46

Таша

Егор молча подхватывает меня на бёдра и, путаясь в штанах, уносит в номер.

Сквозь распахнутые балконные двери слышится испуганный женский крик:

— Вадим, что ты делаешь?

— Не держи меня!

— Ты же упадёшь.

— Я им сейчас покажу!

Егор, покрывая мою шею и грудь поцелуями, бормочет:

— Интересно что?

На соседнем балконе разгораются нешуточные страсти.

— Галя, пусти! Ах, ты так! Тогда давай с тобой тоже здесь!

— Ты пьян! Пусти!

— Как это снимается?

Егор подрывается и закрывает дверь. Стягивает меня к краю кровати и зарывается с головой между моих бёдер. Не долго я любуюсь на ночное небо, ибо скоро моё тело выгибается от наслаждения. Егор наваливается сверху и вколачивает меня в постель. Обхватываю его мускулистое тело ногами и подаюсь навстречу. Целую Егора, ощущая свой сок на его губах. Сплетаемся языками. Не знаю, сколько продолжается наша любовная схватка, влажные тела смачно шлёпаются друг о друга. Странный стук ломает весь кайф.

— Егор, стучат.

— Да и хрен с ними! — он даже не останавливается.

— Ты знаешь... — только сейчас понимаю, что стучат не в дверь, — в окно.

— А-а! — Егор бурно изливается в меня, и опираясь на локти, тяжело дышит. — Ты супер-секси-няша!

— Егор!

Он сваливается с меня на сторону.

— Дай в себя прийти! Ушатала, мать.

А я с визгом прикрываюсь подушкой. Прижавшись лбом к стеклу на нас пялится Вадим.

— Ты чего? — вскакивает Егор. — Ох, ты ж! Учитель пожаловал.

Заворачиваюсь в покрывало.

— Пусти! — Вадим стучит в стекло.

Егор зашторивает окна.

— Таша, иди в ванную. Я этого урода за дверь вышвырну. А то он или стекло разобьет или прыгнет с балкона.

Спешно скрываюсь в ванной, подсматривая в щёлочку. Егор открывает балкон и, схватив пьяного Вадима за шкирку, ураганом протаскивает по номеру и вышвыривает за дверь. Я, перекрестившись, возвращаюсь в номер.

— Не люблю Москву, — Егор наливает себе коньяка и смакует первый глоток. —Шумно здесь. Народ нахрапистый.

— В нашем городе, можно подумать, страсти меньше кипят, — ворча, забираюсь под одеяло и взбиваю подушку.

— До того, как ты приехала, всё было тихо, — Егор ещё отпивает из бокала.

— Ага. И в маму твою тоже стреляли в честь моего приезда.

— Это да! — чешет грудь Егор, прохаживаясь нагишом по номеру. — Ты вернулась, и одной бестией в городе прибыло. Недаром меня сразу кольнуло, что вы с моей маман одного поля ягодки.

После недолгих уговоров, Галя звонит отцу и просит привезти одежду. Пока родители едут за новобрачной, мы с Егором успеваем привести себя в порядок и немного её развеселить.

— Где он? — с порога налетает на Егора отец Галины, бородатый темноволосый мужчина.

— Егор Тропарёв, — представляется мой драгоценный. Он шире Галиного родителя раза в два.

— Простите... Я — Фёдор Михайлович... Где этот идиот?

Ну прямо Достоевский к нам в гости пожаловал. Выглядываю из-за плеча Егора.

— Идиот в соседнем номере. Галя у нас. Проходите, пожалуйста.

— Папа, я здесь, — Галя вошла во вкус и выпила пару бокалов коньяка. Девчонка на стрессе, хорошо, что к нам попала.

— Фёдор! — в номер вваливается отец Егора. — Что случилось? Зачем ты меня вызвал? Егор? — удивлённо взирает Алексей Петрович на сына.

— Я туг ни при чём, — отмахивается Егор. — Разбирайтесь сами. Дурдом на выезде!

Выпроваживаем ночных гостей и, прихватив фрукты, забираемся в джакузи с тёплой водой. В ванной не так слышен скандал за стеной, разразившийся между двумя благородными семействами.

— А хорошенькая этому болвану невеста досталась, — извлекаю из вазочки ломтик ананаса и даю откусить Егору. — Как ты считаешь?

— Ни сиськи, ни письки, — жуя, смеётся Егор, — на любителя. Вот ты... — он забирает у меня ананас и ведёт по моему соску. Он тут же реагирует и твердеет.

Егор облизывает его, и мы теряем нить разговора.

Егор

С упоением шпилю Наталью на белом песке под плеск морских волн. Но прекрасный сон рушит бравурная мелодия. Нащупываю телефон на тумбочке и поглаживаю по плечу ворчащую спросонья мою любимую девочку.

— Это мать звонит... — Продрыхли до десяти

— Егорушка! Понеслась! Уи-и! — восторженно вопит мама.

Отрываю трубку от уха.

— Ты на американских горках, что ли? — отвечаю в микрофон. Улыбаюсь Наталье.

Проказница забирается на меня и продолжает мой сон наяву. Подбрасываю её на бедрах. Мысли мои далеки от разгоревшихся в родном городе страстей. — Кто понеслась? Куда понеслась?

— В городе переполох. Обыски идут в администрации и в доме Апухтина.

Допрыгался Кирюша.

— Чудно! Мы тогда, если возьмём билеты, вылетаем сегодня днём. Миссия выполнена.

— Спасибо, сын! Тебе и девчонке твоей. Как там свадьба-то закончилась? Не звонил, Ляксей Петрович?

— Свадьба закончилась феерично. А с ней и семейная жизнь Вадима. Причём в моём номере.

— Ух ты! Это как?

— Папа по доброте душевной дал нам номер рядом с новобрачными. Вадька увидел, как мы с Натальей любуемся луной на соседнем балконе, и взбеленился.

— А вы, конечно, любовались по полной программе?

— В смысле? — дотягиваюсь рукой до лона Натальи и помогаю ей встретить утро с удовольствием.

— Со стонами и в неглиже?

— Типа того.

— Зачёт. Теряет Лёха нюх. Надо позвонить ему. Дело есть.

Ощущение, что разговариваю не с почтенной родительницей, а с приятелем

— Ладно, мам. Держи меня в курсе, — сбрасываю звонок и догоняю Наталью в удовольствии.

— Доброе утро! — Наталья замирает на мне и довольно жмурится.

— Кошечка моя! — закидываю руки за голову. — Пора до дома. Там сейчас жаришка почище, чем была ночью за стеной.

— Слушай, а кто будет вместо Апухтина?

— Назначат кого-нибудь.

— А ты можешь занять его место? — Наталья пальцами шагает по моей груди.

— Свят, свят, свят! Политика не моё. Вот маман моя вполне бы сгодилась на это место. Не удивлюсь, если она сейчас приложит все силы и сядет на место Апухтина. Думаю, папашке моему она неспроста сейчас звонит.

— Папуля на одной ноге с президентом?

— Правильнее сказать, отец на двух ногах крепко стоит на земле российской.

— А ты похож на папу. Внешне. И респект ему, что не отказался от сына.

— Ладно. Хватит петь ему дифирамбы. Я сделаю несколько звонков по работе, а ты посмотри билеты.

— Слушаюсь, босс.

— Эх, какая бы из тебя помощница вышла.

— У меня к тебе предложение, — кусает губы Наталья.

— Рационализаторское?

— В некотором смысле. Возьми себе помощника.

— Такты хотела до декрета поработать.

— Ты не понял. Я предлагаю тебе взять парня в помощники. — Чешу подбородок.

— А что, это мысль. Парень стопудово не забеременеет.

Наталья светлеет лицом. Ревнивица. Я ведь дышать без неё не могу. Она мой кислород.

— Прямо сейчас и дам задание Алевтине.

— Аллё! А как же я? — спохватывается Наталья.

— Ты будешь ждать меня дома. С такой красоткой, как ты, мне сложно сконцентрироваться на делах.

— Зачем же я тогда институт оканчивала? — Наталья надувает губы.

— Чтобы однажды прийти ко мне на собеседование, — сажусь и шлёпаю её по бедрам. — Давай вставать, солнце.