Глава 34

Каир, такой величественный и опасный, подошёл ко мне. Я почувствовала боль, когда заметила на его плечах китель. Тот самый, который служил мне одеялом в темнице. Был источником его запаха, источником спокойствия и надежды.

Что этот благородный мужчина меня спасёт.

Что я могу вложить руку в его ладонь, и всё плохое останется позади.

Словно в сказке.

Здесь по небу летают драконы, торгуют в бесчисленных лавочках бойкие демоны, прячут свои длинные уши за волосами и магией эльфы, в тёмных лесах скрываются кровожадные фэйри, а в морях плавают русалки, но… Это никакая не сказка.

Реальность без компромиссов, без справедливого проведения, без чётких границ между добром и злом…

Когда Каир подошёл ближе, я вцепилась в него свободной рукой и взмолилась:

— Пожалуйста… Не делай этого…

Он в ответ склонился надо мной, посмотрел прямо в глаза и неумолимо произнёс, словно приговор:

— Прости меня.

Было видно, что каждое движение рядом со мной давалось ему с трудом. И всё же его желание подарить любимой новое тело сильнее моей мольбы, сильнее истинности, сильнее даже благополучия детей.

— На кровать её, — приказала девушка.

Я не знала, как её называть. Едва ли она родилась Эсмеральдой. Это в любом случае не имело никакого значения. Совсем скоро к ней все будут обращаться не иначе, чем Элен.

Каир развязал меня и, не обращая никакое внимание на сопротивление, уложил на постель.

Я больше не была связана, но не могла двигаться.

Видимо, из-за магии…

Как же мне не повезло оказаться в этом теле без хоть какой-то силы, которая могла бы помочь…

— Разве не нужно окунуть её в молоке? — спросил он.

— Я слегка переделала формулу… — она легла рядом со мной, видимо, так душе было проще проникнуть в тело. — Достаточно обрызгать. А дальше так как мы планировали.

Он кивнул, в этот миг больше похожий на робота, что безропотно выполнял приказы.

Я хотела ещё много чего сказать. Или хотя бы в последний раз посмотреть в его зелёные глаза. Понять, насколько он сам этого хочет.

Он пленник или злодей?

Предатель или такая же жертва, как я?

И если жертва… неужели так всё и закончится?

Так и распадётся истинная пара, что так и не успела сложиться до конца?

Вот только Каир не обращал на меня внимание. И с каждым мгновением мне становилось всё хуже и хуже. Словно кто-то когтями вытаскивал душу из своей груди.

Он на миг скрылся в ванной комнате. Затем вышел вместе с чаном, от которого пахло чем-то сливочным и вместе с тем какими-то горькими травами. Отвар… должно быть, по заветам матери-ведьмы, приправленный силой фэйри.

На свою беду я перевела взгляд так, что встретилась глазами с женщиной, что собиралась забрать мою жизнь.

В её глазах стояла такая страшная одержимость, что я окончательно убедилась, что уже не выберусь из постели Каира.

Она гадала, в каких мирах я окажусь, но что если моя судьба — остаться в особняке? Незримым призраком, которого удерживать будет невыносимая боль и украденная истинность.

Нет, не хотелось бы…

Лучше просто закрыть глаза, упасть в покой, раствориться во тьме…

Лишь бы Верна выжила и Кристин справилась, спасла детей…

Дети… Я смогла закусить губу. Да так сильно, что почувствовала вкус крови. Как же не хотелось, чтобы дети, и без того пострадавшие, были батарейками для пары сумасшедших…

Ради них нужно было быть сильной.

И я старалась. Изо всех сил старалась. Не выходило.

Каир обрызгал наши тела. Моё свежее и её истерзанное. Стал произносить слова, нависнув надо мной.

Его взгляд был непроницаем.

Но когда он приставил ритуальный клинок к моей груди, в зелёных глазах сверкнул жёлтый огонёк.

— Да будет так, — прошептала его жена.

Он должен был пронзить моё тело, убить мою душу, дать место другой сущности.

Той, что смогла бы залечить рану. И жить дальше так, будто ничего было.

Он должен был убить меня, чтобы смогла жить не жена, навязанная богами, но жена, выбранная им самим.

Наши взгляды встретились, я почувствовала волну исходящего от него света. Каким-то образом свет пах кровью и был пропитан болью.

В нём боролись живое тепло и мертвенный холод.

Но в этом сражении все заранее проиграли.

В какой-то момент ничего не осталось вокруг. Ни этого мира, ни этого дома, ни его жителей. В кромешной тьме был луч, и под лучом стояли мы. Я и Каир. Две души, которые так и не соединились, не обменялись своими частицами, чтобы заполнить бреши и наконец, почувствовать истину, за которой была, конечно же, любовь.

Ответ всему всегда любовь…

Моя рациональная сущность стала бы умолять о пощаде или хотя бы попросить сберечь детей. Освободить их. Отпустить к свету.

Но та, что всегда знала истину, та божественная, маленькая искорка во мне должна была сказать нечто иное.

Удивительное и правильное.

Она прошептала перед ударом, глядя в глаза своему истинному, своему мучителю.

— Я тебя прощаю.

Прошептала перед ударом, которого так и не случилось, потому что Каир замер. Клинок рассёк лишь воздух.

Я вдруг почувствовала, что могу полноценно двигаться, хотя движения и были заторможенными и каждое давалось с болью.

В попытке сбежать я смогла встать с кровати, обогнуть мужчину, но прямо у порога упала, женский визг подкосил ноги.

— Каир!

Она не могла двигаться. Временно.

Сердце гулко билось в висках.

Истинность сбила дракона с толку, но скоро он придёт в себя и что-то решит.

Я не надеялась, что это решение будет в мою пользу, ведь он уже слишком далеко зашёл.

Тело слушалось всё хуже и хуже, подняться не удавалось. Каир развернулся и сделал шаг ко мне.

Чтобы вернуть на место?

Дверь распахнулась, из тьмы коридора показались бледные длинные пальцы.