Глава 25. Допрос или аудиенция?

Лита – Любовь лишает разума, – ворчит Рэй. – Давно ли ты стал таким рассудительным, – поддевает мужа Кира, но в глазах её мелькает тревога. Похоже, она с ним согласна. – Я действительно не подумал. – Фер хмурится. – Так хотелось побыстрее избавиться от этой пакости. – Пакость или нет, но на каком-то этапе этот артефакт помог вам обоим, – наставительно отмечает Кира. – А разве на артефакте не остаётся следов, указывающих на то, кто его использовал? – вмешиваюсь я, чувствуя, что пора поддержать расстроенного Ферона. Рэйгард переводит на меня задумчивый взгляд, а обращается к жене: – Твоё мнение, Кира? – Я не училась на артефакторике, но… звучит разумно. Что если Лита права? – Тогда будем считать, что Фер поступил предусмотрительно, выбросив браслеты, – признаёт Рэй, почесав затылок. Я выдыхаю, гордясь собой. Разумеется, я понятия не имею, остаётся ли на артефактах такой след, но мысль мелькнула, и я её озвучила. – Значит, будем держаться первоначального плана, – решительно заявляет капитан Рэй. – Не было этого артефакта, и всё. К тому же ту партию уже сдали в службу безопасности, и никто не придрался. Но Ферон не спешит расслабляться: – Я всё-таки обдумаю версии на случай, если спросят. Тем более что раз лорд Грейвуд легко определил, что метка ненастоящая, кто-то другой из его сообщников может знать об этом и подкинуть сведения службе безопасности. – Но сейчас-то она настоящая, – вставляет Кира. – Настоящая, – подтверждает Ферон. – Однако не сходится отчёт по количеству добытых артефактов и тех, что мы сдали. – А кто об этом донесёт? – спрашивает Рэй. – Я думаю, что, как только мы сообщим королю и его службе безопасности о роли Грейвуда в контрабанде артефактов, его сообщники перепугаются и залягут на дно. – А какие у нас доказательства, что Грейвуд этим занимался? – Фер хмурится. – Я могу обвинить его только в похищении своей истинной. Корабль со всеми уликами ушёл на дно. – Есть ещё пленники, – напоминает Рэй, – которых мы выловили из воды. Я принял меры: их показания записаны на кристалл памяти. Может, кто-то из них уже и жалеет, что разговорился, но в первый момент после спасения они были готовы мать родную обвинить в контрабанде. – То-то и оно. – Ферон качает головой. – Могут отречься от своих слов. Кира фыркает: – Ой, брось! Они не драконы, а значит, на артефакте истины всё подтвердят, никуда не денутся. Так что роль лорда в этом всём доказать будет несложно. А кто, кроме него и его погибшего тёмного, знал о фиктивной истинности? – Принцесса знала, – робко напоминаю я. Я уже рассказывала Ферону и его друзьям – нашим друзьям – про визит принцессы на корабль лорда. – Насколько я понял, – мрачнеет Фер, – Милана имела долю в делах лорда и была достаточно неосторожна, чтобы на глазах у всех заявиться на корабль. – Это не доказательство, – мотает головой Кира. – Лорд Грейвуд – известный эксперт по артефактам. Она скажет, что нужно было срочно проверить какую-нибудь из её финтифлюшек перед покупкой. И как это опровергнуть? – Но я же слышала их разговор, – возмущённо восклицаю я. – И про то, что это они подослали фиктивную истинную князю Анкилайду, и о том, что она торгует изобретениями Грейвуда. – И тебя обвинят в клевете на особу королевской крови, – предостерегает Кира, – потому что это всего лишь разговор: твоё слово против её. Она опять же может заявить, что именно от Грейвуда узнала о том, что истинность ложная. – Но я тоже могу на артефакте правды… – Нет, – жёстко возражает Ферон. – Артефакт забирается в мозг до самых глубин. – Ты расскажешь им всё. Даже то, что не надо. Все замолкают. Ферон бросает на меня тревожный взгляд, а я беру его за руку и прижимаюсь щекой к его плечу. Он тут же высвобождает свою руку, но только для того, чтобы обнять меня и прижать к себе. После той ночи, когда наша истинность проявилась по-настоящему, пусть не сразу, но я перестала стесняться. Поводов для переживаний больше не осталось. Только первые сутки мне казалось, что весь корабль в курсе, как изменились наши с Фером отношения, но потом до меня дошло, что все, кроме парочки драконов, были уверены, что мы с Фером были вместе ещё до того, как «Стремительный» приплыл в Аэртанию. И я успокоилась и перестала краснеть каждый раз, когда Ферон меня обнимал при всех или брал за руку. – В общем, – вздыхает Кира, – остаётся надеяться, что Милана будет сейчас занята спасением собственной задницы и ей будет не до личной мести. Однако нашим надеждам не суждено было оправдаться. То, что принцесса не промолчала, становится понятно, едва корабль входит в порт. На причале, к которому направляется «Стремительный», нет обычного столпотворения из моряков и грузчиков, но зато много гвардейских мундиров. – Приплыли, – цедит капитан Рэйгард сквозь стиснутые зубы и обращается к Феру: – Может, не стоило тебе так сразу здесь появляться? Мы ведь догадывались, что это произойдёт. Стоило нам первым принести известия о главном контрабандисте. – Что теперь говорить, – спокойно пожимает плечами Ферон. – Я сторонник того, чтобы подобные вопросы не откладывать, а решать сразу. Иначе осадок остаётся надолго. Корабль медленно швартуется. Гвардейцы выстраиваются полукругом, и вперёд выходит высокий мужчина с очень знакомым лицом. – Именем короля Аэртании! – Его торжествующий голос разносится по причалу, заглушая негромкий плеск волн. – Лорд Ферон Айрэнд, вы арестованы. – Комиссар Вилмар? – насмешливо приветствует его Ферон. – Вас ещё не сняли с должности? – Вы напрасно беспокоитесь, лорд Айрэнд. Подозреваю, что благодаря вам я в ближайшее время получу повышение. – Основания для ареста? – спрашивает Ферон будничным тоном. – И кем выписан ордер? – Сокрытие и использование контрабандных артефактов, а также мошенничество, – с готовностью объявляет комиссар, потрясая в воздухе каким-то свитком. Личная печать Его Величества Лансермо Первого. Вы, как дракон и подданный Аэртании, обязаны предстать перед вашим королём. Хотя я, будь моя воля, сразу отправил бы вас в тюрьму. Мы же ни в чём не виноваты. И всё же по телу пробегает холодная волна. С тревогой смотрю на Ферона. Его губы изгибаются в холодной улыбке. – Значит, повышение? – Он насмешливо прищуривается. – Не сомневаюсь, комиссар. Когда Служба Безопасности получит всю информацию о вашей деятельности, повышение станет неизбежным. Достойное место с отличным видом на мэрию. По лицу Вилмара пробегает тень. Видно, как заходили желваки на его скулах и растерянно забегал взгляд. Тем временем Ферон находит мою руку и ободряюще сжимает её. А потом проводит подушечкой большого пальца по запястью, как раз там, где метка. Крохотный дракончик взмахивает крылышками, и уже другая волна, состоящая из игривых мурашек, перекрывает первую. Нашёл время. У меня всё внутри от ужаса сжимается… или уже нет? Он справится. «С-справится», – подтверждает Миург. И я пытаюсь справиться со своим дыханием. Ферон поворачивается ко мне. – Остаёшься на корабле и слушаешься Рэя. Поняла? Хочется как-то подбодрить Ферона, показать, что я не боюсь и доверяю ему полностью, но в горле ком, и я просто киваю. – Я иду, комиссар, – спокойно говорит Ферон. – Полагаю, что нехорошо заставлять Его Величество ждать. – Ваша сообщница тоже арестована, – спешит сообщить облечённый властью негодяй. – И поскольку она человек, Аэлита Скайлис отправится прямиком в тюрьму. Гнев Ферона можно ощутить даже на расстоянии. Над нашими головами раздаётся громкий хлопок парусов. – А вот это вряд ли, комиссар. – И в голосе Ферона я слышу рык Миурга. – По всем законам всех государств драконья пара неприкосновенна. – Если она истинная, – выпаливает комиссар. – Но ваша пара фиктивная. – Не человечишке это решать, – рычит Ферон, покрываясь белоснежной чешуёй. Комиссар и его люди в едином порыве отступают от трапа. Даже мне становится не по себе. Никогда прежде Фер не относился уничижительно к людям. Я ведь тоже человек. В памяти всплывают все разговоры о драконах, которые впихивала в мою голову мачеха Ариста. Я уже и забыла об этом, а вот сейчас… Отгоняю дурные мысли. Я же понимаю, что сейчас речь об одном гаде, который пытается нарушить закон. Вот и не стоит думать о нём как о человеке. – Моя истинная пойдёт вместе со мной, – грозно заявляет Фер, протягивая мне руку. Вперёд выступает человек в невзрачном сером плаще. В отличие от комиссара, его лица я не помню. Тот самый, что приходил в академию искать подброшенный мне браслет, или другой такой же. – Ваша Светлость, вы правы, – лишённым эмоций голосом произносит серый. – До выяснения обстоятельств Аэлита Скайлис будет рядом с вами. Но вы должны понимать, что, если выдвинутые против вас обвинения подтвердятся, из королевской резиденции возможен только один путь: девушка немедленно отправится в тюрьму. – Это он подсказывает тебе, что самое время обернуться драконом и сбежать вместе с Литой, – расшифровывает слова серого Рэй. – И признать таким образом свою вину? – хмыкает Ферон. – Мы идём к королю. Вам должно быть известно, господин, не знаю вашего имени, что дракон Его Величества прекрасно отличает ложь от правды. – В таком случае вам придётся надеть блокираторы магии. – Вилмар со злорадной усмешкой выскакивает вперёд. – И вашей любовнице тоже. Мощный порыв ветра сносит комиссара с пирса в воду. – Это сопротивление властям, – неожиданно тонким голосом взвизгивает серый. – Это наказание за оскорбление Его Величества, – твёрдо заявляет Ферон. – Нет в Аэртании дракона сильнее королевского. И если я появлюсь там в блокираторах, это будет урон репутации правителя. Серый плащ молча отступает в толпу гвардейцев. Несколько человек бросается к краю пирса, чтобы вытащить из воды своё мокрое, облепленное водорослями начальство. Однако я замечаю, как на некоторых лицах мелькают усмешки. И суетятся они бестолково, больше мешая друг другу, чем пытаясь оказать реальную помощь. Похоже, гвардейцы не очень любят комиссара Вилмара. Прежде чем направиться к стоящей на земле карете, Ферон поворачивается к Рэйгарду. – Скажи Дарку, чтобы его мальчишки проследили за комиссаром на всякий случай. Капитан кивает. – Думаешь, он может побежать с докладом к Грейвуду? Я судорожно вцепляюсь в руку Ферона. – Возможно, мы ошибаемся, и лорд всё-таки погиб при кораблекрушении. – Но ты в этом сомневаешься. – Да и ты не особо в это веришь. – К тому же он явно понял твой намёк на виселицу. Может просто сбежать. Проследим. Ты-то справишься? – Не сомневайся. Идём, Лита. – Какой намёк на виселицу? – не выдерживаю я, едва мы отходим на несколько шагов от Рэя. – Повышение с видом на мэрию, – коротко объясняет Фер. – Там обычно заканчивают свой путь контрабандисты и те, кто приобретает у них запрещённые артефакты. Я содрогаюсь. – Но мы ведь тоже их использовали, – с отчаянием говорю я. – Что ты скажешь королю? – Правду. Королевский дракон действительно умеет отличать правду от лжи. *** – Лорд Ферон Айрэнд и леди Аэлита Скайлис, – возвещает слуга в красной ливрее, отделанной золотым кантом. От волнения я впиваюсь пальцами в предплечье Фера, и он на миг накрывает мою кисть своей большой горячей ладонью. Мягкое тепло от его прикосновения растекается по руке и быстро добирается до сердца. «Всё будет хорошо», – прокручиваются в голове слова Ферона Он несколько раз это повторил, пока мы ехали от порта к малой королевской резиденции. Стараюсь дышать медленно: вдох и выдох. Говорят, это успокаивает. Как же, успокоишься тут. Могла ли я когда-то предположить, что попаду в королевскую резиденцию? Одного этого достаточно было бы, чтобы заставить моё несчастное сердце колотиться как бешеное. Только виделось это как-то иначе. Кто из девчонок в детстве не мечтал о балах и принцах? Да все сказки на это настраивали. Но попасть на приём к королю в качестве обвиняемой в преступлении… Такого даже в кошмарном сне не увидеть. Делаю глубокий вдох и шагаю вперёд. Еле удерживаюсь от вскрика, потому как появляется ощущение, что шагнула из окна в пропасть. Только рука Ферона удерживает меня на ногах. Под ногами – облако. Полная иллюзия, что оно настоящее. В довершение к сложной игре теней на его поверхности есть разрывы, сквозь которые проглядывает горный пейзаж. Кажется, наступишь не туда и полетишь вниз с огромной высоты. Быстро беру себя в руки. Я знаю, из чего сделаны облака, они не бывают такими твёрдыми, как пол. Тем не менее равновесие сохранять сложно. Ищу зацепку для взгляда: стены из голубого мрамора, и по ним тоже плывут облака. А среди них парят драконы. Изображения настолько великолепны, что кажутся живыми. Кажутся? Один из драконов поворачивает голову, и я встречаюсь с ним взглядом. Ледяные мурашки разбегаются по спине нестройными рядами. Конечно же, магия. Изумительной красоты зал, разумеется, создан художниками-магами. Драконы наверняка чувствуют себя здесь как дома. А у людей и должно появляться ощущение собственной незначительности. Снова лезут в голову россказни мачехи Аристы о драконах, захвативших власть в мире. Не поддамся. Мой истинный – дракон. И если он что-то и захватил, то это моё сердце. А значит, люди и драконы не враги. Как ни странно, но вот эта обстановка, в которой человек должен ощущать себя мелочью, возвращает мне уверенность в себе. Выпрямляю спину и, найдя наконец неподвижную точку для глаз, устремляюсь к ней, продолжая опираться на руку любимого. Такой точкой становится трон с сидящим на нём королём. Может, это и дерзко смотреть вот так прямо на Его Величество, но для сохранения равновесия иного выхода нет. Трон, обитый лазоревого цвета тканью, находится прямо напротив входных дверей, в глубокой нише, оформленной в виде арки и украшенной по краям гербами с изображениями драконов. Кроме Его Величества, который восседает на троне, в зале ещё несколько мужчин в военных мундирах и двое в мантиях магов. А рядом с королевским троном стоит кресло поменьше, и на нём сидит принцесса Милана. Этого можно было ожидать, и тем не менее при виде неё моя надежда на благоприятный исход начинает таять, а она и так была не очень сильная. Должно быть, причина в том торжествующем взгляде, которым она оглядывает меня. Это взгляд победительницы, уже поставившей на место дерзкую выскочку. На Ферона принцесса смотрит иначе – со смесью ненависти и жадности. И я, несмотря на ситуацию, в которой надо думать о выживании, испытываю укол ревности. Она смотрит на него как на труднодостижимый, но уже почти присвоенный приз. Или я это надумала? Злость помогает мне не впасть в отчаяние. С чего я так распереживалась? В конце концов, я настоящая истинная, а принцесса Ферону даже не нравится. Когда он рассказывал, как всё случилось, я почувствовала, что он говорил правду. И сомневаться в этом себе не позволю. Мы вместе. И выпутываться надо вместе. Перевожу взгляд с принцессы на короля. На Его Величестве тёмно-синий камзол без украшений. Встреть я его где-то в городе одного без свиты, и в голову бы не пришло предположить, что это правитель. Хотя то, как он смотрит, буквально пригвождая к земле… И только на Ферона это, кажется, не действует. – Ваше Величество, – невозмутимо говорит он кланяясь. – Лёгкого ветра крыльям вашего дракона. Король молчит, его тяжёлый изучающий взгляд переходит с Ферона на меня. Я приседаю в реверансе. Сейчас всё, о чём я только что думала, не помогает. Если бы не твёрдая рука Фера, которая тут же подхватывает меня под локоть, мне было бы сложно распрямиться, так дрожат мои колени. Это драконий взгляд. И не просто дракона, а, как недавно сказал Ферон, самого сильного дракона в королевстве. Ощущаю давящий взгляд внутри себя, пытающий разобрать меня на составные части и понять, что я такое. Возмутительно. И я неожиданно мысленно показываю язык непрошеному гостю. Тут же одёргиваю себя, но уже поздно. Фыркнув, зверь убирается из моей головы. Некоторое время в зале царит тишина, нарушаемая только лёгким шелестом штор из-за проникающего через открытое окно ветерка и шорохом одежды, когда кто-нибудь из присутствующих переступает с ноги на ногу. – Ты знаешь, лорд Айрэнд, в чём тебя обвиняют? – Грозный рык короля раскатывается по залу. – Да, Ваше Величество. – Голос Ферона звучит спокойно. – Как ты посмел нарушить закон? – Зрачки в глазах короля становятся вертикальными. – Я выполнял ваш приказ, Ваше Величество, – невозмутимо заявляет Ферон. Тишина, повисшая в зале, подсказывает мне, что ответ Фера привёл всех в замешательство. – Вот как? – Король первым приходит в себя от невиданной дерзости. – Это когда же я успел отдать приказ пользоваться контрабандными артефактами? – Вы отдавали приказ любой ценой найти того, кто стоит за контрабандой артефактов. – И… – В голосе короля появляются язвительные ноты. – Вы его, конечно же, арестовали и доставили? Почему мне об этом не доложили? Короткий смешок исходит от принцессы Миланы. – Нет, – продолжает Фер, – мы догнали его корабль, было сражение. Бороздить просторы морей он больше не будет. Судно на дне. Главного преступника среди пленных нет. – Как удобно! – восклицает один из магов. – Концы в воду. И о каком же корабле идёт речь? Не потопили ли вы невзначай мирное торговое судно? Я давно предупреждал, Ваше Величество, что капитан «Стремительного» – бывший пират. И то, что он женат на родственнице короля Айсгарда, едва ли изменил… – Далинг, – рявкает король. – Я не давал тебе слова. Но вопрос первого мага уместен. Отвечай, лорд! И если твои слова меня не убедят… – Я не уверен, Ваше Величество, что среди ваших придворных нет лишних ушей. Человек, поставлявший контрабандные артефакты, проник своими щупальцами во все Великие дворы. Имя одного из соучастников при вашем дворе мне известно, но я не уверен, что он один. – Ты хочешь поговорить наедине? – Король сощуривается. – Но, Ваше Величество, – торопливо вклинивается военный, – это небезопасно. Позвольте, мы хотя бы наденем на преступ… подозреваемого блокирующие наручники. – Меня уже записали в преступники? – холодно интересуется Ферон, не упуская оговорку. – Без суда и следствия? Мне казалось, Ваше Величество, что при вашем дворе… – Не наглей, лорд, – рявкает король. – То, что я согласился с тобой встретиться, уже высочайшая милость. Тебя должны были с причала сопроводить в тюрьму вместе с твоей… – … истинной, – подсказывает Ферон. И у короля вырывается драконий рык. Застывают все. – Оставьте нас! – приказывает король. Пятясь с поклонами, маги и военные покидают зал. – Милана, тебя это тоже касается, – уже мягче говорит Его Величество. – Но, отец, я заинтересована в… – Выйди, – обрывает её король уже жёстче. Бросив в мою сторону ненавидящий взгляд, принцесса повинуется. *** – И кто же этот пособник контрабандистов в моём окружении? – первым делом интересуется король, как только мы остаёмся одни. – А давайте проверим, Ваше Величество, – загадочно отвечает Ферон. – Думаю, кое у кого сейчас не хватит выдержки. И после нашего разговора можно будет увидеть, кто спешно покинул дворец. Король наклоняет голову набок, пристально вглядываясь в лицо Ферона. Фер стоит с прямой спиной, не отводя взгляда. – Хитро, – изрекает король, и в его голосе мне слышится одобрение. – То есть ты не знаешь точно, но уверен, что мой двор сейчас поредеет? – Почему бы не использовать этот старый как мир способ? – пожимает плечами Фер. Король кивает и негромко зовёт: – Гарт, проследи. Из глубины ниши, которая находится за спинкой трона, выскальзывает мужчина в ливрее слуги. – Любого из тех, кто вышел отсюда и попытается прямо сейчас покинуть дворец, взять под стражу, – приказывает Его Величество. Мужчина наклоняет голову и опять исчезает в нише за троном. – Я думал, мы одни, – говорит Фер. – Мы одни, – подтверждает король. – Это моя Тень. Неужели ты думаешь, что мне интересно гоняться по стране и по морям за предателями, если можно взять их тёпленькими во дворце? – Никому из злоумышленников и в голову не придёт, что наблюдать за ними может человек в одежде слуги? – Верно. – Король снова чуть наклоняет голову и прищуривает глаза. – Но мне почему-то кажется, что ты мне сейчас заговариваешь зубы, лорд. – Ну что вы, Ваше Величество. Восхищаюсь вашей предусмотрительностью. Самые незаметные люди – это слуги. – Рассказывай, – обрывает король. – Кто? И за его почти ласковым тоном ощущается жёсткость. – Лорд Грейвуд, – коротко отвечает Фер. Возникает пауза. – Известный артефактор? Эксперт? – недоверчиво качает головой Его Величество. – Хочешь сказать, что он связан с контрабандистами? Хм. Это было бы… неприятно. Совсем недавно Милана просила меня подписать приказ о его назначении преподавателем в Академию. Надеюсь, у тебя есть доказательства его причастности? – Не просто причастности, Ваше Величество. Не уверен, что кто-то стоит выше него в этой системе. Этот человек и есть теневой… король всей сети контрабандистов. Ему принадлежит более десятка торговых кораблей, не говоря уже о боевых фрегатах. Его щупальца запущены во все известные дворы нашего мира. И последние сведения говорят о том, что не только нашего. Но за ниточку в Шардене мы только потянули. Вот сейчас потрясён не только король. У меня вырывается тревожный писк. Если лорд Грейвуд такой сильный, и если он всё ещё жив, то есть ли у меня шанс избежать новой встречи с ним? – Большая часть расследования проведена лордом Дайрини, – продолжает Ферон. – Он готов предоставить все сведения, только не знает кому. Часть полиции Портуреи работает на преступников. И пока мы не выявим всех, кто причастен в вашем окружении… – Ларг, – рявкает король. Я вздрагиваю от неожиданности. Из ниши за троном бесшумно появляется ещё один человек в ливрее слуги. – Позаботься о том, чтобы разыскали капитана «Стремительного», – приказывает король, – срочно. Пригласите вежливо. – И обращается к Ферону: – Я сам с ним поговорю. Не сразу соображаю, что лорд Дайрини и капитан Рэйгард – это один и тот же человек, то есть дракон. По титулу при мне капитана называли от силы один или два раза. – Да, Ваше Величество, так будет лучше. Всего даже я не знаю. У капитана обширная сеть знакомств. – Ну ещё бы, – усмехается король. – С его-то прошлым. Ну а теперь, как это всё связано с не дошедшими до моей службы безопасности браслетами фиктивной истинности? – Я их использовал, – честно признаётся Ферон. – И ты так прямо об этом говоришь? – изумляется король. Закусываю щёку изнутри от волнения. Что теперь будет после этого признания? – А у меня был бы шанс солгать королевскому дракону? – хладнокровно интересуется Ферон. – Вряд ли. Продолжай. – Вы же помните историю лорда Анкилайда, Ваше Величество? – продолжает Ферон. Лицо короля искажает гримаса. – Ещё бы… Киаран Анкилайд последний в роду Стражей Источника. Дракон вышел из-под контроля, а вслед за ним и источник. Из-за этой истории мы потеряли доступ к самому мощному ресурсу силы Аэртании*. Теперь помимо того, что заряжать артефакты больше негде и сам источник вот-вот вырвется и заморозит четверть, если не треть моего королевства. Но какое отношение… – Сначала мы думали, что никакого… Браслеты мне пришлось использовать с другой целью. Я должен был защитить свою пару, на которую охотится лорд Грейвуд. – Вот как? – Король впервые удостаивает меня заинтересованным взглядом. – И чем же она так интересна для преступника? – Этого я пока не выяснил, но магия у неё особенная. Снова чувствую взгляд дракона внутри своей головы. – Не вижу, хотя… – Внутри появляется неприятное давление. – …возможно, блок. – Я сам разберусь, Ваше Величество, – рычит Ферон. Давление в голове ослабевает. – Посмотрим, – неопределённо говорит король. – Продолжай. – У Киара пострадала связь с драконом. И недавно у нас появилось предположение, что артефакт фиктивной истинности можно использовать именно с такими целями: забраться с его помощью в ту область драконьего сознания, которая связана с истинностью, и воздействием на неё разрушить связь между двумя ипостасями. – Если такой артефакт создадут… – Король хмурится. – …то весь наш мир будет под угрозой. – Его уже создали, Ваше Величество. Пальцы короля стискивают подлокотники кресла, но голос его звучит по-прежнему спокойно: – Уверен?! Где он? – На дне. – Опять на дне? – раздражённо рычит король, явно теряя терпение. – У меня появляется ощущение, что Далинг прав. Все концы в воду… И Грейвуд этот тоже то ли жив, то ли мёртв. Я правильно понял? Ферон кивает. – Артефакт разрушения был всего один, – не выдерживаю я. – И он, действительно, утонул. Тёмный маг погиб. А сможет ли Грейвуд без его помощи создать новый – неизвестно. Замолкаю, испуганная собственной смелостью. – Лита смогла сообщить мне через моего дракона, что против нас собираются использовать именно такой артефакт, – поддерживает меня Фер, – и поэтому первым пошёл капитан Рэйгард. – Разделённый, – понимающе кивает король. – Разумно. – Но вот то, что этот артефакт в единственном экземпляре, я сам слышу впервые. И взгляды обоих мужчин устремляются на меня. – Я только сейчас вспомнила, – оправдываюсь я, – что лорд Грейвуд, перед тем как выходить на палубу, сказал своему магу, что должен сам всё настроить, потому что это единственный образец. – Так. – Король останавливает меня жестом. – А теперь всё сначала и в подробностях. Как девушка оказалась на корабле лорда Грейвуда, если только она… – … не его сообщница? – подхватываю я, неожиданно разозлившись. Тут, понимаете ли, речь об угрозе для всего драконьего мира, а король меня в чём-то подозревает. Не иначе как наслушался от Миланы про меня. – А всё просто, Ваше Величество, – заявляю я громко и резко. – Лорд Грейвуд получил возможность попасть на Эртариан и похитить меня, потому что кое-кто подписал приказ о его назначении преподавателем, а Ферона в это время вызвали во дворец. – Дерзкая какая, – усмехается король. – Тогда ты сама и рассказывай. И я рассказываю. Скрывать больше нечего. Ферон уже признался, что использовал браслеты. Я начинаю с того, что сбежала от брака с человеком, который похоронил шесть своих жён. Коротко упоминаю о том моменте, когда мы использовали браслеты. А затем уже подробнее рассказываю обо всём, что слышала и запомнила на «Триумфе» в плену у лорда Грейвуда. Дойдя до того момента, когда маг сказал лорду, что моей силы хватит на более долгое время, чем его предыдущих жён, невольно содрогаюсь. И Ферон, не смущаясь присутствия короля, притягивает меня к себе. Нервно выдыхаю и продолжаю. Умалчиваю только о том, что видела и слышала принцессу Милану. А о том, что история с Анкилайдом – дело рук Грейвуда, рассказываю так, что эту информацию легко отнести к разговорам лорда и его тёмного мага. Я бы и про Милану рассказала, но помню слова Киры, что могут обвинить в клевете. – Значит, этот Дерриан погиб, – констатирует король. – На моих глазах, – подтверждаю я. – Его сожрал нарг. – Никогда не доверял этим историям, что с наргами можно договариваться, – ворчливо перебивает Его Величество. – Как эта ваша Королева Наргов умудряется ими управлять? И я улыбаюсь при воспоминании о том, как Кира при мне оседлала свою Тиру. И меня позвала. Правда, отдельного нарга я оседлать не рискнула, и Кира любезно пригласила меня на спину своего. Когда мы рассказываем про гарпию, во взгляде короля появляется сомнение. – Гарпия? В открытом море? Почему-то я не решаюсь рассказать, что видела частичный оборот лорда. Не хочется тем, что похоже на сказку, подрывать только что установившееся доверие короля. – Думаете, что у него есть и артефакт управления тварями? – задумчиво произносит король. – Прямо злой гений какой-то. Даже жаль такого казнить будет. У меня глаза широко раскрываются. То есть? Его Величество подумывает, не использовать ли этого гада? Мотнув головой, словно отгоняя какие-то мысли, король отрывисто спрашивает: – Браслеты всё ещё на вас? – Нет, Ваше Величество, – вздыхает Фер. – Я их… утопил. Мне кажется или у короля вырывается смешок? Наверное, ошибаюсь, потому что Его Величество тут же задумчиво изгибает бровь. – Но все уверены, что они на вас. – Думаю, да, – подтверждает Фер. – Ну тогда пойдём по уже запланированному пути. Те, кто осведомлён о том, что эти браслеты на вас, рассчитывают, что в Храме Истинных пар с тобой произойдёт то же, что с Анкилайдом. Браслет расстегнётся, а дракон сойдёт с ума. И если мы им подыграем, думаю, они себя там проявят. – Ловля на живца? – напрягается Ферон. – На живцов, – уточняет король. – Мы и так собирались отправиться в Храм при первой же возможности, – говорит Ферон, с тревогой глядя на меня, – но мы не рассчитывали на подобных гостей. Лита и без того слишком много пережила. – Я не боюсь, – отвечаю я, глядя в глаза Ферону. – Ты же будешь рядом. – Хм, не только дерзкая, но и смелая, – одобрительно отмечает король и поднимается со своего трона. – Ну что ж, в храме всё уже готово. Откладывать не будем. Но сначала я переговорю с вашим капитаном Рэйгардом и выясню, кто попал в сеть моей Тени. Идите, готовьтесь к церемонии. Перед отправлением, лорд Айрэнд, мы ещё раз встретимся и обсудим, как устроить ловушку. _____________________ * Речь идёт о событиях, описанных в романе «Истинное наказание для сумрачного дракона».