Глава 22. Обретение второй ипостаси

Лиана Судьба сама делает выбор за меня. Император освободил от слова, данного Леону. А я помогу ему с выбором – уйду сама. Вроде бы только сегодня планировала, как можно сбежать, и вот, пожалуйста, реальный шанс. Но почему так плачет душа? Почему я не хочу уходить? На негнущихся ногах и с камнем на душе я рассеянно делаю реверанс. Не хочется желать ему здравия, как положено по этикету. Сейчас в моей душе клокочет дикая ненависть к императору. Будь моя воля – разорвала бы на мелкие кусочки. Внутри меня поднимается ликование. Необъяснимое желание… чего? Не могу понять. Меня трясëт. Горю, как в лихорадке. Жутко ломает тело. Чувствую каждую косточку. – Лиана, не стоит оборачиваться здесь, – просит меня ненавистный император. – Вам лучше выйти в сад. Поверьте, там будет гораздо удобнее. О чём он? Какой ещё оборот? У меня нет зверя. Я не могу оборачиваться. Я не понимаю, о чём он говорит. Но какая-то сила тащит меня подальше от этого кабинета. Вот только разум командует остаться и довести разговор до конца. Когда ещё представится такая возможность. – И ещё, Лиана, не стоит принимать решение за Леона, – голос императора становится колючим. – Позвольте ему сделать выбор. Свой вы уже сделали. – Когда? – глухо спрашиваю я, борясь с желанием вцепиться ему в горло. – Тогда на дороге, когда согласились поехать с ним, – говорит государь. Всё-то он знает. Меня душит ненависть к нему. Его бесчеловечность не знает границ. Как вообще может быть человек таким жестоким? – А Ванессе Локвуд вы тоже предоставили такой выбор? – ядовито спрашиваю я. Почему-то мне кажется, что она, заварившая всю эту кашу, наслаждается своей новой любовью. А ни в чём не повинный Леон должен страдать из-за этой дряни. Император словно не замечает яда, сочащегося из моих слов: – Представьте себе, – улыбается он. – И не только ей, но и еë избраннику. – Я вам не верю, – вся моя неприязнь выплёскивается в этой фразе. – И даже если это правда, то почему Ванесса, которая заварила всю эту кашу, выходит сухой из воды, а отвечать почему-то должен Леон? – Лиана, вы несправедливы, – разводит руками император. – В вашей паре я дал право выбора Леону. А в их паре выбирают оба, что гораздо сложнее, не находите? – Не нахожу, – огрызаюсь я. – Какой выбор у неë? Жить в столице или в Южном Пограничье? С любимым или нет? Неравнозначный выбор! – Как сказать, – успокаивающим тоном произносит император, – у Ванессы Локвуд есть цель. Она хочет сделать карьеру артефактора. Открыть свой магазин. Вот эта цель и стоит на кону. Я во все глаза смотрю на человека, который играет судьбами других людей. И, по-видимому, получает от этого своеобразное извращённое удовольствие. Меня трясёт ещё больше. Кости начинает ломать. Я уже почти не контролирую себя. Неужели это предвестники оборота? – Либо Ванесса выбирает свою любовь и становится идеальной матерью и женой, даëт два бала ежегодно и покупает себе наряды в лучших магазинах столицы, – произносит император с ужасающим спокойствием. – О карьере, разумеется, придётся забыть. Либо карьера, но уже без нового избранника. – Это очень жестоко, – только и могу прохрипеть я. – И ей, и Леону придётся жить с нелюбимыми. Вы подумали, каково им будет? Даже если их и объединит сначала ненависть к вам, то потом она переметнётся друг на друга и будет разъедать их души подобно ржавчине. – Женщины склонны всё драматизировать, – отмахивается император. – У них есть выбор. – И что же она выбрала? – спрашиваю я. – А что бы выбрали вы, Лиана, на её месте? – Любовь, конечно, – не задумываясь, отвечаю я. – Мы можем сколько угодно реализовываться, но без любви жизнь пуста и бессмысленна. – Согласен с вами полностью, – говорит император. – А если любовь со временем пройдëт? Превратится в разочарование? – Лучше любить и разочароваться, чем не любить и тоже разочароваться. – Вы мудрая женщина, Лиана, – произносит монарх. – Леону повезло, что вы согласились на его авантюру. Он даже не представляет, насколько он удачливый. – Так что выбрала Ванесса? – ломающимся голосом хриплю я. – Еë выбор такой же, как и ваш, – император распахивает окно и приглашает меня в сад. – Не мучьте себя, Лиана. Пришло время оборота. Путаясь в юбках, на трясущихся ногах, я кое-как перелезаю через подоконник в сад. Отбегаю на безопасное, как мне кажется, расстояние. – Не сдерживайте зверя, Лиана, – кричит мне император. Его голос я слышу откуда-то издалека. – Выпустите его. Легко сказать. А как мне выпустить зверя, если я ни разу не оборачивалась? – Слушайте свою душу, а разум должен уснуть, – советует мне император, который сам никогда не оборачивался. – Следуйте за желаниями своего тела. Перестаю отслеживать своё состояние. Просто растворяюсь в новых ощущениях. Опускаю глаза и вижу вместо рук лапы, покрытые жёлтой шерстью в чёрных пятнах. Смотрю на монарха, уже стоя на четвереньках. Я нормальная. Я такой же оборотень, как и мои родители. Я гепард. – Не бывает оборотней без зверя, – говорит мне император. – Способность к обороту вы потеряли, когда узнали о смерти родителей. Это была защитная реакция. Он что, помогал мне обрести зверя? Подталкивал к обороту? – Я создал вам другую стрессовую ситуацию, связанную с потерей, – улыбается император. – Ваш зверь проснулся. – Значит, Леону не нужно делать выбор? – неразборчиво рычу я. – Почему же? Это его испытание, – говорит император. – Обещайте, что не будете вмешиваться. Леон сам должен решить, что ему дороже – власть или любовь. Страшный выбор, но иначе я никогда не узнаю, любит ли он меня на самом деле. – Обещаю, – нехотя говорю я. Сейчас я готова пообещать всё, что угодно. А если он выберет Южное Пограничье? Страх ледяной рукой сжимает сердце.