Глава 24

– Освободи мне вечер, – прошу у своей помощницы, зная, что на сегодня запланировано еще несколько встреч. По ту сторону повисает молчание. За последнюю неделю такие просьбы с моей стороны буквально сыплются, и проблема в том, что в ближайшее время график никак не может стать свободнее, потому что тех клиентов, которых она переносит, нужно куда-то запихивать, а еще появляются новые. – У вас что-то произошло, Марк Савельевич? У меня произошла жена. Фиктивная, равнодушная, практически не желающая со мной видеться. И чем холоднее она ко мне относится, тем чаще я хочу с ней встречаться. На мне, как ни на ком другом, работает строчка из Онегина. – Женитьба, Наташ… Что еще может гнать мужчину домой пораньше? – Я перенесу, Марк Савельевич. Через две недели будет посвободнее. Как вы и просили, я отказываю тем, кто приходит без рекомендаций от ваших клиентов. – Хорошо, Наташ… Я отключаюсь и, закрыв папку очередного клиента, в которой готовлю защитную речь, поднимаюсь на ноги и, схватив со спинки дивана пиджак, покидаю кабинет, на ходу набирая Василису. Ее рабочий день в клинике заканчивается примерно в шесть. Мой – в девять, но это слишком поздно, чтобы вести жену, которой завтра снова рано вставать, на ужин в ресторан, поэтому я выхожу в пять тридцать и жду ответа на звонок, которого не следует. Не теряя времени, бронирую место в ресторане на шесть тридцать и еду по трассе в направлении больницы. Звоню Василисе еще несколько раз, но она не отвечает. Решив, что она наверняка на важной операции или просто поставила телефон на беззвучный, больше не звоню. Хочу припарковаться прямо у входа в больницу, но сегодня там аншлаг – стоит куча автомобилей, и приходится останавливаться чуть дальше, что я и делаю. Пока жду, когда Василиса перезвонит, просматриваю дело клиента, который обратился за помощью не так давно. Хирург, обвиняемый в халатности в отношении пациента. Таких в моей практике было немало. Чаще это люди, ни в чем не виноватые, но родственники, потерявшие близкого человека, думают иначе. Доказать невиновность сложно, но возможно, если за дело берется профессионал. Я знаю, что этого мужика отмажу, хоть он мне и не нравится. Поняв, что рабочий день у Василисы уже закончился, а она не перезванивает, собираюсь выйти из машины и пойти в больницу, спросить, но вижу жену, выходящую из клиники в компании Кирилла. Его рабочий день еще не закончен, поэтому он в белом халате и с пачкой сигарет в руках. Васька уже переодета. В пальто, в шапку и шарф, которые я ей купил. Не знаю, какой черт дергает меня набрать ее номер. Звоню, вижу, как она достает телефон, хмурится и… блокирует. Звонок не сбрасывается, идет дальше, но телефон она уже забросила в карман, чтобы продолжить говорить с моим братом. И смеяться над, судя по всему, его шутками. Черт знает, что испытываю, но увиденное мне не нравится. Раздражаюсь, конечно, из-за того, что Василиса меня игнорирует. Неконтролируемое желание выйти из машины, съездить Киру по физиономии, а Ваську запихнуть в машину, возникает по этой же причине. Я знаю, что они работают вместе, что им есть что обсудить, но их неформальное веселое общение выбивает из колеи. Собираюсь просто уехать, но вижу, как Кирилл обнимает мою Ваську. Невинно вроде бы, но у меня руки непроизвольно в кулаки сжимаются. Они прощаются. Василиса машет ему на прощание и перебегает дорогу, направляясь в сторону остановки. Мне, видимо, даже не планирует звонить. Понимаю, что не обязана ни звонить, ни отвечать, у нас все фиктивно, но раздражает до зубового скрежета. Соседняя дверь распахивается как раз тогда, когда я завожу двигатель и собираюсь уезжать. – Ты в сталкеры заделался, что ли? Или в частные сыщики? – хмыкает Кирилл, садясь рядом. От него, к моему удивлению, пахнет только сигаретами. – А ты на рабочем месте и трезвый… День открытий. – Так что ты тут? За Васькой приехал? – Васькой?! – Ты забыл имя жены? – пытается подшутить брат, но тут же становится серьезным. – Я приехал поговорить с тобой, – придумываю на ходу. – И о чем же? – Так понимаю, уже не о чем. – Да ты никак злишься? – ухмыляется Кирилл. – Я серьезно. Прекращай общение с Василисой. Ничем хорошим это не закончится. – Не понял? – хмурится Кирилл. – Мы работаем вместе. – Вот именно, что работаете. А ты пьешь, Кир… на рабочем месте. – Пил. – Отныне в завязке? И как давно? – Не твоего ума дело. Я устало выдыхаю, потому что заколебался следить за ним. – Если вляпаешься в историю снова – я спасать не буду. – А я просил, что ли? – Кирилл… – Пошел ты, Марк. Он оглушительно хлопает дверью и быстрыми шагами идет к клинике. Раньше я бы пошел за ним и извинился, но в этот раз завожу автомобиль и уезжаю. Пора взрослому мальчику, наконец, соответствовать своему возрасту, а мне – прекращать подтирать за ним слюни. Вместо дома я еду в ресторан, в котором забронировал столик на двоих. Официантка мило мне улыбается, проводит меня к столику и уточняет, буду ли я ждать своего спутника. – Нет, я буду один. Мой “спутник” даже перезвонить мне не соизволила. Сделав заказ, углубляюсь в изучение того же дела хирурга и хмурюсь, не понимая пока, что именно меня смущает в нем, но что-то определенно сильно не нравится. – Ваш заказ, – передо мной приземляется тарелка с отбивной. Недотрах еще с периода моей свадьбы сейчас сказывается настолько сильно, что я вместо отбивной рассматриваю официантку, представляя, как буду утолять совсем не тот голод. – Что ты делаешь сегодня вечером? После работы? – спрашиваю у нее напрямую. Она смотрит на меня круглыми глазами, делает вид, что не понимает, и быстро ретируется. Я успеваю в который раз усомниться в своих способностях склеить девушку, но вместе со счетом девушка приносит небольшую бумажку с номером телефона и припиской “Я заканчиваю в 9”.