Глава 26

– Вот устроилась, конечно… Я всегда говорила, что главное – выйти замуж. – Ага, как же… Насосала она, да и все! – торможу за углом, услышав разговор своих коллег. – А тут зачем работает? – Попонтоваться, зачем еще? Ты разбери этих богачей. Еще и в скандал больница попадет, вот увидишь! Догадываться, о ком они говорят, не приходится. Прекрасно понимаю, что обо мне. После того, как Марк узнал, что я езжу на работу и возвращаюсь домой на общественном транспорте, он подарил мне автомобиль, но так как водительского удостоверения у меня не было, то нашел к нему еще и водителя. Собираюсь развернуться и уйти в другую сторону, чтобы не слушать о себе гадости, но сталкиваюсь с Кириллом, который стоял за моей спиной и явно все слышал. Хочу его обойти, но Саенко неожиданно кладет руку мне на плечо и, развернув меня обратно, толкает к выходу из укрытия. Мы выходим из-за угла вместе, Кирилл еще и поздороваться с девчонками успевает, прежде чем утащить меня в свой кабинет. – И что это было? – спрашиваю, скинув его руку со своих плеч. – Нельзя прятать голову в песок, даже если очень хочется. Сегодня они говорят о том, что ты насосала на машину, завтра скажут, что ты спишь еще и со мной. А ты что? Будешь делать вид, что не в курсе, и мило с ними общаться? – А что предлагаешь ты? – Дай им больше поводов для сплетен. Они все равно будут о тебе говорить, но ты хотя бы будешь это контролировать, а не улыбаться и делать вид, что все в порядке и ты святая дурочка. – Я так не могу, – отмахиваюсь, прекрасно зная, что быть заносчивой не в моем характере. – Хочешь, помогу? После того случая на подземном паркинге нашего с Марком дома прошло полторы недели. Первые несколько дней Кирилл сам держал между нами дистанцию, потом ему, видимо, надоело, и он перестал, снова включился в общение со мной. – У меня к тебе предложение, – говорит, так и не дождавшись моего ответа. – Какое? – Пойдешь работать моей ассистенткой? – А Лида? – Увольняется. Она беременна. – Ох, – все, на что хватает моего удивления. – Да, замуж собирается, и ее будущий муж запрещает ей работать. Жаль. Я все это время думала, что Кирилла и Лиду связывают не только рабочие, но и глубоко личные отношения, настолько они были близки и понимали друг друга с полуслова, поэтому слышать о том, что у нее есть кто-то другой, для меня очень странно. – Ты так выглядишь, словно увидела привидение. – Я просто думала, что ты… что вы с ней… – Вместе? Так многие думали, но мы даже не целовались никогда. Просто давно друг друга знаем. Так что? Подменишь ее, или искать кого-то? Несмотря на то, что я стремилась именно к этому, сейчас почему-то пасую, раздумывая. – Как же то, что ты не стажируешь? – Все когда-нибудь бывает впервые. Я не имею права отказываться, потому что я пришла сюда с целью попасть в операционную к Кириллу. Ассистировать ему и добыть доказательства того, что он был на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. Мама настаивает, что этого недостаточно, что кроме употребления алкоголя на рабочем месте должен быть повод подать в суд, а значит, должна быть жертва. Я не хочу думать о том, что такое произойдет в момент, когда я буду ассистировать Кириллу. Как и не уверена в том, что не остановлю его, видя, что он не справляется. – С Романычем я сам договорюсь и с главврачом тоже. Если ты согласна – завтра у нас первая операция. – Хорошо, давай попробуем. Выждав до конца смены, выхожу на улицу, вижу припаркованный неподалеку белый седан, который мне подарил Марк, и, отойдя подальше от входа, набираю маму. Не терпится рассказать ей о том, что я получила должность ассистента Саенко, о чем вообще не могла мечтать. Как только мама отвечает, тут же сообщаю ей эту новость и едва не прыгаю от удовольствия и предвкушения. – И что? – холодно спрашивает мама. – Как что? Я буду с ним на операциях. На каждой. – Как он сейчас? Ничего не изменилось? Мама знает, что Кирилл не пьет на рабочем месте. После того, как моя сестра умерла, было еще несколько статей о Саенко, где упоминалось, что он бывает на работе в состоянии алкогольного опьянения, но с тех пор многое изменилось. За то время, что я провела в больнице, ни разу не видела Кирилла даже приближающимся к алкоголю. – Ничего, мам… – Нужно что-то делать, – вдруг говорит она. – У вас там праздников не намечается? – Я не знаю. – Так узнай! – говорит возмущенно. – Раз уж взялась за дело, так сделай его нормально! Напои его, в конце концов, – спокойно и холодно говорит она. – Что? – Что слышала. На крайний случай оставим этот план. – Нет. – Что? – мне кажется, я через трубку вижу, как мама хмурится. – Я ничего не буду делать, мама. Все, что я могу – подловить его, но я никого не собираюсь спаивать специально. Я жду от мамы ответа, но она многозначительно отмалчивается, а затем и вовсе бросает трубку. Я несколько мгновений смотрю на экран телефона в надежде, что это не мама отключилась, а мой мобильный сел, но нет. На экране видно заставку, а во мне появляется зияющая дыра, потому что я хочу добиться справедливости и правды. За случай с сестрой Кирилл заслужил увольнение, но в газете потом писали еще об одном случае. На операционном столе умер пациент, потому что хирург был неадекватным и не мог провести операцию в соответствии со всеми правилами. В суде выяснилось, что ни алкоголя в крови, ни наркотиков не было, а девушка, которая вначале свидетельствовала, впоследствии отказалась от своих показаний. Кирилла отпустили. Я была уверена, что незаконно, а теперь не знаю, что и думать. Но уж точно не собираюсь делать того, о чем просит мама. Одно дело, когда ответственность за проступок на том, кто его совершил, и совсем другое – подтолкнуть к нему. Становиться соучастницей я не намерена. – Простите, – слышу за спиной голос водителя. – Марк Савельевич просил вас поторопиться. У вас сегодня встреча. Марк Савельевич теперь даже указания раздает не напрямую. Даже не помню, когда он последний раз мне звонил. Давно. И дома ночевал тоже… давно. По крайней мере вот уже примерно неделю я не могу его застать в квартире. И вряд ли он поздно приезжает и рано уезжает. Он просто ночует где-то в другом месте, и меня это… почему-то волнует.