно безопаснее, чем с тобой. – Не будь дураком, – Роан наконец посмотрел на Габриэля. – Кассандре нужно, чтобы я скрыл ее ауру и помог найти клуб. Ты будешь только путаться под ногами. Габриэль скривил губы. – Я не оставлю Кассандру наедине с тобой, демон. Я вздохнула. Габриэль по-прежнему называл фейри «демонами», и я не смогла отучить его от этой привычки. – Габриэль, мне пора. Роан шагнул к детективу, его глаза светились бледно-золотым. – Я не собираюсь присматривать за тобой, человек. Ты останешься снаружи. Габриэль напрягся, стиснул зубы и наставил палец на Роана: – Слушай, ты, заносчивый придурок… – Заткнитесь на хрен, вы оба! – Я еле сдерживалась. – Кассандра прекрасно может говорить сама за себя. Роан, Габриэль идет с нами – смирись с этим. Габриэль, не зли его, пока не найдем Люси. Эта демонстрация тестостерона – пустая трата времени. У нас, – я посмотрела на часы, – чуть меньше двадцати минут, чтобы найти Люси и убедить ее пойти с нами. Померяться членами можете потом. Роан посмотрел на меня сверху вниз. – Очень хорошо, но твой друг не сможет войти во внутренний двор «Логова Гренделя». – Нам нужно попасть во внутренний двор, я так понимаю? Кто такая Люси? Ты знаешь? – Я никогда не встречался с ней и не знаю, как она выглядит, но думаю, что это одна из наложниц Гренделя. Пергамент – пропуск для тебя, но не для него. Я вытащила из сумки пергамент с рунами. – А у тебя есть билет? Роан так и не вынул руки из карманов, словно ему на все наплевать. – Мне он не нужен. Опять этот самодовольный тон, который ни с чем не спутать… – Ладно, я не пойду во внутренний двор. – Последние два слова Габриэль произнес с отвращением. – И еще кое-что, – Роан указал на мою сумку. – Ты не сможешь войти туда с этим. Я покачала головой. – Она мне нужна. Знаю, с таким платьем она смотрится глупо, но… – С платьем она действительно смотрится глупо, но дело в другом. Фейри, которые охраняют логово Гренделя, не пускают внутрь с сумками. Тебе придется оставить ее на входе. В сумке лежали нож, бумажник, новый мобильник, последние деньги и – самое главное – зеркала. – Я не могу ее здесь бросить. Габриэль кивнул на свой черный седан. – Можно оставить в машине. Я уставилась на узкие полоски ткани, изображающие платье. – Я ничего не смогу пронести с собой в этом платье. Я буду беззащитна. – Ты не будешь беззащитна, – возразил Роан. – Я же с тобой. Карие глаза Габриэля встретились с моими: – Ты согласна, Кассандра? – Похоже, у меня нет выбора, – ответила я. – Роан прав. Он может замаскировать мою ауру, и вряд ли у нас есть шанс найти Люси самостоятельно. – Ладно, – детектив протянул руку. – Давай сумку. Я подчинилась. Габриэль взял ее и пошел к машине. На секунду мне показалось, что над головой Роана сверкнули золотые рога. – Если хочешь, чтобы я скрыл твою ауру, тебе придется держаться поближе, – пробормотал он. – Есть что-то еще, о чем мне нужно знать? – Не ввязывайся ни в какие драки, иначе прибежит охрана. – Вообще-то я не из тех, кто между делом вырывает у людей сердца. Так что, думаю, все обойдется. Как мы попадем внутрь? Роан указал на арочный проем в старых руинах, который, казалось, заканчивался тупиком. По другую сторону стояло еще одно здание. – Вон там. – Там же ничего нет. Но едва я произнесла эти слова, чары на секунду мигнули – и открыли ведущий вглубь проход с мерцающими огнями и тихой ритмичной музыкой. * * *Роан провел нас через сад полевых цветов. Я оглянулась на улицу. Мы явно вторглись в чьи-то владения, а никто словно и не заметил. Действие чар? Или вежливость англичан простирается так далеко? Роан провел нас через каменный дверной проем, и то, что раньше выглядело кирпичным строением, оказалось коридором с высокими остроконечными арками из отливающих золотом стеблей болиголова. Среди листьев светились крохотные огоньки. В конце коридора, перед деревянной дверью с замысловатой резьбой, стояли два охранника. Их рыжие волосы ниспадали на зеленую бархатную униформу. Если у стражников в Триновантуме были геральдические эмблемы в виде черепов под водой, у этих двоих красовался знак в виде оленя – почти такой же я видела у Роана. Заметив Роана, они кивнули и посторонились. Прежде чем дверь открылась, я успела рассмотреть резьбу на ней: три высокие худые старухи и мужчина с оленьей головой. Дверь вела в огромный зал, битком набитый красочной толпой. Среди украшенных горгульями каменных стен фейри ласкали, хватали, гладили, прижимались друг к другу. На них были самые великолепные ткани, которые я когда-нибудь видела: ярко-желтые, как одуванчик; зеленые, как шалфей; голубые, как цикорий. Звучащая вокруг музыка проникала в мое сердце и пульсировала там, ее странные ритмы гипнотизировали, навязчивые мелодии сливались во что-то потустороннее. Сам зал выглядел почти таким же ошеломляющим, как и гости. Сверкающие белые лианы карабкались по стенам до самого потолка – высокого звездного неба, которое мерцало между призрачными ветвями, словно мы одновременно находились и в зале, и снаружи. Среди лиан буйствовали полевые цветы – такие яркие, что рябило в глазах, и их нежные ароматы, смешанные с запахом лекарственных трав, наполняли воздух. Здесь фейри сбросили чары. Мимо меня протиснулся мужчина с ногами сатира, от которого слегка несло козьей шерстью. Я посмотрела на Габриэля – тот уставился на миниатюрную брюнетку в крошечном голубом корсете, красных трусиках и белых прозрачных чулках до бедер. Она танцевала сама с собой, поглаживая пальцами жемчужное ожерелье. Ее руки отливали радужной чешуей. Я сжала Габриэлю руку: – Не расслабляйся. Его широко раскрытые глаза встретились с моими: – Откуда такое в Лондоне? – Магия, – шепнула я. Во влажной атмосфере зала его темно-медная кожа слабо поблескивала, и я поймала себя на мысли, каково было бы поцеловать его в шею. Да что со мной такое? На меня накатывали волны похоти – значит, здесь среди фейри есть и люди… Роан повернулся ко мне. Взгляд его темно-зеленых глаз прожигал насквозь. Мои чувства обострились, и я заметила золотые искорки в его глазах. Он поманил меня: – Держись ближе, Кассандра. Я кивнула, держась от него на расстоянии фута. Пробираясь сквозь толпу, мы миновали каменный помост слева. Он порос мхом; группа музыкантов играла на струнных инструментах и каком-то подобии барабанов, их голоса сливались в один. В островерхих альковах по всему залу извивались фейри, некоторые в компании людей. Роан обернулся и схватил меня за руку, его глаза стали полностью золотыми. Он не сбросил чары и не показал истинное обличье, но по его напряженному телу я поняла: он сдерживает себя. – Я отведу тебя во внутренний двор, – Роан указал на огромную деревянную дверь с резьбой в дальнем конце зала. На ней была изображена обнаженная женщина, обвитая своими длинными волосами и плющом. – Пошли. Я повернулась к Габриэлю, который уставился на одну из прекрасных певиц – похоже, сирену: темнокожую, с серебристыми волосами, тусклыми, как звездный свет, глазами и в короне из черных шипов наподобие тернового венца. За ее спиной изгибались платиновые птичьи крылья. – С тобой здесь все будет хорошо? Он посмотрел на меня сверху вниз, с высоты своего роста, и в его глазах мелькнул страх. – Да, все будет хорошо. Но если мы разделимся… Просто проследи, чтобы я здесь не застрял. Я протянула руку и коснулась его щеки: – Я тебя не брошу. Роан стиснул другую мою руку и потащил меня прочь. Держась за руки, мы пробирались вглубь толпы; об меня терлись чьи-то тела, в том числе почти голые. Новое платье скользило по коже, и без лифчика я тоже чувствовала себя практически нагой. Когда мы проходили мимо одного из альковов, я увидела такую сцену. Футах в двадцати от нас в большом кресле устроился обнаженный по пояс мужчина. Верхом на нем, обвив руками его шею, сидела высокая красивая женщина-фейри с волосами цвета воронова крыла, ниспадающими на спину. Она обернулась, ее взгляд остановился на мне. Авелина. Во время нашей последней встречи я оставила ее голое бесчувственное тело на полу во дворце, забрав ее платье. Если составить рейтинг самых плохих первых впечатлений, это, пожалуй, окажется на первом месте. Я не сомневалась, что сейчас Авелина в порыве ярости бросится на меня, но она просто отвернулась к своему спутнику. Я опустила глаза, стараясь стать как можно незаметнее, притянула к себе Роана и прошептала ему на ухо: – Я видела Авелину. Роан повернулся, его глаза приобрели янтарный цвет. Он скользнул взглядом по моему телу, и мой пульс участился. На какую-то долю секунды он потянулся ко мне, но сразу сжал пальцы в кулак. Я не до конца понимала, что означает изменение цвета глаз, хотя кое о чем догадывалась. – Всё в порядке? – спросила я. – Мы идем искать Люси? – Это место, – прохрипел он. – Оно потрясающее. Я кивнула, понимая, каково это – быть переполненным человеческими эмоциями. Роан относился к тем фейри, которые настроены на сексуальное возбуждение, а это место было ураганом похоти. Я сжала его руку, напоминая: часы тикают. – Пошли. – Ладно. – Он кивнул и уже повернулся, чтобы идти, как сзади раздался низкий голос: – Роан Таранис. И в этом резком голосе было столько презрения и насмешки, что я почувствовала, как Роан напрягся. Мы обернулись. Надо мной навис высокий широкоплечий фейри с белоснежными волосами и глазами как осколки черного мрамора. Он пригубил вино из бокала. – Я и подумать не мог, что увижу тебя здесь через столько лет… Я слышал, что ты вышел из тюрьмы, но не поверил. – Келлен, – прошипел Роан. – Странно, что ты все еще можешь пользоваться своим языком, которым столько лет вылизывал королевскую задницу. – Это речь изменника. – Губы Келлена скривились, он придвинулся на шаг. – Так говорить о нашем короле… И что ты делаешь в этом… логове разврата? Короля может разозлить известие, что тебя здесь видели. Это лишь подтвердит то, что всем известно о твоей семье. – Могу задать тебе тот же вопрос. – Мое положение дает определенную свободу действий, Таранис, а вот ты постоянно балансируешь на краю пропасти. – Келлен повернулся ко мне с насмешкой в глазах. – А кто твоя женщина? Разве не прелесть… и глаза такие… – Он потянулся к моему лицу. – Держись от нее подальше, – прорычал Роан, отталкивая его руку. – Я возьму то, что хочу, Таранис. – Келлен шагнул ко мне. О, черт, нет… Как жаль, что у меня сейчас нет оружия! Сердце колотилось о ребра. Плохо дело. Роан зарычал, и я коснулась его руки, надеясь успокоить. Если сейчас он бросится на Келлена, мы никогда не найдем Люси. – Роан, пошли, – прошипела я. – Я могу сама о себе позаботиться. – Конечно, можешь. – Келлен ухватил меня за лицо и стиснул щеки, осматривая меня, как корову-рекордсменку. Я отбросила его руку, фейри улыбнулся и снова схватил меня. – Таранис, – изумленно выдохнул он. – Эти темно-синие глаза с зелеными крапинками… Их ни с чем не спутать. – Ты покойник, Келлен, – прорычал Роан, надвигаясь на противника. Я наблюдала, как его уши вытянулись и заострились, на голове сверкнули оленьи рога, татуировки засветились и стали не черными, а цвета меди. Волосы Роана, превратившись из темно-золотистых в почти белые, рассыпались по плечам, глаза горели как огненный янтарь. Из кончиков пальцев выросли белые когти. Роан зарычал, и этот утробный звериный рык послал в мое тело импульс первобытного страха. Я не могла точно объяснить причину – может, потому что Роан больше не выглядел как человек, – но его истинный облик вызвал острый укол страха в древней части моего мозга. В той самой части, которая велит бежать, когда я на грани смерти. Мне удалось удержаться на ногах, колени дрожали. Но если б Роан посмотрел на меня, я бросилась бы прочь из клуба без оглядки. Взгляд, которым он одарил Келлена, означал что-то наподобие «я собираюсь вырвать твои легкие». Если это произойдет, я никогда не доберусь до Люси. К тому же у меня возникло тревожное предчувствие: если Роан пойдет на поводу у своей жестокости, то уже не остановится. Я повисла у него на руке: – Роан, не надо! Келлен улыбнулся, сверкнув в темноте острыми зубами. – Я давно хотел тебя прикончить. – Стоять, демон! – Габриэль подошел к нему сзади, нацелив пистолет, который получил от меня сегодня утром, прямо в спину Келлена. – Ты когда-нибудь слышал про пистолет, демон? В этом полно железных пуль. С колотящимся сердцем я огляделась по сторонам. До сих пор все вокруг были слишком заняты, извиваясь друг перед другом, и ничего не замечали. Я молилась, чтобы так и продолжалось дальше. Келлен повернулся к Габриэлю: – Я знаю, что такое пистолет. Все эти пули из бесполезного свинца… Он шагнул к Габриэлю и потянулся к пистолету. Габриэль отступил на шаг, быстро передернул затвор, и один патрон выпал на пол. – Посмотри сам, – Габриэль спокойно улыбнулся. – Только медленно. Если закричишь или поспешишь, получишь железную пулю в череп. – Он пнул патрон в сторону Келлена. Фейри уставился на детектива, и я уловила в руках Келлена легкую дрожь. Он медленно наклонился, дотронулся до пули – и зашипел от ужаса. Затем выпрямился – слишком быстро, – и Габриэль поднял пистолет чуть выше, изогнув бровь в молчаливом предупреждении. – Ты осмелился принести железное оружие в этот зал? – прорычал Келлен. – Заткнись! – Глаза Габриэля горели яростью. – Давай немного прогуляемся – ты и я. Если ты меня напугаешь, я выстрелю. Разряжу этот гребаный магазин тебе в ребра. В нем двенадцать пуль, и все они железные. Поверь, у меня уже много лет руки чешутся убить какого-нибудь демона. А ты как думаешь – выживешь после этого? Мой желудок скрутило, и я вдруг пожалела, что втянула Габриэля в эту историю. Если с ним что-то случится, никогда себе этого не прощу. – Вот до чего ты докатился, Таранис, – прорычал Келлен. – Водишься с людьми, которые носят железо? – Шагай, – рявкнул Габриэль, подходя на шаг к нему. – Сейчас же! Глаза Келлена сузились, но они вдвоем стали медленно пробираться сквозь толпу. Габриэль спрятал пистолет под полу куртки. Я смотрела им вслед, и сердце подскакивало к горлу. При первой же возможности Келлен оторвет Габриэлю голову. Оставалось только надеяться, что детектив Стюарт не даст ему такой шанс. – Идем, – Роан коснулся моей руки. – Твой друг сделал все как надо. Но эта стычка так некстати… Давай отыщем Люси и уберемся отсюда. Быстро. Черты его лица снова стали нормальными, татуировки вернули прежний черный цвет, а волосы – темно-медовый. Я быстро наклонилась за патроном и стиснула его в ладони, пока какой-нибудь танцующий фейри случайно на него не наступил. Мы подошли к двери с обнаженной цыпочкой, светящейся золотистым светом. Перед ней стояли два охранника. Увидев Роана, они стали переминаться с ноги на ногу. Один из стражей, темноволосый фейри, уставился на меня: – Сэр, вам всегда рады, но девушка не может войти. Сунув руку за пазуху, я вытащила пергамент и протянула ему. Охранник взглянул и отодвинулся. Дверь распахнулась, открыв винтовую каменную лестницу, увитую плющом. Роан стиснул мою руку и повел вниз. * * *Мы миновали сводчатый зал, стены которого наполовину были покрыты растениями. Среди лиан и цветов сверкали драгоценные камни, позолоченные барельефы изображали оленью охоту и древние деревья. Такая вот демонстрация богатства. Теперь я понимала, почему в клуб категорически не пускают с сумками. Сквозь сладкий аромат полевых цветов просачивался какой-то гнилостный запах. Музыка из клуба теперь казалась далекой, почти не проникая через эти стены. Через высокий арочный проем мы вошли в помещение восьмиугольной формы с куполообразным потолком из сплетенного болиголова, переливавшегося огнями. В покрытых листвой альковах за деревянными столами повсюду сидели фейри. Пламя свечей в канделябрах отбрасывало танцующие блики, и тени вокруг будто извивались. На одной стене висело зеркало в позолоченной раме. На всякий случай всегда полезно знать, где находятся отражения… В дальнем конце помещения, в темном алькове, стояли четверо самых огромных фейри, которых я когда-нибудь видела: каждый около семи футов ростом. Они держали изогнутые мечи с ужасающими лезвиями. Их серебристые глаза так внимательно разглядывали окружающих, что я сразу поняла: это телохранители, и их единственная цель – защита своего подопечного. Повернувшись, я мельком увидела того, которого они охраняли. Существо, сидевшее позади них, выглядело инопланетянином – настолько явно нечеловеческим, что я едва могла заставить себя смотреть на него. На первый взгляд он казался древним стариком в лохмотьях. Но когда глаза привыкли к тусклому освещению, я поняла, что он сидел с голым торсом, а то, что я по ошибке приняла за лохмотья, оказалось зарослями тошнотворно-зеленых водорослей среди коричневой грязи. Громадный рот растянулся в жуткой ухмылке. Кожа была белой, как кость, а глаза светло-серыми, под цвет удлиненных зубов. Среди грязи и водорослей на груди поблескивало что-то белое, отливавшее оранжевым в свете свечей. По обе стороны от существа сидели две голые человеческие женщины, и оно щупало их груди своими зелеными перепончатыми ладонями. Роан остановился, наклонившись ко мне. – Это Грендель, – шепнул он. – Но я не знаю, кто из этих женщин Люси. Я посмотрела на девушек. У каждой на лице застыла улыбка, хотя выражение глаз было другим. Они выглядели юными – на вид не старше двадцати, если не моложе. Я задумалась: они пленницы или эскортницы с почасовой оплатой? В любом случае не хотелось оставлять их здесь с этим существом. – Заберем обеих, – предложила я. – А потом разберемся, кто из них Люси. – И как ты предлагаешь их забрать? Я понятия не имела. – Думаю, нет и речи о том, чтобы убить его. Роан склонил голову. – Обычно убийство – мой любимый метод. Могу взять телохранителей на себя. – Он кивнул в другой конец зала напротив того места, где мы стояли. – Но гарантирую, что снаружи их еще дюжина. – А ты уверен, что справишься с этими четырьмя? – Я приподняла бровь. Он выглядел почти обиженным: – Разумеется. Черт возьми! Нужно забрать девушек немедленно, если мы надеемся добраться в доки Ширнесса к сроку. Времени в обрез. – Поговорим с ним, – сказала я. – Может, заключим сделку. Должно же быть что-то, чего он хочет… – Вряд ли ему здесь чего-то недостает. Пока мы приближались к старику, гнилостный запах усиливался. Телохранители расступились, и мутные глаза Гренделя уставились на нас. – Что ж, – прокаркал он. – Роан из рода Таранисов. И прелестная игрушка. Ты всегда умел выбирать их, Таранис. – Грендель, – твердо произнес Роан. – Как тебя зовут, игрушка? – Грендель взглянул на меня с приоткрытым ртом, его длинный фиолетовый язык высунулся и облизал тонкие губы. Желчь подступила к горлу, когда я уставилась на украшение на груди Гренделя. Это была кость. Человеческая тазовая кость. Что ж, это… неожиданно. Грендель погладил кость: – Вижу, ты восхищаешься Люси? – Он улыбнулся мне, острые зубы блеснули при свете. – Она была особенной. Самой красивой из всех моих женщин. Но, конечно, она была человеком и, как и все из вашей расы, слишком быстро состарилась. И все же я храню ее лучшие части. – Одна из его перепончатых лап любовно погладила кость. – Как напоминание о старых временах. – Мы просто хотели засвидетельствовать свое почтение, – сказал Роан. – Спасибо вам за гостеприимство. Грендель снова улыбнулся, пристально глядя на меня. Роан схватил меня за руку и потащил прочь. – Люси – эта долбаная кость, – прошипела я, когда мы отошли подальше. – Я заметил. Он не отдаст ее без боя, – ответил Роан. – Может, он согласится поменяться… – Даже если и так, цена будет слишком высока. Я подумала о Скарлетт. – Нет такой цены, которая будет слишком высокой. Что-то свирепое мелькнуло в его глазах. – Поверь мне, есть. – Время на исходе. Черт, черт, черт! Соленый ветерок прошелестел по моей коже, я обернулась и заметила футах в десяти маленькую деревянную дверь в темной стене рядом с зеркалом в позолоченной раме. Эта дверь во внутреннем дворе вела в какое-то очень важное место. Может, в личные покои Гренделя? Я притянула Роана к себе. Мы оказались так близко, что жар его тела согревал меня. – У меня есть план, – прошептала я ему на ухо. – Тебе нужно уйти отсюда, найти Габриэля и ждать меня. – Нет. – Его тон не допускал возражений. Однако я уже пошла прочь от него. Роан потянулся ко мне, но я вырвалась из его объятий. Едва я отошла, все в зале уставились на меня: фейри мгновенно почувствовали мои эмоции пикси. Их глаза расширились, я ловила на себе загипнотизированные взгляды. Эмоции пикси действуют на фейри как наркотик – смесь магии и человеческих чувств. Особенно если эмоции сильные. А учитывая мои страх и отвращение, они такими и были. – Лилива, – Грендель высунул язык и облизнул губы, когда я подошла к нему. – Подумать только… – Верно, – я улыбнулась ему и захлопала ресницами. – Я слышала, вы самый богатый фейри в Лондоне. Это правда? – Да… – Он завороженно склонил голову. – Я подумала… мы могли бы провести время вместе. Приватно. – Я провела кончиками пальцев вниз по ложбинке между грудей. – И, возможно, вы… потом вознаградите меня за услуги? – Интересное предложение. – Он сильнее сжал груди девушек. – Что ты имеешь в виду? – О… – Я оглянулась на сверкающие вокруг рубины и бриллианты. – Я уверена, мы что-нибудь придумаем. Грендель медленно встал. Он был совершенно голый, и я упорно не смотрела на его пах. Мне больше не нужно топливо для кошмаров. – Кассандра, что ты делаешь? – прорычал Роан за моей спиной. Спасаю подругу – и сделаю для этого все возможное. Я обернулась. У Роана снова появились рога, золотистые глаза прожигали меня насквозь, татуировки на коже отливали медью. – Кассандра! – взревел он, сжав кулаки. У меня возникло предчувствие, что он вот-вот сровняет это место с землей. Но мне нужно, чтобы он держал себя в руках всего несколько минут. Я распахнула глаза в надежде, что Роан поймет, что именно я хочу ему сказать: доверься мне. – Со мной все будет хорошо. – Я буду с ней нежен, – каркнул Грендель. – Возможно… – Он кивнул на дверь рядом с зеркалом. Я изобразила на лице улыбку и последовала за ним к двери. Он схватил меня за руку – его перепончатые лапы оказались на удивление сильными – и потащил меня к двери; телохранители шли по пятам. Оставалось только надеяться, что они не окажутся быстрее меня, когда я начну действовать. – О, так это будет вечеринка? – улыбнулась я им. – Вот и хорошо. У меня хватит эмоций на вас всех. Грендель заморгал, впервые обратив внимание на телохранителей с тех пор, как я подошла к нему. – Ждите здесь! – прорычал он. – Хочу побыть с ней наедине. Телохранители замерли, и я постаралась скрыть удовлетворение. Я надеялась, что и Грендель не улавливает исходившее от меня чувство гордости за достигнутое. Украдкой я взглянула на цепочку, на которой у него на шее висела кость. Тонкая. Можно легко порвать. Нужно только правильно выбрать время… Когда мы подошли к двери, я почувствовала, как зеркало рядом с ней сливается со мной, образуя связь. Я лихорадочно нашла второе отражение, в которое можно прыгнуть. Пульс участился, я схватила кость и резко дернула. Но цепочка не порвалась, и мое сердце остановилось. Грендель с грубым смешком отшвырнул меня к стене. Моя голова откинулась назад, ударившись о камень, и боль пронзила череп. Я вскрикнула, в глазах потемнело, и я потеряла контроль над отражением. – Интересуешься Люси, фертная[16] малышка? – прошипел Грендель, обхватив меня перепончатыми лапами. – Что ж, скоро ты познакомишься с ней поближе… Мы отлично повеселимся втроем. И я не буду нежничать. Из-за его плеча я видела, как Роан, ревя от гнева, бросился на телохранителей. Позади распахнулась дверь, Грендель втолкнул меня внутрь, и дверь за нами закрылась.