60

– Вот так, кладите девушку здесь, ваше высочество, – говорит Адриан. – Не волнуйтесь, мы не причиним ей вред, но положить на кушетку леди обязательно нужно, нам будет сложно заниматься ее лечением, если она так и останется на ваших руках.

Лекарь пытается меня успокоить, но получает не очень. Дракон снова рвется на свободу, рвется главенствовать и больше не отдавать мне управление, потому что, по его мнению, я справляюсь из рук вон плохо. Наша Агнесс до сих пор без сознания, а тут еще и чужаки хотят ее у нас отнять. Это совсем неправильно!

– Ваше высочество, все хорошо, вы должны нам довериться, мой дядя не навредит, я обещаю, – В мой разум проникает голос той девицы, Лилин. – И я рядом! Его друг и коллега, господин Джемесон, тоже не навредит, я вам обещаю.

Внезапно я расслабляюсь и доверяюсь.

«Еще одна ведьма! Потому я ей верю, у нее дар убеждения, слабый, но он есть», – устало сигнализирует мой разум, но я все равно подчиняюсь и кладу Агнесс на кушетку.

Оглядываюсь вокруг, нужно понять, кто еще находится в лазарете, откуда может прийти опасность. Но с удивлением понимаю, что мы остались впятером.

– Остальные ушли, вернее их ваш брат разогнал, старший принц, он появлялся, пока мы шли, а потом снова ушел в сторону дворца, – поясняет Джемесон, правильно понимая мое недоумение.

– Брат? Серьезно? – снова не верится мне.

«С чего это мои родственники ведут себя настолько предупредительно? Неужели так сильно боятся за королеву, что даже выскакивают из своего убежища, чтобы помочь мне и заработать очки в моих глазах?» – посещает меня наиболее очевидная догадка. Хотя я могу и здесь ошибаться, я сегодня целый день ошибаюсь.

Идиот.

Да не просто идиот, а Идиот с большой буквы! Который оттолкнул истинную, не признался ей ни в чем, в любви в том числе, а теперь она лежит почти безжизненно, и я ничем не могу ей помочь. И ведь если бы не я, то Агнесс не пострадала бы просто потому, что не приехала бы в этот вертеп мачехи, который она гордо именует королевским дворцом.

Правда, тогда и я едва ли был бы с ней.

«Добился бы, куда б ты делся. Наплевал бы на корону, следовал бы лишь интересам своей истинной, не лгал ей», - не соглашается со мной мое подсознание.

– Да, его высочество, – кивает Лилин. – Он нам сильно помог, разогнал народ, отдал приказы, кому чем заниматься, гостям посоветовал другие развлечения, даже по поводу судьбы участниц распорядился.

– Это было до похода сюда? Мой брат появлялся или нет? – никак не пойму.

Рассказ девицы слишком складен, такое ощущение, что я или совсем не знаю собственных родственников, или они умело разыгрывают очередное представление.

– Так он начал еще на поле, вы периодически пропадали для нас, замыкались и словно бы не слышали. Возможно, потому и не обратили внимание, – с охотой поясняет Лилин. – И когда мы отправились в лазарет тоже появился.

– А не подошел он ко мне потому что?

Раз так складно говорит, может, у нее есть ответ и на этот вопрос. Но отвечает мне не она.

– Потому что вы бы почувствовали угрозу. Другой дракон вблизи вашей пострадавшей истинной, несвязанной с вами до конца истинной! Инстинкты были бы первичны в вашем случае, – произносит Джемесон, что–то вкалывая Агнесс.

– Почему не зелья? Почему укол? – спрашиваю, чтобы поменять тему.

Рассказ о поведении брата снова заставляет меня сомневаться, заставляет испытывать крошечную надежду на то, что отец и брат на моей стороне. Кому, как не им, понимать психологию нашего вида. Остальным драконам меня не понять, даже самым сильным. Наша троица иная, Зверь в нас слишком силен.

Но так же он мог действовать исключительно ради спасения своей матери. Это грустно, но я все равно должен быть благодарен.

– Зелье тоже будет, очень много зелий, – на этот раз отвечает Адриан, неся целую канистру с длинной резиновой трубкой. – Необходимо очистить организм всеми доступными способами. И нам понадобится ваша помощь.