Глава 24

Когда мы вошли в комнату, я сразу же повернулась спиной к «жениху» и выпалила:

— Только крючки расстегнуть. Дальше я сама.

— Да, разумеется, — ответил он невозмутимо.

И начал расстёгивать мелкие крючки. Сколько же их там⁈ Это будто вечность длится! А от ощущения его пальцев, мимолётно касающихся кожи сквозь тонкую ткань нижней сорочки, со мной и вовсе что-то невообразимое происходить стало.

Я честно старалась отрешиться от этого, даже зажмурилась и начала вспоминать опекуна, старого лорда Кусира и вообще всё плохое, что было в моей жизни. Но судорожный вздох всё равно сорвался с губ, когда пальцы Эдерика коснулись поясницы.

Вздрогнула и отпрянула.

— Я сделал тебе больно? — забеспокоился он.

— Нет, — мотнула я головой, обняв себя за плечи, чтобы удержать сползающее платье.

А он взял и обошёл меня, встав напротив! Я зажмурилась.

— Ты боишься меня, Айрин? — вкрадчиво спросил Эдерик.

Да он издевается что ли⁈ Расстегнул платье, вот и спасибо. Иди уже отсюда!

— Н-нет, — ответила с запинкой.

— Тогда посмотри на меня, — вдруг попросил он.

Я мотнула головой, не открывая глаза. Не буду я на тебя смотреть!

— Посмотри! — потребовал он, схватив меня за плечи, поверх моих ладоней, удерживающих платье.

Если посмотрю, он сразу всё поймёт…

— Это всё магия. Кольцо и обмен энергией. Наложилось, наверное… Сбой какой-то, — заранее начала оправдываться я.

— Открой глаза! — встряхнул он меня.

Не отступит теперь. Выхода нет… Я распахнула глаза, посмотрела на него и поняла — не хочу, чтобы уходил.

— Ух, какой взгляд, — прошептал Эдерик, сильнее сжав мои руки и плечи заодно. — Ты играешь, Рина? Притворяешься? Скажи, если так.

— Я… устала. Мы можем лечь спать? — жалобно попросила я, опустив голову.

И только когда он как-то хрипло, вкрадчиво переспросил «Лечь?», поняла, что сказала что-то не то. Вскинула голову и выпалила:

— Я лечь, одна! Я ничего такого не имела в виду!

А он вдруг взял и рывком притянул меня к себе. И поцеловал!

В первое мгновение я растерялась. И во второе тоже. Просто замерла, зажмурившись, и старалась не грохнуться в обморок. Только на этот раз не от голода, а от настолько ускорившегося сердцебиения, что оно отдавалось в голове гулкими ударами.

Когда он отстранился, так же резко, как и приблизился, я с трудом удержалась на ногах. В голове шумело, перед глазами всё плыло. И только одна мысль пульсировала в такт ударам сердца — это был мой первый поцелуй.

— Прости, — отвернулся Эдерник. — Я не должен был. Извини, не удержался. Просто ты так виртуозно притворяешься… Больше не повторится.

Он обошёл меня и спешно направился к двери. А я вдруг испугалась последних его слов. «Больше не повторится»…

— Я не притворялась! — выпалила, развернувшись.

Он замер. Постоял немного, но так и не обернулся. В итоге тихо произнёс: «Обсудим это завтра», и вышел. А я медленно подошла к кровати и буквально рухнула на неё.

Первый поцелуй? Издевательство какое-то, а не поцелуй. Мало того, что я стояла, как статуя, даже не шелохнувшись, так передо мной потом ещё и извинились! А с другой стороны — это и к лучшему. Мы же не настоящие жених и невеста, всё это только притворство. Фиктивная помолвка… Нельзя об этом забывать.

Решено, утром расскажу всё Эдерику. Объясню, что у меня проблемы с навеянными магией энергообмена и кольца-артефакта чувствами. Он поймёт! Он же магистр, в магии разбирается отлично. Мы обязательно решим эту проблему, и дальше всё будет по плану.

Эдерик Стоун покинул гостевую спальню с отчётливым ощущением, что совершил ошибку. Только бы Айрин не отказалась от их договорённостей после этого!

Как так вообще вышло? В какой момент он утратил контроль? Это всё нервы из-за ужина. Ещё и Аклеста явилась, и опять газетчиков натравила. Но последней каплей стали невероятные синие глаза Рины. Они буквально заворожили его, затуманили разум. В них было столько нежности и восторга. Эта девушка может свести с ума одним взглядом!

Предлагая ей авантюру с помолвкой, Эдерик действовал по наитию. Но потом, всё обдумав и взвесив, не пожалел. Это был идеальный выход для них обоих. Деловое соглашение, от которого выиграют и он, и она. А потом энергообмен… Он сразу же отгородился от последствий, почувствовав лишь отголоски возрастающей симпатии. И убедился в том, что сделал всё правильно, когда оказалось, что у Рины эта процедура вызвала совсем иные чувства.

Но её виртуозная игра на публику, когда они вышли на прогулку, одновременно восхитила и напугала. Эти глаза… Такой взгляд был способен свести с ума любого. А как она защищала его на ужине! Эдерику пришлось постоянно напоминать себе, что это всё притворство. И он прекрасно справлялся… до тех пор, пока они не оказались в спальне.

Эта незащищённость, восхищение и огромные глаза, в которых можно утонуть, как в бушующем море. «Я не притворялась» — сказала она. Ему одновременно хотелось и не хотелось в это поверить.

Нет — сказал себе в итоге Эдерик Стоун. Нельзя всё усложнять. И так проблем хватает. Утром они всё обсудят и вернутся к прежним договорённостям. А непрошенные зарождающиеся чувства и желания он задушит на корню. В этом деле они только помешают.