Глава 16

Подготовка к ужину с императорской четой оказалась сущим издевательством! Пока девушка, присланная хозяйкой салона, в котором мы покупали платье, делала мне причёску, Эдерик проводил инструктаж. У меня сложилось такое впечатление, будто он меня к бою готовит, а не к ужину!

Держи спину прямо, смотри в глаза, не разговаривай со стражей и прислугой. К императору и императрице обращайся только «ваше величество» и никак иначе. Даже если сами попросят. И много чего ещё. Как же всё запомнить⁈

— Не возражай дяде. Он наверняка пройдётся по твоей родословной, не принимай на свой счёт. Это проверка на стойкость, — говорил Эдерик, расхаживая по комнате.

— Но что-то же я должна отвечать? — спросила, наблюдая за его размеренным курсированием туда-сюда в зеркальном отражении. — Если буду всё время молчать, меня ещё и умалишённой посчитают.

— Отвечай нейтрально. Главное — не спорить.

Эдерик остановился и хмуро посмотрел на меня.

— Ты превосходно умеешь притворяться. Используй это, — произнёс он в итоге.

Да не умею я! Но спорить не стала. И так было понятно, что легко не будет. А теперь и вовсе страх мурашками по телу расползается.

— Не позволяй императрице прикасаться к себе, — продолжил давать инструкции «жених».

— И как ты себе это представляешь? — повернулась я к нему.

— Не вертитесь, пожалуйста, — попросила девушка, возящаяся с моими волосами.

— Да, это будет сложно, — вздохнул Эдерик. — Постараюсь всё время быть рядом. При мне она не посмеет.

— А почему нельзя, чтобы её величество ко мне прикасалась? Не посмеет что?.. — спросила я.

Вспомнилось, как он тогда, в кабинете, поймал руку Аклесты, намеревающейся прикоснуться к моей щеке. Интересно, что же за этим кроется?

Стоун покосился на девушку, почти закончившую с моей причёской и… не ответил на мой вопрос. Всё интереснее и страшнее!

— Румяна? Глаза подвести? Губы подкрасить? — спросила девушка, закончив с волосами и отступив в сторону.

— Ничего не нужно, — ответил Эдерик. — И так отлично. Идёмте, провожу вас.

И они ушли. А я посмотрела на себя в зеркало и закусила губу. Даже так, без краски на лице, я выглядела… странно. Замысловатая высокая причёска, сверкающие крупными сапфирами украшения, платье по последней придворной моде, излишне откровенное на мой взгляд, но так принято. Красиво, но это не я!

— Пора, — вошёл в комнату «жених».

Я кивнула и… осталась сидеть на месте. Будто приросла к стулу! Не могу встать, и всё тут.

Эдерик подошёл, положил руки мне на плечи, взглянул в глаза через зеркальное отражение и ободряюще улыбнулся.

— Всё получится, — проговорил он уверенно. — Ничего не бойся, я всё время буду рядом и не дам тебя в обиду.

— Хорошо, — вздохнула я.

И приказала себе встать. Сама согласилась на эту авантюру, никто меня силой не заставлял. Так что нечего теперь малодушничать. Отступать всё равно поздно, о чём недвусмысленно напоминает кольцо на пальце. Я в ловушке, пока император не позволит его снять. Да и потом… Замуж за старика Кусира очень не хочется, и Эдерика подводить тоже. А чувства, и с ними тоже всё решится. Главное, чтобы император разрешил заменить родовое кольцо на обычное!

Полчаса в карете, в гнетущем молчании, потому что мы уже всё обсудили, и вот он — императорский дворец.

— Не забывай, Рик и на «ты», — напомнил мне «жених» и выбрался из кареты.

Он тут же повернулся, чтобы подать мне руку, а я зажмурилась до боли в глазах. Опровержение в газетах, опекун, свадьба со стариком Кусиром… Ну уж нет! Я смогу. Обязана.

Приняла руку Стоуна, выбралась из кареты и улыбнулась. В конце концов что от меня требуется? Показать, что безмерно влюблена в жениха? Да легко! Даже притворяться не нужно. А всё остальное уже не так важно. Не понравлюсь императору? Так я ему уже не нравлюсь, заочно, потому что недостаточно родовита. Вот и выходит, что мне особо и стараться не нужно. Свою часть спектакля я сыграю без проблем, остальное — забота Эдерика.

Во дворце было безлюдно. Мне почему-то казалось, что тут всегда толпы придворных, балы, рауты и прочие празнества. Но мы шли по красивым залам и коридорам, которые я раньше видела только на картинках, причём там они казались намного ярче и величественнее, а вокруг никого. Только гулкая тишина, в которой раздаются наши шаги.

Эдерик же чувствовал себя тут как дома. Куда-то сворачивал, чтобы провести меня более узкими коридорами, тихо комментируя «так ближе будет», и уверенно шёл вперёд. Наверное, он вырос в этих стенах.

Я мало знала о сестре императора, много лет назад, ещё до моего рождения, умершей от какой-то редкой болезни, которую она подхватила в дипломатической миссии. Мы в гимназии это проходили только потому, что императрица родом из тех мест. Но после смерти матери Эдерик наверняка жил тут. Интересно, каким было его детство? Так ли любит его император, как пишут в газетах?

— Пришли. Не бойся, я рядом, — сжал мою руку, лежащую на его локте, Эдерик.

И мы вошли в широкие двустворчатые двери, которые распахнулись перед нами сами, без посторонней помощи.

— А вот и мой дорогой племянник… не удосужившийся поинтересоваться мнением дяди, прежде чем объявлять о помолвке! — воскликнул высокий, худощавый мужчина с чёрными, как смоль, короткими волосами и резкими чертами лица.

Император…